Чувствуя себя не в своей тарелке, Санни неуверенно стояла у края бассейна в простеньком черном бикини. Еще ни разу она не ощущала себя такой раздетой. Женщине, которая на нее таращилась, было за шестьдесят; она была ухоженной и безупречно одетой. Несмотря на жару, на ней были аккуратная юбка, блузка с бантом на шее и жакет бледно-желтого цвета, как и юбка. Кроме того, на ней были туфли.

– Стефано? – Пожилая женщина повернулась к Стефано, и Санни, воспользовавшись моментом, схватила полотенце и обернула его вокруг тела. Она поняла, что перед ней мать Стефано.

– Она только что вернулась из Шотландии, – упомянул он в разговоре два дня назад, – но тебе не нужно бояться, что она неожиданно ко мне нагрянет. Моя мать во многих вопросах очень традиционна. Она терпеть не может незваных гостей. О визите ее следует предупреждать заранее, чтобы она подготовилась.

– Даже ты не можешь появиться без предупреждения? – Санни рассмеялась, в очередной раз думая, до чего мир Стефано отличается от ее мира.

– Даже я, – подтвердил он с усмешкой. – Если бы я внезапно к ней приехал, она сразу бы решила, что что-то случилось.

– А если к ней внезапно приедет Флора?

– Она будет вне себя от радости, – честно признался Стефано. – Флора ладила с моей матерью лучше, чем со мной. Я очень надеялся, что ситуация изменится. Мать пригласила нас на чай в следующие выходные.

И это будет семейная встреча, куда Санни не допустят. Она и не ожидала ничего иного. Хотя ей все равно было обидно.

Она забеспокоилась, когда карие глаза, очень похожие на глаза Стефано, снова на нее посмотрели с проницательным любопытством и интересом.

Флора вылезла из воды и стала деловито разглядывать клетчатую шотландскую юбку, которую ей привезла бабушка.

– Она будет отлично смотреться с твоими черными туфлями, – сказала Санни, нарушая молчание.

– А мой сын, оказывается, совсем не знает этикета!

– Мама, это…

– Меня зовут Санни. – Санни протянула женщине руку, решив избавить и себя, и Стефано от смущения. – Я присматриваю за Флорой время от времени. Когда ваш сын задерживается на работе.

– Например, в выходной день? – Ее проницательные карие глаза сверкали весельем. – Стефано? – Она повернулась к сыну и одарила его настойчивым взглядом. – Над чем ты работаешь, лежа в шезлонге у бассейна? Над загаром? Потому что я, по-моему, не вижу рядом с тобой этого проклятого ноутбука! – Она повернулась к Санни. – Не то чтобы я не рада видеть его без этой чертовой вещицы. Я рада! А теперь я предлагаю пойти в дом и выпить по чашечке ароматного чая! Для этого есть причина, Стефано. Я совсем о ней забыла от волнения, когда нашла тебя здесь с хорошенькой молодой леди, о которой ты не счел нужным рассказать своей матери-старушке! – Она зашагала к дому, бросая нараспев через плечо: – Не такого сына я воспитывала! Я считала, что вырастила уважительного молодого человека, который первым сообщит мне о своих серьезных отношениях!

Ошеломленная Санни оглянулась, чтобы посмотреть, слышала ли Флора замечание своей бабушки, но, к счастью, та по-прежнему занималась своими делами у стола рядом с бассейном.

Серьезные отношения? Мать Стефано не догадывается, как ошибается.

Санни извинилась, войдя в дом, и ушла переодеваться. Стефано чувствовал себя максимально комфортно в сухих плавках и футболке, словно был в деловом костюме, а вот Санни сгорала от смущения.

Флора поскакала вверх по лестнице, чтобы примерить привезенную бабушкой одежду и распаковать красиво завернутые подарки.

– Ты спустишься вниз? – Санни заглянула в комнату девочки и увидела, что та увлеченно разглядывает книжку-раскраску, а рядом аккуратно разложены фломастеры. – Твоя… бабушка будет очень рада поговорить с тобой.

– Я скоро приду. – Флора улыбнулась, потом посерьезнела и задумчиво пожевала губы. – Классно, что бабушка привезла сюда все эти штуки. Она говорит, у нее полно других вещей в ее доме, и она мне их покажет.

– По-моему, она очень добрая, – мягко произнесла Санни, и Флора покраснела. – И не беспокойся о том, что ты, возможно, обидела ее, впервые приехав сюда. Ты просто к ней не привыкла, – продолжала Санни. – Потому что твоя бабушка мудрая женщина, и она поняла, что на все нужно время. Не нужно торопить события.

– Я у нее переночую. – Флора вернулась к раскрашиванию книжки. – Я скоро спущусь. Я еще немного порисую, а потом соберу сумку.

Санни нашла Стефано и его мать на кухне. Женщина сидела с прямой спиной в кресле, рядом с ней стояла чашка чая и блюдце с печеньем. Стефано стоял у балконных дверей, спиной к газонам, выглядя крайне неспокойным.

– Мой сын даже не удосужился представить нас друг другу должным образом. – Она бодро встала и протянула Санни руку, словно при первой встрече. – Меня зовут Анжела, а вас Санни. Присядьте и расскажите немного о себе. – Она неодобрительно посмотрела на Стефано. – Хотя, – прибавила она, – я заметила, что вы сильно повлияли на атмосферу в этом доме. – Она улыбнулась, и Санни улыбнулась в ответ, потому что под суровой внешностью матери Стефано заметила истинную доброту.

– Я… – Санни посмотрела на Стефано, прося помощи, и он удрученно усмехнулся.

– Стефано говорит, что вы стали недавно встречаться.

– Да? – пискнула Санни, не зная, то ли ей радоваться, что он не старается вычеркнуть ее из своей жизни, то ли смущаться.

– Теперь я понимаю, почему он не говорил мне о вас.

– Да? – Санни бочком присела на стул, потому что у нее задрожали ноги.

– Он хотел быть уверенным.

– В чем? – слабо спросила Санни.

– В том, что вы не станете для него любовницей на пару недель, как бывало прежде! – Попивая чай, она задумчиво и внимательно посмотрела на Санни поверх чашки из тонкого фарфора. – Хотя ему не надо было ничего мне говорить, – спокойно произнесла она. – Я обо всем догадалась, как только увидела вас с Флорой.

– Ах!

– Но мы можем поговорить обо всем этом позже. А сейчас… – Она повернулась к Стефано. Анжела была такой маленькой, а он таким высоким, что ей пришлось высоко поднять голову, чтобы встретиться с ним взглядом. – Стефано, проследи за тем, чтобы все было в порядке. Мне невыносимо думать, что я могла испортить что-нибудь драгоценное. И я очень боюсь, что если проблемы не решатся сразу, то не решатся никогда. А вас, моя дорогая девочка… – Она похлопала Санни по плечу и одарила ее удивительно теплой улыбкой, способной растопить лед. – Я очень хочу узнать получше. Но сейчас я должна уходить. Я заехала только потому, что возникло срочное дело. Мой сын знает, что я ненавижу появляться в гостях без предупреждения. Флора согласилась поехать со мной. Я на седьмом небе от счастья. Я схожу за ней.

– Я приведу ее, – сказал Стефано.

Но Анжела уже опередила сына и выходила из кухни. Она говорила, что хочет увидеть комнату Флоры и выяснить, какие подарки ей приготовить.

– Я не могу дождаться, когда стану настоящей бабушкой, – задумчиво сказала она. – Я не предполагала, что придет день, когда Флора захочет провести со мной время. Я ухожу, Стефано, но я жду твоего звонка по поводу той проблемы с домом!

Анжела ушла. Стефано пристально посмотрел на Санни, проклиная себя за неловкую ситуацию, в которой он теперь оказался.

Санни казалась оглушенной. Словно только что посмотрела спектакль, который не ждала.

– Моя мать умеет произвести впечатление, – сказал он, растягивая слова и опираясь на край стола руками. – Она говорит, что именно так ей удалось заполучить моего отца. Она ворвалась в его жизнь как вихрь и, прежде чем он что-то понял, они стали счастливой супружеской парой. Я переоденусь и прослежу, чтобы моя мать и Флора благополучно уехали. Я не хочу, чтобы моя дочь вдруг передумала уезжать. Я вернусь через десять минут.

– Почему она решила, что у нас серьезные отношения? – спросила Санни, когда через пятнадцать минут Стефано вошел на кухню в хлопчатобумажных брюках и белой рубашке-поло.

У нее было немного времени поразмыслить над заявлением Анжелы, но оно по-прежнему казалось ей бессмысленным. Стефано поведал ей достаточно предостерегающих историй о том, что он не желает ни к кому привязываться. Он предупредил ее, что избегает серьезных отношений. С тех пор как они стали любовниками, его девизом был: «Обжегшись на молоке, дуешь на воду».

Вот и непонятно, почему он позволил своей матери думать, будто между ним и Санни нечто большее, чем интрижка. Во всяком случае, он должен был попытаться убедить мать, что она ошибается!

– Отношения моей матери с Флорой, как я, возможно, уже говорил тебе, были напряженными. Когда моя бывшая жена уехала на другой конец земного шара с нашей дочерью, она практически лишила меня возможности поддерживать связь с дочерью и нарушила все законы об опекунстве. В результате, я очень редко встречался с Флорой на протяжении многих лет. Естественно, я привлекал адвокатов, чтобы исправить ситуацию, но закон на стороне матерей, поэтому я не смог отобрать у нее права опеки. Я много путешествовал, задерживаясь в стране максимум на две недели. Алисия об этом знала и использовала эту ситуацию в свою пользу.

– Должно быть, ты не находил себе места. – Санни подумала, что у любого родителя душа разрывается на части, если ему отказывают в возможности увидеть своего ребенка. Она сама знала, как отчаянно ребенок ищет внимания отца или матери.

Соглашаясь временно работать няней Флоры, Санни не подозревала, что в конечном счете станет свидетелем семейной драмы. Но опять же, она не знала, что будет любовницей отца Флоры. И потом, она не догадывалась, что привяжется к девочке, потому что прежде дети не вызывали у нее особого интереса.

– Вот почему мои отношения с дочерью изначально были напряженными. То же самое можно сказать и о моей матери, которая видела Флору еще реже. На самом деле она не встречалась с Флорой с тех пор, как ее увезли в Новую Зеландию.

– Я вам обоим сочувствую.

– Моя мать очень старалась, – сказал Стефано, – и она старается до сих пор. Конечно, Флора сблизилась с ней быстрее, чем со мной, но в их отношениях по-прежнему нет тепла, которого так ждет моя мать.

– Я думаю, должно пройти время. Флоре пришлось многое пережить.

– И ты это сразу поняла, – произнес Стефано триумфальным тоном директора школы, хвалящего своего ученика за правильный ответ. – Свершилось чудо! – Он взмахнул широко разведенными в стороны руками, и Санни пришлось моргнуть, чтобы вспомнить о том, что они обсуждают. – Флора изменилась. Я заметил это, но она изменилась не только со мной. Похоже, меняется ее отношение ко всему. Она начинает признавать, что я не злой монстр, а этот дом не ужасная тюрьма, и моя мать не злая ведьма, которая пытается соблазнить ее леденцами. И ты сыграла в этом важную роль.

Санни покраснела от удовольствия, но поспешила преуменьшить его комплимент.

– Нет! – Стефано остановил ее на полуслове, подняв руку. – Не пытайся это отрицать! Это правда. – Наклонив голову набок, он внимательно на нее посмотрел. – Ты наверняка удивилась, почему моя мать появилась без приглашения, хотя я говорил тебе, что она меньше всего любит подобную спонтанность.

До Санни смутно доходило, что они отклонились от первоначальной темы о неверном предположении его матери, но продолжала слушать Стефано, словно в оцепенении.

– Возникла проблема с домом моей матери в Шотландии, – сказал он.

– Я думала, твоя мать живет в Лондоне.

– Живет, но она не продает семейный дом в Шотландии по сентиментальным причинам. Там она жила вместе с моим отцом, пока он не умер. У нее там по-прежнему много друзей, и она часто их навещает. – Он решил не размениваться на детали. – Но дом старый, с проблемами, характерными для любого старого имущества. Кажется, там был потоп. Часть вещей удалось спасти и перевезти в другую часть дома. Во всяком случае, моя мать теперь паникует при мысли, что драгоценные для нее вещи будут уничтожены, если большую протечку не ликвидируют должным образом. – Он пожал широкими плечами и развалился в кресле. – Она попросила меня взять недельный отпуск, чтобы я поехал туда вместе с ней и Флорой, чтобы оценить ущерб и установить рабочим предельные сроки ремонта.

Санни пронзило жгучее разочарование, но она продолжала лучезарно улыбаться. Стефано уезжает в Шотландию и дипломатично избавляется от нее до того, как разочарует свою мать, которая сделала неверные выводы. Санни знала с самого начала, что им рано или поздно придется расстаться, но у нее все равно было тяжело на душе.

– Когда ты уезжаешь? – вежливо спросила она, и Стефано сдержанно улыбнулся.

– Судя по тому, что говорит моя мать, она хотела бы, чтобы я уехал позавчера. Я уеду завтра утром.

– Конечно. – Наступило неловкое молчание, во время которого Санни старалась выяснить, как ей сказать то, что она должна ему сказать. – Перед тем, как уйти, я попрощаюсь с Флорой. Я смогу повидаться с ней на праздники? Естественно, в твое отсутствие.

– О чем ты говоришь?

Санни насторожилась, но продолжала улыбаться:

– Я понимаю, твоя мать неверно истолковала наши отношения, и ты скажешь ей правду, когда вы останетесь одни…

– Значит, ты решила уехать и встречаться с Флорой по праздникам, когда меня не будет рядом?

– Ты не беспокойся, – сухо произнесла Санни. – Я не буду тебе докучать и пытаться продлить то, что между нами происходит.

– Я признаю, моя мать с удивлением увидела то, что показалось ей уютной домашней сценкой.

– Ты должен был сказать ей правду. Мне было очень неловко притворяться, что между нами действительно серьезные отношения. Я не привыкла лгать.

– Моя мать, – прямо заявил Стефано, – ясно осознает, что ты серьезно повлияла на поведение Флоры. В последний раз, когда она разговаривала с Флорой, девочка была резкой и несговорчивой. Теперь она сама согласилась поехать к бабушке. – Он немного помолчал, думая о последствиях того, что он собирается сделать дальше.

Санни промолчала. Казалось, они оба ходят по кругу, хотя у нее сложилось неприятное ощущение, будто Стефано знает, что делает, а она совсем не понимает, чего хочет.

– Моя мать не хотела бы рисковать позитивными изменениями в поведении Флоры.

– Я ее понимаю. – Санни сочувственно посмотрела на него зелеными глазами, не имея понятия, как все сказанное Стефано связано с ней.

– Что касается твоего первоначального вопроса…

– Да. Твоя мать поспешила с выводами.

– Ее можно понять. Раньше я не приглашал в свой дом ни одну женщину.

– Неужели?

– Обычно моя личная жизнь проходит в Лондоне.

Санни начала подумывать, что Стефано относится к ней по-особенному, но потом одернула себя, вспомнив, что появилась в его доме только ради Флоры.

– И я, конечно же, никогда не знакомил ни одну женщину с Флорой.

– Да, но в моем случае все по-другому, – разумно заметила Санни. – Я няня Флоры.

– Не важно. – Он пожал плечами, не отводя взгляда от ее лица. – Моя мать увидела не няню, присматривающую за своей подопечной. Мы втроем были у бассейна. Флора смеялась и выглядела расслабленной, как и ты.

– Я понимаю Анжелу.

– Мы любовники, Санни, – внезапно прервал ее Стефано. – Пусть моя мать сделала неправильные выводы, мы с тобой близки друг с другом, и Флора является частью наших отношений.

– На что ты намекаешь?

– Хотя моя мать, возможно, не одобряла тех женщин, с которыми я появлялся на людях, она верила, что я никогда не позволю ни одной из них переступить определенную границу. Другими словами, со всеми своими любовницами я встречался в Лондоне. Она предполагает, что наши с тобой отношения гораздо серьезнее, потому что мы перешагнули эту границу. И она видит то, что очень хочет видеть, а именно, претендентку на роль мачехи для Флоры и жены для меня. Но мы с тобой знаем, что это невозможно.

– Конечно нет! – Санни ужаснулась. Она подумала, что Анжела, вероятно, передумала бы, узнав, что Санни не пара ее сыну.

– Однако…

– Однако?.. – переспросила Санни, и Стефано бросил на нее оценивающий взгляд из-под длинных темных ресниц.

– Как я уже говорил, между моей матерью и Флорой сложились довольно хрупкие отношения. И за неделю в Шотландии она не хочет, чтобы девочка снова стала ее дичиться. Она считает, что единственный способ этого избежать – это взять тебя с нами.

Прошло несколько секунд, прежде чем Санни осознала все, что он сказал. А потом она моргнула, задаваясь вопросом, не ослышалась ли на этот раз.

– Взять меня с вами? – Санни неуверенно рассмеялась. – Я не могу поехать с вами в Шотландию!

Стефано сдержал вспышку раздражения. Санни по-своему напомнила ему, что их отношения временны, и они вместе только для того, чтобы получать удовольствие в постели.

По сути, именно так он должен был относиться к их связи. Санни – сексуальная, отзывчивая женщина, которая знает границы дозволенного и согласна их не переступать… У нее точно такое же отношение к жизни, как у Стефано. Бывало, что женщины начинали претендовать на то, чего он не мог им дать. Поэтому отношения с Санни должны принести ему блаженное облегчение, какое приносит ветер в жаркий день.

К собственному неудовольствию, Стефано обнаружил, что подобного облегчения не испытывает.

Санни даже не обдумала его предложение поехать вместе с ним! Разве она не должна прыгать от радости?

– Если ты беспокоишься о том, отпустят ли тебя с работы, – проворчал он, – то я уверен, что это не проблема. Даже самые преданные и амбициозные сотрудники должны время от времени отдыхать…

– Дело не в том, отпустят меня с работы или не отпустят, – отрывисто сказала Санни.

В чем тогда дело?

Санни боялась привязаться к Стефано и Флоре и начать чувствовать себя членом их семьи. Она уже с нетерпением ждет возможности провести вечер со Стефано и его дочерью. У Санни никогда не было настоящей семьи, поэтому она испугалась, когда ей очень понравилось быть частью семьи Стефано.

Поездка в Шотландию и более близкое знакомство с Анжелой станет еще одним опасным и соблазнительным шагом к неисполнимой мечте.

– Итак, в чем проблема? – холодно спросил Стефано.

– По-моему, мне не следует идти на такое сближение… Я имею в виду, мы планировали провести вместе одну ночь, не так ли? Кроме того, это несправедливо по отношению к твоей матери, ты не согласен? Если она предполагает то, чего нет на самом деле…

– Я понимаю твои сомнения. – Стефано говорил резче, чем хотел. Он пригладил пальцами волосы. – Конечно, я бы предпочел, чтобы она не строила иллюзий по поводу серьезности наших отношений, но сейчас на карту поставлено гораздо большее, чем заблуждения моей матери.

Размышляя над его словами, Санни осознала, что на самом деле она ничего не значит для Стефано. Ее чувства ему безразличны. Она нужна ему только для удовольствия.

– Что ты сказал? – Она поняла, что прослушала его фразу.

– Я не могу заставить тебя поехать в Шотландию, – мрачно произнес Стефано. – Если наши временные отношения рискуют перерасти в серьезные, тогда я расскажу матери, что между нами все кончено. Но тогда между нами, в самом деле, все закончится. Ты не сможешь навещать мою дочь. Хотя я признаю, что ты мне нравишься, я не желаю рисковать своими новыми отношениями с Флорой. Мы с тобой разбежимся, и ты исчезнешь. Потому что, если ты будешь время от времени появляться, ситуация только усложнится. С моей дочерью ты сможешь общаться только по электронной почте. Ты согласна на такое?

Судя по всему, Стефано и бровью не поведет, расставаясь с Санни. Он категорично и без запинки высказал ей свои требования. Пока он не хочет, чтобы их отношения заканчивались. Но если они расстанутся, то расстанутся навсегда.

– Флора впервые согласилась провести время с моей матерью после того, как приехала в эту страну, и моя мать беспокоится, как бы она снова не отстранилась от нее, пока они находятся в Шотландии. Дети не умеют мыслить рационально и не видят ситуацию в целом, а также не предвидят последствия своих действий. Твое присутствие, по-моему, стало бы большим подспорьем. Но я не могу тебя заставить.

Санни лихорадочно размышляла над вызовом, который он ей бросил. Струсит ли она? Готова ли она расстаться с ним и Флорой навсегда?

– Но твоя мать, разумеется, рано или поздно обо все узнает, когда все это закончится.

– Если повезет, ее отношения с Флорой будут крепнуть день ото дня.

– Значит, ей на самом будет деле все равно, если меня не будет рядом, потому что у нее с внучкой сложатся отношения, к которым она стремилась. И я думаю, она испытает сильное облегчение, когда мы расстанемся, потому что узнает, что я за штучка.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Я тебе не пара. – Она ненавидела себя за то, что упомянула об этом. Она всегда считала, что не будет принижать себя из-за своего прошлого. Она знала свое место в жизни с самого раннего возраста. Прошлое сформировало ее характер, и она всегда будет ему за это благодарна.

Так, зачем намекать Стефано, что она не слишком хороша для него?

И почему, черт побери, она вообще завела об этом разговор?

– Ты считаешь мою мать снобом, – сухо сказал Стефано.

– Мне не следовало этого говорить. Если честно, это не имеет значения. – Глубоко вздохнув, Санни посмотрела ему прямо в глаза. – Если мне удастся отпроситься с работы на неделю, то я поеду с вами.

Только теперь, успокоившись, Стефано понял, что все это время был напряжен. Ничего удивительного. Неожиданное появление его матери и ее ошибочные выводы подстегнули события. И хотя ему не нравилось, что мать думала, будто у него и Санни серьезные отношения, еще меньше ему хотелось, чтобы она боялась и нервничала из-за Флоры, находясь в Шотландии. Кроме того, он был не готов отказаться от великолепного секса с Санни, но не это стало причиной его напряженности, как он старался себя убедить. Если бы она отказалась притворяться ради его матери, Стефано отпустил бы Санни и не испытывал бы большого сожаления. Она просто стала бы для него одной из многочисленных любовниц.

– Твои намерения абсолютно бескорыстные? – лениво улыбаясь, тихо спросил он. На щеках Санни появился яркий румянец, она подогнула пальцы ног. Он не хотел спрашивать ее об этом и неохотно признал, что вопрос, по крайней мере отчасти, объясняется его смущением и озадаченностью. Он удивился, с какой легкостью Санни была готова отказаться ото всего, что между ними было.

– Конечно, они бескорыстные! – Она улыбнулась и опустила глаза. У нее перехватило дыхание, когда он встал, передвинул свой стул и сел так, чтобы их колени соприкасались.

Иногда в жилах Санни кровь бурлила от одного жгучего взгляда Стефано.

– То есть, я никак не повлиял на твое решение? Мужчину могут обидеть такие слова…

– Возможно, ты повлиял… Чуть-чуть…

– По-моему, я обязан показать тебе, насколько сильно я повлиял на твое решение. Дом в нашем распоряжении. Мы можем продолжить уроки плавания, но без бестолковых купальных костюмов.

Его предложение было поистине похотливым. Как ни странно, но, несмотря на бессвязную и сложную жизнь, Санни не была необузданной и похотливой. Ее мать стала для нее ярким примером того, как не следует себя вести. Короткие юбки, откровенные платья и многочисленные любовники, наркотики и алкоголь… Санни очень старалась стать ее полной противоположностью. Она контролировала свои чувства и выбирала строгую одежду, чтобы ненароком «не открыть ящик Пандоры». Если она позволит себе расслабиться, еще неизвестно, что может произойти. В конце концов, она дочь своей матери. Именно так Санни приучила себя думать. Однако ее теория была полной противоположностью идеи Стефано о том, что категоричность или черно-белое существование безопаснее всего. Потому что Санни жила в серых тонах, и ей это нравилось. Искупавшись голышом в бассейне, она не станет похожей на свою мать. Искупавшись голышом в бассейне, она просто развлечется. Запрещая себе то, что хотя бы отдаленно может считаться небезопасным, она лишает себя всевозможных приятных переживаний.

Она рассмеялась, и ее ярко-зеленые глаза сверкнули, когда она посмотрела на Стефано в упор.

– Я никогда не делала ничего подобного, – по секрету сообщила она, позволяя ему поднять ее на ноги. Прижавшись к Стефано, она обняла его руками за талию и посмотрела в его поразительно красивое лицо. – Я всегда предпочитала безопасные занятия…

– В купании нагишом нет ничего возмутительного, – суховато ответил Стефано. Ему нравилась ее искренность во всем и полное отсутствие наигранности.

– Ты удивишься, когда узнаешь, как это возмутительно для меня. – Санни рассмеялась, когда он наклонил голову и поцеловал уголок ее рта. Потом он припал к ее губам в жадном и откровенном поцелуе, и она стала извиваться в его объятиях.

Он мог овладеть ею прямо здесь и сейчас. С трудом сдерживая желание, он понял, что погружение в бассейн отвлечет его только на время.

– Меня заводит мысль о том, что я тот парень, который научит тебя тому, чего ты не делала раньше, – признался он приглушенным и страстным голосом.

«А когда поездка закончится, ты вернешься в свой мир. А с чем останусь я?» Санни стало тошно от неожиданной мысли о том, что Стефано исчезнет из ее жизни так же внезапно, как он в ней появился. Она не понимала своих ощущений и не желала их анализировать. Инстинкт подсказал ей не делать этого.

– И я рада, что ты станешь этим парнем. – Санни вздохнула и повернулась так, чтобы он погладил рукой ее плоский живот и запустил пальцы у нее между ног. – Я хотела сказать, что до встречи с тобой я, по сути, была невинной.

– А сейчас?

– Я чувствую себя полноценным человеком. Я поняла, что рисковать не всегда плохо и не всегда все заканчивается крахом. – Она рассмеялась и потянулась вверх, чтобы поцеловать его и крепко к нему прижаться.

– Значит, ты будешь необузданной и безрассудной… – Стефано не понимал, почему ему вдруг очень не понравилась такая перспектива.

– Не необузданной и безрассудной, – искренне произнесла Санни, – а, может быть, менее осторожной. Если мне так хорошо с тобой, то будет еще лучше с парнем, с которым я захочу прожить всю оставшуюся жизнь.

После расставания с Джоном она полностью посвятила себя карьере, но теперь все изменилось. Стефано разбудил в Санни страстную, отзывчивую женщину, которая подарит чувственную радость любому парню, с которым захочет связать свою судьбу. Разумно предполагать, что если ей так хорошо со Стефано, с которым ее связывают временные отношения, то с будущим мужем она будет на седьмом небе от счастья. Она решила представить себе, как будет выглядеть этот потенциальный мужчина, и в ее мозгу сразу возник образ Стефано.

Стефано подумал, что Санни чересчур откровенна. Разве следует говорить о его преемнике, если они еще не расстались? Он почувствовал жгучую ревность к этому несуществующему, вымышленному мужчине, который появится рядом с Санни в будущем.

Смехотворная ситуация.

Вот только Стефано не до смеха.

– Кто знает? – сказал он резким и хриплым полушепотом. – Может быть, тебе не будет с ним так хорошо, как со мной. – Внезапно ему захотелось подарить Санни такое чувственное наслаждение, чтобы ни один ее будущий мужчина не сравнился с ним по мастерству.