Небольшая деревенька Райвола известна историкам с 1559 г. – тогда в ней всего насчитывалось 7 дворов. Как она получила такое название, неизвестно. Возможно, оно происходит от финского глагола «raivata» – распахивать, раскорчевывать. Впрочем, местная река называется Райволанйоки – может быть, от нее деревня и получила своей имя?

Вокзал станции «Райвола» в 1930-е годы

С ростом населения внутри Райволы возникают обособленные поселения. На берегах речки с XVII в. начинают селиться русские, и территорию тут же называют Русской Райволой. Так как дома новые жители деревни возводят у подножия гряды, то второе название – Нижняя Райвола. Совершенно естественно, что появляется и Финская Райвола (Суоменкюля), чьи дома стояли вдоль гребня холма, и второе название этой части большого поселка – Верхняя Райвола.

В состав большого поселка вошла небольшая финская деревенька Пору, находившаяся в районе моста через реку Райволанйоки.

Последними в состав Райволы вошли дачный поселок у железнодорожной станции и садоводство на юго-западном склоне гряды.

Так образовался большой населенный пункт Райвола, в 1948 г. переименованный в Рощино. Что двигало авторами этого нового названия – неизвестно. Возможно, обилие березовых рощ в окрестностях поселка, или то, что рядом в XVIII в. выращивали лес для кораблестроения. Возможно, на название повлияло то, что в Райволе находится знаменитая Линдуловская лиственничная роща. С переименованием не все проходило так гладко, ведь существовали и другие варианты нового названия. Один из них – Ждановск, в честь ленинградского партийного вождя А.А. Жданова. Другой вариант предполагал переименовать Райволу в поселок Ульяновский, в честь главного большевика – В.И. Ленина. Но вождей по неизвестной причине оставили в покое, а поселку дали название, уже подготовленное для деревни Сувенкюля.

Станция «Райвола» в XIX в.

Станция «Райвола» открыта с начала эксплуатации Финляндской железной дороги – первый поезд прошел здесь 1 февраля 1870 г. Первый вокзал, как мы уже знаем, возвели из дерева. Он состоял из центральной двухэтажной части и пристройки с кассовым залом и выходом на перрон. Со стороны железной дороги пристройка имела открытую веранду.

Местность вокруг станции в начале века выглядела следующим образом: «На данном участке дорога идет до р. Райволанйоки по мокрому мелкому лесу на волнообразной местности. Названная речка шириною около 15 м; оба берега высоки, круты, обработаны и покрыты крестьянскими домами. За речкой дорога вскоре пересекает на 1 7₂ килом. открытое торфяное болото, простирающееся на несколько километров в обе стороны, и подходит к ст. Мустамяки по сухому мелкому лесу. Ст. Мустамяки расположена на небольшой поляне в лесу, на местности слегка волнистой, и окружена дачами. В 3–5 км от станции несколько больших деревень и многочисленные дачи. Пассажирское здание, склады для грузов, сараи, дома для служащих. Платформы: пассажирская и конская. Лесной склад».

Поселок Райвола

В Рощине первый вокзал не сохранился, а существующий, с многочисленными колоннами и билетным залом, сооружен в 1950-е гг. В наши дни на станции две пассажирские платформы – боковая и островная и семь путей.

В городе осталось несколько построек прошлого – мало интересных с точки зрения архитектуры.

Лучше познакомимся с биографиями нескольких местных жителей, оставивших о себе добрую память у потомков.

Совсем короткой была жизнь финской актрисы Сиркка Сари (Сиркка Линнеа Янссон), сыгравшей в трех кинофильмах компании «Суоми-Фильм». Она родилась в Райволе в 1920 г. и начала сниматься в возрасте 17 лет. В 1935 г. молодая девушка устроилась продавщицей в парфюмерный магазин Хедмана в Выборге, где ее и приметили актеры Выборгского театра, а через два года Сиркка попала на киностудию в Хельсинки. После окончания съемок третьего фильма 30 июля 1939 г. (кинолента называлась «Богатая девушка») актриса организовала небольшую вечеринку и позвала на нее всех коллег по работе над картиной. Встреча происходила в гостинице «Ауланко» в городе Хямеэнлинне (до 1918 г. – Тавастегус) – родине композитора Яна Сибелиуса.

Сиркка Сари

В самый разгар вечеринки Сиркка вместе с близким другом решили подняться на крышу отеля, где и разыгралась трагедия. Решив, что впереди балкон, актриса шагнула в темноту и упала в широкую трубу дымохода, идущую от отопительной печи. Смерть девушки была мгновенной.

Девятнадцатилетнюю Сиркку Сари хоронила вся Финляндия – очередь на кладбище в Перк-Ярви (ныне – Кирилловское) растянулась на несколько километров.

Хельви Толванен вспоминала свою учебу с будущей актрисой: «Когда в один из погожих осенних деньков 1927 г. в школах начались занятия, в нашей школе появились девочки по фамилии Янссон, семья которых переехала из района Райвола, из тех мест, где находилась лиственничная роща. Младшая из девочек, которую вали Сиркка, стала учиться в моем, 2-м классе начальной школы, а старшая – Тертту – пошла в следующий класс.

Когда я отучилась в народной школе уже почти 4 класса, мама… увидела в газете „Карьяла“ объявление Терийокского лицея совместного обучения и спросила, не хотела бы я учиться в школе в Терийоках. Я, немного подумав, сказала, что если поедет Сиркка Янссон, то поеду и я».

Второй известный райволец – художник Александр Петрович Блазнов – родился в крестьянской семье в селе Грязовицы Вологодской губернии. Закончив с отличием Императорскую Академию художеств в 1893 г., Блазнов отправляется в Мюнхен на стажировку к профессору А. Ашбе. Вместе с ним в Германию едут И.Э. Грабарь, Д.Н. Кардовский и некоторые другие.

Много времени художник посвятил храмовой живописи и иконописи. Блазнов работал над росписями православных церквей во Флоренции, Овруче и Бад-Киссигене. В столице России он написал образа для Казанской церкви на Преображенском кладбище, в домовой церкви Свято-Владимирской женской церковно-учительской школы и в школе-приюте Общества Белого Креста. Но по понятным причинам его работы в Санкт-Петербурге не сохранились.

В 1918 г. Александр Петрович бежит со своей женой М.Р. Пец-Блазновой из революционной России в соседнюю Финляндию и селится в Райволе. И в Финляндии мастер продолжал заниматься живописью, выставлялся на вернисажах Общества русских художников в Финляндии, работал над церковной живописью, в частности, для алтаря Райволовской церкви создал образ Христа.

А.П. Блазнов скончался у себя дома 6 апреля 1939 г. в возрасте 73 лет и похоронен на кладбище Райволы.

К старым жителям Райволы, а вернее, уже Рощина, можно отнести и знаменитого русского художника и иллюстратора Юрия Алексеевича Васнецова. С 1954 г. он каждое лето на протяжении почти 20 лет приезжал сюда на дачу и работал здесь над натюрмортами и пейзажами. Но Васнецов вспомнился в связи с художником Блазновым, а действительно большой райволовской знаменитостью стала финская поэтесса, писавшая на шведском языке, классик национальной литературы Финляндии. И хотя она, так же как А.П. Блазнов с Ю.А. Васнецовым, родилась не в Райволе, но именно с этим поселком связана вся ее жизнь и творчество, здесь находится ее затерявшаяся могила, в Рощине сохраняется память о ней. Это – Эдит Сёдергран.

Она родилась в столице Российской империи в 1892 г., в семье шведского механика Маттса Сёдерграна и его супруги Хелены Ловисы. Маттс получил инженерное образование и работал на заводе Альфреда Нобеля. Когда маленькой Эдит исполнилось три месяца, ее дед со стороны мамы Габриэль Хольмрус (умер в 1896 г.) купил им в Райволе большой дом, расположенный в живописном уголке поселка на берегу озера, рядом с православной церковью. Ради здоровья ребенка семья переехала в Райволу, где отец устроился директором лесопильни. В 1902 г. Эдит вновь возвращается в Санкт-Петербург – родители отдают ее в престижную женскую гимназию Петришуле, и в течение шести лет большую часть года они с матерью живут в столице, лишь на лето выезжая в Райволу. Но летом 1908 г. умер от туберкулеза отец, а вскоре выяснилось, что и Эдит заразилась этой неизлечимой тогда болезнью.

Эдит Сёдергран

До 1914 г. Хелена Ловиса возила дочь по туберкулезным клиникам и санаториям, пока не вернулись в Райволу, где они поселились в своем старом доме. После февральских событий 1917 г. в России финансовое положении семьи резко ухудшилось, но в том году Эдит в последний раз посетила любимый Петроград – место ее рождения.

Вернувшись в Райволу, Хелена и Эдит пережили здесь все ужасы Гражданской войны, голод и неустроенность.

В 1923 г. Эдит Сёдергран тихо умерла в возрасте 31 года и ее похоронили на кладбище около церкви. На прощальной церемонии присутствовало два десятка местных жителей.

Вы не найдете ее могилы – в конце 1940-х гг. по приказу местных властей старое православное кладбище уничтожили бульдозером. Недалеко от Эдит находилась и могила Александра Петровича Блазнова.

Памятник Э. Сёдергран

В конце 1950-х гг. финские журналисты Тито Колиандер и Оскар Парланд приехали в Рощино и нашли примерное место могилы знаменитой поэтессы. Когда-то там стояло красивое надгробие работы скульптора Аяйно Аалтонена, но в послевоенное время его украли или просто разбили, когда ровняли трактором могилы русских и финских жителей Райволы.

Памятник коту Тотти

В Финляндии решили изготовить новый памятник, открытый в Рощине в 1960 г., в присутствии большой делегации финских писателей. С нашей стороны в той торжественной церемонии принимали участие поэты А.А. Прокофьев, В.М. Инбер и М.А. Дудин.

На простой невысокой стеле из серого гранита выбиты имя поэтессы, годы ее жизни и следующие строчки на шведском языке:

В 1992 г., к 100-летию Сёдергран, рядом с памятником, посвященным поэтессе, установили памятный знак ее любимому коту Тотти, сошедшему с ума (по местной легенде) и застреленному по просьбе самой Эдит соседом Галкиным.

На гранитном валуне высится бронзовая скульптура смешного полосатого кота, выполненная финским ваятелем Нино Терно. Парк на месте бывшего кладбища носит теперь имя финской поэтессы.

Первый поэтический сборник Эдит Сёдергран вышел в 1916 г., когда ей исполнилось 24 года. Но писать стихи она начала еще в школе, причем за годы учебы она создала 238 стихотворений, большей частью на немецком языке, на шведском она написала только 26 произведений, на русском всего одно.

Дом Э. Сёдергран

Второй сборник стихов напечатан в 1918 г., а в предисловии к нему Эдит написала: «Что моя поэзия является поэзией, этого отрицать никто не может, но то, что это стихи – утверждать не берусь. Некоторые стихотворения я пыталась вопреки их воле подчинить размеру, но обнаружила, что силой слова и образа я обладаю только при условии полной свободы, то есть свободы от размера. Что же до их содержания, то я позволяю наитию и инстинкту запечатлевать то, что в возбужденном состоянии видит мой интеллект. Моя уверенность в себе возникает из осознания моих масштабов. Мне не к лицу выдавать себя за меньшее, чем я есть».

Финская критика отрицательно встретила неординарную лирику Эдит, увлекавшуюся в то время философией Ф. Ницше. Тема смерти и увядания, модная в те годы, не обошла стороной и творчество молодой поэтессы. После резких отрицательных, несправедливых откликов Эдит совсем перестает писать. О ситуации в финской литературе того времени точнее всего сказала журналистка Хагар Ульссон: «Таков был культурный климат, столь скудна была культурная среда, в которой самая яркая личность в шведоязычной поэзии Финляндии, страстный, гордый человек с горячей кровью, осуществляла дело своей жизни».

В 1922 г. Эдит возвращается в литературу – она занимается переводами поэзии на немецкий язык и составляет поэтическую антологию. Она успевает перевести на шведский язык стихи И. Северянина и К. Бальмонта.

Последний сборник стихов Эдит Сёдергран выходит в 1925 г. – уже после смерти.

История православной церкви в Райволе началась еще в 1790 г. – в селении Линтула поставили небольшую деревянную церковь, настоятелем которой стал Иоанн Иовлев. В 1800 г. линтуловская церковь сгорела от пожара, вызванного попаданием молнии. Через два года решили восстановить сгоревший храм, но уже в Райволе, что и было сделано – его освятили в 1802 г. во имя Святителя Николая Чудотворца. Интересно, но долгое время эту церковь местные жители называли Линтуловской, а простояла она до конца 1870-х гг.

Церковь в Райвола

Последний храм в русском стиле построили в Райволе в 1881 г., по проекту архитектора И.С. Богомолова. Новая церковь имела не совсем обычную композицию: над центральным объемом возвышался большой купол, а три меньших главы венчали колокольню, пристроенную к основному зданию церкви. Да и сама колокольня была не совсем обычной, а выступала в роли многоуровневого крыльца, как и сама церковь, в древнерусском варианте. Храм поражал обилием деревянного декора с замысловатой резьбой. Необычными сделали и оконные проемы, вырезанные в бревенчатых стенах в виде креста. Снаружи и внутри здание обшили тесом, но пол сделали бетонным, что несколько странно для северного климата. Всего на постройку храма приход использовал 20 тыс. рублей, собранных среди местных жителей и дачников.

Райвола. Вид на дачу Вейде

В завершении рассказа о Рощине вспомним историю знаменитой Линдуловской лиственничной рощи – месте искусственного насаждения сибирской лиственницы.

Первые посадки молодых деревьев в долине реки Линтуловка (ныне – Рощинка) провели в 1738 г. Семена для этого собрали в лесах под Архангельском, а работы провел форстмейстер ее императорского величества Фердинанд Габриель Фокель со своими учениками Иваном Куприяновым, Петром Павловым, Федотом Старостиным и Матвеем Алшанским. Первый участок по площади составлял 1,9 га, а дальнейшее формирование рощи проходило до настоящего времени. Деревья первых посадок (1738–1742 гг.) в наши дни занимают территорию 23,5 га, а их число превышает 4000 штук. Высота некоторых лиственниц достигает 42 м, а диаметр ствола более 50 см, хотя встречаются деревья со стволом до 1 м в диаметре.

И вновь мы отправляемся на поезде по Финляндской железной дороге. Нас ждет встреча со станцией с тривиальным названием «63-й км».