Знает каждый, знает всяк,
Как много тратит Ксения Собчак!
Ксения Собчак родилась в ноябре 1981 года в Ленинграде в семье только что поженившихся преподавателей. Для обоих брак был вторым, оба после рождения дочери добились новых высот. Доцент юрфака ЛГУ Анатолий Собчак на следующий год со второй попытки стал доктором юридических наук (хотя в диссертации было такое количество ссылок на Ленина, что ВАК отправил ее на переработку). Людмила Нарусова была преподавателем ЛГУ, редактором общественно–политической редакции издательства и типографии, работала в библиотеке, а в 1981 году стала ассистентом, а затем доцентом кафедры истории госуниверситета культуры и искусств.
В биографиях Собчак особо упоминаются ее крестные отец и мать, — вероятно, для развеивания устойчивых слухов о том, что ее крестным был В. В. Путин.
В детстве занималась фортепиано, балетом при Мариинском театре и живописью при Эрмитаже; отдельно с ней занимался прославленный композитор Успенский, декан теоретико–композиторского факультета консерватории, автор двух опер, восьми балетов и свыше ста песен. Училась в «не элитной», как подчеркивала Нарусова, школе с углубленным изучением английского, а окончила школу при пе- дуниверситете имени Герцена.
Собчак говорила: «У меня аттестат без четверок. Либо пятерки с плюсом за гуманитарные предметы, либо тройки с минусом за точные науки». В интервью к своему 33-летию признавалась: «я сейчас, может, не вспомню всю таблицу умножения».
В 1988 году ее отец, тогда еще просто завкафедрой хозяйственного права юрфака ЛГУ, вступил в КПСС (покинул ее через год уже в качестве столпа демократического движения). Собчак вспоминала: «…мне было 7–8 лет, именно на этот мой возраст пришлись …политические перемены …и папино активное участие в политической жизни. И в моем, тогда …детском восприятии, политика — это было …занятие, которое украло у меня папу».
С 1991 года Собчак как дочь демократического мэра Санкт — Петербурга везде ходила с телохранителями. Среди них был В. В. Золотов, 19 августа 1991 года охранявший Ельцина во время его выступления с танка, в 2000–2013 годах начальник Службы безопасности президента, а сейчас командующий внутренними войсками МВД.
Девочка стеснялась телохранителей; охрана привозила ее к школе так, чтобы другие дети не видели машины. На творческом конкурсе в художественную студию Эрмитажа указала чужую фамилию, так как в качестве дочери Собчака поступила бы гарантированно.
Честно заслуживший репутацию авторитарного демагога, Собчак довел второй город России до разрухи, красочно отраженной, например, в «Бандитском Петербурге». То, что эта участь отнюдь не была предопределена, очевидно из сравнения Санкт — Петербурга с Москвой, которую, не допустив бесплатной приватизации «по Чубайсу», спас Ю. М. Лужков. Город на Неве без особых усилий мог (и должен был) стать для Северо — Запада России тем же, чем Москва стала для всей страны. Москвичи, приезжавшие в Санкт — Петербург в годы Собчака, возвращались в шоковом состоянии; автор этих строк, например, помнит предновогодний Невский проспект, занесенный снегом, в котором была пробита одна (!) автомобильная колея.
В то же время, по рассказам петербуржцев, у дома Собчака в центре города отапливалась мостовая, — и либеральные реформаторы не только не стеснялись этой роскоши, резко контрастировавшей с общей, во многом вызванной ими, разрухой, но и гордились ею.
Двоюродная сестра вспоминала о Собчак: «Она была достаточно смелой, непокорной, с сильным характером — все, что вы видите сейчас, было и в детстве. В любой компании становилась лидером, тянулась к старшим… По–настоящему прислушивалась только к мнению отца… Обладала обостренным чувством справедливости. Когда ей было семь лет… купили у цыган жвачку, а это оказались конфеты. И Ксюша не побоялась, пошла разбираться, что было не так уж безопасно. Когда от нее отмахнулись, она стала кричать перед прилавком: «Люди, не покупайте! Это обман, это несправедливо!'1»
Мать, отношения с которой Собчак характеризует как «любовь–ненависть», отмечает: «…Всегда читала много книг и читает до сих пор… В детстве мы вместо сказок читали ей Плутарха, Тацита, «Жизнь двенадцати цезарей» Светония. Она отлично знала античную историю и все скульптуры в Летнем саду… Всегда была независимым ребенком, с детства умела мыслить нестандартно и самостоятельно… Наказания на нее не действовали, только убеждение… Дружила с детьми во дворе, иногда …сомнительными… Ее интересовали самые разные люди, принцип отбора был мне неведом…С ней по жизни идут друзья, которых она нашла еще в юности».
СМИ отмечали, что Собчак с детства помнит В. В. Путина, который был близким сотрудником ее отца, но не общается с журналистами на эту тему. О преданности В. В. Путина Собчаку свидетельствует то, что, когда победивший его на выборах губернатор Яковлев позвал В. В. Путина в свою команду, тот ответил, что «лучше быть безработным, чем предателем», — четко понимая, что «безработным» в его случае означает «под уголовным делом».
С 16 лет она стала жить отдельно от родителей и, стремясь приобщиться ко взрослой жизни в своем понимании, приучилась к клубам.
Первые скандальные даже по тем временам публикации, рисующие образ потрясающей пошлости и отвратительной на физиологическом уровне вульгарности, появились о Собчак в 1997–1998 годах. Нарусова попросила оградить ее «несовершеннолетнюю дочь от травли и клеветы», но известность была приобретена и в дальнейшем нарастала от скандала к скандалу. Собчак добилась статуса «светскойльвицы», завсегдатая «статусных вечеринок» и даже «русской Пэрис Хилтон». Самореклама через скандальные подробности личной жизни на полтора десятилетия стала едва ли не основным способом самопродвижения (о ней писали, в частности, что в одном из интервью она заявила о желании стать валютной проституткой).
Стоит отметить, что только по данным «Комсомольской правды» (на 2010 год) и только в «женихах» Собчак успели походить бизнесмен Лейбман («которого у Ксюши увела Анастасия Волочкова»), бизнесмен Шустерович, свадьба с которым, сорвавшись в последний момент, заслонила ряд скандалов с его участием, Умар Джабраилов, певец Тимати, режиссер программы «Блондинка в шоколаде», гендиректор «Серебряного дождя», бизнесмен Малис. В ноябре 2011 года ей в эфире телепрограммы «Пусть говорят» на Первом канале признался в любви руководитель департамента культуры Москвы Капков, с которым она, по сообщениям СМИ, «встречалась» около года.
В 1998 году она поступила на факультет международных отношений СПбГУ, в 2001 перевелась в МГИМО, в 2004 получила степень магистра за диплом о сравнении институтов президентства во Франции и России. В 2005 году Нарусова сообщила об ее учебе в аспирантуре, но подробностей об этом найти не удалось.
Еще до окончания МГИМО в 2004 году Собчак пошла на телевидение: работать по специальности для нее, по собственному признанию, «было бы мелко».
Правда, по ее воспоминаниям, она пришла на телевидение намного раньше: «Мне было 18. Я приехала покорять Москву. Не прошла кастинг в программу «Афиша»… Я тогда не смогла справиться с текстом, запиналась бесконечно. Рыдала два дня. Потом пошла дальше по кастингам… И вот меня взяли вести «Дом‑2». Я была счастлива». Возможно, неточность связана с личностью интервьюера (некто «Роман Супер» с «Радио Свобода», прославившийся в сентябре 2014 года сообщением на «Сноб, ру» со ссылкой на жену директора СВР Фрадкова о том, что тот последние два года живет в индуистском ашраме, стремясь превратить себя в подобие дерева).
В 2004 году Собчак впервые снялась в фильме («Воры и проститутки») и стала одной из ведущих телевизионного реалити–шоу «Дом‑2», затем вела еще несколько менее известных передач. Сумела быстро добиться известности за счет шквала негодования, вызванного демонстрацией пошлости, предельного цинизма и эгоизма, презрения к окружающим как высшей доблести и моральной ценности. Ее обвиняли в том, что она, используя имя и связи родителей, «стала эксплуатировать низменные человеческие страстишки» в телеэфире «для саморекламы и утоления неуемного тщеславия». Шоу «Блондинка в шоколаде» ругали за то, что она посвящена гламурной жизни самой Собчак, которая с помощью телевидения «пропагандирует свое социальное превосходство, занимаясь на глазах у миллионов зрителей «высокобюджетным» шопингом».
Но наибольшее негодование вызвал «Дом‑2», активно, энергично и изощренно внедрявший в сознание молодежи тупость, пошлость, идеологию «потреблятства» и саморазрушающий эгоизм (не говоря о половой распущенности, напоминающей скорей животный мир, чем человеческий). Даже сама Собчак не смогла отрицать, что в нем бывают «моменты пошловатые, и даже вульгарные», подчеркивая: «Для меня важно, в частности, в данном проекте, подтягивать людей до себя. Я… учу ребят. И считаю, что благодаря мне они взрослеют».
«Подтягивание» (а скорее, «опускание») многомиллионной молодежной аудитории до уровня Собчак, а также обучение «ребят» весьма специфическим подходам, навыкам и отношению к жизни вызвало обращение депутатов Мосгордумы к генпрокурору с требованием закрыть «Дом‑2». Они подчеркивали, что действия организаторов шоу, в частности, Собчак в соответствии с нормами уголовного права могут’ быть квалифицированы как «организация занятий проституцией другими лицами», «сутенерство» и «сводничество».
Сама Собчак, похоже, искренне заявила: «Просто депутатам явно не давала покоя моя популярность. Вот они решили урвать от нее кусок, но я отстояла свое право на завоеванную мной славу». Ни качество «славы», ни последствия для воспринявших демонстрируемые ею ценности молодых людей не интересовали ее принципиально; мысль о том, что у кого–то могут быть какие–то ценности, кроме «славы» и денег, похоже, была ей в принципе недоступна.
По всей видимости, она искренне убеждена, что быть недовольным ее хамством, безобразным поведением и потоком оскорблений может лишь клинический неудачник, который ей просто завидует.
Неустанно и успешно гонясь за популярностью, Собчак не могла позволить себе проигнорировать молодежную моду на политическую активность: после М. Гайдар, устраивавшей с Морарь и Навальным дебаты в рамках «Демократической альтернативы», в мае 2006 года она объявила о создании на собственные средства и под собственным лидерством молодежного движения «Все свободны!» Обращаясь к журналистам, она провозгласила: «Борьба за права может быть веселой. Мы хотим вести ее свободно и непринужденно», — после чего, не считая пересудов журналистов и политологов, об этом движении больше никто не вспоминал.
В 2008 году группа родителей подала на ТНТ в суд, обвинив «Дом‑2» в разрушающем воздействии на детскую психику, — и суд наконец запретил трансляцию передачи в течение всего времени суток, кроме предусмотренного законом для подобной продукции времени с 23–00 до 4–00.
В июле 2008 года в прямом эфире радио «Маяк» Собчак обрушилась с оскорблениями на ведущую, заявив, в частности: «Мужика давно не было у этой вашей ведущей Кати Гордон? Мне кажется, у нее критические дни какие–то». Ведущая, как представляется, вполне резонно ответила в своем блоге: «Где бы ты, страшное существо, тусовалось, если бы не твой папа по фамилии Собчак и его преданные друзья?» После чего была уволена якобы за непрофессионализм, — мол, нельзя комментировать эфир за его пределами, хотя еще в прямом эфире Собчак угрожала ей своими связями.
В начале 2010 года Собчак проиграла суд модели и телеведущей Ольге Родионовой, возмущенной хамскими высказываниями в свой адрес во время вручения премии «Серебряная калоша»: после выхода фотоальбома, в котором Родионова снялась обнаженной, Собчак объявила ее победительницей в номинации «Голые и смешные». Сумма морального ущерба составила лишь 20 тыс. руб., но адвокат Добровинский назвал поражение Собчак в суде первым шагом «в борьбе за то, чтобы сломать… синдром безнаказанности, сложившийся у некоторых…медийных персон, которые позволяют себе беспрестанно хамить и поливать грязью окружающих и при этом …создавать иллюзию своей… неприкосновенности и независимости от… законов». В СМИ высказывалось предположение, что «примеру Родионовой могут последовать и другие ни за что ни про что оскорбленные Собчак люди», но большинство ей, похоже, просто побрезговало.
Уровень ведения передач Собчак был таков, что на Украине аналог передачи «Давай поженимся», которую она начала вести на канале СТБ в сентябре 2011 года, закрыли уже в конце месяца.
Однако этот стиль поведения оказался хорошо оплачиваем: только за кризисный период с сентября 2008 по сентябрь 2009 года доход Собчак, по данным Forbes, составил 1,2 млн. долл., — в основном, насколько можно судить, от рекламных контрактов и ведения корпоративов и иных мероприятий.
В рейтинге российских звезд ForbesB 2010 году она заняла 4‑е место с состоянием 2,3 млн. долл., в 2011 — 8‑е с 2,8 млн. долл… По итогам 2012 года ее доход был оценен в 1,4 млн. долл. (7 место), в 2015 — 1,2 млн. (5‑е место). При этом она умудрилась обвинить в непрофессионализме журналистов Forbes, комментирующих ее доходы в не совсем желательном для нее свете.
Зарабатывая деньги, Собчак удачно инвестирует их. В феврале 2010 года она купила менее 0,1 % акций «Евросети» за чуть более 1 млн. долл., а в 2012 году продала его за 2,3 млн. В июне 2010 она вложила 17 млн. руб. в открытие совместно с успешными московскими рестораторами кафе в центре Москвы, а через полгода открыла совместный ресторан.
Нельзя, правда, исключить вероятности того, что основная часть ее богатств связана с вульгарным лоббизмом, с использованием ее связей и происхождения некоторыми из сближавшихся с ней бизнесменов, расплачивавшихся подарками и высокооплачиваемыми выступлениями отнюдь не за интимные услуги.
Собчак поддержала акции протеста против фальсификации выборов в декабре 2011 года, «оседлав волну» нового общественного движения. 10 декабря она, подобно многим другим деятелям массовой культуры, успела на Болотную площадь, 24 декабря выступила на митинге на проспекте Сахарова. Став наиболее узнаваемым лицом «белоленточного протеста», она призвала привлечь к нему неполитизи- рованных людей (назвав в качестве примера таковых Акунина, Парфенова и Шевчука) и бороться не за власть, а за влияние на нее.
Это не было только стремлением к популярности, которое обеспечило бы рост узнаваемости и связанные с ним новые проекты и деньги. Собчак, считающая русских «быдлом», а Россию — «страной генетического отребья», в полной мере выражает дух либерального клана: «Я не считаю, что Путин какой–то корыстолюбец. Гораздо хуже: у него есть своя система ценностей». Тем самым она, насколько можно понять, внятно демонстрирует принципиальную неприемлемость для себя (и других либералов) систему ценностей, не сводящуюся к корысти.
7 февраля 2012 года канал MTV, решив расширить свою тематику, запустил еженедельную общественно–политическую программу «Госдеп с Собчак», но снял ее с эфира после первого же выпуска, посвященного вопросу «Куда ведет нас Путин». Наряду с комиссаром движения «Наши» в передаче приняли участие левый оппозиционер Удальцов и либерал Яшин.
Гендиректор MTV Саркисов заявил: «Зрителю MTV не очень интересна политическая окраска шоу, он жаждет развлечений», — при том, что, по вполне правдоподобному (в силу тогдашнего интереса к протесту) утверждению Собчак, аудитория шоу была примерно вдвое выше, чем у других передач канала. Кроме того, его оперативно посмотрело около 100 тыс. пользователей Интернета и прокомментировало большинство телекритиков.
Вероятной причиной закрытия шоу стало намерение Собчак пригласить в следующий эфир Навального.
Буквально через день после первого и последнего выпуска, 9 февраля президент медиагруппы «Живи!» Усков сообщил о назначении Собчак директором спецпроектов журнала «Сноб». Программа стала выходить на его Интернет–портале, а со 2 марта — на телеканале РБК (уже под названием «Госдеп‑2»); в конце мая, вероятно, из–за беспорядков 6–9 мая, она была снята с эфира, — но Собчак успела получить за нее премию «Власть № 4» в номинации «Лучший проект в области политических медиа» (председателем жюри был единоросс Пли- гин, председатель комитета Госдумы по конституционному законодательству и госстроительству).
В том же феврале 2012 года на телеканале «Дождь» стало выходить авторское ток–шоу «Собчак живьем». Она взяла интервью у Фридмана, Ходорковского (первое интервью после его освобождения, по словам Собчак, — по его желанию, так как все время его заключения она постоянно писала ему и поддерживала его), Васильевой, Чичваркина, Полонского, Лукашенко и Саакашвили. Она говорила про себя как интервьюера: «Я точно понимаю, куда двигаю эту свою историю… Я — провокатор, и я очень этим горжусь… Есть разные способы заставить человека сказать то, к чему он не готов… Я за то, чтобы поставить человека в неудобные рамки, причем сразу, с первого вопроса».
Осенью 2014 года Собчак в рамках этого подхода, по сути, уволила доверившегося ей помощника Лукашенко, через которого она добилась интервью у президента Белоруссии. Источник из окружения последнего вспоминал: «Бывшая «светская львица» и «блондинка в шоколаде», а ныне вроде бы как независимый журналист вела себя довольно развязно. Как будто она — звезда, а перед ней чуть ли не мальчик. Шутила (ей казалось, видимо, что умно) на тему непростой личной ситуации Александра Григорьевича — у него растет внебрачный сын Коля….Личного помощника Лукашенко после злополучного интервью уволил. Посчитал его виновным в неудобной ситуации…»
После победы В. В. Путина на выборах 4 марта 2012 года Собчак выступила на митинге «За честные выборы» на Новом Арбате, а 14 апреля — на митинге в Астрахани в поддержку бывшего кандидата в мэры Шеина, который не признал результата мэрских выборов.
В марте она с группой друзей–либералов была обвинена в уничтожении камеры и избиении двух репортеров Life News, пытавшихся снимать их в ресторане Собчак (через полгода дело было закрыто «по примирению сторон»). В начале апреля Собчак освистали на церемонии вручения кинопремий «Ника», которую она вела. Соведущий Юлий Гусман специально попросил ее воздержаться от политических дискуссий на празднике, но та, заявив «У нас свобода слова. И я имею право задавать вопросы, которые считаю нужным», — спросила у актрисы Чулпан Хаматовой, получавшей специальный приз за помощь больным детям, стала бы она агитировать за В. В. Путина, если бы не занималась благотворительностью (подразумевалось, что это занятие делает актрису политически зависимой от властей). Аудитория, относившаяся к В. В. Путину весьма критично, по взглядам близкая к Собчак, не могла простить ей попорченного праздника и, главное, бессмысленного издевательства над уважаемой и, в отличие от Собчак, искренне работающей на общественное благо актрисой. Кроме того, многие полагали, что причиной эскапады Собчак стала не новая политическая роль, которую она в то время примеряла на себя, а элементарная зависть к общему уважению, которое вызывала Чулпан Хаматова.
В том же апреле 2012 года на созданном по инициативе Саакашвили «Первом информационном кавказском» телеканале Собчак запустила авторскую программу «Главная тема», просуществовавшую до июня.
В событиях на Болотной площади Собчак не участвовала: как она потом заявила, она знала, что демонстрация будет направлена на радикализацию протеста. Возможно, что слух об ее участии в тусовке либеральных оппозиционеров в одном из ресторанов по ходу колонны протестующих и тосте, поднятом ею со словами «Мы не можем не выпить за этих людей, которые готовы отдать свои жизни за нашу власть!», распускали, как это бывало в прошлом, ее фанаты или даже она сама, — для большей скандальности и популярности.
Однако 8 мая, в предпоследний день «протестных гуляний» оппозиции она присоединилась к ним, была задержана вместе с Навальным и оштрафована на 1 тыс. руб.
В мае стало известно о ее отстранении от ведения церемонии присуждения юбилейной премии Муз-ТВ и вручении премии ТЭФИ в номинации «Лучший репортер». Собчак заявляла о политическом характере этих решений, — но, вероятно, сыграл свою роль и скандал, устроенный ей на церемонии «Ники».
В мае 2012 года на волне протестов гонимая властями Собчак стала главным редактором глянцевого женского журнала SNC (ранее известного под названием Sex and the City). Утратив эту должность в декабре 2014, — вероятно, потому, что в октябре 2014 года стала главным редактором фундаментального журнала о моде L'Officiel, — осталась в составе редакции и продолжила публикации.
Накануне «марша миллионов» у нее (как и у некоторых других оппозиционеров) был проведен обыск. По словам адвоката Резника, это было вызвано предположением, что ее квартира является местом фактического проживания либерального оппозиционера Яшина. При обыске было изъято более 1 млн. евро, 480 тыс. долл, и 480 тыс. руб.; впоследствии камеральная проверка декларации о ее доходах за 2011 год не выявила уклонения от уплаты налогов, и деньги были ей возвращены.
Через неделю после обыска Собчак и Яшин объявили, что их связывают близкие отношения (об их расставании стало известно через полгода, в декабре).
Некоторые аналитики на основе ее высказываний предположили, что либералы сумели на время внушить Собчак абсурдное и совершенно иррациональное предположение о причастности В. В. Путина к смерти ее отца.
1 июля 2012 года Собчак покинула передачу «Дом‑2». Она объяснила это «завершением важного для себя этапа развлекательного телевидения», Навальный — выполнением требования оппозиционеров: «Иначе мы бы не разрешили ей ходить с плакатом». Вероятно, это без всякой иронии следует признать главным вкладом либеральных оппозиционеров в оздоровление российского общества.
23 июля 2012 года после трех сезонов она была снята с позиции ведущей российского реалити–шоу в области моды «Топ–модель по–русски» на Муз-ТВ. Канал объяснил это обновлением концепции, которой она перестала соответствовать. «Это политическое решение… до декабря я была желанным гостем на всех ток–шоу, теперь передо мной закрыты все двери», — заявила Собчак и, назвав действия телеканалов в отношении нее «ужасной системой круговой поруки», в сентябре 2012 года возобновила на «Дожде» третью версию передачи «Госдеп», закончив ее в апреле 2013 года.
По данным опроса ВЦИОМ, в сентябре 2012 года Собчак стала лидером по известности среди оппозиционно настроенных деятелей искусства: ее так или иначе знали 90 % опрошенных. При этом ее политическая активность вызывала негативную реакцию лишь у 44 % россиян, что на фоне ее предшествующей биографии представлялось фактическим рождением заново.
Когда после изъятия в ходе обыска огромных денег депутат Госдумы Пономарев призвал Собчак дистанцироваться от участия в организационных структурах оппозиции, чтобы не бросать на нее тень своими миллионами, та ответила, что не претендует ни на какую руководящую роль в протестном движении.
А уже через 3 месяца выдвинула свою кандидатуру на организованных аппаратом Навального выборах в Координационный совет оппозиции, призвав к «масштабной политической реформе». Набрав 32,5 тыс. голосов, заняла 4 место, уступив лишь самому Навальному, а также Быкову и Каспарову. В день подведения итогов губернатор Брянской области прекратил полномочия ее матери в Совете Федерации.
Потом она признала: «Это наша общая вина…, что не удалось сделать из КС рабочий инструмент. Это беда, что именно для демократов, либералов характерно неумение и нежелание договариваться».
В 2012 году совместно с Парфеновым и Обломовым Собчак записала ролики политической сатиры «Пока, Медвед!», «ВВП», «Рэп–молебен в поддержку веры», но популярности, схожей с видеороликами «Гражданина поэта» Ефремова на стихи Быкова, они не обрели.
В рейтинге самых влиятельных женщин России 2012 года, составленном «Эхо Москвы», РИА «Новости», «Интерфаксом» и «Огоньком», Собчак заняла 14‑е место, а среди деятельниц медиа — пятое. В 2014 году из–за снижения интереса общества к либералам и собственной переориентации на неполитические формы карьеры опустилась в нем на 22‑е место.
1 февраля 2013 года вышла замуж за актера Максима Виторгана (через два года дебютировала к роли театральной актрисы в спектакле Театра наций, в котором главную роль играл ее муж).
С ноября 2013 года «изгнанная отовсюду» Собчак открыла новое шоу «Сделка» на телеканале «Пятница», затем начала вести на нем же шоу «Битва ресторанов». Ведет передачи на радио, проводит мастер–классы «Теория успеха» по всей стране. Автор пяти книг (одной — совместно с Оксаной Роб- ски), снималась в 17 фильмах.
В январе 2014 года, когда кощунственный опрос либерального телеканала «Дождь» о том, не следовало бы сдать Ленинград фашистам, вызвал в России бурю негодования, Собчак заявила, что опрос не может быть аморальным, — аморальными могут быть только ответы. Правда, когда после этого в соцсетях ее знакомые, извинившись предварительно перед ее мужем, стали задавать ей очевидно аморальные вопросы (обычно задаваемые, по всей видимости, проституткам), она на время успокоилась.
В августе–сентябре 2014 года Михалков в эфире своей программы «Бесогон ТВ» на телеканале «Россия 2» обвинил Собчак в пошлости (что вызвало иронию само по себе) и принадлежности к «пятой колонне». На это Собчак обвинила его в барстве и конъюнктурщине, посоветовав отказаться от иностранных премий, включая «Оскар».
Когда в декабре 2014 года на большой пресс- конференции В. В. Путина она в своем вопросе заявила, что в Чечне не работают российские законы, а ее глава Кадыров угрожает родственникам террористов, это практически не вызвало интереса.
Скандал с переодеванием в одежды православного священника с накладной бородой также оказался весьма краткосрочным и не поддержал падающую известность Собчак, которая в массовом сознании все больше ассоциируется с навсегда прошедшим прошлым и, уплывая в него, начинает восприниматься едва ли не как современница Пугачевой.
В феврале 2015 года она, похоже, просто стремясь напомнить о себе, устроила скандал на программе НТВ «Список Норкина»: когда работающие в зоне военного конфликта журналисты попытались оспорить ее утверждение о том, что в Донбассе якобы воюют регулярные части российской армии, Собчак буквально впала в бешенство и обвинила их в лизоблюдстве.
В качестве ответа на вопрос о том, каким источникам информации она доверяет, Собчак стала истерически кричать, что ей затыкают рот и не дают сказать ни слова, — а когда ведущий начал призывать ее к порядку, стала грозить уходом из студии.
Правда, никуда она не ушла, — вероятно, эфирное время для нее тем ценнее, чем меньше она интересна обществу, — а продолжала скандалить, называя программу «пропагандистской». Остановить словоизвержение распоясавшейся либеральной фурии смогли жительницы Донецка, рассказавшие, как «поляки, американцы и фашисты уничтожают мирное население города».
После этого Собчак написала в своем твитте- ре «Я в аду», «Меня просто трясет» и заявила, что больше никогда не будет ходить на федеральные телеканалы (что особенно смешно звучит на фоне ее жалоб на отсутствие приглашений с них).
Затем она получила приглашение на радио «Комсомольской правды» на дискуссию с военными корреспондентами. Перед эфиром Собчак договорилась с ведущим о профессиональном ведении программы без перехода на личности, — вероятно, лишь для того, чтобы немедленно нарушить договоренность и обрушиться на полковника Баранца с обвинениями по поводу того, что его родственница живет в Монако.
Однако ее вопли «Монако! Монако!» не вызвали у аудитории сочувствия к ней и привели лишь к появлению очередного интернет–мема «Собчак, сделай мне Монако!»
Перейдя от навязывания обществу аморальности в качестве моральной нормы к демонстрации интеллектуальности, Собчак вместо интереса все больше вызывает усталость и равнодушие, — как, впрочем, и тема проституции и разврата, и либеральный клан в целом.
Нет ничего более глупого, чем данная когда–то правительственной «Российской газетой» оценка Собчак как «ухоженной, принаряженной, закрашенной пустоты, ставшей по стечению обстоятельств брендом».
За накачанными губками, наивными глазками и демонстрацией пошлости как универсального заменителя морали стоит железный и дисциплинированный ум, постоянно готовый к борьбе без правил, нацеленный сильной волей на достижение ясных и конкретных целей.
Считающим Собчак недоразумением стоит обратить внимание на ее публичные скандалы и оценить, как жестко, эффективно и окончательно (хотя в основном и отвратительно) расправлялась «ксю- шадь» со своими соперницами по гламурному цеху.
Подобно Екатерине Великой, в лучшем случае отнюдь не соответствующая распространенным
критериям физической красоты, Собчак неослабными, поистине титаническими усилиями и постоянным совершенствованием своего облика смогла убедить огромные массы людей в своей внешней привлекательности.
Более того: за полтора года она превратила своего мужа, более чем склонного к сибаритской полноте, почти в атлета.
Раздраженные резкой сменой образа с публичной «гламурки» на не менее публичную интеллектуалку забывают или не знают, как трудно и страшно принимать подобные принципиальные решения. Большинство, даже осознав выработанность и бесперспективность привычной модели деятельности, боится сменить ее, обрекая себя на прозябание, а если и меняется, то делает это импульсивно, непродуманно и, в конечном счете, себе во вред. Собчак, исчерпав возможности «маски–оторвы» и «маски- стервы», «порочной девы гламура», сумела сменить имидж так, чтобы он по–прежнему соответствовал ее специфике и по–прежнему же был интересен обществу и востребован им.
У нее, по–видимому, действительно нет внутренней культуры, культуры души (да и откуда та могла взяться в ее семье?) — Светоний вместо сказок не помог. Однако она смогла ощутить свою моральную пустоту в качестве источника правоты и превратить ее в источник силы, а не слабости, в идеал, эффективно и безжалостно навязываемой растерянным и лишенным ориентиров поколениям.
Детям 90‑х, жертвам краха всех основ жизни, а затем и ЕГЭ необходимо разъяснять азбучные истины, которых они просто не знают, — и разъяснять на доступном им примитивном языке, в рамках понятной им системы символов и мотиваций.
Собчак взялась за выполнение этой необходимой обществу функции, калеча души предельным холодом аморальности и эгоизма не по злому умыслу, а в силу равнодушия и своей органичности: потому, что она сама такая же и действительно не подозревает, что нормально — это по–другому.
Предельно искренне звучит ее попавшее в Интернет в марте 2013 года сделанное в ходе частной беседы высказывание (хоть и с предусмотрительной пометкой «подлинность записи не подтверждена») о детях (в ее доме ремонтникам ради тихого часа было запрещено шуметь с 13–00 до 16–00, и они начинали шуметь в 10–00, когда она только возвращалась домой со светских тусовок): «…Вы с часу до четырех из–за каких–то, б»*ь, мелких гаденышей этим людям работать не даете, что является абсолютной нормой, заставляете их работать с десяти. Я вас предупреждаю, что никаких других часов, б***ь, мы не будем. Мы не в детском саде. Сегодня в час дня я вам продемонстрирую, что такое, б*”ь, вечеринки. У вас не будет тихого часа в любом случае. Вы должны уяснить и смириться с этой мыслью. С сегодняшнего дня из–за этих мелких пида'«ов, б***ь, и гаденышей, которые тут живут, если вы будете устраивать здесь детские часы, я буду устраивать вам дискотеки ровно в это время… пусть живут со своими детьми в детских домах, здесь взрослый дом для нормальных детей, центр Москвы. И подстраиваться под каких–то гаденышей я не буду. Почему у меня прав меньше, чем у мелких пид***ов? Я детей не люблю. Не наплевать на то, во сколько они спят, пусть спят в другом месте. Почему вам маленькие дети важнее, чем я?… Мне насрать на этого маленького ребенка, пусть он хоть сдохнет… У меня детей не будет, не надо мне этого счастья». Это заявление, похоже, не предназначено для эпатажа общественности (что и делает его ценным, — ведь, как вспоминала подруга ее юности, «Ксюша мастерски может перевоплощаться в любые образы»), а выражает глубинные ценности и стиль общения Собчак. Остается лишь надеяться, что обещание завести детей в 40 лет, данное ею своим поклонникам после свадьбы, является ложью.
Да, Собчак «в телеэкран… просунулась благодаря… знатному происхождению и по большей части потому, что примелькалась на виповских мероприятиях». Однако ослепленные ее хамством и своим естественным омерзением недоброжелатели обычно не сознают, сколь острой была конкуренция в этой сфере (даже с учетом ее, по–видимому, абсолютного административного ресурса), и как многое надо было перешагнуть в себе и других для победы в ней. Одного лишь совершенства аморальности и отсутствия нормальных человеческих чувств для успеха было недостаточно: необходимы были ум, сила воли и чутье.
«Когда в «нулевые» «питерцы» заняли главные места в Москве, глянцевые журналы и развлекательное телевидение стали единственными социальными лифтами, а деньги оказались национальной идеей, устраивающей всех, — Собчак» сумела стать символом и олицетворением этих процессов.
Когда же эпоха сменилась и потребление как массовый смысл жизни начал сменяться тягой хоть к каким–то знаниям и осмыслению происходящего, — Собчак из профессиональной «блондинки в шоколаде» стала такой же профессиональной интеллектуалкой. Лучше всех описал этот переход, если верить СМИ, ее соратник по либеральной оппозиции Навальный: «Ксюша Собчак,…золотой ло
бок России и матерая интеллектуалка, сначала показывала за деньги трусы и что под ними, а теперь надела очки».
«Она, как медиум, гениально считывала коды времени, чаще других говорила то, что думает, и раньше других делала то, что нужно сделать», — справедливо отмечают ее поклонники. Изменение играемых ею социальных ролей может быть неплохим инструментом для прогнозирования и понимания того, что ожидает наше общество в ближайшие годы.
Вместе с тем принципиальное отрицание норм морали как таковой, стремление вслед за собственным освобождением освободить и всех остальных от «химеры, именуемой совестью», делает Собчак эффективным и страшным оружием разрушения нашего общества.
Прививка эгоизма и саморазрушительной вседозволенности, сделанная либеральной принцессой целому поколению российской молодежи в «Доме‑2», действительно может показаться на фоне ее предстоящих успехов «невинной детской игрой в крысу».