«Вольга-фургон» уверенно держал дорогу, и сидящему за рулем Родиону в общем-то только и оставалось, что поплевывать сквозь открытое окно и напевать. Негромко. Дабы не разбудить князя.

Ответственность виларов за сохранность имущества гостей, умноженная на благодарность за полученный свадебный презент, оказались настолько велики, что, после множества красноречивых извинений и прочих политесов, материализовались утром в виде полугрузового паромобиля «лань». С полным кузовом разнообразных предметов, необходимых в длительном путешествии.

Вода, провизия, топливо и еще много всего, что слуги виларов сочли необходимым погрузить в машину, после того как санн Макаере недвусмысленно велел «снабдить почетных друзей дома Андам так, чтобы они ни в чем не испытывали нужды».

Место водителя в новеньком микропаробусе с надписью «Озеленение и ландшафтные работы» Родион заполучил исключительно благодаря пониманию князем важности момента.

Его сиятельство в роли шофера мгновенно вознес бы ранг господина Зеленина в глазах виларов на такую высоту, что они могли вообразить все что угодно. Вплоть до того, что празднование по случаю заключения брачного союза между Домами Андам и Манже почтил своим визитом, пусть и инкогнито, сам… В общем, насколько им хватит самомнения и фантазии. Со всеми, вытекающими из этой предпосылки, возможными интригами.

Так что, во избежание политического курьеза, Александр Даниилович, хоть и предпочитал водить лично, занял место пассажира. Где и благополучно заснул… после принятого «на дорожку» кубка, раньше чем Крутой яр пропал из зеркал заднего обзора.

Все три года, после попадания в новый мир, Дмитрий старался жить как клопик… В смысле, не высовываться, не привлекать внимания, быть тише воды и ниже травы. Прекрасно осознавая, что с радостно распростертыми объятиями чужаков принимают только в Раю. А еще – каннибалы. Шутка… Во всех остальных случаях, их априори записывают если не врагами, то источником неприятностей или хотя бы беспокойства.

Соответственно, Дмитрий прилагал максимум усилий для натурализации, при этом стараясь ни одним лишним словом или поступком не привлекать к себе внимания. Причем, не только служб правопорядка, но даже соседей…

И вот теперь, когда маски сброшены, авантюра началась и бог весть что ожидало его впереди, Дмитрий на какое-то время перестал ощущать себя занудным, прижимистым коммерсантом, а вновь стал давешним бесшабашным и веселым парнем. Способным с одинаковой легкостью отвечать на экзамене без подготовки, сорвать лекцию злопамятного доцента Ясколки или пригласить на танец королеву выпускного бала. Словно три года прожитых здесь, дивным образом сделали его не старше, а моложе…

Увы, взгляд брошенный в зеркальце, опроверг идею обратного временного потока.

Из-за чуть уменьшающего стекла, на него глядели уставшие, слегка воспаленные глаза господина Зеленина. В обрамлении целой паутины еще не очень глубоких, но уже несмываемых морщин.

Всего на несколько секунд Родион отвлекся от дороги, а привередливая судьба уже ввернула очередную каверзу.

Руль дернулся в руках, и машину повело в сторону…

Ничего страшного, полевая дорога не оживленный автобан. На встречной полосе никого. Да и скорость у грузовичка не гоночная, едва-едва за семьдесят. Так что с управлением Родион справился и даже на обочину не слетел, а выехал по собственному почину. Поскольку поведение машины указывало на прокол…

Дело, как говориться, житейское. Чертыхаясь и поминая недобрым словом всю летательную технику, разбрасывающую по долинам и по взгорьям непотребные запчасти, Родион вылез из кабины и присел осмотреть спущенное колесо.

Одного взгляда хватило понять, что им с князем привалило счастье. О чем он и сообщил их сиятельству, проснувшемуся от встряски и выглянувшего наружу.

Александр осоловело помотал головой и переспросил:

– Это как?

– В виде подковы… – объяснил Родион. – Или у вас нет такой приметы?

– Есть, – подтвердил Александр, выходя из машины. – И где она?

– А вон… – Родион указал на подкову, словно прикипевшую к шине. Потом взялся за нее двумя пальцами и потянул на себя. Подкова не отпала.

– Хорошо подковали, – оценил князь. – Видимо, вместе с ухналями потерялась… Придется колесо менять. Вот только откуда? Кони, везущие небесную колесницу, расковались?…

Родион пожал плечами.

– Интересно, а запаска у нас есть?

Теперь князь промолчал.

– Будем надеяться, что она входит в набор необходимых для путешествия вещей. В списке виларов… Хотя, учитывая их богемность, не удивлюсь, если это окажется не совсем так.

Князь остался задумчиво осматривать подкову, а Родион обошел паромобиль сзади, отстегнул лямки, фиксирующие брезентовый полог, закинул его наверх и… присвистнул.

– Опять что-то не слава Богу? – отозвался Александр, уже немного изучивший манеры своего спутника. – И что в этот раз?

– Лучше сами взгляните, ваше сиятельство… – с явной растерянностью в голосе ответил Родион. – А то, чего доброго, решите, что у меня солнечный удар случился.

– Интересно…

Александр неторопливо обогнул машину и встал рядом с Родионом.

– Ну и…

Гвардейский офицер обязан уметь владеть собой при любых обстоятельствах, но в данной ситуации князь Катакази тоже впал в прострацию. В кузове «Вольги» вольготно восседала некая юная, златокудрая особа, с надменностью царицы взирая на мужчин, столь бесцеремонно осмелившихся потревожить ее уединение. Сногсшибательное сходство с «владычицей морской» виларке придавало великолепное кружевное платье, выдержаннее в лазурных и бирюзовых оттенках.

– Добрый день, саннэ, – князь все же был человеком светским, и мог, даже наступив ночью на кошку, сохранить самообладание. – Прекрасная нынче погода, не правда ли?

Виларка, судя по ответу, в обществе не вращалась. Девушка насмешливо фыркнула и оставила реплику без ответа.

– Послушай, детка, – бесцеремонно встрял Родион, для которого важен был лишь факт, что девица не плод его воображения. – Не знаю кто и за каким лешим тебя сюда погрузил… Возможно, ты входишь в виларский набор первой необходимости, но мне сейчас нужнее запасное колесо. А тебе, если не хочешь испачкаться, лучше выметаться из кузова. Сама слезешь или помочь?

Виларка даже не пошевелилась, а только фыркнула громче, и в ее взгляде появилось негодование пополам с презрением.

– Ты что, в самом деле перегрелся? – князь чувствительно ткнул Родиона кулаком в бок. Потом отстранил его в сторону и протянул руку девушке. – Саннэ, прошу прощения за моего шофера. Провинциал… Но, вам и в самом деле, лучше спуститься на землю. Поиски поднимут пыль, грязь… Жаль будет испортить такое восхитительное платье.

Виларка поколебалась немножко, но галантность князя совместно с решимостью Родиона начать поиск запаски в любом случае, все-таки убедили девушку. Она встала, подошла к борту и грациозно спрыгнула, едва прикоснувшись к протянутой руке Александра.

– Позвольте представиться, саннэ… Князь Катакази. Александр Даниилович.

Виларка милостиво кивнула. Подумала секунду, видимо ей не хотелось раскрывать свое инкогнито. Впрочем, кто ей мешал назваться вымышленным именем? Документы никто не проверял.

– Саннэ Аная.

– Очень приятно… – едва заметно улыбнулся Александр. Судя по выбранному имени (Аная означает Путешественница) девушка именно так и поступила. – Позвольте развлечь вас беседой, пока шофер занят ремонтом? Надеюсь, вы не слишком торопитесь и эта неожиданная задержка не слишком скажется на ваших планах?

* * *

Теоретически женское общество должно скрашивать досуг мужчин, особенно в пути. Но, видимо, несмотря на сногсшибательную красоту виларок, это правило на них не распространялось. Непринужденной беседы на грани легкого флирта, будоражащего воображение и волнующего кровь, не получилось.

Если саннэ Аная до общения с князем хоть изредка, но все же снисходила, то попытки Родиона заговорить с нею, натыкались на глыбу презрительного молчания.

Впрочем, это он уже сам придумал, оскорбленный в своих лучших чувствах. Никакого презрения и в помине не было. Виларка попросту не замечала «шофера». Как не обращают внимания в ресторане на официанта обслуживающего соседний столик. Ведь он, даже если соус опрокинет, то не на вас.

Именно князю саннэ нехотя объяснила, как оказалась в машине. Вернее, девушка просто сообщила, что имеет дела в Херсоне. И, услышав, что люди тоже едут туда, решила воспользоваться попуткой. А поскольку паромобиль принадлежит ее Дому, то саннэ Аная не видела надобности в том, чтобы спрашивать разрешения… Тем более, это простая формальность. Неужто князь смог бы отказать в таком пустяке?

И, получив заверения от Александра, что паромобиль, как и он сам к ее услугам, виларка замолчала окончательно. А когда Родион сообщил, что машина готова к движению, девушка без промедления забралась на переднее сидение, с видом монаршей особы, по независящим от нее причинам, вынужденной воспользоваться услугами чужого кучера.

Хорошо, хватило ума не произнести сакраментальное: «Трогай, любезный…» Потому что, в этом случае, Родион, скорее всего, вытащил бы нахалку наружу, наплевав на все приличия. Пока не попросит… По-человечески. Как строптивая королева из «Двенадцати месяцев».

Но, поскольку не понаслышке знал, что препираться со слабым полом себе дороже, стерпел. Хоть и не удержался от колкости:

– Куда прикажете, госпожа?

Лучше б и не начинал. Все равно его ехидство осталось неоцененным.

– Причальная улица. Салон «Цветочная сказка», – объявила саннэ Аная ровным голосом, как и положено общаться с прислугой, и больше не прибавила ни слова.

– Будет исполнено, – словно бы продолжая шутку ответил князь, чувствуя, что спутник закипает. Потом вольготно разлегся на заднем сидении и безмятежно задремал. Или, сделал вид…

После выезда на шоссе степное безлюдье закончилось.

Конечно же, здесь было совсем не то столпотворение, которое Родиону приходилось наблюдать, когда половина населения устремляется на отдых к морю, а вторая – возвращается обратно, но все-таки движение стало гораздо насыщеннее. Примерно, как в довоенные годы. И примерно с таким же уровнем вождения. Каждый грузовик изначально прилипал к осевой и не отворачивал ни на йоту, пока угроза столкновения не становилась реальной. Соответственно, чтоб обогнать такое же чудо техники, ползущее в направлении Херсона, приходилось сигналить до хрипоты…

И только присутствие виларки удерживало лексикон Родиона в пределах приличий. Да и то на гране фола…

Ничего не попишешь, сказывалось интенсивное развитие и использование воздушных перевозок. Там, в небесах, движение не ограничивалось шириной и качеством асфальтового покрытия. Соответственно, наземный транспорт был скорее диковинкой, чем основным средством доставки грузов. С соответствующим престижем профессии водителя и подготовкой кадров.

Обгоняя парочку грузовиков, словно в насмешку перед самым городом сбросивших скорость до сорока верст, Родион краем глаза заметил у причальной мачты знакомый аэростат. Мелькнула даже мысль остановиться…

Но, здраво рассудив, что не стоит привлекать к себе лишнего внимания, Родион порулил дальше. Даже князю ничего не сказал. Воздушный шар уцелел. Шон – если сумел пришвартоваться, тоже жив. Вот и ладушки. Все равно пришлось бы попрощаться. Не тащить же карлика за собою в Петербург.

На въезде в Херсон паромобиль остановили на контрольно-пропускном пункте службы охраны дорог и правил вождения. Причем, проверка велась усиленным нарядом. Судя по знакам различия – помощник полицейского пристава, с ним один городовой старшего оклада и трое постовых. Но, увидев овальные номера и виларку рядом с водителем, машину пропустили без досмотра.

Виларами можно было восхищаться или недолюбливать, но о беспримерном пацифизме жителей Домов даже легенды и анекдоты слагали. Вроде того, что если вы случайно наступили вилару на ногу, будьте готовы, что он успеет извиниться первым. А нарушить закон для вилара гораздо сложнее, чем, к примеру, индусу пнуть корову…

– Прошу прощения, саннэ… – полицейский чин даже к машине не подошел, спросил с обочины. – Ничего подозрительного в пути не замечали?

Неожиданно для Родиона девушка ответила. Видимо, человек в форме в ее личном Табеле о рангах располагался достаточно высоко. Что она и подтвердила умением разбираться в погонах.

– Нет, господин губернский секретарь. Мы возвращаемся с пикника в Крутом Яру и ничего подозрительного на дороге не встречали. А что случилось? Я могу чем-то помочь?

– Да, саннэ… Спасибо, что предложили. Если вам станет хоть что-то известно о местонахождении князя Александра Катакази и господина Зеленина, сообщите о них в ближайший участок. Можно, письменно. Пневмопочтой.

– Хорошо… – саннэ Аная мило улыбнулась и, тоном не терпящим возражений, велела Родиону. – Василий, поезжай, чего ждешь… Мы опаздываем.

И только после того, как контрольно-пропускной пункт остался позади, добавила с едва уловимой насмешкой:

– Можете больше не прятаться, ваше сиятельство…

– Благодарствую… – Александр поднялся и демонстративно зевнул. – Прошу прощения… Вы что-то сказали, саннэ?

И тут девица учудила второй раз. Позабыв о высокомерности, она живо развернулась на сидении и с нескрываемым любопытством поинтересовалась:

– Скажите, князь… вы убийца или грабитель?

– Саннэ… – Катакази-младший возмутился самым искренним образом. – Что вы такое говорите? Разве мы похожи на преступников?

– Откуда мне знать? – пожала плечиками виларка. – Я их никогда не видела. Но, добропорядочные граждане от полиции не прячутся.

Этот постулат Александр оспаривать не стал. Спросил другое:

– Почему же вы ничего не сказали полицейскому? Если считаете нас злодеями?

Аная ответила не сразу. Сперва надула губки. Как же – у нее потребовали объяснения. Потом наморщила лобик. Похоже, готового ответа девушка и сама не знала. Потом вздохнула и даже порозовела щечками.

– Если скажу, что из любопытства… вы же не поверите?

Князь многозначительно промолчал, а Родион и вовсе не вмешивался в разговор. В Херсоне он бывал несколько раз и, где находится Причальная улица, знал. Но то было в прежней жизни. Поэтому внимательно следил за указателями, надеясь, что отличия в градостроении будут не столь кардинальны, как в социально-политическом аспекте.

– Скажите, вы детективы любите?

В конкурсе на неожиданные вопросы этот наверняка взял бы майку лидера. Ответы, соответственно были первыми пришедшими в голову, то есть – искренними.

– Макулатура… – князь даже ладонью загородился, безапелляционно отметая от себя подобные инсинуации.

– От автора зависит, – Родион был менее категоричен, поскольку именно из бульварных книжонок почерпнул большинство информации о жизни этого мира. Особенно, те подробности, которые не найдешь на газетных полосах.

– Вот уж никогда бы не подумал, что взрослый, здравомыслящий человек… Коммерсант…

– Зря вы, князь, – не уступил Зеленин. – Большинство опусов, конечно же, копеечный хлам. Но, некоторые произведения, весьма приличные попадаются… К примеру, «Каменный луг». Мария Дольная. Очень даже лихо закрученный сюжет, логичная развязка и слог отличный.

– Да… – саннэ Аная обратила внимание на Родиона, едва ли не впервые за все время совместного путешествия. – Вы так считаете?

– Единственный недостаток книги, о криминальном мире у автора весьма поверхностные представление. На уровне институтки из благородных девиц.

– Критиковать легко… – с возмущением воскликнула виларка. – А откуда взять информацию? Если вы первые преступники, которых мне удалось встретить. Да и то, для этого, пришлось убежать из Дома и из-под венца…