Лукас не шутил. Он практически втащил Эмму в машину. Но она этому только обрадовалась. Тротуар был скользким – очередная недоработка руководства отеля.

Лукас, словно зная, как устала и замерзла Эмма, пристегнул ей ремень безопасности, прежде чем закрыть дверцу. Когда он уселся на водительское сиденье, Эмма, несмотря на усталость, заметила, что он в джинсах, зимних ботинках и куртке, которая подчеркивала ширину его плеч. Лукас выглядел надежным и самоуверенным.

Эмма посмотрела на небо и поняла, до чего холодно на улице, только теперь, благополучно устроившись в теплом и роскошном автомобиле. Она казалась в нем не на своем месте в потертом пальто и дешевой нейлоновой униформе.

– Тебе не надо было этого делать, – внезапно застеснявшись, возразила она. Ей стало еще хуже, когда она подумала, в какое кафе повезет ее Лукас.

– Ты поешь вместе со мной, – сказал он. – Было бы невежливо с моей стороны не предложить тебя подвезти. Я не хотел сегодня завтракать в переполненном ресторане отеля или в своем номере. – Он пожал плечами, завел двигатель и поехал в город. – Кроме того, ты выглядела так, словно тебя обязательно нужно подвезти, – взглянув на нее, прибавил он.

– Спасибо, – сухо произнесла она.

– Я куплю тебе завтрак. Привыкай к этому, Эмма.

– Я могу сама купить себе завтрак.

Простонав, он вздохнул:

– Эмма, пожалуйста, позволь мне оказать тебе маленькую услугу.

– Но ты не должен, – возразила она.

– Я знаю. Но я так хочу. – Он мельком взглянул на нее. – Если ты по-прежнему смущаешься из-за того, что произошло в Лондоне, пожалуйста, перестань. Мы позавтракаем как друзья. Ладно?

– Я не смущаюсь. – Она постаралась беспечно пожать плечами.

– Поэтому расслабься.

Лукас включил легкую и успокаивающую музыку. Но Эмма не успокоилась, потому что старалась сообразить, хватит ли у нее времени сказать ему о ребенке до того, как они приедут в город. Чем дольше она откладывала разговор, тем труднее ей становилось.

– Не надо, – сказал он, когда она стала приглаживать волосы. – Ты отлично выглядишь.

– Перестань! – Она рассмеялась. – Мне нужно принять ванну и поспать.

Лукас посмотрел на нее:

– По крайней мере, у тебя есть силы улыбаться.

– Только на это силы и остались, – грустно призналась она.

– Тебе станет лучше, как только ты поешь.

Она промолчала.

– Какую еду ты предпочитаешь?

– Я собиралась купить еду и позавтракать в своей комнате. Я поставлю тебя в неловкое положение своим видом.

– Боже, Эмма! Ты не единственный человек, который работает, чтобы выжить. Чего тебе стесняться?

У нее не нашлось ответа. Она поняла, что плохо знает Лукаса – отца своего ребенка. Они ни разу не разговаривали по душам.

– Тебе тепло? – спросил он, когда она вздрогнула, и не стал ждать ее ответа, а сразу включил обогрев. Потом он начал парковать машину.

Лукас помог Эмме выбраться из автомобиля. Его внимательность стала для нее откровением, и она ей понравилась. Очень понравилась.

Они быстро прошли по улице мимо знакомых бутиков с шотландскими товарами и безделушками.

– Зайдем сюда? – Лукас остановился у кафе.

– Я согласна. – Он каким-то чудом выбрал ее любимое кафе.

Лукас придержал для нее дверь. Тепло и аппетитные запахи домашней еды мгновенно окружили Эмму. Кафе было простым, поэтому она не почувствовала бы себя неловко в своей одежде.

Излишне говорить, что Лукас сразу привлек внимание. Он выделялся среди посетителей, хотя был одет довольно просто. Никто не ожидал, что сегодня на завтрак в кафе придет такой привлекательный мужчина. Когда посетители заметили Эмму, у них прибавилось любопытства.

– Чему ты улыбаешься? – спросил Лукас, когда они сели за стол.

– Ты болтаешь с людьми, – заметила она, удивляясь тому, что Лукас обменялся приветствиями с довольно многими ее знакомыми.

– Я какое-то время пробыл в городе, и у меня здесь бизнес.

Эмма помнила, что Лукас всегда искренне интересовался делами людей, почему и достиг такого успеха в гостиничном бизнесе. И все-таки ее удивил его выбор кафе.

– Похоже, ты не смущаешься, что сидишь на пластиковом стуле за пластиковым столом, – усмехнулась она. – Ты делаешь это ради меня?

– Здесь отличная еда. Я уже приходил сюда. И я такой же человек, как и ты, а не властитель, живущий в башне из слоновой кости.

– Ты всегда сам делаешь заказ за тех, кого приглашаешь? – спросила она после того, как он заказал им обоим завтрак.

– Да, если они выглядят такими же уставшими, как ты. Смирись, Эмма. Сохрани порох для будущих важных сражений.

Ее насторожили его слова. Такое ощущение, что он обо всем знает.

– Это просто завтрак, – заметил Лукас. – Если тебе что-то не нравится, попроси официантку поменять блюдо. Или это сделаю я.

– Нет. Ты все правильно заказал. Спасибо.

– Но в следующий раз мне придется тебя спросить? – Он одарил ее удивленным взглядом. – Итак. – Он откинулся на спинку стула. – О чем мы будем говорить, пока ждем наш завтрак?

Ее щеки стали пунцовыми.

– Начнешь ты или я? – спросил Лукас.

Он выглядел как человек, который в ладу с самим собой и со всем миром. Эмма не могла говорить о ребенке. Не здесь. Тут слишком много людей. Их могут подслушать.

Уткнувшись в кружку чая, которую принесла официантка, Эмма напомнила себе, что, хотя Лукас кажется покладистым сейчас, он может измениться в ту минуту, когда услышит о ребенке. Лукас любит все контролировать. После того как он обо всем узнает, ситуация изменится, и у Эммы не будет права голоса. Неосторожные слова в настоящее время ей навредят.

– Почему ты так взволнована? – Наклонившись через стол, Лукас пристально посмотрел ей в глаза. – Я не ожидаю, что ты начнешь разглашать государственные тайны. Я просто подумал, что у нас появилась хорошая возможность разрядить напряжение и поболтать. Мы можем начать с обсуждения погоды, если ты этого хочешь.

Эмма знала, что он шутит, но, по крайней мере, ей удалось немного расслабиться. Она посмотрела в окно.

– По-моему, погоду лучше обсуждать, когда находишься в Бразилии, – сказала она. – А о здешней погоде лучше вообще не говорить.

Эмма вздрогнула, когда колено Лукаса коснулось ее колена. Ее нервы были на пределе, он должен был это заметить. На ее лице читалось чувство вины. Но она не может сидеть в таком тесном пространстве рядом с высоким мужчиной и не касаться его случайно. Она напряглась, когда официантка принесла еду. Неужели Лукас обо всем догадался?

– Выбирай тему для разговора, – произнесла Эмма, как только ушла официантка.

– По-моему, тема очевидна.

– В самом деле? – Она нахмурилась. – Не для меня.

– Я хочу говорить о тебе, Эмма. – Лукас сосредоточил на ней все свое внимание. – Я хочу тебя, Эмма.

У нее тут же сдавило горло.

– Я хочу, чтобы ты была в моей постели, – непринужденно продолжал Лукас.

«Будь благоразумна. Никакой романтики», – предупредила она себя. Лукас говорил без эмоций, словно приказывал принести ему тост.

– Я хочу, чтобы ты была в моей постели, потому что я наслаждался тобой. – Подняв подбородок, он посмотрел на нее в упор. – Я не могу дольше остаться в Шотландии, поэтому я хочу, чтобы ты поехала со мной в Бразилию.

– В Бразилию, – выдохнула она.

– Я живу там большую часть года.

– Да, я знаю, – слабо сказала она, – но я не буду твоей любовницей.

Лукас усмехнулся:

– Я не думал о продолжительных отношениях. И ты сама дала мне понять, что их не хочешь. Я всегда считал тебя карьеристкой, поэтому не понимаю, отчего ты работаешь здесь. – Он выглянул в окно. – Я дам тебе работу в Бразилии и буду встречаться с тобой, пока…

– Ты хочешь меня? – спросила она.

Он посерьезнел:

– Ты говоришь так хладнокровно.

– Неужели? Ты же будешь платить мне, чтобы я спала с тобой.

– Не будь такой категоричной, – сказал он.

– А что, по-твоему, ты мне предлагаешь?

– Я предлагаю нам обоим воспользоваться моментом и наслаждаться друг другом, пока мы этого хотим. Тебе не пришлось бы ни о чем беспокоиться. Тебе не нужно было бы работать. И ты спала бы со мной каждую ночь. – Он рассмеялся.

Эмме было не до смеха.

– А когда ты устанешь от меня, ты меня выгонишь.

Лукас откинулся на спинку стула, считая свое предложение абсолютно нормальным. Более того, его даже не задел ее комментарий.

– Я делаю тебе отличное предложение, Эмма.

– Ты предлагаешь мне стать проституткой в униформе.

– Как грубо.

– Но это правда, и ты не можешь это отрицать.

Лукас даже не пытался ничего отрицать.

– Мое предложение экономически выгодно, – сказал он.

– Что? – вспылила она. – Ты совсем потерял стыд!

– Я просто откровенно говорю, что мне мало одной ночи с тобой. Я хочу, чтобы ты поехала со мной в Бразилию, где я буду заниматься с тобой сексом, когда захочу.

– Это возмутительно.

– Зато честно. – Он коснулся ладонью руки Эммы, когда она начала вставать из-за стола. – Сядь.

На них обратили внимание.

– Если ты так решил пошутить…

– Я не шутил, – заверил ее Лукас.

Эмма лишилась дара речи. Она не могла поверить, что Лукас окажется настолько наглым при описании своих сексуальных желаний. Он делал ей хладнокровное предложение, как человек, который может купить все, что захочет.

– Мне было хорошо с тобой в Лондоне, – сказал он. – Я хочу наслаждаться тобой снова. Что тут необычного? – Он пожал плечами. – Неужели ты решила отказаться от карьеры? Здесь у тебя не будет ничего. Почему бы не воспользоваться шансом и не поехать со мной? Тебе нравилось доставлять мне удовольствие. Почему ты притворяешься, что этого не хочешь?

Ее тело предательски напряглось от желания. Никогда еще Эмма не получала такого непристойного предложения.

– Итак? – спросил Лукас, когда она поерзала на стуле. – Твое смущение означает согласие?

– Оно означает отказ, – решительно заявила она, стараясь сохранить остатки благоразумия. – Благодаря тебе я чувствую себя так неуютно, как никогда не чувствовала себя в общественных местах. И тут нечем гордиться.

– Ну, я пробудил в тебе хоть какие-то чувства, – непринужденно ответил он. – И это хорошо. Ты запретила себе чувствовать, Эмма.

– Ты мог бы, по крайней мере, притвориться вежливым.

– Зачем? По-моему, наши отношения вышли на такой уровень, когда нам не до хороших манер, не так ли, Эмма? Или ты хочешь, чтобы я пригласил тебя в Бразилию на экскурсию?

Лукас не собирался притворяться, будто ему нужно от Эммы что-то, кроме секса.

– Ну же, Эмма, – уговаривал он ее более мягким тоном, склонившись над столом. – Мы с тобой очень хотим друг друга, а я не привык ждать.

Уже во второй раз за время завтрака Эмма потеряла дар речи. У нее не было стратегии, чтобы бороться с Лукасом.

Поднявшись, она лучезарно улыбнулась женщине за стойкой, когда положила на стол деньги за еду и щедрые чаевые.

– Увидимся! – весело произнесла она и направилась к двери.

Даже отец ее ребенка не сумеет пустить под откос ее желание сделать карьеру. Она создаст будущее для себя и своего ребенка, и она всего добьется сама, не становясь любовницей Лукаса.

Эмма едва сделала шаг и поскользнулась. Она устояла на ногах только благодаря двум сильным рукам, которые вовремя ее поддержали. Она сверкнула глазами, уже зная, кто ее спас.

– Спасибо, – с трудом выдавила она, так как у нее перехватило дыхание.

Лукас отвел волосы от ее глаз и поправил ей шарф, а потом шагнул назад. По его взгляду она поняла, что он не позволит ей уйти от него во второй раз. А потом он рассмеялся.

– Ты невыносим, – сердито бросила она ему. – Я надеюсь, ты понимаешь, что…

– О да, – согласился он и повел мощными плечами. – Не торопись с ответом.

– О, пожалуйста, – настаивала она. – Я отвечу тебе прямо сейчас. – Вдохнув, она выпалила: – Нет!

Переступив с ноги на ногу, он заявил:

– Ты передумаешь. На размышления я даю тебе двадцать четыре часа.

– Мне не нужно время на раздумья. Что мне сказать, чтобы убедить тебя? – Она разочарованно собрала волосы руками. – У меня есть гордость. И потом, я живу здесь. Я не буду мыть полы до конца жизни. У меня есть планы.

Лукас перебил ее:

– У меня тоже есть планы по поводу тебя.

– По-моему, я знаю, что это за планы.

– Мне кажется, ты ошибаешься. Почему ты не хочешь дать мне шанс объясниться?

– Потому что ты рассуждаешь как средневековый мужлан, который считает, будто женщина обрадуется, если ей больше не придется работать. Но мне посчастливилось жить в мире, в котором женщины вполне обходятся без мужчин.

– Без мужчин? – Он улыбнулся. – Это не про тебя, Эмма. Но если ты не хочешь слышать о моем предложении… – Засунув руки в карманы, Лукас шел рядом с ней, пока она торопливо шагала обратно в отель. – Я не буду говорить об этом сейчас, потому что я хочу, чтобы во время нашего разговора у тебя была ясная голова. Ты отдохнешь, а потом мы пообедаем и поговорим снова без эмоций.

Она остановилась как вкопанная:

– Ты, вообще, меня слышишь?

– Я слышал все, что ты сказала, – заверил ее Лукас. – И я имею право на свою точку зрения. Ты должна больше заботиться о себе, Эмма. Ты плохо выглядишь. Ты слишком бледная. Ты перегружена работой, но ты ничего не добьешься.

– С меня хватит. – Она прошла мимо него.

– Ты зря тратишь время, Эмма. Я своего добьюсь.

Она рассмеялась:

– Ты и здешняя экономка, по-видимому, решили меня доконать. – Она остановилась у ворот отеля. – Заруби себе на носу, Лукас. У тебя ничего не получится. Поэтому не трать свое время. Вероятно, ты привык покупать любую женщину, которая тебе нравится, но в моем мире женщины не продаются мужчинам.

– Не волнуйся, я позабочусь о том, чтобы ты передумала.

Он говорил тихо, но его глаза угрожающе блестели. Недоверчиво качая головой, Эмма решила, что именно сейчас должна обо всем ему рассказать.

– Мы все-таки должны поговорить, – призналась она. – Но ты должен пообещать, что не станешь требовать от меня стать твоей любовницей.

От его улыбки все ее тело словно опалило огнем.

– Как я уже объяснял, я не планирую длительных отношений, – сказал он.

– Но ты хочешь, чтобы я поехала с тобой в Бразилию.

– Я желаю, чтобы ты просто легла в мою постель.

Раздраженная Эмма покачала головой:

– За завтраком мы не договорились. Почему ты считаешь, что за обедом мы договоримся?

– Давай попробуем, – предложил Лукас.

– Если ты в самом деле решил предложить мне работу в Бразилии, я, возможно, заинтересуюсь. В противном случае у тебя нет шансов. И потом, мне придется подписать с тобой контракт, – подчеркнула она, стараясь избавиться от воспоминаний о бесконечной радости в объятиях Лукаса, пока он изучал ее.

– Значит, обед? – Он вырвал ее из размышлений. – Я по-прежнему должен тебе завтрак, помнишь?

– Я заплатила за завтрак, потому что не хочу быть кому-то обязанной. Мне не нужны твои деньги, Лукас. И ты мне не нужен.

– Но ты хочешь меня, – крайне самоуверенно произнес он.

Она ненавидела его за то, что он говорит правду. Однако она понимала, что все может измениться в мгновение ока, как только она расскажет ему о ребенке.

– Итак, мы обедаем вместе? – Она размышляла, сколько времени ей понадобится на отдых.

Лукас удовлетворенно поджал губы:

– Ты уверена, что у тебя будет свободное время?

– Я обычно отдыхаю пару часов во второй половине дня, прежде чем снова начать работу.

– Тогда до встречи, – серьезно произнес он с таким выражением лица, словно подтвердил очередную сделку.

Лукас размышлял о том, что с Эммой необходима иная тактика. Она не похожа на других женщин. Она не ищет богатого спонсора. И никогда его не искала. Он громко рассмеялся, вспоминая ее нахальные ответы, пока шел обратно к машине по обледеневшим тротуарам. Ему придется потерпеть со своими желаниями, пока он не сделает ей выгодное предложение по работе, от которого она не сумеет отказаться. Нужно подождать какое-то время.

Закончив дела в городе, Лукас поехал в отель. Первое, что он сделал, войдя в номер, – это сообщил регистратору о своем желании поговорить с Эммой. Но Эммы не оказалось на месте.

Черт побери, как много она работает!

Злобно выругавшись, он положил трубку. Неужели Эмма пытается себя прикончить? Ему уже сообщили, что мисс Фейн в отеле, но работает, поэтому не может подойти к телефону. Почему она работает, если сказала ему, что будет отдыхать? Что она пытается доказать? Вероятно, ей очень нужны деньги.

Шагая по номеру, он размышлял. Когда вскрылась преступная деятельность ее родителей, суд конфисковал все, чем они владели, поэтому Эмма не унаследовала от них ничего.

Он посмотрел в окно на серый пейзаж. На дорогах образовались пробки, машины еле двигались. Немногие люди отваживались выходить на улицу и передвигаться пешком. Лукас вдруг представил, как лучи бразильского солнца ласкают лицо Эммы, и подумал, что ей понравится в Бразилии.