Поездка в кафе-мороженое привела к неожиданному итогу. Чего-чего, но Дэниел точно не ждал, что Оливия признается в увлечении им и поспешит сказать «прощай».

Следующим утром, сидя в машине у ее дома, он снова и снова проигрывал в голове их диалог накануне.

Она не хотела уезжать с разбитым сердцем, а значит, была в него влюблена. Может, и к лучшему, что не захотела дальше с ним сближаться, ведь он все сильнее прикипал душой и к ней, и к ее семье.

Он всегда считал себя вольной птицей. Горький опыт родителей многому его научил. И он не хотел столкнуться с теми безобразиями, которые сопровождали их развод.

Но за последние два месяца у него словно заново открылись глаза. Он почувствовал, насколько богаче становится жизнь благодаря любви. И понял, что драма его детства случилась просто из-за двух больных самолюбий.

Уже два дня в нем шла внутренняя борьба. Влечение к Оливии переросло в нечто более глубокое, чем желание физической близости. Однако расставание с привычным одиночеством по-прежнему его пугало. И разрешить эту дилемму он не мог.

Ему исполнилось тридцать три года, и с восемнадцати лет он жил в душевном комфорте. Не отягощал себя лишними заботами. Ни в ком не нуждался, никого не жаждал видеть рядом, тем более постоянно. Это счастье – жить в уединении, убеждал он себя.

От непростых размышлений его наконец оторвала Оливия. Она вышла на крыльцо, и он вздохнул с облегчением.

Она приняла деловой вид, волосы собрала в узел на затылке и надела униформу цвета хаки. Махнула ему рукой и села в машину. Они проехали до полицейского участка, припарковались и вместе направились к входу в здание.

– Как спалось? – поинтересовался он.

– Честно, неважно.

– Этот твой матрац – не самое удобное ложе для сна.

– Точно, но я не смогла найти здесь подходящего дома с тремя спальнями. Кроме того, ворочалась с боку на бок не из-за матраца. Мне не дает покоя убийство Шелли. Ни одно дело раньше так меня к себе не приковывало.

– Поверь, всякий раз, как об этом вспоминаю, у меня сердце болит. Жаль, что мы не провели полного расследования по свежим следам.

– У тебя руки были связаны твоим боссом.

– Да, но все равно следовало сделать больше.

Они подошли к входу.

– Ты ни в чем не виноват. Надеюсь, после беседы с Бо я выкину Джимми Тамбора из головы как подозреваемого. – Она нахмурилась. – Меня сюда послали не заниматься убийствами, но это дело мне хочется до отъезда в Натчез раскрыть.

Они вошли в квадратную комнату, где за столами сидели несколько полицейских.

– Когда поедем к Бо? – спросил Дэниел.

– Хочу сначала позвонить ему. Узнаю, будет ли он свободен часов в десять. Дам тебе знать, о каком времени мы договоримся. – Оливия вошла в свой кабинет и закрыла за собой дверь.

Оливия поставила его на место, сокрушенно подумал Дэниел. Показала себя настоящим профессионалом, знающим себе цену. А он подчинился, потому что не хотел осложнять ей жизнь. Слишком ценил ее, чтобы навязывать себя и тем самым причинить боль и ей и малышке Лили, когда они соберутся в дорогу.

Он сел за стол и прочитал сообщения, которые оставил дежуривший ночью Джеймс Рокфилд. Их опергруппа занималась делом Шелли, но это не означало, что в городе все тихо и спокойно.

На главной улице ограбили винный магазин. Преступник вынес несколько бутылок виски и три коробки сигарет. Владелец магазина вызвал стекольщика для ремонта окна, а камера видеонаблюдения запечатлела старика Клайда Дорфмана в момент совершения преступления. К сожалению, Джеймс и его товарищи по ночной смене не смогли найти и арестовать Клайда.

Дэниел взял их доклад и положил на стол Рэю Макклюру. Рэй прихлебывал кофе и читал спортивный журнал.

– Займись этим, – сказал Дэниел. – А мы с шерифом отправляемся кое с кем побеседовать.

Рэй прочитал доклад и нахмурился:

– Какого черта я буду искать Клайда, если ночная смена его не нашла? Они пишут, что не застали его дома.

– По-моему, он напился как свинья и засел в одной из брошенных хибар. А когда хмель из головы вылетит, пойдет домой. Но сейчас его лучше искать среди этих лачуг.

– Как он мог совершить такую глупость? Там же везде камеры? Неужели он этого не знает?

– Клайд никогда умом не блистал, а вчера наверняка хорошо принял, перед тем как лезть в магазин.

Рэй нехотя поднялся со стула и саркастически заметил:

– Сколько раз его уже сажали за решетку, чтобы протрезвел и успокоился. Дома и то реже обсыхал.

– Сейчас он так легко не отделается. Получит срок. Это не просто пьяный скандал.

Он дождался, пока Рэй ушел, и снова сел за стол. Надо было подумать о предстоящей беседе с Бо, но он то и дело возвращался мыслями к Оливии. Их поездка в кафе-мороженое накануне вечером произвела на него сильное впечатление. Как приятно было ужинать в их доме! Как легко он нашел со всеми ними общий язык!

Пять лет назад он подцепил в баре красотку и чудно позанимался с ней любовью. Но от той Лили ничего не осталось. Она превратилась в Оливию, знающую себе цену умницу, любящую мать и дочь.

Около девяти часов она выглянула из-за двери и сказала, что договорилась с Бо и Клэр о встрече в десять часов.

Самому Дэниелу казалось, что они пошли по ложному следу. Джимми Тамбор убил человека? Невероятно! Скорее пьяница Клайд станет трезвенником.

Без четверти десять они с Оливией вышли из полицейского участка и поехали к Бо и Клэр. Оливия села в машину не проронив ни слова.

– Мы все еще дружим? – не то всерьез, не то в шутку спросил Дэниел.

Она повернулась и смерила его строгим взглядом. Но тут же весело улыбнулась, поняв, что он ее дразнит.

– Без нашей дружбы мне никак не обойтись. Больше ведь никого в городе не знаю. Так что дружу с тобой не без выгоды.

– Прими мое уважение. Разумный подход, – согласился он. Однако ни о каком уважении он, по сути, не думал. Просто ее хотел… еще и еще раз. Но в глубине души понимал, что она права.

Ей хотелось другой женской доли. Не скоротечной связи с ним…

Что он мог ей предложить? Служебный роман? Но ее это не устраивало. Ей хотелось другой судьбы. Снова выйти замуж, и чтобы этот человек стал для Лили отцом. А он на эту роль не годился.

Бо встретил их у входа и подчеркнуто любезно проводил внутрь, где они вчетвером сели за стол.

– Я слышал, ты хочешь что-то построить на месте пожарища, – сказал Дэниел.

Бо провел в сгоревшем доме детство, но домогавшийся Клэр урод сжег его и теперь сидел в тюрьме.

– Подрядчик был готов приступить к работе. Но мы надеемся месяца через три переехать в другое место, – сказал Бо и бросил на Клэр любящий взгляд. – Старый дом был очень хорошим, но для большой семьи маловат, а мы оба хотим иметь детей.

Клэр улыбнулась:

– По крайней мере двоих.

– Не пожалеете об этом, – сказала Оливия. – Я ничего лучшего в своей жизни не сделала, чем родила дочку.

– Ладно, давайте ближе к делу. Вы ведь сюда приехали не о детях и новых домах поговорить, – сказал Бо.

– Хотим задать вам несколько вопросов о Джимми Тамборе, – сказала Оливия.

– Джимми? – удивленно посмотрел на нее Бо. – А в чем дело?

– Знаю, что вас с ним долгие годы связывала крепкая дружба.

– Мы всегда были как братья, начиная с первых классов школы. Его обижал жестокий, грубый отец, а мать рано умерла, вот мы Джимми и приютили. Почти каждый вечер он с нами ужинал, а летом у нас дневал и ночевал. Он всегда был меньше меня ростом, поэтому мама отдавала ему мою поношенную одежду и заботилась о нем, как о родном сыне.

– А когда вы повзрослели? Дружили по-прежнему? – спросила Оливия.

Бо кивнул:

– Точно так же. Когда я открыл свое бистро, взял Джимми на работу и он поселился у меня на втором этаже.

– А как у него складывались отношения с Шелли?

Глаза Бо чуть сузились.

– Зачем вы об этом спрашиваете? Неужели правда думаете, что он имеет отношение к ее гибели? Он заботился о Шелли. Мы втроем отлично ладили. Кроме того, как я слышал, у вас уже есть подозреваемый и вы готовы его арестовать.

– Мы просто хотим все разложить по полочкам. Когда сразу после убийства началось расследование, на Джимми никто не обратил внимания.

Бо ехидно усмехнулся:

– Не было тогда никакого настоящего расследования. Трей Уокер дал понять, что это я во всем виноват. Но он пальцем о палец не ударил, чтобы отыскать настоящего преступника.

– Вот мы и стараемся во всем разобраться, – сказала Оливия.

– Вы правда хотите что-то против Джимми нарыть? Дохлый номер. Проще болото ложкой вычерпать. Когда меня здесь заклевали и мне пришлось уехать, Джимми перебрался жить к моей матери. Помогал ей во всем. Вел мой бизнес. Всегда приходил на выручку. Никогда слова дурного мне не сказал и лучше чем кто другой понимал, как я любил Шелли. – Он замолчал, сокрушенно вздохнул и посмотрел сначала на Дэниела, а затем на Оливию. – Вот что я вам скажу. Ничего вы с этим делом не разобрались. И понятия не имеете, кто убил Шелли.

Это был не вопрос и не предположение. Бо вынес им оценку, и Дэниела охватило чувство вины.

Судя по выражению лица Оливии, она почувствовала состояние Дэниела. И поняла, что Бо, по сути, прав.

Через несколько минут, уже в машине, она рассудила:

– Если бы между Джимми и Шелли пробежала черная кошка, Бо сразу бы это почувствовал.

– Он представить не может, что к гибели Шелли как-то причастен Джимми. И знает его лучше всех в этом городе.

– У Джимми сейчас есть подруга? А когда убили Шелли – была?

Дэниел искоса на нее посмотрел и устремил хмурый взгляд на дорогу:

– Знаешь, подумал об этом сейчас и не могу вспомнить, чтобы Джимми встречался с какой-нибудь женщиной. Хотя это и не означает, что у него никогда не было подруги. Я на него особого внимания не обращал. Здоровался, когда заезжал к нему перекусить. Иногда обменивались парой фраз, и все.

В машине воцарилось гнетущее молчание. Оливия насупилась и стала смотреть в окошко. Кто же убил Шелли Синклер? Прямых улик против кого-то у них не было. Распущенный слушок о скором аресте ни к чему не привел.

Она не знала, что еще предпринять. Бо оказался прав, к раскрытию этого дела они не приблизились. Убийцу не поймали, а значит, недалеко ушли от бывшего шерифа Трея Уокера.

– Хватит посыпать голову пеплом, – наконец сказал Дэниел. Он тоже чувствовал себя не в своей тарелке.

– Извини, уж очень обидно. Правда надеялась раскрыть это дело.

– Время у нас еще есть.

– Время-то есть, а вот как его использовать – непонятно.

– Что-то скоро произойдет, – твердо заявил Дэниел.

Они подъехали к ее дому. Он заглушил двигатель и повернулся к ней:

– Нельзя падать духом, Оливия. Настоящие полицейские не останавливаются на полпути. И мы не отступим.

Его уверенность не просто вызывала симпатию. Оливия слегка пожалела, что поставила крест на их физической близости. Но в ней пробудился не только зов плоти. Дэниел взял ее за душу. Рядом с ним она чувствовала себя как за каменной стеной. Могла быть слабой, как обычная женщина, а не только строгим и компетентным шерифом.

– У вас скоро выборы. Ты не планируешь выставить свою кандидатуру, стать шерифом? – Она силилась забыть, как замирала от восторга в его объятиях, млела от его страстных поцелуев.

Он засмеялся и мотнул головой:

– Ни за что. Если честно, мне предложили неплохую работенку. Пару дней назад позвонил Род Никсон и спросил, не хочу ли я возглавить службу охраны в луна-парке.

– Неужели навсегда снимешь служебный значок? – изумилась она.

– Пока не знаю, – промолвил он. – Роду тоже обещал подумать. По правде говоря, достали меня Трей и ему подобные.

– Ты здесь на своем месте, – возразила она. У нее в голове не укладывалось, что он может уйти из полиции.

– В луна-парке я тоже буду на своем месте, – возразил он. – Слушай, давай войдем внутрь. А то скоро здесь поджаримся.

Через несколько минут Оливия сидела у себя в кабинете, а Дэниел за своим столом. Шторы на перегородке она подняла и видела, что происходит в комнате рядом.

Она невольно то и дело поглядывала на Дэниела. Он уткнулся в свой ноутбук, наверное составляя отчет об их беседе с Бо.

Ее неудержимо тянуло к нему. Влюбилась по уши и ничего не могла с собой поделать. Даже покинув Лост-Бей, с раной на сердце, она бы никогда не забыла помощника шерифа Дэниела Карсона.

Если посмотрит в зеленые глаза Лили, сразу вспомнит отца ее малышки. Как жаль, что ему не нужны ни жена, ни дети. Он просто не создан для семейной жизни.

Они встретились здесь по злой иронии судьбы, хотя стать ее половинкой он никак не мог. А она сглупила. Во всем ему уступала. И он привязал ее к себе, стал на короткое время своим в их семье.

Около полудня Дэниел заглянул к ней в кабинет и предложил где-нибудь перекусить. Но она уже заказала себе обед у Джимми и никуда с ним не поехала.

Через полчаса мальчик-курьер привез ей салат «Цезарь» с курицей. За едой она старалась о работе не думать.

Ей хотелось отвлечься. Выкинуть из головы хоть ненадолго дело Синклер и Дэниела. Она решила переключиться на мать и Лили. Дочка у нее родилась, по сути, нежданно-негаданно, однако стала даром самого Господа. Наполнила жизнь Оливии таким счастьем, о котором она и не мечтала.

Еще одним подарком судьбы стала поддержка Роуз. Только она знала, что Фил не был отцом Лили, которая родилась после случайного знакомства. Конечно, Роуз не могло прийти в голову, что этим случайным знакомым был Дэниел.

За то ночное приключение Роуз дочери попеняла, но во время ее беременности и после во всем ей помогала.

Рано или поздно им троим предстояло вернуться в Натчез и зажить прежней жизнью. Они неплохо со всем справлялись раньше без Дэниела и будут так же без него обходиться по возвращении домой. В общем, ничего не изменилось.

После обеда она попросила зайти к ней в кабинет Макклюра. Он занимался ограблением винного магазина и доложил, что Клайд словно в воду канул, поэтому арестовать его не удалось.

– Так что ты здесь рассиживаешься? – спросила она после его доклада. – Почему не ходишь по улицам и не ищешь его?

– Перегрелся на солнце и зашел немного передохнуть, – начал оправдываться Рэй.

– Мы порой работаем не в самых комфортных условиях. Служба есть служба. – Оливия выпрямилась на стуле и впилась взглядом в Рэя, а он тут же опустил глаза. – Рэй, я закончила внутреннее расследование. – Он снова посмотрел на нее, едва дыша от волнения. – Не беспокойся. Оснований подозревать тебя в нечистоплотности и связи с наркодельцами нет. Но есть все основания указать тебе на твою лень и нерадивость. Я порекомендую дать тебе испытательный срок. Если за следующие шесть месяцев не проявишь себя с лучшей стороны, тебе придется искать другую работу. А если докажешь свою профпригодность, запись об испытательном сроке будет из твоего личного дела удалена.

Она ждала возражений. Предвидела, что Рэй выйдет из себя. Однако он только глубоко вздохнул и задумчиво нахмурился.

– При Трее тут многие валяли дурака. Я ходил за ним по пятам, смеялся его плоским шуткам и без устали его нахваливал. И он считал меня своим в доску парнем.

– Трей сидит в тюрьме, и ломать комедию тебе больше незачем.

Рэй покорно кивнул и поднялся, ни одним движением не показав своего недовольства.

– Я всегда хотел служить в полиции. Трей выбил меня из колеи, посеял сомнения. А сейчас пришла пора все изменить. Мне надо снова стать тем, кем я был до Трея. Обещаю, что скоро вы увидите меня совсем другим человеком.

Оливия кивнула. Когда Рэй выходил, он и держался по-другому. Расправил плечи, словно обретал уверенность в себе.

Перемены в нем доставили ей удовольствие. Чутье подсказывало, что он ждал такой нахлобучки и дельного совета. Раньше ему дозволялось праздновать лентяя, а теперь ее слово должно было его подстегнуть.

После обеда она перепроверяла свой доклад окружному прокурору. Подготовила его двумя днями раньше, но тянула с отправкой по имейл. Потому что этот доклад приближал окончание ее командировки в Лост-Бей.

Около четырех часов она заметила, что небо заволокли тяжелые облака. После жары и высокой влажности прошедшей недели приближалась буря. На побережье уже обрушился ураган «Деннис» и натворил немало бед.

В половине пятого она собрала опергруппу. Им пришлось включить все лампы, потому что за окнами потемнело от свинцовых туч.

Новостей ни у кого не было. Она огорчилась, но не удивилась.

Она уже хотела всех отпустить, когда ей позвонили. На дисплее высветилось, что это Бо Макбрайд.

– Бо?

– Это Джимми, – сказал он полным боли голосом. – Он убил Шелли. После нашего с вами разговора я решил сходить к нему и осмотреть его дом. Открыл шкаф. И нашел завернутое в носок кольцо Шелли. – От ярости у него заплетался язык. – Тут он вошел, и мы столкнулись нос к носу.

– А где он сейчас? – оборвала его Оливия.

– Сбежал по лестнице и заскочил в свою машину. Это голубая «тойота-камри».

– Мы им займемся. – Оливия нажала «отбой». – Шелли убил Джимми Тамбор, – сказала она. – Сейчас он уехал из своего бистро на голубой «тойоте». Джош, возьми людей и перекрой все выезды из города. Дай знать всем нашим, чтобы его искали везде, где только можно. Нельзя выпустить его из Лост-Бей.

Все вскочили и бросились к выходу. Дэниел посмотрел на Оливию:

– Поедешь вместе со мной?

– Если у него было кольцо Шелли, то он ее и убил, – промолвила она. – Удивляюсь только, зачем он это сделал.

– Сейчас не время для вопросов. Надо отыскать его, пока он еще в городе.

И они поспешили к выходу на стоянку.

Они уже садились в машину Дэниела, когда телефон Оливии зазвонил снова. Это был помощник шерифа Вес Стиллер. Она нажала клавишу ответа и включила громкую связь.

– Шериф Брэдфорд, я нашел машину Джимми, – сказал Вес.

– Где она? – спросила Оливия, а ее сердце заколотилось от выброса адреналина.

– Припаркована у вашего дома. К счастью, заметил ее, когда патрулировал улицы. Но в машине никого нет. Думаю, он вошел в дом.

У Оливии перехватило дыхание, как от удара в живот. Ее охватил леденящий ужас. Дэниел вырулил со стоянки и на полной скорости полетел к ее дому. Туда мог ворваться преступник и угрожать ее матери и дочери.