Утром в четверг Дарси исчезла из винного погреба. Шейн удивился: она ведь так тщательно следила за тем, чтобы он не прикасался к документам без ее ведома. Шейн задумался бы, в чем дело, но он сидел как на иголках из-за сделки с «Бомонт».

С пяти утра каждый раз, когда звонил телефон, он ожидал плохих новостей, которые уничтожат «Колборн аэроспейс» навсегда. Время близилось к четырем, когда он пересек большую комнату и направился к лестнице. В голове у него вертелись две мысли. Первая – бизнесу во Франции пришел конец. И вторая – возможно, Дарси нездоровится.

Он собирался заглянуть в гостевую комнату, когда Джастин ворвался в винный погреб.

– Где телевизор? – рявкнул Джастин.

– Что? Зачем?

– Ближайший телевизор. Где?

– Вон там. – Шейн указал на нишу.

– Тридцать седьмой канал, шоу Беркли Нэша.

Шейн не мог в это поверить.

– Только не Бьянка.

– Нет, нет. Не Бьянка. Дарси.

Шейн был ошеломлен. Он едва смог выдавить из себя:

– Дарси на шоу Беркли Нэша?

Она так поступит с ним? Она уже поступает так с ним?

Джастин схватил пульт дистанционного управления, нажал на нужный канал.

Шейн никогда не простит ей этого. Никогда.

На экране появилась картинка. Название в нижней части гласило «Шейн Колборн – еще один скандал?»

– Я не могу в это поверить. – Шейн упал в кресло, готовясь к худшему.

Дарси в черно-белом платье выглядела уравновешенной и прекрасной. У Шейна внутри все закипало от гнева.

– Вы говорили, – начал Беркли Нэш, – что Далтон Колборн украл изобретение вашего отца.

– Я говорила, что между двумя семьями существуют некоторые разногласия, кому принадлежат подлинные авторские права.

Беркли нахмурился.

– Но вы считаете, что чертежи турбин, которые разработал ваш отец, были украдены.

– Мой отец дал понять, что бывший партнер, Далтон Колборн, использовал одно из его изобретений в своих интересах.

– И теперь Шейн Колборн чинит вам препятствия.

Дарси улыбнулась и вздохнула.

– Вот, начинается, – предупредил Джастин.

– Хотя Шейн Колборн не согласен со мной в этой конкретной ситуации, – сказала Дарси, – познакомившись с ним, я поняла, что он порядочный профессиональный человек.

– Он не согласен с вами? – переспросил Беркли, очевидно, пытаясь сосредоточиться на конфликте.

– Нет, – подтвердила Дарси. – Но то, что он предоставил мне свободный доступ к архивным документам компании, лишь подчеркивает его честность и принципиальность.

– Что она делает? – недоумевал Шейн.

– Вы хотите сказать, что хорошо его узнали? – спросил Беркли.

– Думаю, она помогает тебе, – отозвался Джастин, явно озадаченный.

– Очень хорошо, – ответила Дарси.

– Значит, у вас личные отношения с Шейном Колборном? – спросил Беркли с особой интонацией, вложив богатый смысл в свои слова. – Полагаю, именно это повлияло на его решение предоставить вам неограниченный доступ к архиву.

– Опасный момент, – насторожился Джастин.

Шейн замер.

– Я не состою в романтических отношениях с Шейном Колборном, если вы об этом.

– Да ладно, мисс Риверс. Будьте честны со зрителями. Судя по тому, что мы слышим, у Шейна Колборна возможен только один вид отношений с красивыми женщинами.

– Это прямая трансляция? – спросил Шейн. Не то чтобы он мог остановить программу. Все закончится, прежде чем он успеет добраться до центра Чикаго.

– Я буду честна, мистер Нэш. Я шпионила за Шейном несколько недель под прикрытием работы в «Колборн аэроспейс». Когда он узнал об обмане, не вышвырнул меня, а предложил помочь.

Шейн посмотрел на Джастина.

– Что за…

– Значит, вы не спите с Шейном Колборном?

– Нет.

– Формально нет, – пробормотал Шейн себе под нос. В настоящий момент нет. Беркли ведь не спросил ее, спала ли она когда-либо с Шейном.

– Простите меня, мисс Риверс, – сказал Беркли, явно разочарованный тем, как развивается разговор. – Но после всего, что мы слышали от таких людей, как Бьянка Ковингтон, трудно поверить в эту сказку о «белом рыцаре».

– Я бы не стала называть Шейна Колборна «белым рыцарем».

– А как бы вы его назвали?

– Я бы назвала его этичным и профессиональным бизнесменом. Бьянка Ковингтон и другие брошенные любовницы могут лить на него сколько угодно грязи, но как бывший сотрудник «Колборн аэроспейс» и как человек, находящийся в состоянии противоборства с мистером Колборном, я должна быть честной и сказать, что уважаю его и как мужчину, и как генерального директора.

– Вы считаете, что Бьянка Ковингтон облила его грязью?

– Я считаю, что Бьянка Ковингтон достойна презрения.

Беркли усмехнулся, явно в восторге от нового поворота в разговоре.

– Бьянке Ковингтон будет что сказать на этот счет.

– Полагаю, что так. Но я сомневаюсь, что она будет преследовать меня.

– Почему нет?

– Потому что скандальная книга с моим именем на обложке никогда не будет продаваться так хорошо, как ее.

– Это интересно, – пропел Беркли, практически потирая руки от ликования.

– Мы должны заплатить ей, – сказал Джастин.

– Вы обвиняете Бьянку Ковингтон в клевете? – спросил Беркли.

– Я хочу сказать, Шейн Колборн слишком джентельмен, чтобы обвинить ее во лжи.

– Но по вашим словам, она лжет.

– Шэйн Колборн, каким я его знаю, не сделал бы ничего из того, что написано в книге.

– А как насчет поэзии?

Выражение Дарси чуть изменилось, и Шейн напрягся.

– Стихи, которые он декламирует в постели, – настаивал Беркли.

– Каждому свое, – спокойно ответила она. – Лично я люблю шампанское, свечи и долгие прогулки по пляжу.

Беркли посмотрел в камеру:

– Примите к сведению, чикагские холостяки.

Зазвучала музыка, и камера переместилась. Шейн откинулся в кресле.

– Я перешлю ссылку в «Бомонт», – заявил Джастин, нажимая на кнопки телефона.

– Почему она это сделала? – спросил Шейн, скорее себя, чем Джастина.

– Потому что это было несправедливо, – раздался голос Дарси позади них.

Шейн повернулся, увидел ее в дверях и вскочил. На Дарси было то же самое платье и черные туфли. Волосы подобраны вверх, идеальный макияж, серьги с горным хрусталем и подходящее ожерелье.

– Почему ты это сделала? – повторил он.

– Она несправедливо поступила с тобой.

– Многое несправедливо в этой жизни.

Дарси сделала несколько шагов вперед.

– Я не могла допустить, чтобы восемьсот человек потеряли рабочие места.

– Это не твоя проблема.

Она пожала плечами.

– Хватит ее допрашивать! – воскликнул Джастин. – Она только что спасла нас.

– Что-то не так, – сказал Шейн, подходя к ней сбоку, по-прежнему обдумывая случившееся.

– Что? У тебя какие-то подозрения? – спросил Джастин.

– А тебя это не насторожило? – спросила Дарси, останавливаясь перед ним. – Может, я просто этичный человек с высокими моральными ценностями.

Шейн не смог сдержать улыбку.

– Это лучшее объяснение, на какое ты можешь рассчитывать, – усмехнулась она.

И Шейн отчаянно хотел ей верить. Джастин прошел мимо них.

– Постараюсь установить конференц-связь с «Бомонт». Не против встать завтра по европейскому времени? – обратился он к Шейну.

– В любую рань.

– Я позвоню тебе позже.

Шейн едва заметил, как Джастин исчез за углом: его взгляд был прикован к Дарси.

– Я у тебя в долгу, – сказал он ей.

Она грустно улыбнулась.

– Я хочу от тебя только одного.

– Пусть это будут две вещи. – Слова вырвались, прежде чем он успел подумать.

Дарси на мгновение зажмурилась, но он двинулся вперед, решив рискнуть.

– И ты больше ничего от меня не хочешь? – спросил он вполголоса. – Вообще ничего?

– Шейн.

– Скажи нет. – И сам ужаснулся, что она это сделает. – Или скажи мне, насколько это будет плохо. По шкале от одного до десяти, насколько плохо будет для нас, если мы поддадимся желанию и снова займемся любовью?

Она посмотрела на него, и он неожиданно понял, как сильно скучал по ней.

– Восемь, – прошептала она.

Восемь. Какое большое число. Но он не собирался сдаваться.

– По шкале от одного до десяти, насколько сильно ты хочешь этого? Несмотря ни ни на что?

Она колебалась.

– Десять.

– Одиннадцать.

Ее глаза потеплели.

– Ты просто хотел превзойти меня, не так ли?

Шейн потянулся, осторожно взял ее за руку и переплел пальцы.

– Здесь я, безусловно, впереди тебя. Если бы ты хотела меня так же сильно, как я хочу тебя, мы бы уже давно были в моей кровати.

– Я никогда не видела твою кровать.

– Это отличная кровать. Я купил самую лучшую.

– А я – ни к чему не подходящий выставочный образец из дешевого магазина.

– Тебе следует испробовать мою.

– Боюсь избаловаться.

– Я на это надеюсь. – Шейн сделал еще полшага, и его бедра коснулись ее бедер.

Голос Дарси превратился в шепот:

– Это действительно плохая идея.

– Это нелепая идея.

Он обхватил ее лицо ладонями, медленно наклонился к ней. Она не отстранилась, и он поцеловал ее, запустил руку ей в волосы – упиваясь их мягкостью и тонким ароматом полевых цветов. Дарси притянула его ближе. А он думал, что обнимать ее так естественно: место Дарси здесь, в его объятиях.

Где-то в глубине особняка послышался чей-то голос, напоминая, что они не одни.

– Ну же, – прошептал Шейн ей в губы, положив руку ей на спину и подталкивая к лестнице.

Не говоря ни слова, Дарси пошла с ним – через большую комнату, потом вверх по изогнутой дубовой лестнице.

На полпути она взялась за железные перила и провела ладонью по полированной поверхности.

– Мы действительно это делаем.

Он опустил голову и поцеловал ее в висок.

– Да. Делаем. Все верно.

– Я не доверяю тебе.

– Знаю.

– Я по-прежнему означаю для тебя неприятности.

– Знаю. Но я также знаю, что ты безупречно честная.

– Серьезно? – делано удивилась она.

– Да, – ответил Шейн.

– А если мы найдем доказательства?

– Дарси?

– Да?

Они поднимались по лестнице, пока не достигли этажной площадки. Шейн указал на открытые двухстворчатые двери.

– Это моя спальня.

– Ой.

Он положил руки ей на талию и повел внутрь.

– Все остальное может подождать.

– О, Шейн, – вздохнула Дарси. – Это неразумно.

– Жизнь, как правило, неразумна.

В порыве он поднял ее на руки. Дарси задохнулась от счастья, он целовал ее в губы, шагая по мягкому ковру. Свет был не нужен. Тусклые вечерние сумерки пробивались сквозь окна. Он медленно поставил ее на пол. Обхватил ее лицо, и Дарси улыбнулась ему. Ее щеки пылали, губы слегка приоткрылись.

– Ты удивительно красивая, – сказал он, подтолкнул ее к шикарной кровати с балдахином и поцеловал со всей страстью, на какую был способен. Наконец Дарси оказалась здесь, рядом. И снова принадлежит ему.

Ее руки скользнули к пуговицам на его рубашке, теребя их и опускаясь все ниже, кончики пальцев оставляли теплый след на его коже. Руки Дарси такие маленькие, ласковые, нежные. Он упивался ее прикосновениями.

С растущим нетерпением Шейн нащупал молнию сзади у нее на платье, расстегнул ее, наслаждаясь обнаженной атласной кожей. Дарси выдернула его рубашку из-за пояса брюк и, стянув ее с плеч, бросила на пол. С легкой улыбкой Дарси повела плечами, и платье упало к ее ногам.

Шейн отступил на шаг, окидывая взглядом ее прекрасное тело, красоту которого подчеркивали кружевной белый бюстгальтер, атласные трусики и восхитительные туфли на высоких каблуках.

– Не могу поверить, что ты наконец здесь.

– Я опоздала? – поддразнила она.

– Я ждал тебя всю жизнь.

Ее лицо стало серьезным.

– О, Шейн!

Он спустил бретельку бюстгальтера и поцеловал ее обнаженное плечо:

– Дарси…

Затем расстегнул крючок – и бюстгальтер оказался там же, где и платье. Обхватив ладонью округлую грудь, Шейн почувствовал пальцами плотный – как бусинка – сосок.

Дарси застонала и прижалась к нему. Страстно поцеловала его, переплетая свой язык с его языком, пока ее руки теребили кнопку на его брюках.

Желая помочь ей, Шейн скинул ботинки, снял брюки и через несколько секунд упал с обнаженной Дарси в постель – его постель!

Их губы встретились, его сердце словно парило – такого он еще никогда не переживал ни с одной женщиной. Его руки стали ласкать ее тело, вновь раскрывая все его секреты. Дарси стонала от его прикосновений и сама дарила ему ласки.

Он надел презерватив, а затем проник в нее одним резким движением.

– Да, – прошептала она.

Она вцепилась ему в плечи, обхватив Шейна ногами за талию.

– Я скучал по тебе, – прохрипел Шейн. – Так сильно скучал по тебе.

– И я, – отозвалась она, прежде чем поцеловать его.

Его страсть разгоралась и нарастала. Нужно замедлиться. Он должен продлить ощущения. Шейн перевернулся на спину, затем сел, и Дарси оседлала его. Шейн замер, он вдруг понял, что не сможет жить без этой женщины.

– Шейн, все хорошо? – спросила она.

– Просто отлично.

Он снова сделал движение бедрами, и Дарси закрыла глаза в блаженстве.

– Это так…

Ей не нужно было заканчивать фразу. Он снова накрыл ее грудь ладонью.

– О, да, – простонала она в такт его движениям, все резче и резче опускаясь на него. – Не останавливайся. Пожалуйста, не останавливайся.

– Я не останавливаюсь. Ни за что, никогда, никогда.

Дарси крепко обнимала его, Шейн уже терял контроль над собой. И когда Дарси вскрикнула, он перестал сдерживаться и с облегчением отдался экстазу.

Их сердца глухо стучали, легкие жадно втягивали воздух. Шейн пришел в себя, его взгляд сфокусировался – изнеможенная Дарси замерла в его объятих.

– Все хорошо? – спросил он.

Дарси медленно кивнула и положила голову ему на плечо.

– Ты невероятная. – Он обнял ее покрепче.

– Это действительно великолепно, – хрипло проговорила она. – Секс на одиннадцать, Шейн.

– Двенадцать.

Она закатила глаза.

– Тебе обязательно нужно превзойти меня.

Он отодвинул прядь ее волос.

– Ты превзошла меня. – Он поцеловал ее. – Ошеломила меня. Даже не знаю, что с этим делать.

Дарси проснулась в постели Шейна, она прижималась к нему спиной, его рука лежала у нее на животе. Дыхание Шейна было глубоким и легким. По рассвету за окном Дарси догадалась, что сейчас около шести утра.

Спальня была огромная. Двухспальная кровать стояла напротив белого камина. Изысканная обстановка – от мебели до элементов декора – выдержана в мужском стиле. Через эркерное окно и застекленные двери балкона открывался вид на сад.

Рука Шейна сжалась крепче вокруг нее, и он поцеловал Дарси в плечо.

– Доброе утро, – сказал он сонным голосом.

– Доброе. – Она повернулась к Шейну лицом и посмотрела ему в глаза. – Хорошая у тебя кровать.

– Уже избаловалась?

– Да.

– Хорошо. Оставайся.

Она не могла не улыбнуться.

– Конечно. Почему нет? – Она помолчала немного. – Подожди-ка. Есть длинный список причин, почему нет.

– Я помогу тебе, – вызвался он.

– Написать список?

– Искать чертежи.

– Думала, ты уже помогаешь. – Она села. – Ты что-то скрываешь от меня? Ты знаешь что-то?

– Я ничего не скрываю. – Он тоже сел в постели. – Успокойся, Дарси. Я по-прежнему думаю, что ты ошибаешься. Но я приложу все силы. Покажу тебе все что угодно, отведу тебя куда угодно. И если мы не найдем твоих доказательств, ты должна будешь поверить мне.

– Ты как будто ждешь, что я скажу «спасибо».

– Нет. Дело не в благодарности. Мы должны выяснить правду.

– Я уже знаю правду.

Шейн обхватил Дарси за талию и, толкнув обратно на кровать, склонился над девушкой.

– Такой упрямой женщины я еще не встречал.

– А я такого твердолобого мужчины.

Но он нравился ей. В его объятиях она чувствовала себя хорошо и спокойно. И когда Шейн наклонился, чтобы поцеловать ее, она ответила нежным поцелуем – через несколько секунд он превратился в страстный и яростный.

Неожиданно Шейн остановился.

– У нас полно работы.

– Что?

– Я должен позвонить Джастину по поводу французов, а у тебя еще много коробок с документами.

– Да, знаю. Я просто подумала…

Шейн расплылся в самодовольной улыбке.

– К этому мы тоже вернемся. Позже.

– Позже?

– Полагаю, сегодняшнюю ночь ты снова захочешь провести в этой декадентской кровати.

Дарси почувствовала, что должна возразить: слишком самонадеянным было его предположение. Но всего несколько секунд назад она сама решила, что хочет заняться с ним любовью. Еще неизвестно, что более самонадеянно. Напрасные усилия.

– Конечно, – согласилась Дарси. – Я вряд ли закончу сегодня с коробками.

– Надеюсь, мне не придется лететь во Францию.

– Думаешь, это возможно? – Она расстроится, но за последние несколько дней Дарси узнала так много о «Колборн аэроспейс», что понимала, как важен этот контракт для компании.

– Сейчас выясним. – Он сел и потянулся за телефоном, разблокировал экран и приложил аппарат к уху.

– Ты должна полететь со мной, – сказал он, когда в трубке раздались гудки ожидания.

Заманчивое предложение.

– Я не полечу во Францию.

– Почему нет?

– У меня много дел.

– Работы у тебя нет. Я присутствовал при твоем увольнении, помнишь?

Дарси ударила его подушкой.

– Я сама ушла.

– Ты обманывала босса.

– Босс мошенник.

Шейн заговорил в трубку:

– Привет, Джастин.

Сделал паузу, его пристальный взгляд скользил по Дарси.

– Я в прекрасном настроении.

Она почувствовала, как ее щеки покраснели. Джастин быстро сообразит, что к чему.

– Они сделали это? – Голос Шейна снова стал серьезным.

Дарси задержала дыхание. Что бы ни произошло между ней и Шейном, она не хотела, чтобы кто-то потерял работу. Она познакомилась со многими сотрудниками «Колборн», пока работала там, – отличные люди, и они не заслуживали того, чтобы стать заложниками ситуации.

– Вот так сюрприз, – сказал Шейн. Протянул руку и сжал ладонь Дарси. – Позже, – сказал он Джастину и положил трубку.

– Они не отменили сделку? – догадалась Дарси.

Шейн покачал головой.

– Они подпишут договор.

У Дарси перехватило дыхание.

– Точно?

– Точно.

– Но ты все равно переоборудуешь производство для частных самолетов? Потому что диверсификация никогда не помешает.

– Ты ведь в курсе, что тебя вычеркнули из штата сотрудников?

Дарси застенчиво улыбнулась.

– Но у меня есть уши.

– А еще ты голая. Мне дает бизнес-советы обнаженная богиня.

– Ты ведь не насильник?

– Нет. Просто интересно, что в моей жизни пошло не так, если мы ведем этот разговор в моей постели. Неужели я старею и становлюсь степенным консерватором?

– Хочешь почитать что-нибудь из поэзии восемнадцатого века?

Шейн замялся, и на секунду Дарси подумала, что зашла слишком далеко.

– Ты определенно не Бьянка, – тихо сказал он.

– Полагаю, это хорошо.

Он отложил телефон в сторону и снова обхватил Дарси рукой за талию.

– В тебе все хорошо, Дарси Риверс, – задумчиво произнес он.

– Я думала, мы собирались приступить к работе?

– Позже. – Он поцеловал ее, долго и страстно. – Гораздо позже.