Роджер вместе с Клэр и Фергусом ехал верхом, а Джейми управлял фургоном, не доверив поводья Брианне – ведь внутри находился его внук, с которым нянчились Лиззи и Марсали.
До Роджера доносились обрывки спора, не утихавшего с самого его возвращения.
– Мне нравится имя Джон, – говорила Брианна, хмуро глядя на сына. – Правда, я не уверена… может, лучше Иэн? Это тот же Джон, только на гэльском… Правда, боюсь, тогда мы будем путаться, ведь есть еще наш Иэн и дядюшка Иэн в Шотландии…
– Здесь их нет, – веско заметила Марсали. – А ты не хочешь выбрать одно из имен отца?
– Какое? Джеймс – нельзя, тогда точно выйдет путаница. Малкольм мне не нравится. Маккензи… Ну, он и без того Маккензи… – Заметив взгляд Роджера, она улыбнулась.
– А может, Джеремая? Джон Джеремая Александр Фрейзер Маккензи? – на пробу произнесла Марсали.
– Мне нравится, – вставила Клэр. – Звучит очень по-старинному. Роджер, это ведь одно из твоих имен, да?
– А еще можно сократить его и называть ребенка просто Джемми. Или будет слишком похоже на Джейми?
У Роджера по спине пробежал озноб, потому что он вспомнил другого маленького Джемми… Он дождался, когда Брианна отдаст сына Лиззи и отвлечется на поиски чистых пеленок. Тронув коня пятками, он подъехал к Клэр и, понизив голос, спросил:
– Помните, как при нашей первой встрече в Ивернессе вы с Брианной изучали мое генеалогическое древо?
– Да, а что?
– Вы, может быть, тогда не заметили… – Роджер запнулся. – Вы показывали одну ветвь, где произошла подмена. Где вместо погибшего ребенка усыновили сына Гейлис Дункан от Дугала Маккензи и назвали его тем же именем.
– Вильям Баклей Маккензи, – тут же сказала она и криво усмехнулась, заметив его удивление. – Я это генеалогическое древо изучила вдоль и поперек. Помню каждую строчку.
– Правда? Тогда, может, вы знаете имя его жены – моей шесть раз прабабушки? Его на древе не было.
Опустив ресницы, Клэр задумалась.
– Да, – сказала она наконец. – Мораг. Ее звали Мораг Ганн. А что?
Роджер лишь покачал головой – от волнения перехватило дух.
Он посмотрел на Брианну. Полуголый малыш лежал у нее на коленях, рядом на сиденье валялась грязная пеленка – и в памяти опять всплыл другой ребенок в насквозь отсыревшей одежде.
– Их сына звали Джеремая, – чуть слышно пробормотал он.
– Верно.
Клэр с любопытством уставилась на него, потом повернула голову, глядя на извилистую дорогу, терявшуюся за высокими соснами.
– Я спрашивала ее, – сказала она вдруг. – Почему мы можем проходить сквозь камни.
– И что она ответила?
Роджер смотрел на шрам от пореза на своем запястье.
– Чтобы изменить ход вещей, – усмехнулась Клэр. – И я не знаю, так ли оно на самом деле.