- Да, и вполне успешно. Хотя несколько превысил свои полномочия… Ты завершил ту линию, которая должна была быть завершена, и начал совсем новую. Сейчас она развивается, и от нее зависят линии многих других созданий и людей...

- И.. И что же ты сделаешь?..

- Ничего. С новыми линиями – ничего. Каждая из них означает новую жизнь, новую судьбу, и вместе им предстоит сплестись в новую реальность. А вот тебя я пока просто остановлю. На всякий случай…

И для темного ангела все исчезло.

Глава вторая

1

Аня проснулась в своей мансарде ранним утром, когда окно едва-едва окрасилось розовым светом. Спросонок она прислушалась, ожидая обычного утреннего лагерного гомона – криков, визгов, смеха, топота ног, окликов воспитателей, звонких звуков трубы – но тут же спохватилась и засмеялась сама над собой.

Какой такой лагерь?!.. Она опять дома, после двух сезонов в «Светлячке»!..

Да, в лагере, конечно, было прекрасно, но дома еще лучше! Ведь прекраснее Дубравки нет места на земле!..

О, в ритм получилось!

Аня вскочила с постели и запрыгала в диком танце по теплым доскам пола, повторяя:

- Прекраснее Дубравки нет места на земле!.. Прекраснее Дубравки нет места на земле!..

- Ну вот, негритянские танцы в самом разгаре!.. – послышался голос мамы.

- Ну почему негритянские, мама, почему?!.. – вмиг остановившись, спросила Аня. – Это современный танец! Мы его на дискотеке изучили!.. Вот, смотри – раз-два-три-четыре! Раз-два-три-четыре!..

- Да просто потому, что ты у меня сейчас не ребенок, а настоящая шоколадка! – пояснила Дарья Петровна со смехом. – Так бы взяла и съела тебя!.. Это ж надо как загорела!.. Ни единого белого пятнышка!.. Только коленки зеленые… Вы что там вообще не одевались, что ли?..

- Не вообще, а только на пляже. Вы же сами так решили, родители и воспитатели. Кто говорил: «Пусть уж лучше глядят, чем подглядывают!..» А?.. – сказала Аня. – А в остальное время, между прочим, мы были обычные приличные дети!..

- А на пляже, значит, вы были неприличные?..

- Ну мама!.. Ты опять смеешься!..

- Нет, я вполне серьезно. И я очень рада, что этим летом сбылась, наконец, твоя мечта.

- Какая еще мечта?..

- Ну, кто мне всю зиму твердил: «Мама, подумать только, за целых десять лет жизни я ни разу не видела голого мальчика!..»

- Мама!..

- А что – мама?.. Ну, увидела?..

- Увидела, да!.. И ничего особенного. Подумаешь!..

- Вот и прекрасно. Теперь всю оставшуюся жизнь можно жить спокойно.

- Мама, ты опять смеешься?!..

- Да не думала я сегодня смеяться!.. Ладно, заправляй свою постель, надевай что-нибудь.. такое… приличное..

- Мама!..

- ..и спускайся, будем завтракать. Только не забудь умыться!..

Уже во время завтрака, оглядев дочь, одетую в шорты и футболку, Дарья Петровна с сожалением заметила:

- Эти вечные шорты да штаны!.. Нет, чтоб надеть платьице, завязать бантики!..

- Мамочка, ну не люблю я платья! – возмущенно ответила Аня. – И банты эти тоже не люблю. Что мне, пять лет?..

- Пять не пять… А я вот все свое детство носила платья!.. И банты очень любила. Это так красиво!..

- Мама, это же было сто лет назад! Теперь дети одеваются совершенно по-другому!..

- Не сто лет! Я тебе не какая-нибудь там.. Баба Яга! И не все дети, должна я тебе заметить.

- Конечно, не все!.. Платьица и бантики носят сейчас только какие-нибудь сюси-пуси!..

Тут Дарья Петровна загадочно улыбнулась и повторила:

- Сюси-пуси!.. Ну-ну!.. Ладно, ешь давай!

Аня посмотрела на маму, наморщив лоб, но свежая сметана и блинчики ее отвлекли.

Проглотив изрядное количество блинчиков, и приступив к чаю, Аня требовательно спросила:

- Ну, а как у нас насчет чего-нибудь необычного?..

Дарья Петровна вздохнула и развела руками.

- Да ты моя милая! Опять о чудесах мечтаем?..

- Да, о чудесах, а что?.. Живем, можно сказать, в самом Лукоморье, а ни котов говорящих тебе, ни леших, ни русалок!..

- Что до леших и русалок, этого добра не появилось, нет. А чего другого... Ну, Виктор Иванович добился, наконец-то, исполнения своей мечты. Теперь в роще есть пруд, на месте оврага. С проточной водой!..

- Ну да, где был родник, да?.. Так он же ледяной, бр-р!..

- А вот и нет! Виктор Иванович пробил скважину и вывел наружу горячий источник. И теперь там круглый год будет плюс сорок!.. И даже немного больше.

- Горячая?!.. Фу!..

- Нет, ну это что такое?.. И то ей не так, и это не эдак!..

- Мамочка, все так, все так! Я очень рада за Виктора Иваныча!... И за нас всех!.. – быстро сказала Аня.

И полезла к маме целоваться.

- Ах ты хитрюга!.. – растроганно сказала Дарья Петровна, обнимая свое сокровище.

- А что еще новенького?.. – продолжала Аня, садясь на свое место.

- Ну, уж и не знаю, чем еще тебя удивить… Отремонтировали школу, стадион, закончили столовую, корова Марта родила тройню, свинья Матильда восемна… в общем, восемнадцать поросят, дядя Миша из лесу привез медвежонка, правда, уже в цирк его отдал, баба Дуся со своим хором получила золотую медаль на областном конкурсе…

- Мама, это все классно, но это же не чудеса!.. Ну почему, почему у нас не бывает настоящих чудес?..

Дарья Петровна, вздохнув, замолчала. И вдруг, улыбнувшись недавней загадочной улыбкой, сказала:

- Ты знаешь, одно чудо у нас все-таки произошло. Точнее, появилось… Чуть больше месяца назад.

Аня посмотрела на мать с подозрением:

- Настоящее чудо?..

- Ну, для меня – да!.. И для многих в Дубравке, кроме меня. А для кого-то это может быть и не чудо, а так… Сюси-пуси!..

Заинтересованное выражение на лице Ани сменилось разочарованным.

- А, так это какая-нибудь новенькая девочка, да?.. В платьице и в бантиках!..

- Почти так. В платьице, но не в бантиках, а в шляпке. Она ей очень идет!.. Но не это в ней главное.

- А что же в ней главное?..

- Вот пойди сама и увидишь.

- Ну и куда же мне надо идти?..

- А прямо к новому пруду. Они в это время уже обычно бывают там. После расскажешь о своих впечатлениях!..

- Они?.. – повторила Аня. – Их еще и несколько?!..

Но Дарья Петровна улыбнулась еще загадочнее и не ответила ничего.

2

Несмотря на все свои слова и гримаски, Аня очень заинтересовалась новой девочкой, и потому не шла, а бежала к старому оврагу, где теперь был пруд.

Когда Аня была уже почти у цели, на тропинку перед ней выбежал маленький белый козленок. На его лобике были кучеряшки, и на них каким-то чудом держался ярко-алый бантик.

- Ой! Какой хорошенький! – воскликнула Аня, остановившись.

Присев на корточки, она протянула к козленку руки:

- Иди ко мне! Иди, мой хороший! Я тебя поглажу. Бантик тебе поправлю!..

Но козленок подойти не пожелал. Посмотрев на Аню с недоверием, он наклонил свою голову с бантом и коротко мекнул, как будто бы сказал твердое «нет».

- Вот какой!.. – огорчилась Аня. – Ну и ладно!.. Можно подумать, козлят я не видала!..

Тут на тропинку выбежал еще один козленок, такой же маленький и белый, только у этого козленка бантик на его кучеряшках был ярко-розовый.

Второй козленок повернулся к первому и мекнул с такой интонацией, как будто что-то спросил.

Первый тут же мекнул ему в ответ, как будто ответив, и оба козленка, придирчиво оглядев Аню с головы до ног, убежали.

Аня открыла рот от удивления.

- Они разговаривают!.. – прошептала она самой себе. – Как заколдованные!.. Интересно, кто им завязал бантики?.. Неужели та девочка?..

И Аня побежала вперед еще быстрее.

Вскоре, услышав чей-то мелодичный голосок, она замедлила шаг и прислушалась.

- Ну что, все проведали, все разузнали?.. – спрашивал голосок с очень серьезной интонацией. В ответ ему раздавалось меканье.

- Ага, сюда кто-то идет. Интересно, кто? Мальчик или девочка?

Двойное меканье.

- Ах, девочка!.. Хорошая девочка?..

Снова меканье.

- Не знаете еще?.. Никогда ее здесь не видели?.. Ну, так вы тут еще мало что видели, вам всего-то месяц вчера исполнился!..

Обиженное меканье.

- И нечего тут обижаться. Маленькие вы еще. Вот подрастете, больше узнаете, про все и про всех!..

Анино сердечко от волнения забилось в груди быстро-быстро.

Она тихонько пошла вперед и вскоре вышла на лужайку, окруженную огромными дубами, за которыми блестела гладь воды. А перед дубами, на красивой резной скамье, которой здесь раньше не было, сидела девочка в нарядном платье и шляпке. Перед ней пританцовывали те самые два козленка.

Аня остановилась, глядя на эту сценку во все глаза. То, что она видела, было так красиво, так необыкновенно, что сердце ее застучало в груди еще сильнее.

Самой красивой, самой необыкновенной была здесь, конечно же, незнакомая девочка. Платье на ней было ярко-алое, ниже колен, все в оборках и белоснежных кружевах, с кружевной белоснежной тесьмой по подолу, с пышными рукавами почти до локтей, и белым поясом, завязанным сзади на талии большим бантом. На ногах девочки были белые короткие носочки, тоже с оборками, и черные блестящие туфельки на низком каблучке, с пряжкой. Шляпка на голове девочки была соломенная, плоская, с узкими полями, с ярко-алым бантом, под цвет платью и тому бантику, что был в «прическе» одного из козлят. В ушках девочки виднелись сережки или клипсы в виде ромашек.

Сама Аня примерно такой же нарядной была последний раз в детском саду, на выпускном утреннике, но эта девочка была уже давно не детсадовка. Она была явно Анина сверстница. Или, может быть, чуть младше.

Аня смотрела на девочку, едва дыша и не шевелясь.

Красота и нарядность прекрасной незнакомки были такими естественными, что Аня смотрела и смотрела на нее без всякой зависти или ревности, свойственной детям ничуть не меньше, чем взрослым.

В то же время было отчетливо видно, что незнакомка откровенно играет в свою чуть ли не вызывающую девчачью нарядность, но в ее исполнении эта игра была тоже очень привлекательна и не вызывала ни малейшего раздражения.

Наоборот, Ане тоже захотелось поиграть вот так!..

Вот так нарядиться, в такое же пышное платье, надеть такие же носочки, туфельки, такую же шляпку… Шляпка была чудо как хороша!.. Или, может быть, она была хороша только на этой девочке?.. А на Ане она будет совсем не хороша?..

Тут внимание Ани привлекла очень симпатичная решетчатая тележка на изящных деревянных колесиках, стоявшая чуть поодаль от скамейки. Очевидно, на этой тележке на лужайку были привезены вон те куклы, которые сидели сейчас прямо в траве на игрушечных стульчиках перед маленьким столиком с расставленными на нем тарелками чашками. Куклы, надо полагать, были заняты чаепитием.

И Ане захотелось присесть перед этим столиком и поиграть с этими куклами и с этой девочкой в какую-нибудь незамысловатую девчачью игру.

Но только интересно, кто привез эту тележку сюда?.. Неужели сама девочка?.. Ведь для козлят тележка явно великовата!..

Тут новенькая девочка подняла голову и улыбнулась.

Глаза у нее оказались ярко-синие, на щечках от улыбки появились ямочки, а зубки так и блестели.

- Привет! – сказала девочка. – А я тут новенькая пока еще. Меня зовут Катя. Мы с мамой приехали в Дубравку месяц назад. Нет, уже больше, чем месяц.

- Привет!.. – смущенно ответила Аня, чувствуя себя почему-то не очень ловко. – А я тут уже старенькая. Меня зовут Аня…

Повисла пауза.

Он неловкости Аня немного поковыряла носком кроссовки траву и спросила:

- А это твои козлята?..

- Да. Только они, можно сказать, местные. Потому что они уже тут родились.

- А.. А где их мама?..

- Где-то здесь. Пасется! Она от нас далеко не отходит. Элеонора! Элеонора!..

Тут же послышалось близкое меканье, и через минутку на лужайку прибежала белая коза с острыми рожками.

Между рожками у нее тоже был бант!.. Полосатый, розово-алый.

- Элеонора! – воскликнула Аня. – Какое красивое имя.

- Я сама выбирала. – гордо сказала Катя. – А раньше ее звали Зараза. То есть бывшая хозяйка ее так называла, когда мы ее, козу то есть, в городе на рынке покупали. Она, то есть бывшая хозяйка, честно предупредила нас с мамой, что у этой козы совершенно невыносимый характер. Но мы с мамой все-таки ее купили и первым делом поменяли имя. Вот сама подумай, стала бы ты вести себя хорошо, если бы все тебя звали Заразой?..

- Нет, не стала бы! – решительно сказала Аня.

- Вот видишь! Так что имя нужно было менять обязательно. И как только мы ее переназвали, у Элеоноры сразу стал улучшаться характер. Он у нее улучшался, улучшался и стал просто образцово-показательным. А ее детки так и вообще лапочки!..

- А почему они в бантиках?.. – спросила Аня.

- А им так нравится!..

- Значит, козлятки обе девочки, да?.. То есть они не козлятки, а козочки?..

- Нет, Манюня девочка, а Маврик мальчик.

- Ой! Но разве мальчики носят бантики?..

- Маврик носит. Ему нравится. Я сначала только Элеоноре и Манюне бантик повязывала, но Маврик обижался. Теперь радуется!.. Да, Маврик?..

- Ме! – утвердительно ответил козленок с ярко-алым бантом.

- А… Это… Почему у Маврика аленький бантик, а у Манюни розовый?.. – спросила Аня.

- Ну а как же еще?.. – удивилась Катя. – Они же все-таки различаются!.. И вкусы у них тоже разные. Маврик предпочитает все такое сочное, густое, а Манюня – нежное, мягкое… Вчера, например, я Маврику повязывала темно-синий бант. А еще у него есть фиолетовый, бордовый, темно-зеленый… А вот Манюня не любит часто менят цвета. Если уж выберет розовенький, так и будет его носить целую неделю!..

- А.… Элеонора?..

- Ну, Элеонора. У нее особенный вкус!.. Поэтому у нее банты в полосочку, в крапинку, с блестками и всякие другие. Замучаешься с ней, пока выберешь!..