Пять человек под присягой поклялись, что 18 июня 1178 г. видели, как «верхний рог молодой Луны раскололся на две части». Из середины этого разлома внезапно выскочил пылающий факел, разбрызгивая во все стороны огонь, раскаленные угли и искры на большое расстояние.

С момента изобретения телескопа Галилео Галилеем главным объектом астрономических наблюдений стало наше ночное светило. Самому великому ученому стоило немалых трудов убедить «сильных мира сего» взглянуть в зрительную трубу, направленную на Луну. В то время считалось само собой разумеющимся, что наш естественный спутник населен цивилизацией селенитов со своей флорой и фауной. Поэтому Галилей с юмором писал, что начальник дворцовой стражи герцога Сфорца увидел вместо цирков и скал крепости, а кардинал – величественные соборы.

За прошедшие столетия астрономы полностью разочаровались в лунной жизни, однако нашли много аномалий, которые свели в каталог «кратковременных лунных явлений» (КЛЯ). Здесь можно встретить и «изменения внешнего вида, цвета, четкости и яркости деталей рельефа», «вспышки, появление и исчезновение темных пятен», а также, всяческие НКО (Неопознанные Космические Объекты), движущиеся над поверхностью.

Подобные аномалии наблюдались и в 1715 году, когда француз Е. Лувилль и англичанин Э. Галлей заметили странные вспышки во время лунного затмения. Затем в 1738 году немецкие астрономы видели «молниевый» объект, а осенью 1785 года на краю лунного диска несколько раз вспыхивали «искры». Поэтому неудивительно, что летом 1822 года профессор астрономии Мюнхенского университета Франц Пауль фон Груйтуйзен (1774–1852) сообщил об открытии вблизи кратера Шретер развалин «города». Это лунное образование напоминало фрагмент сети паука, включало низкие прямые валы, расходящиеся под углом 45 градусов и связанные перемычками. На конце сети расположились «руины цитадели». Общая площадь «города Груйтуйзена» по разным оценкам составляла около 15 гектар. Современник Груйтуйзена В. Бельше в своей книге «О тайнах природы» писал: «Это открытие вызвало большую сенсацию. Даже в чисто литературных произведениях того времени можно найти описание этой сети и рассказы о том возбуждении, которое вызвало это открытие в умах, богатых воображением. Думали, что теперь найдены следы лунных обитателей и что это были либо огромные, чрезвычайно искусные крепостные укрепления, либо же исполинские, математически правильные письмена, посредствам которых жители Луны хотели обратить на себя наше внимание».