— Тем не менее, шила в мешке не утаишь! — продолжал дядя Паша. — Никаких следов от того племени найдено не было, но зато сами экспедиции оставили очень много следов. Да и сами члены экспедиций тоже было обыкновенные люди. Один скажет слово там, другой что-то скажет здесь, и вот уже многим стало известно, что именно ищут эти экспедиции в джунглях. Да и разведка разных стран тоже не дремала… В общем, через какое-то время вся эта история дошла до разведок разных стран.

— В том числе и до американской, и до нашей. — добавил мой папа.

— И вот тут-то и пробил наш час!.. — с грустной усмешкой сказал дядя Паша.

— А причем же тут вы?.. – удивилась моя мама.

— Ну как же! — развел руками мой папа. — Мы же тогда были будущими молодыми офицерами, курсантами специального училища. И горели желанием совершить подвиг!.. А еще лучше — несколько подвигов. К тому же у нас с Пашей не было никаких родственников. Мы с рождения воспитывались в детских домах, а потом поступили в Суворовское училище, а уже из него — в то самое, специальное.

— В общем, нас выбрали для этой экспедиции еще на предпоследнем, четвертом курсе. — продолжал дядя Паша. — И еще целый год ушел на подготовку. В том числе гипнотическую…

— Гипнотическую?.. Это как?.. – спросила тетя Света.

— А так, что на самом глубинном уровне нас, прямо скажем, запрограммировали, что мы никому не могли рассказать, кто мы такие и куда вскоре отправимся!..

— Так вот почему мы о вас тогда ничего не узнали!.. — воскликнула моя мама.

— Как будто затмение окутало наши головы… — пробормотала тетя Света.

— Затмение было и в наших головах. — кивнул ей дядя Паша.

— Мы могли вам только намекать. – сказал мой папа. — Вот и намекали, когда говорили об Амазонке, об анакондах, джунглях и всем прочем!..

Мы все немного помолчали, думая обо всех этих поразительных событиях.

А потом дядя Паша продолжал:

— В общем, не вдаваясь в лишние детали, та поездка на озеро была нашим маленьким отпуском, нашей маленькой, бесценной наградой, и сразу же после нее мы отправились в Амазонию.

— Нас послали вдвоем, только вдвоем, чтобы сделать нашу экспедицию как можно более незаметной. И мы оказались первыми, если не считать того летчика, кто нашел то племя — наурари, как они сами себя называют. — добавил мой папа. — Мы и еще Джек.

— Да, Джек Ботхэм, из точно такой же американской секретной экспедиции. — кивнул дядя Паша.

— Джека посылали одного?.. – удивился Женька.

— Нет, в их экспедиции было пять человек. Двое потерялись по дороге. Двое погибли… — вздохнул дядя Паша. — До селения наурари добрался только Джек, буквально через неделю после того, как в нем оказались мы.

— Вы так быстро нашли этих наурари?.. — удивился я. — Так просто?..

— Нет, малыш, совсем не просто! – улыбнулся папа и погладил меня по голове.

Ах, как это было приятно!..

— Сначала мы почти два года блуждали по Амазонии. — продолжал дядя Паша. — Встречались с местными жителями, изучали их языки, диалекты, обычаи, входили в доверие, но тщетно. Никто не знал, где живет то самое племя, хотя многие уже слышали об истории с летчиком.

— А потом что-то произошло! – вступил мой папа. — Дорога к племени будто бы сама открылась перед нами. И мы увидели то, чего не видели раньше, и поняли то, чего не понимали до сих пор.

— И когда мы добрались до селения, нас уже как будто ждали, как будто кто-то известил их о нашем прибытии.

— «Добрый день гостям!» — сказал нам старый вождь на одном из языков, который мы уже знали. — «Входите и живите у нас мирно!.. Для вас приготовлена хижина.»

— И мы вошли и стали жить, так же, как и Джек, которому тоже приготовили хижину. Но мы постепенно перебрались в одну, и стали жить в ней втроем. Так нам было как-то веселее.

— И мы прожили среди наурари семь лет. Целых семь лет…

— Вас не отпускали домой?.. Вас охраняли?.. — воскликнул Женька.

— Нет, никто нас не задерживал и не охранял. Мы почему-то сами не могли уйти. Что-то нам мешало… — ответил ему его папа.

И тоже погладил его по голове.

Женька улыбнулся очень довольной улыбкой.

— И вы там познакомились с местными девушками?.. — как бы равнодушным голосом осведомилась моя мама.

Папа улыбнулся ей и сказал:

— Мы познакомились и очень подружились там со всем племенем. И с мужчинами, и с женщинами, и с детьми, и с девушками тоже. Наурари — очень счастливые, открытые люди, и у нас со всеми установились очень хорошие отношения. Но мы не были там ни с кем так, как с вами.

— Ни с кем так, как бывают мужчины с женщинами. — уточнил дядя Паша.

Мама и тетя Света неотрывно смотрели в их лица, но я видел, что они поверили этим словами сразу и бесповоротно.

А мы с Женькой и так верили всему тому, что рассказывали наши папы!..

— И вообще, вы были нашими самыми первыми девушками. И единственными. — сказал мой папа.

— И единственными!.. — как эхо, подхватил дядя Паша.

— Но вы ведь тоже были у нас самыми первыми… — пробормотала моя мама, глядя прямо в глаза моему папе.

— И остались единственными… - пробормотала тетя Света, слегка покраснев.

— А мы и не сомневались в этом. – сказал в ответ мой папа.

А дядя Паша только молча кивнул ему в поддержку.

— Но как же это у нас получилось?.. – не понятно кому задала вопрос тетя Света. — У нас как будто бы на долгое время исчезли те самые желания!..

— Это — сила наурари! — улыбнулся ей дядя Паша.

— Сила наурари!.. — поддержал его мой папа.

— Сила наурари?! — закричал Женька. — Значит, секрет у них все-таки был! И вы нашли его!..

— Конечно, секрет был!.. — сказал дядя Паша. — И был, и есть. И в то же время никакого секрета нет. Все дело в гармонии.

— В гармонии?.. — переспросил Женька.

— Да, милый мой, в гармонии. Наурари — это самые обыкновенные люди. Просто у них нет плохих желаний. Это, пожалуй, самое главное.

— Никаких плохих желаний? Вообще?..

— Никаких. Вообще. Наурари не завидуют друг другу, не спорят друг с другом из-за пустяков, умеют прощать друг другу случайные обиды, и еще они считают, что если ты чего-то хочешь — ты достоин этого и должен добиваться этого. Просто у них как-то так получается, что желания одних людей не мешают желаниям других, не противоречат им.

— Но разве так бывает?.. – удивилась тетя Света. — Что-то я в нашей жизни такого не замечала!.. Все время приходится с кем-то спорить, соревноваться, что-то преодолевать… У нас ведь главное — или ты, или тебя!.. Особенно в бизнесе…

— Homo homini lupus est! — произнес задумчиво мой папа.

— Это на каком языке?.. — спросил я.

— На латинском. «Человек человеку волк!..» — так утверждали древние римляне.

— Ну мало ли чего там утверждали древние римляне! — быстро сказала моя мама, оборачиваясь ко мне. — А мы не будем равняться на них!..

И мама улыбнулась папе. Папа улыбнулся ей в ответ понимающей улыбкой, и взял маму за руку.

И вновь дрожь пробежала по ее телу, и мама вздохнула глубоко и прерывисто.

— И ведь наурари тоже спорят, соревнуются и преодолевают всякие трудности, только ухитряются при этом не мешать друг другу. — сказал дядя Паша. — До сих пор не понимаю, как это у них получается, но вот получается же!..

— А лекарство? — спросил я. — Как же лекарство?.. То самое, которым они вылечили того летчика?..

— Не было никакого лекарства. – ответил мне папа. — Наурари даже и не знают, что такое лекарства. Они просто никогда не болеют. Потому что они сами себе лекарство!..

— Сами себе?..

— Ну да! Они все время думают друг о друге, все время чувствуют друг друга, и если с кем-нибудь что-нибудь происходит, другие делятся с ним своей энергией. Вот и все!..

— И значит, летчика они тогда спасли от смерти и вылечили с помощью своей энергии?.. — спросил Женька.

— Именно так! — кивнул ему его папа. — С помощью обыкновенной человеческой энергии участия, которой обладает каждый человек.

— Каждый?.. — задумчиво переспросила тетя Света.

— Каждый!.. — дуэтом ответили ей мой папа и дядя Паша.  

— Так что никакого особенного секрета от наурари мы привезти домой не могли. — добавил мой папа. — Ну что бы мы рассказали дома? Что бы мы посоветовали?.. «Люди, живите дружно и в согласии, и все будет хорошо?..»

— Дружно и в согласии — это не так уж мало! — сказала моя мама.

— Слишком много, на самом деле!.. – сердито сказала тетя Света.

— Я вот что думаю.. — сказал я. – Наурари — особенные?.. Или все могут жить так, как они?..

— Наурари — особенные! – подтвердил мой папа.

— Но все могут жить так, как они!.. — добавил дядя Паша.

И они оба рассмеялись.

Но я и не подумал обижаться на них. Я понимал, что они говорят правду. Да и смех был совсем не обидный. К тому же гораздо приятнее было видеть веселых пап, чем слышать их грустные голоса, когда они еще только подходили к озеру.

— Замечательно! — вдруг сказала тетя Света странным голосом. — Если все так хорошо, откуда же тогда ваши шрамы?..

Папа и дядя Паша вмиг сделались серьезны.

— О, шрамы нам остались на память о доне Гуанто. — сказал дядя Паша.

— Это был такой южно-американский наркобарон. — пояснил мой папа.

— И он тоже узнал об истории с летчиком, и тоже захотел овладеть секретом чудодейственного лекарства. Чтобы продавать его за большие деньги и обогащаться.

— И чтобы уж точно добиться своей цели, он не стал посылать маленькие экспедиции, он послал огромный отряд, который принялся прочесывать джунгли квадрат за квадратом. При этом из отряда погибло множество людей. Кто от укуса ядовитой змеи, кто в реке, полной пираний, кто еще от чего-нибудь, но дон Гуанто людей не жалел. Жалеть людей вообще было не в его привычках!.. И рано или поздно его отряд должен был найти селение наурари. Мы жили в селении год за годом, и все это время бандиты дона Гуанто настойчиво пробирались к нему. Они могли наткнуться на него в любой момент.

— Вот почему мы не могли уйти.

— Такова была наша судьба. И судьба наурари, сплетенная с некоторых пор с нашей судьбой…

— И судьба тех пятидесяти человек дона Гуанто, оставшихся от тысячного отряда, которые сумели добраться до селения наурари!...

— Их было пятьдесят! — с ужасом воскликнула тетя Света, прижимаясь к дяде Паше.

— И.. И что с ними произошло?.. – спросила моя мама, прижимаясь к папе.

— Они все остались там. — коротко ответил мой папа.

— Точнее, не совсем они сами, а то, что осталось от них. — спокойно уточнил дядя Паша.

И нас всех обдало ледяным холодом от этих его слов. И в то же время была в них и какая-то особая, единственная, безвыходная правота.

— А у нас на память от нашей встречи с ними остались эти шрамы… — закончил дядя Паша.

— Джек тоже остался там… — после небольшой паузы сказал папа. — А он был нам настоящим другом.

— Разве его нельзя было спасти?.. – удивился я. — А как же сила наурари?..

Папа только развел руками.

— Джек закрыл собой термитную гранату, которую метнул один из бандитов дона Гуанто. — пояснил он. — Рядом были дети...

— А где были их родители?.. – спросила тетя Света.

— В селении. Они все сидели и думали о нас…

— И не только о нас. Точнее будет сказать — для нас!..

— Для вас?..

Наши папы одновременно молча кивнули головой.

— Наурари не могут сражаться с другими людьми, потому что не умеют убивать. — пояснил мой папа. — Они даже не умеют думать об убийствах. И поэтому во время нападения бандитов они думали о нас, о нашей жизни. Она должна была продолжаться!.. Чтобы могла продолжиться их жизнь, жизнь их селения, их племени.  

— Вот почему мы так были нужны им. — добавил дядя Паша. — Мы были нужны им, а они были нужны нам. Своего рода жизненная выгода, если можно так выразиться. Хотя никто из нас не думал тогда о выгоде. Как-то в голову не приходило…

— Наурари умели то, чего не умели мы. А мы с Пашей умели все то, чего не умели наурари!.. — сказал мой папа. — Уж так нас подготовили… Из нас сделали настоящие боевые машины!...

— Сделали?.. — странным голосом спросила тетя Света.

Дядя Паша грустно улыбнулся ей в ответ.

— Я понимаю, что ты хочешь сказать… Конечно, никто бы ничего не сумел из нас сделать, если бы мы сами не хотели этого.

— А вы хотели?..

— Когда-то — да. А потом мы несколько лет учились хотеть чего-то другого.

— Или, точнее сказать, по-другому.

— И у вас получилось?..

Папы вновь грустно улыбнулись.

— Нет предела совершенству!.. – сказал мой папа. — И мы продолжаем учиться этому все время.

— А что было потом?.. — спросил я.

— Потом?..

— Да, после того, как вы справились с бандитами?..

— Мы передохнули немного, буквально несколько дней. И отправились домой. Больше нас ничто не держало у наурари. Провожая нас, вождь сказал: «Мое племя всегда будет помнить и думать о вас. И наши мысли соединятся с теми, кто думает о вас сейчас, кто ждет вас и обязательно дождется... Но обратная дорога будет долгой…»

— И что, вы в самом деле добирались домой долго?.. — спросила моя мама.

— Да, два года вы искали путь к наурари, семь лет были у них, но всего ведь прошло десять!.. — добавила тетя Света. — Куда девался еще один год?..

Наши папы переглянулись, и дядя Паша ответил:

— Нет, как это ни удивительно, домой мы добрались очень быстро, буквально за месяц. Но уже дома нам устроили карантин чуть ли не на год… Все проверяли, все выпытывали, все пытались разузнать нечто такое, чего мы сказать не могли!..

— И не потому, что не хотели, а потому, что и в самом деле не могли!..

Тетя Света оглядела наших пап очень подозрительным взглядом.

— Что-то вы, ребятки, темните… - протянула она. — Нет уж, раз начали рассказывать, рассказывайте все до конца!..