Улицы в центре Джайпура были забиты автобусами, велосипедистами, рикшами и верблюдами, причем последние усиливали хаос, ложась прямо на проезжей части и отказываясь сдвинуться с места.

Лука рассеянно смотрел на бурный поток транспорта и людей, сидя на заднем сиденье такси. Машина выехала на шоссе и устремилась к пригородам. Наконец водитель бросил через плечо:

– «Дом счастливых улыбок» там.

Впервые за много дней Лука ожил. А еще он почувствовал, как у него от страха все сжалось внутри.

Он взглянул на большое новое здание. Рядом с ним стояло полуразвалившееся строение с жестяной крышей.

– Что это такое? – спросил Лука у водителя.

– Это старый приют для сирот. Они жили там до того, как американская и английская госпожи нашли деньги на новый дом.

В ушах Луки раздался голос Афины, которая говорила, что на миллион фунтов она собирается построить дом. Он предположил, что она имеет в виду свой дом, и ошибся.

Когда таксист подъехал к «Дому счастливых улыбок», во двор выбежала стайка веселых ребятишек. Они с любопытством уставились на гостя, их и без того большие глаза стали огромными.

Афина была где-то здесь – в этом доме, который она построила для сирот Джайпура.

«Я люблю тебя, Лука…»

Боже! Лука с силой провел ладонью по глазам. Что он наделал?!

Афина закончила кормить двух самых маленьких детишек и положила их в кроватку. Близнецов, девочку и мальчика, нашли в городе, в картонной коробке. Предположительно Джайе и Виджаю было шесть недель. Забота о них немного смягчала боль в сердце Афины, которое разбилось, когда Лука заявил, что их брак подошел к концу.

Она немедленно улетела в Индию. Работа в приюте приносила ей некоторое успокоение, но по ночам она не могла сдержать слезы.

Кара Таннер просунула голову в дверь детской:

– Афина, у тебя в кабинете гость.

Гость? Никто, кроме ее сестры и зятя, не знает, что она здесь.

Дверь кабинета слетела с петель уже давно. Строительство нового здания было завершено, и Афина с нетерпением ожидала переезда туда. Когда она откинула старую простыню, закрывавшую вход в кабинет, сердце ее ухнуло куда-то вниз. Молодая женщина не верила своим глазам.

– Что… – пискнула Афина и умолкла.

Лука выглядел замечательно, но, присмотревшись, Афина заметила морщинки вокруг его глаз, словно он проводил ночи без сна, как и она.

– Как ты меня нашел?

– Я отправился в Зенаб и долго умолял Лекси. Наконец она сдалась и сказала мне, где ты. – Его взгляд устремился в окно, в котором виднелось новое здание. – Мне нравится новый дом, – хрипло сказал он. – Почему ты не рассказала мне о приюте?

Афина прикусила губу:

– Я думала, что тебе может не понравиться, на что я потратила деньги.

– Ты могла тратить свои деньги на все, что тебе захочется. Но, должен сказать, то, что ты сделала… это потрясающе!

От его улыбки ее пронзила боль.

– Зачем ты приехал? – Внезапно Афина побледнела. – Розали?…

– Ее состояние никогда не улучшится, но, к счастью, и хуже ей не стало. – Лука помедлил. – Она не может говорить, но я знаю, что ей тебя недостает.

– Я тоже по ней скучаю.

– Я приехал, чтобы просить тебя вернуться на виллу де Росси и снова стать моей женой, – с усилием выговорил Лука.

Афина поспешила погасить вспыхнувшую в душе надежду.

– Твой двоюродный дед снова чинит препятствия?

Он покачал головой:

– Эмилио ни при чем. Члены совета директоров отказались передать ему должность председателя «Де Росси энтерпрайзес» и единогласно выбрали меня. Он вышел в отставку и вернулся на свои виноградники на Сицилии.

Афина нахмурилась:

– Тогда почему?…

– Я скучаю без тебя. – Лука видел недоверие в ее взгляде и знал, что винить за это должен только себя. – Я скучаю без тебя, – повторил он. – Прошу, вернись. – Он сглотнул. – Не навсегда… – У него нет права просить ее пожертвовать своими мечтами о ребенке. – На некоторое время. Пока… пока ты не встретишь мужчину, который сможет дать тебе… дать то, чего ты хочешь. Семью, детей.

Губы Луки пересохли, а ладони стали влажными. «Будь же мужчиной!» – потребовал голос разума.

– Я люблю тебя, – наконец признался он.

В Афине взыграл гнев.

Она решительно подошла к нему:

– Итак, ты хочешь, чтобы я снова стала твоей женой. Но не навсегда, а пока не встречу другого мужчину, который будет иметь медицинскую справку о том, что с его генами все в порядке. И как я познакомлюсь с этим мужчиной? Может, по выходным ты позволишь мне ходить на свидания?

Лука неуверенно пригладил волосы:

– Я не продумывал детали. Честно говоря, мне невыносимо думать, что ты будешь с другим. Но я должен сделать так, как лучше для тебя. Я не допущу, чтобы ты принесла в жертву свое желание иметь детей.

Афина покачала головой:

– Мне не нужны отношения, в которые человек не вкладывает сердце. – Слезы обожгли ей глаза. – Если ты в самом деле меня любишь, скажи это так, чтобы я поверила. Я хочу все или… ничего.

Лука поймал ее за руки, не позволяя ей отвернуться.

– Я не могу дать тебе все, – хрипло сказал он. – У нас с тобой не может быть детей. Я люблю тебя всем сердцем и хочу, чтобы ты была счастлива. Вот почему я отослал тебя с виллы. От себя. Я чувствовал, что сердце рвется у меня в груди, когда смотрел, как ты уезжаешь. Но я хотел дать тебе шанс на любовь, на сказочную свадьбу, на детей. Ты же любишь их.

– Тебя я люблю больше.

Афина плохо видела Луку из-за застилающих глаза слез. Она встала на цыпочки и обхватила ладонями его лицо:

– Ты для меня – все, Лука. Ты моя единственная любовь, и для меня больше никто не существует. Я буду любить тебя до конца своих дней.

Она смотрела ему в глаза, вкладывая в свой взгляд всю душу.

– Если бы мы полюбили друг друга и сыграли свадьбу, а затем узнали, что я по какой-то причине не могу иметь детей, ты бросил бы меня?

– Нет, конечно нет. Я хочу провести всю жизнь с тобой, только с тобой. Я люблю тебя, Афина, – больше, чем это можно выразить словами. Я хочу видеть твою чудесную улыбку каждый день. – Лука поцеловал ее влажные ресницы. – Не плачь, piccola, – прошептал он и засунул руку в карман. – Я купил его на следующий день после того, как солгал, что не люблю тебя. Но я боялся приезжать к тебе, потому что был уверен, что ты выставишь меня вон.

Афина улыбнулась, увидев золотой медальон в форме сердечка, на котором были выгравированы цветы.

– А ты предупреждал, чтобы я не ждала от тебя цветов и любовных стихов.

В янтарных глазах Луки отражалось все то, о чем молчал язык.

– Я наговорил кучу вещей, но не мог произнести те слова, которые идут из сердца. Ti amo. Я люблю тебя, piccola. Ты станешь моей женой и любовью всей моей жизни?

– Да, – обещала Афина. – Позволь мне кое-что показать тебе.

Она взяла его за руку и повела в спальню, расположенную за ее кабинетом, в которой, к счастью, была дверь.

– Она похожа на келью монахини, – негромко произнес он, садясь на узкую кровать и сажая Афину себе на колени.

– Но тебе известно, что я не девственница.

Глаза женщины потемнели от затаенного предвкушения, пока Лука раздевал ее. Когда он склонил голову и стал целовать розовые соски, Афина застонала от удовольствия.

– Ты подчинил себе мое тело и завладел моим сердцем. Отныне я твоя навсегда.

– А я твой, – поклялся Лука. – Навсегда.