Во власти императора посещать гораздо более приятные места, чем Арракис, но важно, чтобы я отправился туда лично – для виду. Я правлю жителями этой грязной планеты точно так же, как обитателями самых великолепных миров.

Бригадир уборочной фабрики получил сообщение с самолета-разведчика.

– Червь, начальник! Близко – и очень большой!

Свиту императора охватило нервное возбуждение. Император направился к пыльному окну смотровой палубы.

– Отлично. Я хочу увидеть червя.

Начальник фабрики все внимание сосредоточил на переговорах с пилотом.

– Определи его курс. Сколько у нас времени?

Разведчик передал координаты, и на экране появилось изображение соседней с гигантом дюны.

– О боги, да он совсем рядом! Какого дьявола ты не заметил его раньше?

– Должно быть, он был глубоко, начальник, – ответил разведчик.

– Надо нанимать разведчиков получше, – заметил Сальвадор.

Осунувшееся и посеревшее лицо начальника фабрики встревожило императора.

– Этот червь очень близко, сир. Слишком близко.

Пытаясь понять, что нужно делать, император отдал своей охране приказ:

– Будьте начеку! Нам может понадобиться ваша защита.

Начальник фабрики недоверчиво посмотрел на него.

– Сир, ваша охрана бессильна перед гигантским червем.

Из громкоговорителя донесся голос директора Венпорта. Он звучал нервно и словно издалека, хотя Сальвадор считал, что директор просто ушел в другую часть фабрики.

– Бригадир Окарр, приготовьтесь выбросить собранную пряность; у нас мало времени.

Императора не насторожило поведение электрических систем на борту мобильной фабрики. Статика и пыль могли вывести их из строя.

– Да, директор. Я подготовил выброс, и бригада готова к эвакуации. Я пытаюсь связаться со спасательными кораблями, они должны появиться с минуты на минуту.

Руки его плясали над приборами: бригадир выбрасывал полные контейнеры.

Услышав грохот взрыва, Сальвадор вздрогнул.

– Что это? На нас напали?

– Все идет по плану, сир. – Бригадир Окарр, багровый и страшно возбужденный, тем не менее отвечал на вопросы императора. – Вся пряность, собранная в ходе операции, упакована в бронированные контейнеры, и я их выбрасываю. В напряженной ситуации мы оставляем их подальше от фабрики. Каждый контейнер снабжен маячком, по которому его можно найти. Червя отвлекают более сильные вибрации фабрики, и позже мы обычно собираем контейнеры.

– Интересно, – произнес Сальвадор, но обеспокоенные придворные, казалось, нисколько не заинтересовались.

Капитан императорской гвардии почувствовал напряжение в рубке управления.

– Сир, мы должны вернуться в императорский шаттл. Пора перебраться в более безопасное место.

Сальвадор кивнул.

– Да, не будем мешать этим добрым людям делать их работу. Добыча пряности – сложный бизнес, как мы сами убедились. Желаю всем удачно поработать.

Капитан коснулся передатчика в ухе, вслушался и вздрогнул.

– Сир, на шаттле был взрыв! Думаю, это саботаж.

Придворные ахнули и выжидательно посмотрели на императора. Тот старался быть спокойным. Заставляя себя говорить сдержанно, он сказал:

– Нас предупреждали об опасностях Арракиса, но все будет хорошо. Капитан, подготовьте нашу эвакуацию.

– Сир! Шаттл не может лететь! Уничтожен двигатель.

– Уничтожен? Вы хотите сказать, что его нельзя отремонтировать?

– Уничтожен, сир. Мы в ловушке.

– А мы увидим червя? – спросила одна из исполнительниц с балисетом таким тоном, словно искала вдохновения для новой песни, а собственная безопасность ее нисколько не заботила.

– Я уверен, мы увидим червя с эвакуационных кораблей. Бригадир, куда идти для подготовки к эвакуации?

Начальник бригады, нервничая, выкрикивал в микрофон приказы.

– У нас не хватит места для эвакуации ста дополнительных пассажиров.

– Эвакуационные корабли не отвечают, начальник, я не могу их активировать! – крикнул один из рабочих.

Кто-то еще крикнул:

– Червь будет здесь через пять минут!

На командной палубе послышался голос Венпорта, доносившийся сквозь треск.

– Император Коррино, прошу прощения, но неотложные дела потребовали моего отъезда. Я хотел бы сообщить вам это лично. – Голос звучал дерзко. – Я решил не принимать императорского решения о реквизиции моего бизнеса с пряностью. Здесь, на Арракисе, власть определяется не титулом и не происхождением, но действиями, ресурсами и тщательно продуманными планами.

Сальвадор не понимал, о чем говорит этот человек.

Венпорт продолжал:

– Бригадир Окарр, груз пряности благополучно сброшен. Вы и ваши люди хорошо служили «Комбайнд мерчантайлз» и принесли нам большую прибыль. Вам просто не повезло, что вы работаете сегодня, но я щедро компенсирую вашим семьям утрату. Император Коррино… наслаждайтесь экскурсией.

Бригадир выкрикивал в микрофон проклятья. Солдаты окружили императора, защищая его, хотя рядом с ними он не чувствовал себя в безопасности. Рабочие фабрики были в полной панике. Одни молились, другие бегали по командной палубе, но найти безопасное место было невозможно.

Снаружи по дюнам от фабрики уходили по песку краулеры. Сальвадор задумался, нельзя ли конфисковать эти машины, чтобы он и его ближайшее окружение могли спастись, хотя, очевидно, гигантский червь реагировал и на слабые вибрации.

Он был в смятении и не знал, что предпринять. Родерик знал бы, что делать, отдал бы нужные приказы, организовал бы спасение, даже мог бы вообще предотвратить предательство Венпорта.

Увы, брат всегда был сильнее и компетентнее. Многие советники и охранники Сальвадора опасались, что Родерик может убить брата и захватить трон, но Сальвадор никогда об этом не беспокоился. Родерик всегда был его самым близким, самым верным другом.

Да, брат обеспечил бы его безопасность. Вообще-то Родерик возражал против отъема бизнеса по добыче пряности. Это была мысль Манфорда Торондо, и очень плохая мысль. Родерик возражал и против поездки на Арракис. Сальвадор прикусил губу и пробормотал:

– Ты был прав, милый брат.

Капитан гвардии извлек пистолет Чандлера и направил его в багровое лицо бригадира.

– Говори, как нам увести отсюда императора! Немедленно! Выход должен быть.

Бригадир, не испугавшись оружия, ответил:

– Выхода нет. Я бы эвакуировал своих людей, если бы мог! Ни один спасательный корабль не сработает вовремя. Нам осталось несколько минут.

У окна кто-то закричал – тонким женским голосом, хотя кричал полный мужчина, министр шахт. Сальвадор оттолкнул его и прильнул к главному окну. Оно покрылось пылью, мешавшей смотреть.

Капитан гвардии, все еще размахивая бесполезным пистолетом, быстро настроился на частоту императорского баркаса.

– Нападение на императора! Срочное сообщение для Салусы Секундус. Директор Джозеф Венпорт сорвал операцию и бросил нас на съедение песчаному червю. Я… я не верю, что мы уцелеем. Я не сумел выполнить свой долг.

Услышав это, пилот баркаса должен был активировать свертывающие пространство двигатели и улететь, чтобы передать сообщение в столицу. Родерик узнает правду и отомстит «Венпорт холдингз».

Сальвадор находил в этом некоторое утешение. Теперь кричали все. Глядя в окно, он сказал удивительно спокойно, даже небрежно:

– А вот и червь.

Безглазое чудовище вырвалось из пустыни, словно перед императором открылась пещера, заполненная сверкающими кристаллами зубов; заглатывая тонны песка, эта пасть неслась вперед.

– Как он близко! – сказал Сальвадор, и кто-то подсказал, что червь в двух минутах: из-за гигантских размеров казалось, что он гораздо ближе. Червь величиной с огромный космический корабль приближался. Рассудок императора оцепенел, застыл от ужаса и неверия в то, что видят его глаза.

Обезумевший от вибрации червь несся вперед, и Сальвадору пришлось признать, что это производит сильное впечатление.

Незавязанные концы могут задушить человека. Разрабатывая план убийства, Джозеф Венпорт собирался просто бросить фабрику по сбору пряности на произвол судьбы, но ему непременно понадобилось собственными глазами увидеть, что червь проглотил фабрику, ее бригаду и свиту императора.

Новость Тарефа об убийстве Манфорда Торондо, к великому разочарованию Джозефа, оказалась ложной, а затем молодой фримен поверг тщательно разработанный план в хаос, но, к счастью, Джозеф сумел подготовить резервный план. Он предпочел бы справиться с этой ситуацией иначе, но цель и так будет достигнута.

Печально, что приходится терять целую бригаду во главе с начальником, который не сделал ничего плохого. Однако профессия связана с очень большим риском, и, подписывая договор, рабочие фабрики знали, на какой риск идут. Фабрики с самыми опытными бригадами то и дело пропадали в пустыне. Но жертва этих людей упрочит будущее «Венхолдз» и всей меланжевой промышленности, а следовательно, и всю экономику Арракиса – вместе с торговлей по всей империи.

Что еще важнее, с уходом Сальвадора Коррино его место займет более разумный лидер, который сумеет противостоять варварам, и Джозеф предотвратит Средневековье, наступление которого предрекала Норма Сенва. Да, рабочие поняли бы его выбор. Их жертва была неизбежна. Он не мог их спасти.

Два разведчика, которым заплатили за то, чтобы они опоздали с сообщением о черве, отправятся вместе с ним на Колхар. Там они будут оставаться под охраной и пристальным наблюдением. Негодяй мог бы просто убить их, избавляясь от лишних свидетелей; это было бы разумнее всего, но эти люди хорошо послужили ему, а Джозеф всегда вознаграждал тех, кто хорошо на него работал.

Он сохранит им жизнь на Колхаре, выдаст заслуженное вознаграждение (хотя они не сразу поймут, что это награда). Но со временем они будут даже благодарны за то, что их поместили в баки с пряностью и сделали новыми навигаторами…

Венпорт надеялся, что сможет быстро связаться с Нормой Сенвой. Никогда не угадаешь, когда она отзовется, когда просто знает. Но он всегда может на нее рассчитывать.

Джозеф вел спасательный флаер, глядя на пустыню, где червь кружил возле фабрики. Приближаясь, чудовище небрежно проглотило нескольких роллеров, пытавшихся скрыться в пустыне. Выброшенные контейнеры с пряностью приземлились более чем в километре от фабрики в соседней долине; когда пыль осядет, нужно будет кого-нибудь послать за ними.

Джозеф был раздосадован и удивлен, когда капитан гвардии Сальвадора передал на императорский баркас узконаправленное сообщение о предательстве. Было бы проще избавиться от баркаса, если бы экипаж ни о чем не подозревал, но Джозеф предвидел и это. Он отправил на орбиту сигнал:

– Бабушка, ты здесь? Ты готова?

Он включил в кабине экран, и на нем появилось изображение корабля «Венхолдз», следовавшего по орбите за императорским баркасом. На баркасе получили сообщение, прозвучали сигналы тревоги. Там оставался сокращенный экипаж, но он уже включил двигатели и настраивал механическую навигационную систему, собираясь уйти. Их старые сверхсветовые двигатели были недостаточно быстры, и Джозеф сомневался, что они сумеют вовремя запустить резервные свертывающие пространство двигатели Хольцмана.

– Я здесь, – сказала Норма. – Как и все наши боевые корабли.

Из свернутого пространства мерцая возникли двадцать вооруженных кораблей «Венхолдз» и окружили императорский баркас.

Пилот баркаса крикнул в коммуникатор:

– Нас предали!

– Что верно, то верно, – пробормотал Джозеф.

Под собой он видел водоворот песка. Гигантский червь вздыбился и обрушился на фабрику, срывая металлические плиты. Все панические передачи разом оборвались. Червь развернулся и ударил снова, потом утащил обломки фабрики в глубь дюн.

На экране в кабине корабли «Венхолдз» открыли огонь по императорскому баркасу.

Но корабль императора, получив краткое предупреждение, уже пустился прочь – и реакция экипажа оказалась необычайно быстрой. Корабли «Венхолдз» дали второй залп, корпус баркаса потемнел, но пилот включил двигатели Хольцмана и наобум ушел в свернутое пространство.

По линии связи послышался голос Нормы:

– Они ушли, но их корабль поврежден.

Нахмурившись, Джозеф со вздохом сказал:

– В любом плане случаются проколы. Этот корабль не должен был никуда уйти.

Он надеялся, что Тареф все же причинил достаточный ущерб навигационной системе.

Под ним червь уходил в глубину, оставив только огромное углубление с ржавыми пятнами пряности. Все улики исчезли. Скоро благодаря бурям и другим погодным явлениям это место вновь будет выглядеть так, словно здесь никогда не ступала нога человека.