– О том, что хорошая подруга моей матери и завсегдатай свадебных церемоний собирается приехать сюда с визитом вежливости.

– Нет. – Санни запнулась. – Откуда я могла об этом знать? – Она не понимала, то ли ей войти в кухню, то ли поджать хвост и сбежать, поэтому она осталась в дверях.

Перед ней был не мужчина, в которого она влюбилась, а чужой и холодный человек, и от его взгляда по спине бежал холодок.

– Ну, ты, кажется, знаешь почти все, что ежедневно затевает моя мать.

– Я не просила привозить меня сюда, Стефано! – парировала Санни, защищаясь. Обхватив себя руками, она напряженно вошла на кухню и взгромоздилась на стул. – Днем ты работал и занимался ремонтом в западном крыле дома. Что я должна была делать? Мне следовало спрятаться в спальне и игнорировать твою мать и Флору?

Стефано густо покраснел. Конечно, она была права. Но его насторожило, что Санни так сблизилась с его матерью за короткий промежуток времени. Разве он не ожидал, что предположения его матери укрепятся за несколько коротких дней? Он знал, что его мать видит то, что хочет видеть. Она решила, что Санни станет его женой и матерью Флоре.

Но визит местного священника шокировал Стефано.

Он очень быстро понял, что его мать вышла за рамки приятных предположений о сказочной и счастливой любви и решила женить его на Санни.

Она начала строить конкретные планы, а он не пытался ей помешать. Стефано не замечал, что происходит, и теперь ему приходилось расхлебывать последствия, которые нужно немедленно устранить.

Санни раскраснелась и казалась сдержанной и отстраненной.

Внезапно разволновавшись, он встал, потягивая напряженные мышцы, и хмуро уставился на пустой бокал из-под виски.

На кухне царила гнетущая и удушающая атмосфера. Ему захотелось врезать по стене, чтобы ее сломать.

И ему нужно отойти от Санни подальше, потому что, стоя к ней слишком близко, он теряет силу воли и самоконтроль.

– Когда ты ушла из кухни с Флорой, – резко сказал он, – мне задали недвусмысленные вопросы о моих намерениях по отношению к тебе.

– Твои намерения?

– О том, как я планирую упрочить наши с тобой отношения. Наш приходской священник счел нужным упомянуть о лирических преимуществах вступления в брак.

Лицо Санни стало ярко-красным. Неужели Стефано думает, что она договорилась с его матерью о том, чтобы привезти в дом приходского священника и заставить его повлиять на исход их отношений? Неужели именно это он пытается ей сказать? Он полагает, что его мать неправильно истолковала серьезность их отношений, и Санни воспользовалась этим, чтобы стать его женой.

Санни пришла в ярость и сжала кулаки на коленях.

– И, по-твоему, я имею к этому отношение? – тихо спросила она.

Санни побледнела, ее ярко-зеленые глаза сверкали от сдерживаемого гнева. И Стефано не отвел взгляд в сторону. Он просто продолжал смотреть на нее, ни на йоту не отступаясь от своих сумасшедших предположений.

А почему она удивляется, что он подозревает о ней худшее? Он не вкладывает никаких эмоций в их отношения. Он с ней ради удовольствия и секса. Конечно, они ладят друг с другом, но Санни подозревала, что Стефано из тех мужчин, которые отлично взаимодействует со всеми своими любовницами, пока они ему не наскучат или не станут злоупотреблять его расположением. И вот тогда он станет смотреть на них так, как он смотрит на нее теперь – холодно и оценивающе.

Несколько секунд Стефано молчал. Он знал, что ему ничего не остается, кроме как махнуть рукой на произошедшее. Хотя его мать уверена, что он женится, Стефано не собирается этого делать ни сейчас, ни в обозримом будущем. Он ничего не сможет дать такой женщине, как Санни, в плане эмоций. Его душа пуста.

– Да, – сказал он. – Это первое, что пришло мне в голову, потому что ты в меня влюблена.

Санни резко глотнула воздух. Тысяча мыслей пролетела у нее в голове с бешеной скоростью, но она понимала, что ей незачем отрицать очевидное.

– Я не знала, что твоя мать приведет с собой отца Лири. – Она с вызовом вздернула подбородок, и Стефано улыбнулся, увидев перед собой прежнюю Санни – упрямую, честную, смелую и никогда не пасующую перед сложностями. Она влюбилась в него, хотя не предполагала, что так получится. В любом случае, он не может это игнорировать.

Черт побери, он будет скучать по ней!

Стефано почти пожалел о том, что Санни не солгала ему, ответив, будто он все выдумал, и не рассмеялась своим неповторимым смехом.

Он почти пожалел о том, что не может убедить себя, будто Санни совсем не привязалась к нему. Он посмотрел на нее. Вокруг них царила гнетущая тишина. В конце концов, Санни вздохнула и отвернулась, потому что не хотела, чтобы он видел, как потускнели ее глаза.

Она не будет отрицать правду, и она не собирается притворяться, что о чем-то сожалеет. Она не жалеет ни о чем.

– Я не стану оправдываться, – произнесла она и слегка пожала плечами, старательно избегая его взгляда. Она быстро моргнула и сделала глубокий вдох, а потом посмотрела на Стефано в упор. – Я даже не предполагала, что смогу влюбиться в такого парня, как ты. Ты совсем не похож на того, кого я воображала своим суженым.

Она думала, что идеальной парой для нее станет кто-то вроде Джона. Но, поразмыслив и сопоставив факты, она поняла, что Джон только казался идеальным, потому что он никогда ее не волновал. Стефано возбуждал ее с того момента, как она впервые его увидела, а это говорило о многом, потому что искра физического влечения, которую Санни прежде считала бессмысленной, сыграла ключевую роль. Если людей не тянет друг к другу, то не важно, насколько они теоретически подходят друг другу, потому что у них все равно ничего не получится. Для любви нужно намного больше, чем сходство характеров.

– Ты заслуживаешь парня, который даст тебе то, чего ты хочешь. – Признавая истину, Стефано чувствовал себя так, словно глотал битое стекло. – Этот парень не я, и я никогда не стану таким, каким ты хочешь меня видеть. И запомни, я не считаю тебя причастной к тому, что отец Лири приехал сюда сегодня вечером.

Санни решила, что так выглядит цивилизованное расставание двух любовников. Ей стало любопытно, так ли заканчивались прежние романы Стефано. Вежливое прощание, тихие слова, тактичные напоминания о том, что никто никому ничего не обещал.

Устраивал ли кто-нибудь из его подружек истерику?

Она не собирается закатывать ему истерику. Единственное, что у нее осталось теперь, это ее гордость и чувство собственного достоинства, и она не собирается их обесценивать.

– Да, ты прав, конечно, – тихо согласилась она. – Я действительно заслуживаю того, кто может дать мне то, чего я хочу. А здесь такого парня нет. – Стефано кивнул и вымученно улыбнулся. – Но я не жалею о том, что… Что между нами произошло. Я наслаждалась нашими отношениями, для меня открылся целый новый мир, и мне было хорошо. – Шлепнув ладонями по бедрам, она неуверенно улыбнулась, но улыбка не коснулась ее глаз. – Я довольна.

– Этого не произойдет, – резким полушепотом произнес Стефано.

– Что ты имеешь в виду?

– Я не собираюсь жениться ни на тебе, ни на ком-то еще в ближайшее время. Однажды я обжегся и не стану снова приближаться к огню слишком близко, даже если опасность минимальна. – Стефано удивлялся самому себе, потому что никогда не пытался кого-то удержать. – Но мы могли бы продолжить… Ты меня понимаешь? Мы можем быть вместе еще какое-то время…

– До тех пор, пока я тебе не наскучу? – спросила Санни и едва не рассмеялась. – Этого не будет. Я не стану цепляться к тебе, как отчаявшаяся, печальная женщина, которая больше ни на что не способна.

Стефано густо покраснел. Что же заставило его попытаться предложить Санни очередную сделку в одиннадцатом часу вечера? Конечно, только безумный захочет продолжать их отношения, которые не принесут Санни ничего, кроме слез.

– Естественно, я предпочитаю сегодня ночью спать отдельно от тебя. – Санни подумала об Анжеле и Флоре и почувствовала острую боль отчаяния, потому что не увидится с ними снова.

– Не беспокойся, что я стану тебе докучать, – произнес Стефано. – Но если ты не против, я прикажу своему пилоту подготовить вертолет. Он будет здесь через полтора часа.

Санни молчаливо кивнула и услышала, как продолжает этот мучительный разговор, говоря Стефано, что, вероятно, будет лучше, если они расстанутся сейчас. И говоря ему, что он должен сказать своей матери и Флоре.

Собственный голос казался Санни очень далеким. В конце концов, она встала и направилась к двери кухни.

В глубине души она жаждала, чтобы Стефано постарался ее остановить, обнял ее и признался ей в любви.

Этого не случилось, и она обнаружила, что ноги несут ее в спальню, где она сложила свою одежду в сумку и осмотрела комнату, чтобы проверить, не оставила ли она чего-нибудь.

Странно, что такая страсть, и любовь, и душевный полет заканчиваются так банально. Стефано вежливо проводит ее до вертолета, который доставит ее в Лондон. А в Лондоне его водитель довезет ее до дома.

Они не поцеловались на прощание, и Санни приложила все силы, чтобы оставаться спокойной.

Наконец она уехала, и все закончилось.

Стефано смотрел на мобильный телефон, лежащий на столе. Он ежедневно боролся с желанием набрать телефонный номер Санни даже после двух недель ее молчания.

Его жизнь стала довольно утомительной. Ему приходилось терпеть поток гневных вопросов от своей матери, выносить обличительное разочарование своей дочери и мириться с неприятным ощущением, что он стал персоной нон-грата в собственном доме.

А что, черт побери, происходит с Санни?

Он сопротивлялся постоянному искушению позвонить в юридическую фирму, чтобы выведать необходимую ему информацию у Кэтрин.

Он не мог ни на чем сосредоточиться, и впервые в жизни ему не хотелось жить дальше. Перспективу завести новый роман он даже не рассматривал. Само собой разумеется, что он поступил с Санни правильно. Было невозможно продолжать с ней отношения, зная, что ему не удастся заставить себя снова испытывать чувства.

Бывшая жена преподала ему отличный урок! Он просто не способен испытывать те глупые и драматичные эмоции, которые от него ждут!

Ведь он ясно обо всем заявил с самого начала. Почему же тогда Санни стала подталкивать его к принятию решения и разорвала с ним отношения прежде, чем они закончились естественным путем?

Мысли кружились в его голове, словно рассерженные осы, пока он свирепо смотрел на мобильный телефон. Стефано вздрогнул, когда телефон внезапно зазвонил. Звонок от Кэтрин.

Кэтрин звонила по работе, чтобы уточнить юридические формальности. Она предложила завезти ему документы по дороге домой.

– Нет, – тут же ответил Стефано и испытал облегчение, что сделает хотя бы что-нибудь, чтобы увидеться с Санни. – Я сам к вам заеду.

– Дело не такое уж срочное.

Услышав ее удивление, он отмахнулся от глупых мыслей. По правде говоря, не в его стиле присутствовать там, где не требуется его личное присутствие. Но с каких пор он обязан придерживаться правил?

– Я в любом случае уезжаю из офиса. – Стефано уже был на ногах и двигался к кожаному дивану в своем кабинете, чтобы взять пиджак, который он повесил на спинку. Сегодня пятница. Пять часов вечера. Немыслимо, что Стефано так рано уезжает с работы. – Если вы уже уходите, оставьте документы, например, у Санни. Мне все равно нужно с ней увидеться. Поэтому я убью двух зайцев.

Он рысью добежал до подземной автостоянки, уселся в свой «феррари» и направился в фирму «Маршалл, Джонс и Джонс» прежде, чем успел подумать, правильно ли поступает.

Он выбросил из головы все сомнения, пока нетерпеливо стоял в городской пробке, барабаня пальцами по рулю и задаваясь вопросом, что будет делать, если Санни куда-нибудь уедет на выходные.

Он будет ее искать.

Поставив машину на стоянку, он прошел через непрозрачные стеклянные двери и направился в кабинет Санни в задней части здания.

Люди быстро выходили из здания, но Стефано ни на кого не обращал внимания. Он не замечал любопытных взглядов.

Санни была одна в своем кабинете; документы, переданные ей Кэтрин, лежали на письменном столе с угрожающим видом неразорвавшейся ручной гранаты.

Ранее Кэтрин поспешно вошла в ее кабинет и произнесла:

– Стефано заедет за этими документами. Санни, я сказала ему, что оставлю их у вас. Вы не слишком торопитесь домой?

Нет конечно. Она никуда не торопится. Куда ей спешить? В квартиру, где она каждый вечер переодевалась и уходила на другую работу? Где постоянно думала о Стефано? Где воспоминания все время кружились в ее голове, словно бесконечная песня? Где она притворялась, будто выдержит любое испытание?

Стефано меньше всего захочет ее видеть, но Санни подозревала, что Кэтрин специально поставила его в такое положение, из которого ему не выбраться. Ему придется приехать в офис за документами. При мысли о том, что Стефано заставили с ней встретиться, Санни вспотела.

Она не имела ни малейшего представления о том, что он затевает. Интересно, он уже нашел ей замену? Она не хотела думать об этом, но продолжала об этом думать. Ежечасно. Стефано так легко расстался с ней, поэтому она не сомневалась, что он с чувством огромного облегчения начал искать себе новую любовницу.

Она услышала его приближающиеся шаги, и в ее теле напряглась каждая клеточка, пока она ждала, когда он появится в дверях ее небольшого кабинета.

– Документы у меня! – нервно выпалила она и умолкла. У нее пересохло во рту, она молча уставилась на Стефано.

Разве она могла забыть, каким мощным и изумительно сексуальным выглядит Стефано? Разве она могла преувеличить разрушительное влияние, которое он оказал на ее чувства? Стефано приехал к ней прямо с работы. Она давно не видела его в деловом костюме, поэтому была вынуждена пялиться на его высокое мускулистое тело в роскошном итальянском костюме.

Стоя в дверях, Стефано не мог поверить, что так долго запрещал себе увидеться с Санни. Он не мог поверить, что оказался настолько глуп, чтобы ждать, когда встречу с ней ему устроит третья сторона.

Каким же дураком он был, отпустив Санни. Каким же дураком он был, вернувшись к своим избитым убеждениям о том, что он не умеет чувствовать.

Санни протягивает ему документы с таким видом, словно желает поскорее от него избавиться.

– Где все? – спросил он.

– Уже ушли. Почти шесть часов. – Она знала, что он подумает о ее задержке на работе. Он поймет, что она снова запретила себе развлекаться. В любом случае, она никогда не развлекалась слишком часто, потому что была чертовски занята карьерой, считая ее важнейшим делом своей жизни.

Стефано тихо закрыл за собой дверь и прислонился к ней спиной. Он никак не мог подобрать нужные слова.

Атмосфера накалилась до предела. Санни стала собирать вещи, чтобы уйти. Она прибралась на рабочем столе, положила какие-то документы под пресс-папье и неторопливо надела блейзер, старательно избегая взгляда Стефано. Он не взял документы, за которыми приехал, и они продолжали лежать на столе. Она не понимала, стоит ли просто оставить их на столе или передать их Стефано.

– Как твоя мать и Флора? – произнесла она наконец, нарушая напряженную тишину.

– Они по тебе скучают. Ты поужинаешь со мной?

Санни замерла, но не посмотрела на него:

– По-моему, это плохая идея, Стефано.

– Пожалуйста.

– Зачем? – Она внезапно рассердилась, что он пришел в ее кабинет и снова вскружил ей голову в тот момент, когда ей показалось, будто она начинает успокаиваться. – Зачем? – почти заорала она. – Зачем ты сюда приехал? Ты приехал за документами? Так вот они! На столе! Забирай их и… уезжай.

– Я не хочу, – тихо ответил он без прежнего природного обаяния.

– Меня не волнует, чего ты хочешь, а чего не хочешь!

– Мне надо поговорить с тобой.

– О чем? Мы уже обо всем поговорили.

– Ты еще… любишь меня? – спросил он.

– Это несправедливо. – Санни даже не поняла, что прошептала эти слова вслух. Побледнев, она округлила глаза и уставилась на Стефано.

– Я соскучился по тебе, – сказал Стефано первое, что пришло ему на ум. У нее екнуло сердце, а потом она снова рассердилась, что ведет себя как тоскующая, отчаявшаяся женщина, согласная на крохи удовольствия.

– Это пройдет, – язвительно заметила она, хотя в глубине души обрадовалась. Получается, что замену ей Стефано не нашел.

– В этом я сомневаюсь, – сказал Стефано так тихо, что Санни пришлось напрячься, чтобы его услышать. Он отошел от двери и засунул руки в карманы. – Я был идиотом.

«Я должна уйти… Мне следует просто выйти из кабинета с высоко поднятой головой, потому что ему не удастся уговорить меня на отношения, у которых нет будущего… Ни за что на свете я не позволю ему использовать меня потому, что он знает о моей любви и может на меня влиять…»

– Что ты имеешь в виду? – приглушенно спросила Санни.

– Мы можем присесть? – произнес Стефано. – Мне нелегко говорить.

– Я не сойдусь с тобой снова, Стефано. Если ты приехал по этому поводу. Я просто не могу.

– Я не хочу с тобой сходиться, – ответил он.

– Хорошо!

Она села за рабочий стол. Стефано взял стул, но поставил его не напротив стола, что больше устраивало бы Санни, потому что тогда у нее появилась бы необходимая ей уверенность, а рядом с ее стулом. Их колени почти соприкасались.

Она чувствовала запах его тела.

– Тогда чего ты хочешь? – робко спросила она.

– Я хочу жениться на тебе.

Санни безрадостно рассмеялась:

– Если ты думаешь, что это поможет тебе…

– Я не шучу, – серьезно произнес Стефано. Глубоко вздохнув, он запустил пальцы в свои волосы. – После моего неудачного брака… я всячески запрещал себе чувствовать. Так было безопаснее. Я спал с женщинами, но ничего к ним не испытывал. Меня интересовал только секс. Физический акт без запутанных эмоциональных осложнений. Однажды я увлекся женщиной. Вернее, мне казалось, что я ею увлекся, но последствия моего увлечения оказались катастрофическими. Да, бывают счастливые браки, но их мало. Я не хотел снова страдать. Я больше не собирался рисковать. И вдруг появилась ты.

– И что произошло? – Санни внимала каждому его слову, в ее душе затеплилась надежда.

Впервые с тех пор как вошел в кабинет, Стефано вздохнул свободно. Он крепко взял Санни за руку.

– Ты изменила меня. – Он поцеловал костяшки ее пальцев и посмотрел на нее. – Я развлекался с тобой, – признался он, – и мне это нравилось. Я мог бы справиться с физическим влечением. Но потом я обнаружил, что разговариваю с тобой и делюсь с тобой секретами, о которых не знает никто. Я решил, что это произошло потому, что ты неспроста появилась в моей жизни.

– Из-за Флоры.

– Флора. Ты познакомилась с ней. Вы подружились. Вполне естественно, что ты отличалась от всех моих прежних любовниц. А потом появилась моя мать, и все изменилось. Нет, все изменилось гораздо раньше. Я просто не понимал этого. Я не хотел признавать, что свои чувства я не могу контролировать, потому что они сами мной управляют. Когда я понял, что ты любишь меня, я испугался. Я по-прежнему держался за идею, что я контролирую ситуацию, и установленные мной правила нельзя нарушить.

– Я не собиралась в тебя влюбляться, – призналась Санни и прочувствованно вздохнула. – Моя жизнь тоже текла по определенным правилам. – Она улыбнулась, думая, какой наивной была, считая, что сумеет контролировать свои чувства. – Знаешь, я старалась тебя забыть.

– Но это была заранее проигранная битва. Я знаю, милая. Она была проигранной и для меня. По крайней мере, у тебя хватило смелости признаться в своих чувствах и не отступаться от них. Я так не сумел. Но, черт побери, я скучал по тебе, Санни. Я так соскучился по твоему смеху, твоей честности и упрямству. Я хотел обнимать тебя и просыпаться рядом с тобой, и знать, что ты лежишь со мной в постели каждую ночь. Мне так тебя не хватало.

– Ты приехал бы ко мне, если бы не документы? – спросила она.

– Ну, возможно, я приехал бы позже. Мне потребовалось бы больше времени, чтобы обуздать мой непримиримый идиотизм, но я не мог не приехать, потому что я люблю тебя. Я люблю тебя. Ты нужна мне. Я хочу быть с тобой всегда.

Санни улыбнулась.

– Ладно, – поддразнила она его. – Тебе все-таки удалось уговорить меня поужинать с тобой.

– А мне удастся уговорить тебя выйти за меня замуж?

Наклонив голову набок, она задумчиво на него посмотрела:

– Знаешь что, мой дорогой Стефано? По-моему, тебе удастся меня на это уговорить.