Толстяк выругался.

— Думаете, я скажу вам? В последний раз говорю: убирайтесь отсюда, Тони. Вы слишком многим мешаете. Вы никогда не найдете Мюррея Мэмфорда. Вставайте и уходите. Бесплатного виски больше не будет.

Чей-то кусочек тела боролся с кусочком Лулу Балтаз ар, когда Тони проходил мимо бара. Внутри у него все кипело. Он ненавидел каждый кубический сантиметр тела Стобарта, но что-то говорило ему, что этот человек был прав. Если Мюррей действительно так глубоко увяз, то это дело Тони явно не по зубам.

Стараясь не глядеть на Мину, он сошел по ступенькам «Рокси». Шел сильный дождь, улицы утопали в воде. Чуть подальше на улице рядом с дымящимся русским автомобилем стояло два жалких полисмена: работа Недовольных. Было 1.15.

Сидя в баре кинотеатра, Стобарт с удовлетворением заметил, как агент росков соскользнул со своего стула у стойки и вышел почти сразу же за Тони Лесли. Стобарт любил свою работу. Если держать себя в руках, работа становилась такой же безопасной, как и старое кресло.

Главное — правильный психологический подход, и любой человек сделает для вас все что угодно. Даже такой непредсказуемый, как мистер Тони Лесли.

Тони решил сократить путь, пробираясь переулками.

Чем скорее он доберется до базы, тем лучше: у него и так будут неприятности из-за того, что он не доложил О своем прибытии после операции. Он чувствовал горечь поражения. Он даже забыл спросить этого слизняка Стобарта об Аллане.

Капли дождя стекали по шее за воротник. Его легкий тропический костюм промок в одно мгновение. Вдруг рядом остановилось такси, обдав его ноги водой.

— Садитесь скорее, сэр! — весело крикнул шофер китаец.

Это была неплохая мысль. Когда Тони наклонился, намереваясь открыть заднюю дверь, она внезапно быстро распахнулась. Сильные руки схватили его за запястья и буквально втащили внутрь. Он почувствовал, как рванулась машина, но ему было не до того: он барахтался под тяжелым ковром, который на него набросили. Кто-то взгромоздился сверху, не давая ему пошевелиться. Тони боролся изо всех сил, стараясь высвободить стальную руку, но тут на его шею обрушился удар.

Ему казалось, что он пролежал под этим ковром целую вечность, полузадушенный, теряя сознание и вновь приходя в него. В голове мелькали и кружились грозовые сполохи. Автомобиль начал подпрыгивать, когда они свернули с шоссе, и Тони опять почувствовал интерес к жизни. Снаружи слышался странный шипящий звук: они продирались сквозь высокую траву.

Человек на заднем сиденье сполз о Тони и сейчас спорил с шофером. Речь шла о ремонте, который потребуется машине после такой поездки. Были предложены деньги, от которых шофер отказался.

Наконец машина остановилась. Тони сопротивлялся, когда его руки связывали за спиной. Пальцы, дотрагивавшиеся до него, были лихорадочно горячи. Несомненно их температура была не меньше 105,1 градуса по Фаренгейту.

Его бесцеремонно вытащили из автомобиля за плечи и швырнули в мокрую, по колено, траву. С трудом поднимаясь, он увидел, что шофер взял-таки толстую пачку долларов, довольно ухмыльнулся и завел мотор.

Роск ухватил Тони за брючный ремень и оттащил в сторону, пока машина разворачивалась. Вскоре она исчезла из виду, человек и роск остались вдвоем.

Высокие деревья окружали их, почти как в джунглях, куда не ступала нога человека. Впрочем, след человека был; невдалеке стояла старая туземная хижина, просевшая под собственной тяжестью. Издали доносился шум проезжающих Машин — значит, шоссе было не слишком далеко.

— Прогуляемся? - любезно предложил роск, подталкивая Тони вперед.

— Ну если вы не можете предложить ничего лучшего…

Все еще лил дождь, но уже не такой сильный, как раньше. Тони видел своего похитителя только мельком.

Он выглядел как малаец. Ирония судьбы, подумал Тони, эта раса обосновалась именно на Суматре! Здесь они могли ходить где угодно, на них никто не обращал внимания. В Англии роска узнали бы за милю, — Вероятно, вам нравится эта страна… — заметил Тони.

— Идите вперед.

Дорога стала хуже. Дождь перестал, выглянуло солнце. Тони стало жарко. В просветах между деревьями показался океан. Еще немного, и он раскинулся перед ними — плоский, как неудачная шутка, расслабленный и бесстыдный в своей наготе.

Берег был крутой, скалистый. Тони со своим похитителем с трудом преодолевали опасный склон. Внизу виднелись три пальмы, их каменные стволы нависали над водой, а из-под воды торчали корни, как пальцы утопленника, среди этих корней Тони даже ухитрился рассмотреть какую-то рыбу. Затем его без всякого предупреждения столкнули в воду.

Он полетел вниз, вода моментально заполнила его рот и нос. Он отчаянно боролся. Он тонул! Со связанными сзади руками он был совершенно беспомощен.

Впрочем, времени на дальнейшие переживания ему не дали. Рядом с ним уже плыл роск, таща его за воротник. Буквально через секунду вода потемнела — они плыли под рифом, по узкому проходу в скале, и вскоре оказались в пещере. Тони жадно глотал ртом воздух, вода текла у него из носа и с одежды, когда роск тащил его по грубым каменным ступеням.

Со стороны моря вход в эту пещеру разглядеть было невозможно загораживали пальмы. Зато вполне реальна была возможность подцепить клаустрофобию: условия самые что ни на есть подходящие. Липкий потолок поднимался над водой примерно фута на два. Убежать отсюда, бредя по грудь в воде, со связанными руками, вряд ли возможно. Тони с горечью вспомнил, что роски — великолепные мастера любого водного спорна.

В самом центре пещеры, где было поглубже, плавала небольшая субмарина. Она выглядела смирной и местами была покрыта ржавчиной. Она вполне могла быть из «ветеранов» Малайского Военно-Морского Флота — впрочем, Тони не мог поручиться за точность.

Люк был открыт. Оттуда появилась темная голова и перекинулась несколькими резкими отрывистыми фразами с похитителем. Тони незамедлительно был переправлен на подводную лодку.

Внутри было очень тесно и очень жарко. Тони положили на проволочную койку, без всякого матраса, с руками, все еще связанными за спиной. Вскоре субмарина тронулась с места, но Тони почти не ощущал движения.

Закрыв глаза, он попытался собраться с мыслями, но ни одна дельная мысль не шла в голову. Он только знал, что предупреждение Стобарта имело веские основания, хотя и слегка запоздало. И еще он знал, что у него уже никогда не будет той спокойной жизни, какую он вел, будучи чьим-То там помощником.

— Пора, — сказал роск, ткнув его меж ребер.

Они прибыли.

Подталкиваемый и направляемый сзади, Тони взобрался по стальному трапу и подставил голову под палящее солнце. Берега не было и в помине. Рядом дрейфовало небольшое туземное суденышко, и канат с него был переброшен на лодку. Трое росков с явным интересом следили за появлением Тони. Наклонившись к нему, они подняли его под мышки и опустили на палубу кеча.

— Спасибо — сказал Тони. — Как там насчет полотенца, раз уж вы такие вежливые?

Когда его первый похититель перебрался на палубу, Тони повели в кают-компанию. Кеч, вероятно, был стотонным; похоже, он возил пассажиров с одного острова на другой, пока не попал в руки к роскам.

В кают-компании сидело шестеро росков — пятеро мужчин и женщина. В своих роскианских одеждах, вычурных, каких-то маслянистых на вид, они выглядели совершенно нелепо здесь на Экваторе, и сейчас их внеземное происхождение стало гораздо заметней. Рты их, очевидно, из-за того клацающего отрывистого языка, на котором они говорили, были немного странной формы, жесты их выглядели неестественными. Даже то, как они сидели на деревянных стульях, выдавало в них чужеземцев.

Таковы были существа с Альфы Центавра II, существа, похожие на людей но не люди. Физическое сходство, казалось, только подчеркивало несхожесть мышления. И так-то на Земле не сладко жилось, подумал Тони, a уж с ними…

Роск, который захватил Тони в Паданге, давал отчет на своем языке вожаку группы, суровому типу с ноздрями, как у гориллы, и с копной седых волос. Он внимательно расспрашивал похитителя Тони о деталях, но, видно по всему, был доволен. Наконец он обратился к Тони на английском: — Ну что ж, перейдем к делу. Я военный полковник Будо Будда, слуга великого Апа II Дола, диктатора Альфа-Земли. Нам требуется от вас информация, и мы Пойдем на все, чтобы получить ее. Как вас зовут?

— Мое имя Пандит Неру, — не моргнув глазом, ответил Тони.

— Положите его на стол, — приказал Будда.

Двигаясь почти одновременно, остальные роски схватили Тони и, несмотря на его сопротивление, тяжело опустили его на самую середину стола.

— Пандит Неру был одним из руководителей в вашей истории, неторопливо сказал Будда. — Попробуйте еще раз.

— Мартин Тодпадл, — ответил Тони, раздумывая, знают они его имя или нет.

По всей видимости, имени его они все-таки не знали.

— В половине двенадцатого по вашему времени в кинотеатре «Рокси» в Паданге вы разговаривали с агентом Совета Безопасности ООН, — сказал Будда. — О чем?

— Он советовал мне менять носки почаще.

Страшный удар обрушился чуть пониже его правого уха. Вселенная взорвалась, посыпались звезды. Он совсем забыл, какой неприятной может быть боль. К тому моменту, когда он немного пришел в себя и снова мог слышать, почти вся его храбрость испарилась.

— Мы, люди с Альфа Центавра II, не разделяем вашей человеческой склонности к юмору, — сказал он. — К тому же мы очень ценим время. Мы собираемся отрезать вам один палец и вынуть глаз, если вы быстро и откровенно не скажете нам, о чем говорили с агентом Совета Безопасности.

Тони взглянул со стола на их плоские лица. Что эти создания думают и чувствуют? И насколько это отличается от того, что люди думали и чувствовали бы, будь они на их месте, это был один из самых важных вопросов, которым никогда толком не задавались и на который, уж конечно, не ответили, хотя со времени прибытия росков прошло уже почти пять лет. Такое великое и прогрессивное событие, как встреча чуждых, но схожих рас, было затянуто туманом политики. Соединение двух культур вылилось в избиение на столе.

Если сравнить политику с линией передач, то раньше Тони был рядом с передатчиком, — зато сейчас он явно разместился у приемника.

— Я все скажу, — проговорил он.

— Это мудрое решение, Тодпадл, — сказал Будда, но выглядел он разочарованным. То, что роск не сомневался в его фальшивом имени, опять придало Тони сил. Он начал бессвязно рассказывать о смерти своего друга Аллана, не называя, впрочем, места, где это произошло.

Через минуту роск, который захватил Тони в плен, вышел вперед и стал что-то со злостью клацать на своем языке.

— Он говорит, что вы лжете, — заметил Будда. — Почему вы ни слова не сказали о Мюррее Мэмфорде?

Повернув голову, Тони взглянул на своего похитителя. До сих пор ему не удавалось разглядеть его внимательно. Но сейчас наконец он узнал его. Это был тот самый роск, который пил в баре у стойки и о котором Стобарт упомянул как о шпионе. Он все еще был одет в костюм преуспевающего бизнесмена. Но раз Стобарт знал этого агента, значит, его люди или он сам следили за ним и, возможно, находились поблизости. А может быть — при мысли об этом на лбу Тони выступил холодный пот, — Стобарт просто использовал Тони как приманку, чтобы тот привел его к врагу. И вообще, если подумать, сам Стобарт был ничуть не лучше, чем три роска, вместе взятых, даже если двое из них были Ап II Дол и Будда.

Мысли полностью смешались в голове Тони, он молчал.

По лающей команде Будды один из его подчиненных принялся расстегивать на Тони одежду.

— Ну, хорошо, — решил Тони: достаточно было одного взгляда на Будду, облизывавшего губы, чтобы поспешить с ответом. — Вот что сказал мне Стобарт…

Они стояли вокруг него, и он рассказал им все, скрыв только тот факт, что он лично замешан в этой истории на Луне. Пока он говорил, Будда отрывисто переводил его рассказ другим.

Одна подробность особенно заинтересовала военного полковника: Стобарт сказал вам, что Мэмфорд должен был встретить одного из агентов росков в Паданге?

— Да, - Мэмфорд не собирался отправиться на нашу базу?

— Я знаю только то, что сказал мне Стобарт. Почему бы вам не захватить его?

— Стобарта не так легко захватить, как вас, Тодпадл. У нас даже существует поговорка: «Мелкую рыбку поймать легко, а большая умирает естественной смертью».

— Оставьте свои поговорки при себе. Что вы собираетесь со мной делать?

Будда не ответил. Подойдя к шкафчику, он достал какой-то простой на вид аппарат, по всей видимости, радиотелефон. Что-то в манере его речи подсказало Топи, что Будда связался с начальством, возможно, на базе в Суматре. Заинтересованный, Тони присел на столе. Никто не сбил его с ног и не уложил обратно. Допрос был окончен.

Положив аппарат на место, Будда начал выкрикивать команды своим подчиненным.

Тони скользнул со стола на пол и выпрямился. Его костюм все еще был мокрым и прилипал к телу. Веревки, которыми руки были связаны за спиной, казалось, врезались в кожу все сильнее и сильнее.

— Мы плывем домой? — спросил он.

— Если считать домом Обитель Вечности, — ответил Будда. — Вы сослужили хорошую службу, мистер Тодпадл, и я очень вам признателен. Нам надо спешить и поскорей найти Мэмфорда, эта милая леди остается с вами. Мисс Бенда Иттаи зашьет вас в мешок и бросит в воду. Так издревле хоронят на Альфе Центавра II. Прощайте!

— Но вы не можете меня так бросить!.. — закричал Тони.

Дверь каюты закрылась за последним роском.

Тони повернулся к женщине.

Он знал, что она красива. Он отметил это сразу, как только появился на корабле, хотя мысли его были заняты другим. Теперь же он увидел, что она была не только красива, но и решительна. Небольшого роста, подвижная и гибкая, с великолепной фигурой, которую не могли скрыть даже тяжелые роскианскив одежды, — и с ножом. Клинок был местный, индонезийский.

Она быстро подошла к нему, что-то клацая на своем родном языке.