Я опустил мертвое тело дозорного на землю. Располосованное горло, из которого хлестала кровь, смотрелось вторым ртом, открытым в страшной улыбке. Я оглянулся на своих спутников. Дженни хмуро посматривала на меня. Холден выпрямился в седле. Меч он держал опущенным.

– Быть может, ты объяснишь нам, как все это понимать? – спросила Дженни.

– Он собирался засвистеть, – ответил я, вглядываясь в лес. – Когда я был здесь в прошлый раз, он не свистел.

– И что такого? Может, у них изменился порядок оповещения.

– Нет, Дженни, – покачал головой я. – Они знают о нашем приезде. Они нас ждали. Свист дозорного предупредил бы остальных. Нас бы перебили еще на подступах к замку, не дав пересечь лужайку.

– Откуда ты знаешь? – спросила она.

– Я ничего не знаю, – ответил я резче, чем следовало.

Тело дозорного в последний раз вздрогнуло под моей рукой. Он затих, теперь уже окончательно.

– У меня есть подозрения. – Я вытер запачканные кровью руки о траву и выпрямился. – Много лет я терзался подозрениями, игнорируя очевидное. Книгу, которую ты видела той ночью в карете, я потом видел у Реджинальда. Если я не ошибаюсь, мы найдем ее в замке. Это он устроил нападение на наш дом. Он повинен в смерти отца.

– Я именно об этом тебе и говорила, – ухмыльнулась Дженни.

– Прежде я отказывался в это верить. А теперь я знаю. Куски головоломки начали складываться в целостную картину… Помню, в детстве, незадолго до нападения, я повстречал Реджинальда у буфетной. Готов биться об заклад: он искал книгу. Потому-то он и сблизился с нашей семьей. И твоей руки, Дженни, он просил только потому, что хотел заполучить манускрипт.

– Мне это все разъяснять не нужно. Я пыталась предупредить тебя в ночь нападения, что Берч – предатель.

– Знаю, – коротко ответил я и на секунду задумался. – А отец знал, что Реджинальд – тамплиер?

– Поначалу нет. Когда я догадалась, я ему сказала.

– Так вот почему между ними произошла ссора, – сказал я, вспомнив еще один эпизод из своего детства.

– Отец и Реджинальд ссорились? – удивилась Дженни. – Когда?

– Незадолго до нападения. Я случайно услышал. Потом отец нанял двоих охранников. Наверняка ассасинов. Реджинальд мне тогда сказал, что предупредил отца.

– Очередная ложь…

Я посмотрел на сестру и почувствовал легкую дрожь. Да, очередная ложь. Все мое детство строилось на вранье взрослых и было пронизано им.

– Дигвид был пособником Реджинальда, – сказал я. – Наверняка это Дигвид сообщил ему, где хранится книга…

Неожиданное воспоминание заставило меня вздрогнуть.

– Что такое? – встревожилась сестра.

– Я играл в солдатики в коридорчике перед буфетной, когда ко мне подошел Реджинальд и спросил об отцовском мече. И я рассказал ему о тайнике.

– В бильярдной?

Я кивнул.

– Они же почти сразу сунулись в бильярдную. Помнишь?

Я снова кивнул.

– Они знали, что в буфетной книги нет. Дигвид предупредил их, что отец перепрятал книгу. Вот они и полезли в бильярдную.

– Ты и сейчас будешь утверждать, что они не были тамплиерами?

– Я не совсем понимаю твой вопрос.

– Помнится, в Сирии ты мне говорил, что люди, напавшие на наш дом, не были тамплиерами, – язвительно улыбаясь, произнесла Дженни. – Конечно, они никак не могли быть твоими любимыми тамплиерами.

Я лишь покачал головой:

– Я и сейчас могу повторить: они были не тамплиерами, а наемниками Брэддока. Реджинальд не просто так собирался воспитать меня тамплиером… – Меня осенила внезапная догадка. – Возможно, и это тоже было связано с семейным наследием. Вовлекать тамплиеров в свои делишки Реджинальд не стал. Это было слишком рискованно. Я мог узнать правду. Я мог бы поспеть раньше. Ведь я почти добрался до Дигвида. Я едва не расправился с ним еще в Шварцвальде. Но потом… – Мне вспомнилась уединенная хижина в лесу. – Реджинальд убил Дигвида, чтобы тот случайно не проболтался. Они всегда на шаг опережали нас. И сейчас опережают.

Я махнул в направлении замка.

– Так что мы будем делать, сэр? – спросил Холден.

– То же, что сделали они, когда атаковали наш дом на площади Королевы Анны. Мы дождемся темноты. А потом проникнем в замок и всех убьем.