На Крампетти-Древе в те дни

Воссел Хитро-Вангл – каково,

Лицо его скрыто в тени

Под Шляпой Бобровой его.

В той Шляпе сто футов и два ширины,

К ней ленты и пленты прикреплены,

Бубенчики, петельки и кружевца,

Так что никто и не видел лица

Того Хитро-Вангла Куи.

Хитро-Вангл рассуждал меж тем,

Восседая на Древе в тени:

«Хлеб, желейка и джем —

Лучше нету еды искони.

Но, чем дольше живу я на вышине,

Тем ясней и ясней представляется мне:

Никого не ведут восмояси пути,

И в целом-то жизнь весела не ахти», —

Рассуждал Хитро-Вангл Куи.

Но к Крампетти-Древу в те дни

Пришли Канарейки парой.

«Нет места воздушней, взгляни,

Сей Крампетти-Древины старой.

Могли б мы гнездо завести средь полей

Чудесной раскидистой Шляпы сей?

О, дайте нам гнёздышко свить поутру

Из того матерьяла, что вам по нутру,

Дорогой Хитро-Вангл Куи!»

Следом к Крампетти-Древу пришли

Белый Аист, Утка, Лягушка,

Сова и Улитка, Шмели,

И Птица, по виду Несушка

(Несушка с корявой ногой);

И хором они: «Хитро-Вангл, дорогой,

Позвольте дома завести средь полей

Чудесной раскидистой Шляпы сей,

Дорогой Хитро-Вангл Куи!»

И Рябчик пришёл Золотой,

Поббл, чьи пальцы кто-то унёс,

Олимпийский Медведь небольшой,

Также Донг-светозарный нос.

Голубой Бабуин с нежной Флейтой тут,

И Телец из далёкого Края Тьют,

И Аттери-Вош, и Биски-Летучиймыш, —

Пришли и на Шляпе отстроились, вишь,

Того Хитро-Вангла Куи.

И сказал Хитро-Вангл себе

На Крампетти-Древе в тени:

«То-то славный будет шумок,

Как в движенье придут они!»

И ночью при свете Багровой Луны

Плясали под Флейту Примата, полны

Такого счастья они, просто ах,

На широких зелёных Древесных листах

Близ Хитро-Вангла Куи.