Снег таял, над страной огромной

Сочился с крыш, а возле нар,

Внизу, скопился лужей тёмной

И людям кровь напоминал.

Но он её с земли смывал,

И лишь в горах взгремело звонко –

И снежно-каменный обвал

Убил бежавшего ребёнка…

…………………….

…Их четверо, средь них витает

Дым сигарет и рой теней,

И каждый об одном мечтает –

Поговорить наедине

С другим. Вино на самом дне,

И льдинкой будущее тает.

Они сошлись к какой-то дате,

И каждый свой язык стерёг,

И каждый знал, что здесь – предатель,

Подозревал двоих из трёх.

И встретились они некстати:

Здесь крест трагических дорог

Стальным гвоздём скрепиться мог.

И с каждым вздрагиваньем лифта

Их в дрожь бросало, четверых,

И зарождалась не молитва,

Но неосознанный порыв

В их душах. – Прочь из этой тёмной

Поры тянул и к смерти звал…

Снег таял над страной огромной,

Сочился с крыш и кровь смывал.

И каждый видел два – враждебных,

Одно – любимое лицо.

В слепом преддверье дней судебных

Оно пленительной пыльцой

Пчелиной памяти казалось.

В слепом октябрьском саду –

Одна нетронутая завязь…

И в улей смерти рвался дух –

Влететь негаданно и круто,

С амброзией внезапных слёз,

С последними словами друга,

С которым верил, плакал, рос.

Но даже это не сбылось…

Внезапно обрывался выдох,

Нежданно обжигался вдох:

Смешенье жизней – не разбитых,

Но тьмой растёртых в порошок,

И голоса ослепших скрипок

Над крематорием надежд…

Как снег на крыше густ и свеж,

Как на земле от крови липок!

Кто нас судом неправым судит?

Он чёрен, зорок, не раним.

Он обрывает нити судеб,

Мы все виновны перед ним.

Кто братьев выстроил в колонну?

В тюрьму, на муку и во тьму

Они идут – по одному,

По тысяче и миллиону…