Расшифрованная запись привела Эцио в самый центр квартала Баязида. Это действительно было недалеко от места, где он простился с Софией. Старинное здание некогда служило складом. Сейчас оно пустовало. Дверь показалась ассасину крепко запертой, но стоило ее толкнуть, и она приоткрылась. Эцио огляделся по сторонам – нет ли поблизости турецких солдат или, хуже того, янычар. Убедившись, что улица пуста, он быстро пробрался внутрь.

Лестница привела его на второй этаж. Он прошел по коридору, в конце которого обнаружил комнатку, пол которой утопал в пыли. На полках стояли не менее пыльные расходные книги. На пыльном столе лежали письменные принадлежности и нож для бумаги. Эцио тщательно осмотрел комнату, не обнаружив ни малейших намеков на то, что он искал. Наконец его зоркие глаза заметили нарушение узора глазурованных плиток вокруг камина. Вряд ли оно было случайным.

Эцио ощупал все плитки в том месте, и одна от его прикосновения шевельнулась. Он взял со стола нож и начал выковыривать плитку, каждое мгновение прислушиваясь к звукам снаружи. Хотя осторожность в данном случае и была чрезмерной. Когда он сюда входил, улица была пуста и никто его не заметил.

Плитка поддалась почти сразу. Вынув ее, Эцио увидел деревянный прямоугольник, который тоже держался неплотно. В слабом свете, льющемся через щели забитого окошка, он разглядел нишу, где лежала книга. Ассасин осторожно вытащил ее. Книжка оказалась небольшой и очень старой. Эцио прочитал заглавие на корешке. Перед ним был экземпляр «Басен» Эзопа в стихотворном изложении Сократа. Знаменитый философ сочинял их в ожидании смертного приговора.

Эцио сдул пыль с переплета и открыл форзацную страницу. Как он и надеялся, на ней обозначилась карта Константинополя. Ассасин стал вглядываться в карту. Страница замерцала холодным, нездешним светом. Крохотный значок указывал на Галатскую башню. Бережно убрав книжку к себе в сумку, Эцио покинул здание и пошел через весь город на север. Паром перевез его через Золотой Рог. Причал находился вблизи основания башни.

Чтобы миновать караульных, Эцио смешался с толпой. Стоило ему войти в башню, и книга сама повела его дальше. Эцио поднялся по каменной винтовой лестнице, остановившись на площадке между этажами.

Там не было ничего, кроме голых стен.

Эцио еще и еще раз сверился с книгой. Ошибки не было. Тогда он стал ощупывать стены, рассчитывая найти какую-нибудь трещину, в которой могла скрываться потайная пружина. При малейшем звуке шагов снаружи он замирал, однако на лестнице никто не появлялся. Наконец ему действительно удалось обнаружить трещину. Она не была заполнена связующим раствором. Ощупав ее пальцами, Эцио наткнулся на совсем узкий потайной вход.

Ассасин принялся надавливать на окрестные камни. В метре от пола он нашел незакрепленный камень. Эцио чуть сдвинул камень, и тогда в стене образовался узкий проем. Проем оканчивался нишей, куда едва можно было протиснуться. Там, на узком пьедестале, лежал еще один круглый каменный диск. Третий ключ. Эцио кое-как пролез в нишу, чтобы забрать его, и вдруг ключ засветился. Свет становился все ярче. Ниша увеличивалась в размерах. Эцио опять перенесло в другое место и другое время.

Ослепительный свет немного померк, превратившись в обычный солнечный. Эцио вновь увидел Масиаф. Сердце подсказывало ему, что он попал во время, отделенное от предыдущего воспоминания несколькими десятками лет. Он не знал, сон это или странная явь. Что-то связывало его со всем этим. Какой-то странный опыт. Какая-то странная память.

Эцио утратил ощущение собственного тела. Он слился с происходящим, хотя и не ощущал себя участником событий. Он смотрел и ждал…

Он снова увидел человека в белом плаще, которого уже нельзя было назвать молодым. Эцио не ошибся: прошло несколько десятков лет.

И на лице у человека в белом плаще отчетливо читалась тревога…