— Знакомьтесь, смелый боец Арынгазы и его подруга, богиня цветов Бибигуль, — Фокси представила спутникам двух крупных большеухих летучих мышей с лунно-блеклой шерсткой и смешными носами в форме листьев. — Они любезно согласились подбросить вас к населенному пункту Жаксы, откуда, как я понимаю, можно сесть на рейсового аиста до любой точки материка.

— П-привет… — с опаской поздоровался Туман. — А… Вы… Не вампиры, правда?

Бибигуль сокрушенно всплеснула бледно-желтыми крыльями.

— И здесь. И здесь!

— Мы копьеносы, — наставительно объяснил Арынгазы. Темир наклонился к уху Тумана и тихо добавил:

— …или «ложные вампиры».

— Правильно, а еще мы обладаем изумительным слухом, — заметила Бибигуль. Смущенный следопыт почесал шею.

— Спасибо за помощь.

— Благодарите Фоксглав, — улыбнулся Арынгазы. — Вот настоящий вампир!

Все рывком обернулись к крылатой спасательнице. Та озадаченно моргнула:

— Никакой я не вампир! Я Myotis septentrionalis, или большая ночница!

— Нет, ты вампир, — промурлыкала Бибигуль. — Только вампиры умеют ТАК прицепляться.

Фокси, вспыхнув, распахнула крылья, но Арынгазы миролюбиво улыбнулся.

— Мы шутим. И помочь уже согласились… — он обернулся к Таурону, смерил взглядом габариты птицы. — Вас, полагаю, нести придется мне.

Сыч мрачно сверкнул глазами.

— До первого леса…

— А ты полетишь на моей спине, красавчик? — улыбнулась Бибигуль, глядя на Тумана. — Только знай, мы мышами питаемся.

Дварг открыл рот, да так и застыл. Фокси бросила на «ложную вампиршу» гневный взгляд.

— Не бойся, зверяне не едят зверян.

— А како-о-ой аппети-и-итный… — сокрушенно пробормотала Бибигуль. Туман, сглотнув, попятился и прижался к ногам Фокси. Поднял голову, бросив на фиолетовую летунью испуганный взгляд снизу-вверх:

— Можно меня понесешь ты? — неожиданно охрипшим голосом, взмолился юный дварг.

Летунья покачала головой.

— Прости, малыш — тут я вас покидаю. Но с тобой остается Темир, он не даст в обиду… — со странным выражением добавила летучая мышь. Следопыт сверкнул в ее сторону глазами.

— Улетаешь?

— Я должна выполнить задание людей, иначе погибнет подруга, — с горечью ответила Фокси. — Да и Чипу, наверняка, грозит большая опасность в этих диких землях. Люди отправили нас в одно и то же место, значит, там и встретимся.

— А как же пророчество?

— Не припомню в нем четких дат, — усмехнулась летунья. — Прости, Темир. Ты спас мне жизнь, и я буду вечно тебе благодарна, но сейчас пришло время спасать другие жизни. Это моя работа.

Она присела перед Туманом и ласково потрепала его крылом.

— Никогда не унывай, — сказала очень серьезно. — Бывает, жизнь наносит жестокий, несправедливый удар. Бывает, под таким ударом надежда трескается, как старый кувшин. Помни: лишь пустой кувшин может треснуть. Заполни душу любовью, укрепи оптимизмом, и станешь держать любые удары.

Туман с трудом улыбнулся.

— Спасибо…

— Не унывайте, друзья! — Фокси распахнула крылья. — Вот увидите, все наладится! Спасатели помогут! До встречи! — воздух взвихрился под мощными взмахами, и летунья мгновенно скрылась в бездонно-пурпурном пламенном закате. Две летучие мыши, Темир, Туман и даже Таурон проводили ее долгими взглядами.

Повисшее молчание прервал следопыт.

— Бибигуль, — позвал он негромко. — По пути в Жаксы, не откажешься сделать маленький крюк?

— Куда именно? — «вампирша» насторожилась.

— В Каскабулак, — спокойно ответил Темир.

Туман встрепенулся:

— Я с тобой!

— Нет, друг, — очень серьезно ответил ведун. — Птица предрекла, что герои, спустившись в подземелье, обратно не выйдут. У тебя впереди вся жизнь, семья и дети, счастье и любовь. А я… — он усмехнулся. — Я более подходящий герой для такой работы.

Чтобы не спорить, он шагнул вперед и просто поднял маленького дварга за шкирку. Опешивший Туман растерянно заморгал. Следопыт молча вручил его Бибигуль в лапы, а сам, с некоторым смущением, запрыгнул летучей мыши на спину. Арынгазы помог Таурону уложить перебитое крыло удобнее.

— Готовы? — спросил бодро.

Сыч кивнул, Темир молча потрепал Бибигуль по шее. Туман попытался вырваться, но быстро понял, сколь малые шансы имеет мышь в когтях своей хищной летучей тезки.

— На взлет! — скомандовала «вампирша». Они с Арынгазы распахнули широченные, вдвое более крупные чем у Фокси крылья, и прянули навстречу первым робким звездам. В опустевшей пещере осталась лишь могила несчастного Эриха.

Темир много раз летал на транспортных птицах, так что ощущения были ему не в новинку. В отличие от птиц, правда, летучие мыши «комфортом» не отличались; путешественников дико подбрасывало с каждым взмахом, а траектория полета напоминала синусоиду. Впрочем, мчались они быстро — и то хлеб. Коварный каньон, остов взорванного вертолета и четыре гусеничных вездехода, приехавшие этим вечером на сигнал бедствия, стремительно пропали вдали.

Темир закрыл глаза. Крылатым не требовались дороги, не было нужды взбираться к ледяным вершинам, до самого перевала. Арынгазы и Бибигуль мчались на северо-восток, высоко над бесплодными каменными осыпями, сквозь ущелья без дна, мимо водопадов и скользких, будто полированных вертикальных утесов. Всего за пару часов летучие мыши пересекли непроходимую горную цепь, воспользовавшись целой сетью глубоких трещин.

Земля под крыльями постепенно наливалась жизнью. С удалением от полигона в степи начали появляться деревья, густые заросли кустарника. Дважды отряд пролетел над стадами сайгаков.

— Не замерзли? — весело крикнула Бибигуль, глянув через плечо на пассажиров. Темир улыбнулся.

— Ты прекрасная летунья.

— А я хвост отморозил, — заявил Туман, сидевший в «клетке» из когтей.

— Могу ампутировать! — жизнерадостно отозвалась Бибигуль. Дварг, поперхнувшись, быстро подтянул хвост и сжался в меховой комочек.

Темир оглядел степь с высоты. В лунном свете, пейзаж напоминал сон; перевернутый мир, шокирующее глубиной бездонное небо, призрачно-мерцающие отблески в озерах.

— Заворачивай, — он постучал летучую мышь по левой стороне шеи. — Заметила светлую полосочку, там, на горизонте? Это ручей Тундык. Лети вдоль русла на восток.

— Я знаю дорогу, пушистик, — Бибигуль усмехнулась. — И вижу в темноте.

— Бывала в Каскабулаке?

— Конечно… — крылатая на миг перешла в планирующий полет и подтянула лапки к животу. — Слышь, возьми мышонка к себе. Нам надо часто питаться, я понемногу становлюсь голодной, и мышь в когтях… Ну, понимаешь, инстинкты… Не хотелось бы потом совестью мучиться.

Встревоженный Темир быстро свесился со спины Бибигуль, ухватил Тумана за шерсть и затащил наверх. Дварг так дрожал, что следопыт прижал его к груди и крепко обнял.

— Грейся.

Туман судорожно дышал.

— Она… Она начала когтями…

— Все прошло, прошло, — Темир погладил мышонка. — Мы хоть и разумны, но инстинкты контролировать трудно. Особенно хищникам.

— Не бойтесь, до Каскабулака дотерплю, — усмехнулась Бибигуль, набирая скорость. Арынгазы, летевший по правое крыло, также прибавил; обе летучие мыши снизились почти до бреющего полета, воздух здесь был теплее.

— Она все равно меня съест, — тихо сказал Туман. — Когда тебя рядом не будет.

Следопыт помолчал.

— Я уже не уверен, — пробормотал, наконец. — Отправлять тебя одного в Европу…

— Верная смерть! — вскинулся мышонок. — Я не хочу умирать, Темир! Мне всего девять лет!

Ведун стиснул зубы.

— Ладно, покамест побудешь со мной. Как ты вообще к Эриху в спутники навязался?

Туман отвел взгляд.

— Я родился в террариуме, — выдавил через силу. — Змей кормят новорожденными мышатами… Всех моих братьев и сестер уже скормили, но я зверянин, расту гораздо медленнее. Люди посчитали меня больным и выбросили. А Эрих нашел.

Следопыта передернуло.

— Погоди, ты же, по его словам, «бесстрашный Туман, младший сын Деянира, потомка Трора, из рода самого Тэлема»…

Мышонок слабо улыбнулся.

— Имена гномов из «Властелина колец», — ответил с подкупающей искренностью. — Эрих обожал эту книгу. Он придумал мне «родословную», чтобы другие мышата в школе не задирали. У нас, в Европе, жизнь не похожа на вашу. Скорее уж, на человечье средневековье. Есть гильдии, родовые кланы… Рыцарство…

— Рыцарство?!

— Угу, — тихо отозвался Туман. — До сих пор. Эрих происходил из знатного норвежского рода, у людей он бы считался дворянином. А я, зверянин, родившийся от неразумных родителей, автоматом попадаю в самое низшее сословие — даже не крестьян, а вроде индийских неприкасаемых.

Темир потрясенно провел лапкой по лицу.

— Охренеть…

— Эрих меня усыновил, а все дети дворян, взрослея, должны совершить подвиг, нечто опасное и рискованное, чтобы заслужить право носить родовое имя и передавать его потомству, — мышонок шмыгнул носом. — Эрих не собирался брать меня с собой в Казахстан, но я целую неделю его умолял, и, в конце-концов, поездку решили считать моим подвигом взросления.

— Так что же, все надежды Чернобыльской зоны возложили на плечи одного старика и крохотного мышонка?!

Туман опустил голову.

— Эриха тоже пускать не хотели, — ответил совсем тихо. — Был страшный скандал. Обитателей полигонов у нас ненавидят и презирают.

Следопыт моргнул.

— Но почему?!

— А тебе приятно сознавать себя паразитом? — Туман посмотрел другу в глаза. — Пока вы не создали настоящую, свободную от людей цивилизацию, зверяне на всех материках жили одинаково. А теперь, по сравнению с вами, все они превратились в паразитирующих на людях тунеядцев и воров. Это не слишком радует, знаешь.

Потрясенный Темир надолго умолк. Бибигуль, внимательно слушавшая рассказ, чуть повернула голову:

— Красавчик, а среди европейских летучих мышей тоже есть рыцари? — спросила кокетливо.

Туман, поперхнувшись, развел лапками.

— Не знаю. По идее, должны быть…

— Арынчик-джан, слышишь? — подняв голос, позвала Бибигуль. — Что б и не думал ко мне подбираться, пока рыцарем не станешь!

Арынгазы громко фыркнул.

— Будем считать этот полет моим подвигом. Тебе-то не приходится тащить целого филина…

Обе летучие мыши весело рассмеялись. Под крыльями уже тянулась серебряная водная гладь, луна ярко отражалась в ручье Тундык. Темир взглянул на звезды.

— Друзья, снижайтесь, — он нахмурился. — Мы приближаемся к военной базе Каскабулак-Улус, здесь повсюду зенитки для обороны от хищных птиц. Садитесь на правом берегу!

Летучие мыши вняли совету и, мощно загребая крыльями, опустились на небольшой холм. Темир, держа Тумана на руках, спрыгнул со спины Бибигуль.

— Спасибо тебе, богиня цветов, — он поклонился. — Дальнейший путь мы с мышонком проделаем сами.

«Вампирша» с легкой усмешкой кивнула в ответ.

— Я бы не стала его жрать, Темир, но как знаете… — Она оглянулась на Таурона, до сих пор лежавшего на спине Арынгазы. — А ты, пучеглазая птица? Останешься с друзьями?

Сыч с сожалением покачал головой.

— Я не верю в пророчества, а еще меньше — в счастливый финал, — он бросил взгляд на Темира. — Высадите меня в любом лесу и… Прощайте.

— Прощай, — тихо отозвался Туман. — Спасибо, что помогал Эриху…

— Счастливо долететь! — следопыт вскинул руку. — Будь здоров, собиратель костей!

— Бывайте, — пробурчал сыч. Арынгазы ударил крыльями и прянул в небо, его подруга задержалась еще на мгновение.

— Будешь в наших краях, заходи в гости, — очень серьезно сказала она следопыту. — Мой клан живет на пике Уайыс. Да помни: мы, в первую очередь, разумные существа, и лишь затем хищники.

Воин улыбнулся, сложил ладони перед грудью и, с уважением, поклонился летучей мыши. Та кивнула в ответ.

Ударили крылья, взвихрился песок. Дав круг над холмом, Арынгазы и Бибигуль издали прощальный крик и, синхронно, умчались вдаль. Воцарилась глухая тишина.

Туман судорожно сглотнул:

— Вот мы и остались вдвоем, — он опустил голову. — Всегда думал, что скажу это Эриху на обратном пути…

— Я тоже не думал, что привяжусь к бесполезному мышонку, — усмехнулся Темир. — Но судьба, она, знаешь, такая затейница!

Туман вздрогнул.

— Я правда бесполезный? — спросил совсем тихо. Следопыт, рассмеявшись, подхватил его на руки и усадил себе на шею, будто детеныша.

— Мой вид зовется «монгольская когтистая песчанка», ты ведь в курсе? — спросил весело. — Так вот, у монголов есть притча. Однажды мудреца попросили изобрести способ, как сократить путь между двумя стойбищами. «Берите с собою друзей», ответил он, «и никакая дорога не покажется длинной».

Туман улыбнулся.

— А разве это не изречение Конфуция?

Темир запнулся.

— Э-э-э…. Ну-у… Кто знает? — он подмигнул. — Монголы неоднократно захватывали Китай.

Мышонок вздохнул.

— Что будем делать?

Следопыт двинулся вперед легким, пружинистым шагом — так он мог идти без отдыха несколько дней.

— Разберемся, — отозвался спокойно. — В Каскабулаке, наверно, уже знают о гибели Дегелена и готовятся к эвакуации. Так, или иначе — два опытных воина им всяко не помешают.

Туман вздрогнул, но решил промолчать.