Родилась в горах Речка. От орлов узнала она, что далеко внизу есть Море. Со всех концов земли идут к нему реки, чтобы влить в его чашу свои воды и сделать его еще шире и глубже.

   — Я тоже пойду к Морю, — сказала Речка и, прыгая с уступа на уступ, помчалась в долину.

Она была молодой й сильной. И ей хотелось, чтобы об этом знали все. И, хвастаясь, она опрокидывала на своем пути каменные глыбы,, хотя могла обойти их стороной, шутя выворачивала с корнями гигантские деревья.

Птицы говорили ей:

   — Будь бережливее, не трать на пустяки силу. Всякая дорога не началом — концом красна. Нам часто случается совершать большие перелеты, мы знаем.

Но Речка смеялась над ними. Глупые птицы, они тревожатся за нее, а в ней столько мощи, что ее хватит на десятки дорог.

И говорила:

   — Вот вы увидите, какие высокие волны всколыхну я на Море, когда вольюсь в него.

И чтобы показать всем, как много воды она несет

в себе, речка то и дело выходила из берегов и разливалась по окрестностям, мелела, теряла легкость движения.

И однажды, когда до Моря оставалось совсем немного, на ее пути встал невысокий степной курган. Курганы встречались и раньше. Она размывала. их и шла, дальше. Некоторые даже лежали в стороне от ее пути, но она сворачивала к ним и размывала их говоря:

   — Вот как я вас.

А перед этим курганом приостановилась, почувствовала вдруг, что ей не снести его, что она бессильна перед ним. Тогда она разделилась на два рукава и,

обогнув курган, еле-еле потекла дальше.

;

Потом встретился небольшой пригорок, и Речка разделилась еще на два рукава, потом на ручейки и тоненькой струйкой влилась в Море. И если бы не чайки, Море не узнало бы даже о ее приходе. Но чайки прокричали:

   — К тебе пришла новая Речка, Море.

   — О какой Речке говорите вы? спросило Море. — Я вижу тоненький ручеек.

   — Это она к тебе пришла ручейком, а родилась она Речкой, но не сумела удержать себя в берегах, расплескалась на стороны. Этот ручеек — все, что осталось от

ее бурного потока.

Ничего не сказало на это Море. Промолчала и Речка. Горы дали ей столько силы, сколько они не давали еще никому. Ей суждено было, придя к Морю, всколыхнуть над ним высокие, под облака, волны, а она, измельчав до ручейка» лишь взбила на Море

горсть красивой радужной пены.