Сгустившиеся тучи затянули ночное небо, скрыв луну и звезды. У линии горизонта блеснула молния, и через секунду послышался отдаленный раскат грома. Направляясь к бунгало, Кэл был рад, что Гарри решил закончить посиделки в баре пораньше, иначе бы ему пришлось возвращаться под ливнем.

Он неспешно шел по мощеной дорожке к дому, вдыхая свежий воздух. Сегодня выдался прекрасный день, главным событием которого была конечно же встреча с редким черным носорогом. Когда Мэган схватила его за рукав в страхе, по его телу будто прошелся электрический заряд, и в этот момент единственной мыслью Кэла было то, что он должен ее защитить.

Неужели он начал влюбляться в нее? Но это было бы просто верхом безрассудства. Мэган была эмоционально нестабильна. И даже если она действительно не причастна к похищению денег, их общее прошлое не сулило радужных перспектив в плане серьезных отношений.

Но все было не так просто. Его привлекала не только ее красота, но и ее смелость, доброта и стойкость духа. Каждую ночь, лежа в кровати в паре дюймов от нее, Кэл сгорал от желания. Он еле сдерживался, чтобы не сорвать с нее тонкое покрывало и не проникнуть в ее лоно, которое он жаждал, как утопающий жаждет глотка воздуха.

Дойдя до крыльца бунгало, Кэл заметил свет лампы, пробивающийся сквозь задернутые шторы. Неужели она все еще не спит, зачитавшись книгой, которую взяла в библиотеке? Это была их последняя ночь в бунгало, и, возможно, сейчас представляется последний шанс вывести ее на предельно откровенный разговор.

Открыв дверь, Кэл увидел Мэган сидящей на диване. Она была укутана в плед. Сжав кулаки на коленях, она казалась неподвижной. По застывшему выражению ее лица Кэл понял, что случилось что-то плохое.

– Мэган… – прохрипел он.

Ее яростный взгляд заставил его замолчать.

– Давно ты знаешь? – спросила она, еле выговаривая слова.

– Нет. Несколько дней, – выдавил из себя он. – Я представляю, что ты сейчас думаешь, но я хотел помочь тебе.

– Помочь мне? – громко воскликнула женщина. – Это конфиденциальная информация. Ты не имел права!

– Ты ошибаешься. Как глава фонда, я имею доступ ко всей информации о волонтерах.

Ее глаза метали гром и молнии. Кэл старался говорить с ней хладнокровно, надеясь, что это успокоит ее.

– Но почему ты мне не сказал? Как долго ты планировал скрывать от меня, что меня… изнасиловали? – задыхаясь от переполняющих ее эмоций, произнесла женщина.

Кэлу хотелось обнять ее и утешить. Но он знал, что сейчас его поддержка лишь еще больше ее разозлит.

– Ты читала отчет. Доктор считал, что ты еще не готова узнать это без предварительной психологической помощи, – ответил он.

– Доктор ошибался! – сказала она, вскочив с дивана. – И ты ошибаешься! Я не ребенок! Я должна была знать! Как я могла оправиться от этого, если даже не понимала, что со мной произошло?

– Прости, но я доверился решению доктора. Я не нашел причин поступить иначе. – Кэл сам был поражен, насколько отчужденно звучат его слова.

«Господи, она, наверное, думает, что я бессердечный негодяй», – пронеслось у него в голове.

– Ты должен был мне сказать. Это был бы правильный поступок с твоей стороны. Но вместо этого ты продолжал держать меня в неведении. Когда мы вместе принимали душ… Ты уже знал тогда?

– Конечно нет. Если бы я тогда знал правду, я бы не позволил себе так далеко зайти, – сказал он, сделав шаг к ней. – Присядь, и давай поговорим, Мэган.

– С какой стати? Ты действовал за моей спиной. Ты скрыл от меня секрет. Ужасный секрет… – измученным голосом ответила она.

Мэган ринулась к нему и начала отчаянно бить кулаками в его грудь. Кэл стоял неподвижно, словно статуя, позволяя ей наносить ему эти безобидные удары. Он заслужил их. У него и в мыслях не было причинить ей боль, но именно это он и сделал.

Когда Мэган выбилась из сил, ее охватила сильная дрожь. Она спрятала лицо в ладонях, и из ее груди вырывались глухие рыдания. Кэл не знал, что сказать и как ее успокоить, поэтому он наконец решился просто крепко обнять ее.

На улице разразился шторм. Оглушающие раскаты грома сопровождали вспышки молний, исполосовавших небо. Ливень неумолимо барабанил по крыше. Такую же бурю Мэган ощущала и в душе.

Она была настолько обессилена, что не могла оттолкнуть Кэла. Она все еще злилась на него, но ей было необходимо почувствовать его надежность и силу. Пока Мэган ждала его возвращения из бара, пыталась воспроизвести детали той роковой ночи в Дарфуре. Она отчетливо помнила, что произошло тогда с Сайдой, но воспоминания о том, что было с ней, казалось, полностью стерлись.

Была ли она в сознании в тот момент или ее мозг просто стер все, что случилось, из памяти? А как же физические признаки нападения? Она предполагала, что благодаря экстренному вмешательству врачей телесные повреждения зажили после четырех дней, проведенных в состоянии ступора. Если бы только душевные раны можно было излечить с такой же легкостью!

Ей пришлось признать, что факт изнасилования реален. Медицинское свидетельство и ее эмоциональное состояние подтверждали это. Но все еще требовалось время, чтобы по-настоящему это осознать. Мэган казалось, что она медленно падает в мрачную бездну и ей совершенно не за что зацепиться. Кэл – единственный человек, который помогал ей смотреть вперед…

– Все в порядке, Мэган, – шептал он ей на ухо. – С тобой все будет хорошо, девочка. Ты в безопасности.

«Лжец», – подумала она. Возможно, ей уже никогда не удастся восстановиться. Но она была благодарна за его понимание и силу. Мэган уткнулась лицом в его грудь. Его рубашка была мокрой от ее слез, впервые после той ужасной ночи Мэган плакала.

– Поплачь, – тихо сказал Кэл. – Не надо быть сильной все время. Дай волю чувствам. Я здесь, я рядом.

Она еще крепче прижалась к нему, понимая, что он не хотел причинить ей боль. Кэл действительно старался помочь. И сейчас, кроме него, у нее не было абсолютно никого.

У Мэган подкашивались колени, и, словно чувствуя это, Кэл подхватил ее на руки и отнес на кровать. Он бережно ее укрыл покрывалом, как будто она была маленьким напуганным ребенком.

– Мне уйти? – спросил он.

– Нет. Я хочу, чтобы ты остался.

Мэган услышала звук падающих на пол ботинок. Кэл лег рядом с ней, и несколько минут они лежали молча, слушая неистовство ливня за окном.

– Я ничего не помню, – вдруг сказала она. – Я не сомневаюсь в том, что это действительно произошло, но я совершенно ничего не помню.

– Возможно, это к лучшему, – предположил Кэл.

– В Дарфуре, в лагере, я видела столько девушек и женщин, изнасилованных джаджавидами. Для этих головорезов это был способ опозорить их, обесчестить семьи. Тогда у меня в голове не укладывалось, как их жертвы оправлялись после подобного ужаса. Но у них это как-то получалось. Они преодолевали себя и двигались дальше, потому что не было другого выхода. Они очень отважные и смелые. Я тоже должна это сделать. Мне надо жить дальше, и теперь, когда я знаю правду, я справлюсь с этим, – уверенным тоном сказала Мэган.

– Я знаю, что ты справишься. Ты сильная женщина, Мэган, – ободряюще произнес Кэл.

– Эти женщины из лагеря намного сильнее меня. Они все помнят, и при этом у них нет возможности найти безопасное место, чтобы предотвратить повторение этого кошмара.

Кэл ничего не ответил, а просто заключил ее в свои объятия. Их бедра соприкоснулись, отчего по ее телу разлилось сладострастное тепло. Она прильнула к нему еще ближе, чувствуя, как учащается его дыхание. Вожделение охватило тело Мэган, заставив ее лоно моментально увлажниться.

Она отчаянно хотела Кэла в эту минуту, ее желание было всепоглощающим. Мэган и не надеялась, что сможет когда-нибудь вновь испытать подобное. Но ставки были слишком высоки. Еще одна неудача окажется просто сокрушительной для нее.

– Кэл? – Она повернулась. Кэл вопросительно посмотрел на нее, его глаза с серебристым отливом излучали нежность. Мэган провела кончиком пальца по его щеке, ощутив легкое покалывание его щетины. – Ты бы хотел заняться со мной любовью?

– Ты уверена, что хочешь этого сама?

– Да, – ответила Мэган дрожащим голосом.

– Тогда у меня есть предложение. Почему бы нам не сделать это сейчас?

Мэан посмотрела на него в растерянности, и лишь спустя мгновение до нее дошел смысл этих слов. Кэл дал ей возможность взять инициативу в свои руки, самой задать ритм, и, если вдруг ей станет не по себе, она могла в любую минуту все прекратить. Хватит ли у нее смелости попробовать?

Приподнявшись на локтях, Мэган наклонилась над ним и поцеловала. Сначала очень легко, а затем начиная ласкать его губы языком. Ее губы спускались ниже, к его шее. Она пробовала на вкус его солоноватую кожу, помня, что может остановиться, когда пожелает. Но Мэган не хотела прерываться. Она отчаянно хотела Кэла.

Неловкими движениями пальцев она пыталась расстегнуть пуговицы его рубашки.

– Давай я. – Он встал, опустив ноги на пол.

Кэл быстро разделся, оставшись лишь в трусах. Он открыл ящик ночного столика, стоящего у кровати, и достал какую-то блестящую упаковку. Поняв, что это, Мэган почувствовала, как ее пульс сорвался с цепи. Она тут же сняла с себя верхнюю часть своей пижамы.

Когда Кэл обернулся к ней, она сидела, поджав под себя колени, по пояс обнаженная. Ее волнение как рукой сняло при виде его возбужденного выражения лица. В глазах Кэла она была красивой, и он ее хотел – большего Мэган и не просила.

Он положил упаковку под подушку и с игривой улыбкой спросил:

– Так на чем же мы остановились?

Кэл вновь лег на кровать, и Мэган накрыла его своим телом. Она изнемогала от желания прикоснуться к нему, почувствовать его запах, вкус. Она хотела вновь ощутить себя живой.

Поцелуй Кэла обжег ее, словно односолодовый виски. Их языки переплелись в страстном танце. Ее соски терлись о его грудь, пока она не оторвалась от его губ и не начала продвигаться к ключицам.

Словно следуя правилам игры, Кэл не давал волю рукам. Он застонал, когда ее губы сомкнулись вокруг его соска. Мэган провела по нему языком. Бедра Кэла выгнулись, и Мэган почувствовала сквозь ткань своих пижамных штанов его твердую плоть. Придвинувшись ближе, она развела ноги в стороны и начала медленно тереться о член, пока Кэл не остановил ее, схватив за бедро.

– Ты очень нехорошая девочка… – прорычал он. – Ты представляешь, что ты делаешь со мной?

– Да, но это только начало.

Ощущение того, что он был в ее власти, опьяняло Мэган. Ее собственная смелость вскружила ей голову. Мэган стянула с себя штаны своей пижамы вместе с бельем, а затем ее рука скользнула ниже его пупка. Сердце бешено забилось, когда она обхватила рукой его твердый член. Стоны блаженства, вырывавшиеся из груди Кэла, пока она ритмично двигала рукой вверх и вниз, еще больше возбудили ее.

Ее желание распалилось до предела. Она чувствовала жар вязкой влажности в своем лоне. Мэган думала, что ей будет страшно или что она будет колебаться, но все, о чем она мечтала сейчас, – ощутить его внутри себя.

Сняв с него трусы, она достала презерватив из-под подушки. Ей понадобилось всего несколько секунд, чтобы надеть его на член Кэла.

– Ты точно этого хочешь, Мэган? – прошептал он.

– Как никогда, – улыбнулась она.

– Ты сводишь меня с ума. Я безумно хочу оказаться внутри тебя.

Мэган нравилось, что он честен с ней. Никакой лжи, притворства или лести. Никакой чепухи о том, что он влюблен в нее. Просто они оба хотели друг друга, вот и все.

Она села на него сверху и сама уверенным движением ввела его член в свое разгоряченное лоно. Он вошел в нее практически до упора. Мэган почувствовала его плоть и начала извиваться. Каждое ее движение срывало стон с губ Кэла. Больше не в состоянии сдерживаться, он плотнее обхватил ее бедра. Они оба двигались в беспощадном и неумолимом ритме. Вскоре напряжение в ее теле достигло пика, и она захлебнулась в упоительной агонии.

– Не останавливайся, – приказал Кэл, продолжая двигать бедрами.

Она тут же подхватила его темп, желая доставить такое же удовольствие, каким он наградил ее. Он кончил, взорвавшись ярким оргазмом, который сопровождался хриплым рычанием.

Все еще ощущая легкое сладострастное подрагивание в теле, Мэган упала ему на грудь. Она была полностью обессилена, но еще никогда не чувствовала себя такой свободной. Время покажет, вернутся ли к ней кошмары. Но благодаря Кэлу она сломала стену страха. Он дал ей надежду.

Слезы облегчения и благодарности покатились по ее щекам, когда она поцеловала его.

– Спасибо, – прошептала Мэган.

Когда первые несмелые лучи рассвета пробрались сквозь шторы, Кэл лежал, прильнув всем телом к обнаженной Мэган. Ее ровное глубокое дыхание подсказывало ему, что она еще крепко спит.

Они занялись любовью еще раз прошлой ночью. Кэл опасался, что если он будет сверху, то это может разбудить в ней ужасные воспоминания, но этого не случилось. Второй раз был таким же восхитительным, как и первый.

Мэган во сне повернулась к нему спиной, и Кэл еще крепче прижал ее к себе. Ее красота и страсть сводили его с ума. Но что казалось наиболее трогательным – это ее доверие к нему. То, что женщина, которая столько перенесла, отдалась ему без остатка, рождало неведомые ранее эмоции. Он чувствовал себя так, будто получил невероятный подарок, которого не заслуживал.

После этой ночи мысль о том, что ему следует отпустить Мэган, была невыносима. Он хотел защищать ее от всего плохого в этом мире, избавить от душевных мук и видеть ее улыбку каждый день. Но мучительные вопросы продолжали роиться в его голове. А как же прошлое? Как же ее непоколебимое решение вернуться в Дарфур? И что, если он найдет доказательства того, что Мэган имеет отношение к исчезновению денег?

Кэл не сможет ей доверять полностью, пока эти сомнения не развеются. Его мать не оправдала его доверия когда-то. После этого единственным человеком, которому он смог довериться, стал Ник, но и его искренность он ставил под вопрос теперь. Он не хотел вновь испытать предательство со стороны близкого человека.

Кэл вдохнул легкий аромат лаванды, исходивший от волос Мэган. По крайней мере, сейчас он был готов стать для нее опорой и помочь исцелиться. Но ему придется держать свои чувства под контролем. Он не собирался забывать, зачем приехал в Африку. Никому, даже Мэган, не удастся сбить его с намеченного курса.