– Спокойно, – наконец выдавил из себя Антон, обращаясь скорее к себе, чем к тем, кто находился в комнате. И повернулся, чтобы взглянуть на виновницу того, что случилось. Невысокая хрупкая девушка в шортах и коротенькой майке, не скрывающей довольно развитые для такой худощавой особы формы.

Оксана бессильно уронила руки и отступила на несколько шагов, еще не вполне осознав, что произошло, а затем бросилась к Олегу.

Сахновский остановил ее, схватив за руку. Девушка рванулась, но Антон держал крепко.

– Убил! ТЫ ЕГО УБИЛ! – яростно выкрикнула она.

– Тише! – рыкнул Антон. – Не суетись!

Девушка извивалась, пытаясь освободиться, и удерживать ее с каждой секундой становилось все труднее. Но тут подоспела помощь – Юлия собралась с силами, метнулась к Антону, обхватила девушку – и руки Сахновского наконец-то освободились.

Сил у Юлии было меньше, зато действовала она куда решительнее и жестче: развернула ее лицом к себе и одну за другой влепила несколько пощечин подряд. При этом голова Оксаны болталась, как у тряпичной куклы.

– Довольно! – скомандовал Антон.

– Пожалуйста, хватит! – неожиданно жалобно попросила и девушка. Это подействовало: Юлия обняла ее и крепко прижала к себе.

– Прости… Прости, девочка… Я не хотела…

– Все в порядке… Я уже… Вы – Юлия… У вас есть право… – Внезапно Оксана уткнулась лицом в грудь женщины и разрыдалась.

– Какое право, о чем ты… Ох, бедная малышка, как же тебе досталось…

– Может, мы к этому вернемся попозже? – Сахновский окончательно опомнился. – У нас раненый. Надо быстро принимать меры.

Юлия разжала объятия. На Антона смотрели две пары испуганных женских глаз.

– Я не хотела… – пробормотала Оксана. – Просто увидела вас… в окне… Вы целились в Олега…

– Да никто не хотел. Это у меня рука дрогнула. – Антон прикусил губу. – Ты разве не слышала, о чем шла речь? Ты что на улице делала?

– Шины прокалывала, – потупилась Оксана.

– Какие еще шины?

– Ваши.

Антон и Юлия переглянулись.

– Зачем?

– Олег сказал. Я вылезла через окно – у меня получается тихо-тихо… Чтобы вы за нами не погнались…

– Вы, значит, собирались удрать. И далеко?

Оксана пожала плечами:

– Не знаю… Вы же нас нашли…

– Большей глупости в жизни не слышал, – раздраженно заявил Сахновский. – А дураков я на своем веку навидался. Ладно, с содержимым ваших голов будем разбираться потом, а сейчас мне надо осмотреть парня.

Приблизившись к Олегу, он присел на корточки и осторожно убрал окровавленную руку, которой тот зажимал входное отверстие раны. Затем взглянул парню в лицо:

– Боль чувствуешь?

– Терпимо.

– Молодец. Только не изображай героя, сейчас не требуется. Осторожно повернуться на бок сможешь?

Помогая парню, Антон уложил его на правый бок, заглянул за спину.

– Паршиво…

– Что? – простонал Олег, тяжело дыша.

– Выходного отверстия нет. Пуля засела где-то под диафрагмой.

– Что это значит? – спросила Юлия, машинально прижимая к себе Оксану.

– Что вообще означает любое полостное ранение? – раздраженно буркнул Антон. – Извлекать пулю здесь – есть риск массивного кровотечения. Везти в больницу не на чем – колеса проколоты.

– Там, за домом, «Нива»… – выдавил Олег.

– И куда нам на этой твоей «Ниве» податься? У медиков закон: огнестрельная рана – врач обязан сообщить органам. Придется объясняться, что здесь произошло. А главное – почему. Кому-нибудь нравится такая перспектива?

– Вы же нас не сдадите? – осторожно спросила Оксана.

– Нет, – отрезал Антон. – И давайте пока вообще этого сейчас не касаться, не время. В целом ситуация выглядит так. Везти Олега в больницу нельзя. Оставить пулю в ране – тоже. Вывод: оперируем немедленно, своими силами. – Он выпрямился. – А теперь слушайте внимательно. Судя по его общему состоянию, рана не слишком глубокая. Похоже, что ни один из жизненно важных органов не задет, по крайней мере серьезно. Но даже если я прав, после того как я извлеку пулю, Олегу придется несколько дней лежать. Минимум – неделю. У вас здесь посетители часто бывают?

– Это частная территория, – сцепив зубы, пояснил Родионов. – Сюда посторонние не ходят.

– Но мы же въехали, – напомнила Юлия.

– Не важно. Вы не охотники, а для грибников еще рано – грибов нет. Нет и охраны по периметру – все егеря в лесничестве. Иногда приезжают оттянуться всякие важные персоны. Тут недалеко охотничий домик, сауна и все такое…

– Ну а хозяин этого рая в ближайшее время сюда не нагрянет?

– Он же депутат… Сейчас как раз сессия, я по ящику видел…

– Интересуешься политикой?

– А ну ее… Просто на новости наткнулся, здесь же каналов – раз-два и обчелся.

– Ладно. Будем держать кулаки, чтобы в ближайшую неделю сюда никто не сунулся. В случае чего, Оксана, – он быстро взглянул на девушку, – говори – заболел. Укрой его как следует. Но это на крайний случай. А я в эту неделю пару раз к вам наведаюсь, посмотрю на пациента.

– Мы разберемся, – простонал с пола Родионов.

– Необходимые препараты можно и в Золотоноше купить, – напомнила Юлия. – Можно смотаться по-быстрому.

– Некогда. Теряем время, – отрезал Сахновский. – Аптечка в доме есть?

– Только бинты, йод и активированный уголь, – призналась Оксана.

– Уже неплохо. Юлия, а у тебя в машине?

– Само собой.

– Сбегай за ней. Там должны быть какие-нибудь антибиотики.

– Вроде есть… Ампициллин подойдет?

– Подойдет любой, тем более что выбора нет. И еще – ленточный пластырь.

– Пластырь я поищу, – вставила Оксана. – Где-то я его видела.

– И как вы здесь живете, черти… Юлия, бегом!

Как только женщина вышла, Антон повернулся к Оксане:

– Сейчас понадобятся горячая вода, чистая простыня, ножницы, новая швейная игла и шелковые нитки. Найдется?

– Шелковая есть! – воскликнула девушка и уже повернулась, чтобы бежать, но Сахновский остановил: – Стоп, стоп! Это не все! Алкоголь в доме имеется?

– Алкоголь?

– Ну, коньяк, водка, самогон, что-нибудь в этом роде.

– Спирт есть! – простонал с пола Олег. – Медицинский… А бухла не держим…

– Олег на программе, – пояснила Оксана.

«Этого еще не хватало»! – мелькнуло у Антона.

– На чем?

– Он лечился… Алкоголизм…

– М-да… Годиков-то тебе сколько, болезный?

– Двадцать семь, – прозвучало в ответ после короткой паузы. – Скоро исполнится…

– Когда?

– Через два дня.

– Ну, с днем рождения! – Сахновский окончательно разозлился. – Это называется – нарочно не придумаешь! Когда ж ты умудрился?

– С пятнадцати лет. – В голосе раненого неожиданно прозвучала странная гордость.

– Вот поэтому только Олег меня и понял, – прибавила Оксана. – А Родион… Вы же, наверно, знакомы с Родей Шабановым?.. Ну да, как же иначе – ведь вы нас разыскивали… Так вот он правильный до полного занудства, а Олег… это же совсем другое дело!

Антон особо не вникал в ее сбивчивую речь – просто с удовлетворением констатировал: девушка вполне взяла себя в руки, ведет себя уверенно и рассудительно, не паникует.

– Да видели мы этого твоего Родю, – кивнул Антон. – Только давай об этом как-нибудь потом, ладно? Главное в другом: Олегу во что бы то ни стало нужна анестезия. Болевой шок иной раз хуже самой раны. Поэтому беги первым делом за спиртом, а потом тащи все остальное. Ничего не случится с этой его «программой» – все последствия уйдут с адреналином.

В дверях Оксана едва не столкнулась с Юлией.

Сахновский принял у нее автомобильную аптечку, вывернул содержимое на стол, отыскал необходимые препараты – набралась горсть таблеток. Он протянул их раненому:

– Давай, глотай все сразу. Потом осторожно перевернись на спину и вытяни ноги. Терпи, не зарежу – имеешь дело с хирургом высшей категории. Юлия, бегом к Оксане – поторопи насчет горячей воды.

– Там бойлер, – прохрипел Олег. – Горячая есть…

– Супер! Несите чистую миску, горячую воду, простыню, бинты, мыло, спирт и холодную воду – разбавить. Поищите в кухне небольшой острый нож. Оксана обещала еще иглу и нитки, она знает какие. Шевелитесь, девушки!

Антон Сахновский был в своей стихии.

Честно говоря, оперировать в полевых условиях ему еще не приходилось. И уж тем более извлекать из брюшной полости пулю, которую он сам туда загнал, пусть и случайно.

Он, однако, был уверен в себе. К нему вернулись спокойствие и точность в движениях.

– Все будет хорошо, – Антон подмигнул раненому. – У тебя какие планы насчет Оксаны? Жениться собираешься?

– Обязательно… Я ее от себя больше не отпущу…

– Молодец. Ну а раз так, до свадьбы все точно заживет. – И, повернувшись к дверям, Сахновский гаркнул: – Девушки! Что вы там возитесь?!