Хавьер забрал из рук Тилли ее маленький чемоданчик, стараясь не обращать внимания на волнение, которое охватывало его всякий раз, стоило ему приблизиться к девушке.

– Я покажу вам вашу комнату.

– Может быть, у меня все-таки получится добраться до гостиницы. Я просто не могу остаться здесь.

– Что я за человек, по-вашему, если позволю вам уехать поздно вечером в такую ненастную погоду? У меня в доме множество комнат и ни одного гостя. Поэтому я просто не позволю вам сделать это, – возразил Хавьер Моретти.

– Ну, если так… Но только на сегодняшний вечер. Что бы ни случилось, я должна буду завтра уехать, чтобы попасть на помолвку Ванессы.

– Натали, мы оба зависим от милости погоды. Сюда, пожалуйста. – Хавьер направился к широкой лестнице. На верхней ступеньке он остановился и оглянулся. Тилли тоже остановилась, и Хавьер встретился с ней взглядом. Между ними мгновенно возникло напряжение, и Хавьеру пришлось приложить немалые усилия, чтобы сохранить остатки своего самообладания.

Комната, которую он решил отвести Тилли, была самой дальней, и это радовало Хавьера. Потому что он перестал быть нечувствительным к женским чарам. К чарам Натали.

Он открыл дверь в спальню и поставил ее чемодан у подножия кровати. Тилли вошла вслед за ним, восхищенно разглядывая роскошную обстановку.

– Вы уверены, что мне следует остаться? – осторожно спросила она, глядя на огромную кровать под кремово-золотым балдахином. – Я ведь не совсем ваша гостья.

– Я пригласил вас на ужин, так что теперь вы – гостья.

– Но не настоящая, – мягко возразила Тилли и подошла к окну. – Снегопад усилился!

Лично он не возражал бы, чтобы этот снегопад не прекращался еще пару дней. Ничего не занимало Хавьера так сильно, как возможность узнать поближе эту белокурую Натали Роджерс, славившуюся своими кулинарными талантами. Ему хотелось разрушить границы ее упорядоченной дисциплины, чтобы обнаружить за этими барьерами страстную женщину, которой Тилли несомненно была. Интуитивно Хавьер чувствовал, что она отличалась от тех девушек, с которыми он когда-либо встречался. Тилли казалась ему невинной и простой и даже не осознавала свою притягательность.

– Располагайтесь, а я пойду. – Хавьеру пришлось ретироваться, чтобы не схватить Тилли в свои объятия, потому что на этот раз она бы не ускользнула от него, как сделала это ранее.

Вторую половину дня Тилли провела за работой. Она еще раз поменяла меню и накрыла стол в огромной столовой. Она старалась не думать о мужчине, с которым оказалась в снежной ловушке. Ей следовало беспокоиться, может быть, даже бояться. Она ведь почти не знала Хавьера, но между ними что-то произошло, и Тилли решительно настроилась не обращать на это никакого внимания.

За окном стемнело, но все еще можно было различить большие пушистые снежинки, падающие с неба, которые лишали Тилли всякой надежды покинуть этот дом вечером и отправиться в гостиницу, как она планировала.

Они с Хавьером оказались отрезанными от внешнего мира. В прошлом году все было совсем по-другому. А этот Новый год она встретит в компании мужчины, который заставлял ее сердце биться сильнее при помощи одного взгляда своих пронзительных черных глаз, чего никогда не удавалось Джейсону.

Тилли услышала, как в холле пробили старинные часы. Ровно семь вечера. Она поняла, что тянуть дальше нет смысла, пора переодеваться в платье, приготовленное на вечеринку в честь помолвки Ванессы. Если только она доберется туда!

В магазине выбор элегантного черного платья, такого гламурного и соблазнительного, показался ей идеальным. Этот наряд должен был доказать всем, что Тилли выросла и готова двигаться дальше. Но сейчас, учитывая ситуацию, в которой она оказалась, Тилли посчитала это платье абсолютно неподходящим, но оставаться в джинсах и свитере она тоже не могла. Тилли тревожилась, что подумает о ней Хавьер. Платье было слишком открытым для этого неожиданного ужина вдвоем, но больше никакой одежды она с собой не взяла.

Тилли направилась к лестнице и остановилась у елки. Она потянулась к золотистой мишуре и представила тех, кто разворачивал лежащие под деревом подарки всего несколько дней назад. Заметив наверху лестницы какое-то движение, Тилли подняла глаза и тут же пожалела об этом. Потому что там стоял Хавьер и наблюдал за ее реакцией. Синьор Моретти был одет в вечерний костюм, великолепно сидевший на нем и подчеркивающий его рост и широкие плечи. Казалось, перед ней стоит звезда экрана.

Хавьер начал спускаться по лестнице, не отводя взгляда от Тилли, и ей снова показалось, что она смотрит кино на огромном экране. Может, переступив порог поместья Уимбл, она оставила реальный мир за дверью?

– Добрый вечер, – обратился к ней на итальянском языке Хавьер и остановился на той же ступеньке, к которой Тилли словно приросла. Ее разозлила его самодовольная улыбка, потому что мистер Моретти очень хорошо знал, какое впечатление производит его образ. Что ж, на нее это не подействует.

– Я как раз собиралась переодеться, – сдавленно сказала Тилли и тут же покраснела. Она с трудом подавила желание броситься вверх по лестнице. Вместо этого она улыбнулась, как настоящий профессионал.

– Я подожду вас в гостиной.

От его чувственного тембра голоса Тилли вся затрепетала, но внешне оставалась спокойной.

– Я быстро, – весело ответила она и начала осторожно подниматься по ступенькам.

– Натали, можете не торопиться.

Тилли закрыла глаза, услышав свое имя, произнесенное таким чарующим голосом. Она спиной чувствовала его взгляд, но не собиралась поворачиваться, чтобы не доставить ему удовольствие.

Но, очутившись на верхней площадке, Тилли все-таки посмотрела вниз, и ее сердце застучало так громко, что почти эхом разнеслось в стенах старого поместья. Ей хотелось дать ему какой-нибудь сдержанный ответ и показать, что его чары не действуют на нее, но ее вдруг оставила способность говорить.

Хавьер улыбнулся, поощряюще подняв брови.

– У нас вся ночь впереди, не так ли?

Тилли растерянно заморгала, услышав в его словах скрытый намек. Если он полагал, что Тилли безропотно бросится ему под ноги, исполняя роль очередной добычи, только потому, что она оказалась единственной женщиной в зоне его досягаемости, то он сильно заблуждался.

– Я присоединюсь к вам, когда буду готова.

Тилли развернулась и пошла прочь, услышав за спиной его мягкий волнующий смех. Она совсем не так планировала встретить этот Новый год. После того как Джейсон бросил ее год назад, Тилли хотелось одного: прикрыться своим бизнесом и уехать подальше от друзей, которые думали, что в точности знают, в чем она нуждается.

Тилли вошла в свою комнату, включила свет и задернула тяжелые шторы, спрятавшись от холодной зимней ночи. Она развернула свое нарядное платье. Ну как она может надеть это сегодня вечером в компании мужчины, ее клиента, который заставлял ее думать о неподобающих вещах?

А может, она все неправильно истолковала? Ведь Хавьер всего лишь флиртовал с ней, и Тилли прекрасно понимала, что такой мужчина, как он, привыкший к обществу первоклассных красавиц, не заинтересуется ею. Тилли была не только брошенной невестой, но также неопытной девственницей, тогда как Хавьер пользовался славой плейбоя.

«Тилли Роджерс, ты не должна забывать об этом», – сказала она своему отражению, глядя на шикарное шелковое платье черного цвета, которое превратило ее из обслуживающего персонала в гостью, приглашенную на званый ужин.

Тилли подумала о Хавьере в его сшитом на заказ костюме, и ее влечение только усилилось. Почувствует ли он то же самое, когда увидит ее в этом платье? Посчитает ли Хавьер ее привлекательной? Пробудит ли она в нем желание?

Встревоженная ходом собственных мыслей, Тилли собрала волосы и уложила их в красивую вечернюю прическу. Она уже пожалела о том, что купила это открытое платье, потому что она всегда старалась избегать гламурного стиля.

Тилли застегнула ремешки босоножек, а также молнию на своей спонтанной покупке и, еще раз посмотревшись в зеркало, вышла из комнаты. С каждым шагом по лестнице она волновалась все больше и больше.

И ведь это не свидание, которого к тому же не было в списке ее желаний. Тилли собиралась разделить этот ужин с Хавьером только потому, что из-за погоды они оба оказались заложниками обстоятельств и не могли встретить Новый год по-другому.

Что в этом плохого?

Тилли спустилась вниз и на секунду помедлила у елки. У нее возникло очень странное чувство, что сегодняшняя метель и вечер в компании Хавьера навсегда изменят ее жизнь.

Изнывая от желания, Хавьер ждал появления Тилли. Или Натали. Ему нравилось называть девушку ее полным именем. Хавьер думал о том, что между ними возникло какое-то чувство, с того самого момента, когда он увидел ее впервые на заснеженном дворе поместья. Но он понимал, что из этого ничего не получится, и не потому, что Натали отгораживалась от него, прячась за своей работой. Хавьер считал, что не заслуживал отношений с этой девушкой.

Он тяжело вздохнул и посмотрел на полыхающее в камине пламя. Натали была другой. Она относилась к тем женщинам, которых хочется взять под свою защиту. Она пробуждала желание заботиться о ней и любить ее.

Когда Хавьер подумал об этом, дверь в гостиную отворилась и вошла Натали. Она была настолько сдержанной и отстраненной, что он с трудом мог поверить, что это и есть та самая жизнерадостная особа, которая появилась в поместье этим утром. Она выглядела просто потрясающе. Черный шелк облегал плавные линии ее тела.

– Вы прекрасны, – прошептал на итальянском Хавьер, и он говорил правду. Натали была невероятно красивой.

Он посмотрел на ее обнаженные плечи и подумал, что будет, если прильнуть губами к этой белоснежной коже. Встретив его изучающий взгляд, Натали покраснела и отвернулась.

– Огонь в камине создает уютную атмосферу, – заметила она, пытаясь отвлечь внимание Хавьера от собственной персоны, но в ее голосе послышалась едва различимая хрипотца, выдававшая ее смущение. – Мне всегда нравился живой огонь.

– Разве вы никогда до этого не проводили вечер перед камином в компании особенного для вас человека? – Хавьер потянулся к бутылке шампанского, которую поставил охлаждаться, понадеявшись, что холодная жидкость уменьшит бушевавшее внутри его пламя.

– Нет, – покраснела Натали, встретив его вопросительный взгляд. – Если только не считать поездки в деревенские пабы с друзьями.

Хавьер вручил ей бокал с шампанским, пытаясь избавиться от противоречащей здравому смыслу ревности, которая захлестнула его, стоило ему представить Натали в уютном пабе в компании другого мужчины.

– А этим вечером вы вынуждены терпеть мое общество.

– Слово «терпеть» абсолютно не подходит к нашей с вами ситуации, – возразила она и смело посмотрела ему в глаза. – Более подходящим будет слово «наслаждаться».

– Что ж, выпьем за наслаждение, – чокнулся с ней бокалами Хавьер.

– За наслаждение, – повторила Натали его тост, и на ее губах заиграла едва заметная, но такая соблазнительная улыбка. – И я прошу прощения, что ваши планы на этот вечер пошли не так, как вам хотелось бы.

– Мне очень нравится их альтернатива. – Он приподнял бокал, словно собирался выпить за то, что его планы изменились.

Натали отвела взгляд и рассмеялась. Ее тихий волнующий смех не уменьшил возникшее между ними напряжение, на что, как полагал Хавьер, надеялась Натали. Вместо этого оно стало еще сильнее. Она повернулась и отошла от камина, который за многие поколения видел немало подобных сцен.

– Возможно, вы захотите поменять свое мнение или отменить весь этот праздник. Вы будете не первым человеком, который так поступил, – улыбнулась она и поставила свой бокал на стол. Отойдя от него на безопасную дистанцию, Тилли снова смогла встретиться с ним взглядом. – С вашего разрешения я займусь подачей первого блюда.

Хавьер собирался предложить ей помощь, но его настолько переполняла страсть, что он решил держаться от Тилли на некотором расстоянии. Он закрыл глаза и на секунду представил, что они оказались здесь по доброй воле, и что Натали захотела провести ночь в его постели, и ему не пришлось волноваться о шрамах, которые после аварии заставили его навсегда забыть о близости с женщиной.

Хавьер открыл глаза. Думать о подобных вещах было просто недопустимо. Между ними никогда ничего не будет. По крайней мере, пока.

Вернувшись в гостиную, Тилли увидела застывшего у камина Хавьера. Было заметно, что он очень раздражен. Может, потому, что забылся и позволил себе пофлиртовать с ней? Или он уже жалеет о том, что предложил встретить Новый год вместе?

– Не желаете пройти в столовую? – Натали приложила максимум усилий, чтобы ее голос звучал как можно более официально. Не имеет значения, что между ними происходит, она все еще на работе.

– Хорошо, – буркнул на итальянском Хавьер и последовал за ней.

Тилли повернулась и направилась в столовую, проклиная свои туфли на высоких каблуках. Она не могла быстро двигаться в них, а еще это платье, выставлявшее напоказ ее оголенную спину. Тилли надеялась, что Хавьер не воспримет ее медленную походку как намерение завлечь его в свои сети.

Она с трудом добралась до своего кресла.

– Позвольте мне, – резко сказал Хавьер и отодвинул ее стул.

Скорее всего, Тилли просто показалось, что между ними возникло сексуальное напряжение, когда она появилась в гостиной. Возможно, ей просто хотелось, чтобы это опасное влечение стало реальностью. Как если бы, надев это платье и оказавшись в одном доме с Хавьером, она получала шанс на одну ночь побыть кем-то другим, оставить позади свое прошлое и попробовать на вкус мир сказочных фантазий.

В голове Тилли пронеслась безумная мысль о романтическом увлечении, которое она обозначила в своем списке. Может, оно случилось этим вечером, когда она доказала себе, что готова двигаться дальше и оставить в прошлом свою так и не состоявшуюся свадьбу?

Тилли присела на стул. Хавьер несколько секунд стоял, не двигаясь, у нее за спиной, и у нее возникло такое ощущение, будто он провел своими пальцами по ее обнаженной спине.

– Спасибо, – выдавила Тилли, пытаясь унять громко бьющееся сердце.

– Пожалуйста, – снова на итальянском языке ответил Хавьер.

Он занял свое место напротив Тилли. На роскошно убранном столе, придавая атмосфере интимности, горели свечи и начинала остывать паста. Тилли посмотрела на Хавьера, и их взгляды снова задержались друг на друге, и она в который раз испытала головокружительное влечение к этому мужчине.

«Он – твой работодатель и ничего больше», – кричал ее здравый смысл.

– Прошу прощения за то, что еще раз внесла изменения в меню. – Тилли вычеркнула некоторые из блюд, потому что не видела смысла готовить их для двух человек. Но теперь она жалела об этом. Лучше бы она подольше посидела на кухне, лишь бы не встречать взгляд этих черных, как ночь, глаз.

Хавьер ничего не ответил и молча приступил к ужину.

– Восхитительно, – кивнул он в знак одобрения, и волнение Тилли тут же улеглось, и она тоже склонилась над своей тарелкой.

Разделавшись с первым блюдом, Хавьер откинулся на спинку кресла и внимательно посмотрел на Тилли.

– Скажите-ка мне, Натали, почему вы прячетесь от празднования этого Нового года?

Тилли чуть не подавилась, услышав этот неожиданный вопрос.

– С чего вы взяли, что я прячусь? – Она подняла бокал и сделала глоток шампанского. – Я здесь занята работой.

– Такая красивая женщина не должна встречать Новый год в одиночестве, и уж точно не на работе. Я не могу поверить, что у вас нет хотя бы одного обожателя, который не хотел бы провести этот вечер с вами.

– Я сама решила провести сегодняшний вечер за работой.

– Значит, вы все-таки прячетесь, – довольно улыбнулся Хавьер.

– Не совсем. Ровно год тому назад мой жених отменил нашу свадьбу, – резко ответила Тилли.

– Поэтому вы предпочли работу новогодней вечеринке?

– Что-то в этом роде. – Тилли не хотелось продолжать этот мучительный для нее разговор. – Я принесу следующее блюдо.

Не дав Хавьеру возможности что-либо сказать, Тилли быстро вышла из комнаты. На кухне она положила на тарелки тушеную оленину и картофельные крокеты, приготовление которых было навеяно этой зимней погодой, и постаралась приглушить боль воспоминаний о предательстве Джейсона.

Услышав шаги Хавьера, она сделала вид, что занята едой, не желая видеть на его лице жалость, которой потчевали ее друзья и родные. Тилли считала, что не заслуживает их сочувствия, потому что вина за случившееся лежала полностью на ней. Джейсон был единственным важным для нее человеком, но ему этого было недостаточно.

Тилли услышала, как Хавьер поставил на стол грязные тарелки, но не стала поворачиваться к нему. Он подошел и остановился прямо у нее за спиной, и тут же дыхание Тилли стало сбивчивым, и она очень пожалела, что переоделась в это чересчур открытое платье.

– Могу я вам чем-нибудь помочь? – Тилли задрожала от звука его хриплого голоса. – Вы замерзли.

– Немного, – солгала она и повернулась к Хавьеру, стоявшему к ней слишком близко. – Вы наняли меня для того, чтобы заняться ужином, и не должны помогать мне.

Тилли подхватила горячие блюда и покинула кухню, отчаянно желая избежать манящего притяжения. Но она очень ошибалась, подумав, что, вернувшись за стол, ей будет немного легче. Их вежливая беседа была просто дымовой завесой, за которой скрывалось нечто более важное.

– Ваш жених – глупец, – сказал Хавьер, покончив с очередным блюдом и положив салфетку на стол.

– Вы не можете так говорить. Вы ничего о нем не знаете. – Тилли инстинктивно приняла сторону Джейсона. Ведь в том, что случилось, не было его вины. Джейсон отреагировал на холодность и равнодушие Тилли. Все, чего она хотела, – чувствовать себя особенной, и Джейсон сделал для этого все необходимое, сначала в качестве друга, потом в качестве парня, с которым она встречалась, но никогда в качестве любовника.

– Может быть, и так, но я все равно считаю его глупцом, раз он упустил такую женщину.

Тилли снова подумала о романтическом увлечении. Возможно, сейчас ей дается шанс проверить, смогла ли она забыть свое прошлое и разлюбить Джейсона.

Но нет. Она здесь по работе и не собирается рисковать своей деловой репутацией ради одной страстной ночи, каким бы соблазнительным ни был Хавьер Моретти.

Хавьеру казалось, что Тилли скрыла большую часть правды. Возможно, она до сих пор любила своего бывшего жениха, раз так яростно кинулась на его защиту. Но как можно любить того, кто причинил тебе боль и бросил тебя в самый неподходящий момент?

Он пережил то же самое, когда его девушка, с которой Хавьер очень долго встречался, оставила его в больнице, испытывая слишком сильное отвращение, чтобы даже присесть рядом с ним. После этого Хавьер серьезно задумался, любила ли его Карлотта по-настоящему, и очень обрадовался, что до аварии сопротивлялся давлению с ее стороны и со стороны ее родственников и так и не сделал ей предложения руки и сердца. По крайней мере, ему не пришлось заниматься бракоразводным процессом. Хватило того, что он разрушил семью Пауло.

Тилли вдруг поднялась, отвлекая Хавьера от мрачных воспоминаний.

– Десерт? – нерешительно и в то же время сдержанно спросила она.

Тело Хавьера захлестнула обжигающая волна желания. Дело было не только в том, что Тилли бросала ему вызов, здесь присутствовало нечто большее, на что он не мог закрыть глаза.

Хавьер хотел Тилли больше, чем любую другую женщину за всю свою жизнь.

– Давайте оставим эти формальности, – хрипло сказал он.

– Что вы имеете в виду? – потрясенно спросила Тилли.

– Гостиная с горящим камином – более уютное место, не так ли?

– Да, – опустила глаза девушка.

– Замечательно. – Хавьер поднялся и подошел к ней. Тилли снова посмотрела в его глаза, и у него перехватило дыхание.

Натали вдруг отошла от него и начала убирать со стола.

– Сначала я займусь посудой. – Ее спокойный голос немного остудил пыл Хавьера, напоминая ему о том, что Натали не относилась к тем женщинам, которые с готовностью бросались в его объятия, довольствуясь краткосрочным романом. Ему следовало помнить, что он нанял ее для приготовления ужина, что само по себе усложняло и без того непростую ситуацию.

Собрав посуду, Тилли вышла из столовой. Хавьер взял то, что осталось на столе, и последовал за ней на кухню.

– Мне нужно кое-что сделать, прежде чем я принесу десерт, – многозначительно посмотрела на него Натали.

Она предупреждала, что ему следует держаться от нее подальше, давая понять, что не собирается уступать возникшему между ними влечению, и было бы жестоко вынуждать ее к этому против ее воли. Тилли все еще любила другого, хотя ее тело взывало к телу Хавьера. Но оставить эту девушку в покое оказалось не так-то легко.

– Позвольте мне помочь вам.

– Нет, спасибо. Это моя работа, синьор Моретти. И я здесь не для того, чтобы меня кормили и поили.

Либо она твердо ставила их обоих на место, либо бросала ему еще больший вызов. Но в глубине души Хавьер понимал, что это не так. Тилли права. Ее короткая история о прошлых отношениях только подтверждала то, что эта девушка хотела большего, чем ночь обжигающей страсти и дорогостоящий прощальный подарок. А Хавьер мог дать только это.

– Прекрасно, – ответил он. – Но я ожидаю, что вы присоединитесь ко мне в гостиной. Я не собираюсь встречать Новый год в одиночестве.

– Но… – начала искать отговорки Натали.

– Вы присоединитесь ко мне, – строго заявил он, но выражение на ее лице погасило эту вспышку гнева. Тилли выглядела такой беззащитной и такой прекрасной. – Всего лишь на один бокал шампанского, чтобы провозгласить тост в честь Нового года.