Когда приводили барашков и кровь
Стекала с рогов Ариэля, –
На западе буря вздымалась, как бровь,
Над глазом морским. И на южной свирели,
Просверленной в Моцарта и костяной,
Играл синемускульный Рама
И мускус вдыхал, обратившись спиной
К двойному крушению Храма.
Когда на Алтарь возлагали курдюк
И космос вбирал воскуренья, –
Сидонское млеко пил Западный Дух –
Свирепый малыш. И на Маздовой сцене
Готовились мужа с женой развести –
Две части парчовой завесы:
О Кир, Вавилона развал возвести,
Буддийской в предчувствии мессы.
Когда же белей облаков подвели,
Чья Кровь прожурчала: «Свершилось!» –
На западе отрок взмолился: «Вели –
Иду за тобой!» И страна сокрушилась
О Сыне Единственном. Южный же Крест
Взошёл над второю земли половиной,
И, звёзды и расы сгребая с их мест,
Встряхнул Метатрон своей гривою львиной!