Однажды, когда Джейсон Папандреу был еще холост и служил добровольцем на одном из боевых кораблей Земли, он увидел странную звезду.

Тогда как раз подходила к концу последняя война с кзинами, и перевес был явно на стороне землян. Кзины сражались отважно и яростно, им неведомы были страх или милосердие, но они, как всегда, откусили больше, чем могли проглотить.

Корабли землян вскоре вытеснили флот противника за пределы своих владений, а потом захватили в качестве компенсации за понесенный ущерб две колонии. И на обратном пути капитан корабля, на котором служил Джейсон, слегка отклонился от курса, чтобы дать своему героическому экипажу возможность взглянуть на Бету Лиры.

Почему Джейсон вспомнил об этом теперь, почти десять лет спустя? Наверное, в нем сработал инстинкт самосохранения, тот спасительный голос, который время от времени просыпается в каждом из нас, чтобы крикнуть: «Старина! Тебе пора что-то предпринять, если ты и дальше хочешь украшать своим присутствием вселенную!»

На сей раз внутренний голос капитана «Солнечного Луча» заговорил, когда жена Папандреу снова яростно атаковала стазовый сейф, и Джейсону показалось, что сейф вот-вот поддастся отчаянным усилиям Анны-Мари.

Страшно было подумать, что может произойти, если она все же вскроет стазовое хранилище. А вдруг в нем легендарное оружие иунну! С другой стороны, Джейсон не мог слишком строго осуждать свою предприимчивую жену: уже четвертый месяц они вели утомительно однообразную жизнь, и энергия Анны-Мари находила выход в бесплодной борьбе с неуязвимым сейфом.

«Солнечный Луч» мог принять не более тридцати душ, но в последнем рейсе, кроме супругов Папандреу, на борту было всего одно разумное существо. Несмотря на всю свою разумность, существо не обладало жизнерадостностью, обаянием и общительностью, которые могли бы отвлечь Анну-Мари от ее опасного хобби.

Единственный пассажир «Луча» был кукольником, да к тому же сумасшедшим. В последнее время он пребывал в депрессивной стадии своего психоза и не выходил из каюты. До Джинкса оставалось еще несколько недель полета… Словом, срочно требовалось какое-нибудь развлечение!

Анна-Мари злобно уставилась на стазовый сейф:

— Неужели его никак нельзя открыть?

— Нельзя, Анна. У нас нет приборов, нейтрализующих стазовое поле, а кроме того, это незаконно.

— Законно, незаконно… Мы можем сказать, что эта штука открылась сама, когда «Солнечный Луч» столкнулся с… Ой! Джей, что ты делаешь?

— Выхожу из гиперпространства.

— Мог бы сначала предупредить женщину!

— Женщина, почему бы тебе не глянуть вон туда?

— Зачем?

Джейсон только самодовольно улыбнулся. Поняв, что другого ответа она не получит, Анна-Мари поднялась с пола и посмотрела туда, куда показал муж. Ухмыляясь, Джейсон ожидал ее реакции — и жена его не разочаровала.

— Мой бог, какая красота! Что это такое?!

Джейсон увидел сияющие глаза Анны-Мари. «Слава богу! На какое-то время карьера начинающего взломщика будет забыта!» Потом он встал рядом с женой у прозрачной стены корабля… И на какое-то время тоже забыл обо всем на свете.

Витой шнур красного дыма свивался в тугой клубок, в середине которого находился источник огня — двойная звезда. Одна из звезд горела бело-фиолетовым огнем; если бы не поляризованная обшивка, ее лучи пробуравили бы дыры в сетчатке глаз зрителей. Вторая звезда была желтая. Взаимное притяжение сформировало из светил два приплюснутых яйца, соединенных широкой лентой красного, более слабого, пламени. Свободный конец горящей красной ленты заворачивался в спираль, будто вокруг майского шеста, и ввинчивался в космос, постепенно расплываясь и тускнея, из огненно-красного превращаясь в дымно-красный. По небу тянулась длинная, в полвселенной, спиральная дорога, усыпанная блестками звезд.

— Это — Бета Лиры, — Джейсон решил продемонстрировать эрудицию. — Та красная лента образована водородом, который собирают с поверхностей звезд их конфликтующие гравитационные поля. Понимаешь, когда идет реакция синтеза ядер…

— Прекрати! — перебила Анна-Мари. — Тебе обязательно надо испортить любое великолепное зрелище своими нудными пояснениями?

— Н-да, зрелище и вправду неплохое, — скромно согласился Джейсон. — К тому же оно не продлится вечно, этой паре недолго осталось извергать водород. Еще миллион лет — и увы! Нет больше Бета Лиры.

— Какая красота! — завороженно повторила Анна-Мари, пропустив слова мужа мимо ушей. — Давай разбудим Несса, пусть он тоже посмотрит! Мне кажется, это может вывести его из теперешнего состояния.

Кукольник, которого супруги Папандреу называли Нессом — его настоящее имя звучало, как положенная на музыку автомобильная катастрофа, — был самым настоящим сумасшедшим. Все кукольники от природы осторожны — чтобы не сказать трусливы, — поэтому храбрость у них считается симптомом безумия. Несс проявлял отвагу настоящего землянина в свои маниакальные периоды, а в депрессивные вел себя трусливее самого трусливого кукольника. Потом эта стадия кончалась, и Несс принимался рисовать углем картинки, глядя на которые Джейсон с трудом мог поверить, что их рисовал кукольник. У этих существ чувство юмора отсутствовало, юмор считался признаком нарушений в системе защиты…

Но сейчас Несс находился в депрессивной стадии, поэтому не открыл дверь настойчивым супругам. Существовало только одно средство выманить его наружу — и Джейсон, вернувшись в рубку, решительно нажал кнопку сигнала тревоги. По этому сигналу кукольник должен был броситься в зал управления, как будто за ним гнался сам ангел смерти….

Однако Несс появился в дверях на несколько секунд позже, чем его ожидали. Две питоньи головы оглядывали зал управления, настороженно ища следы аварии. Лохматая грива кукольника торчала во все стороны, хотя он должен был ее расчесывать и укладывать таким образом, чтобы прическа определяла его положение в обществе. Но теперь это было уже неважно — лет двенадцать назад кукольники покинули Галактику, бросив здесь лишь душевнобольных и генетических уродов. В результате поспешного бегства кукольники остались должниками по мириадам контрактов, заключенных с десятками других народов; Нессу и подобным ему изгоям поручили улаживать все дела. И вот Несс зафрахтовал «Солнечный Луч», чтобы отправиться на край освоенного космоса на встречу с запредельниками.

— Что случилось? — взвизгнул Несс, не найдя никаких повреждений.

— Ничего страшного, — успокоил его Джейсон. — Просто я неловко облокотился о пульт и случайно нажал на кнопку сигнала тревоги.

— Посмотрите туда, Несс! — велела Анна-Мари. — Посмотрите скорей! Разве это не чудо?

Кукольник послушно повернул обе головы к Бете Лиры. Он остановился как раз под одной из своих картин, и Джейсон, переводя взгляд с картины на автора, в который раз поразился, что Несс смог такое нарисовать.

На картине были изображены два человеческих бога — так их изобразил бы талантливый художник-человек. Один из персонажей картины, совсем еще мальчик, держал в руках Галактику и очень странно улыбался, разглядывая разноцветную спираль. Другой, седой старик с развевающимися по ветру волосами и бородой, всем своим видом, казалось, говорил: «Ну, поиграл, а теперь верни на место!» На заднем плане треугольником торчали остроконечные скалы, и вся картина называлась словами из дурацкой песенки: «Три скалы, три скалы — грани, плоскости, углы».

Несс говорил, что эта картина — некая имитация человеческого юмора. Может, у сумасшедших кукольников и впрямь развивается чувство юмора или хотя бы его имитация?

— Да, раньше я уже видел эту звезду, — пробормотал Несс, глядя на Бету Лиры. — Она действительно прекрасна. Если бы, не депрессия, я сам предложил бы здесь остановиться… Спасибо, Джейсон.

— Что вы, сэр! — ответил капитан «Луча» с таким видом, будто завернул к звезде специально для того, чтобы развлечь приунывшего кукольника.

Несс склонил левую голову набок, и Джейсон поспешно добавил:

— Мы вернемся на курс, как только прикажете.

Что собирался приказать кукольник капитану корабля, так и осталось неизвестным — чудовищный удар потряс «Солнечный Луч» от носа до кормы. Джейсон пролетел через всю рубку, врезался головой в стену, и черное ничто, подобное «слепому пятну» гиперпространства, поглотило его.

Первым очнулся кукольник, приподнял одну голову, потом другую… Его шеи извивались, как пьяные питоны. Наконец головы перестали раскачиваться, зато во взгляде появился ужас: он увидел, кто сидит в кресле капитана «Солнечного Луча».

Почти одновременно с Нессом пришел в себя Джейсон. Он попробовал пошевелиться, но не смог, начал оглядываться по сторонам — и при виде чудовища, с трудом втиснувшего свою мохнатую тушу в кресло перед пультом, взгляд Папандреу стал до удивления похож на взгляд кукольника.

В его кресле сидел кзин — необычайно крупный, хотя даже малорослый кзин показался бы человеку очень большим. А если человек к тому же взирает на своего смертельного врага снизу вверх, будучи связанным по рукам и ногам силовым полем… Впрочем, данный экземпляр показался бы крупным в любом ракурсе: в нем было футов восемь, а то и восемь с половиной. Он напоминал очень толстого кота, который выкупался в оранжевой краске, кота — но с крысиным розовым хвостом…

А главное, ни у одного кота Джейсон не видел столь свирепой морды и таких злобных красных глаз, как у существа, взирающего на него из-под потолка рубки его корабля.

— Ка-ак вы сюда попали? — чуть заикаясь, заговорил кукольник на языке кзинов. — И что вы собираетесь с нами сделать?

Кзин даже не взглянул на своего двухголового пленника. Кукольники не умеют воевать, значит, это просто травоядные животные. Мясо. Кто же обращает внимание на блеяние овцы? Но Джейсон продублировал вопрос Несса на общегалактическом языке, и на этот раз рыжий бандит решил ответить:

— Как я сюда попал? Мы просто долбанули вашу колымагу в корму, вскрыли люк и нанесли вам дружеский визит.

— Дружеский визит?

У Джейсона все еще гудела голова после близкого соприкосновения со стеной рубки — должно быть, поэтому он не мог удержаться от идиотских вопросов.

— Но почему наш индикатор массы…

— Почему он нас не засек? Мы не дали ему на это времени, вынырнув из гиперпространства рядом с вашим кораблем… В общем, то, что наши посудины поцеловались, было просто редчайшей случайностью, — признался кзин, но глаза его горели красным торжествующим огнем. — Но счастливой случайностью, надо признать! Я всегда считал себя везучим, ха! — а вот теперь я вижу, что я феноменально везуч!

— Сомневаюсь. Между нашими народами давно заключен мир, и если узнают, как вы обошлись с…

— Заткнись!!! — Мохнатый кулак кзина обрушился на край пульта, и Несс испуганно вскрикнул. — Мне плевать на соглашение, которое наше безмозглое правительство заключило с землянами вместо того, чтобы воевать с вами до последнего корабля! Я с Землей никаких соглашений не заключал, и, Гррум меня раздери, если я упущу счастливый случай, пославший мне такой ценный трофей!

— Война давным-давно кончилась, вспомните об этом и остыньте! — В голове у Джейсона наконец прояснилось, и теперь его больше всего заботило то, что лежащая рядом с ним Анна-Мари не подает признаков жизни. — Может, вам стоит бросить военное ремесло и заняться рисованием космических пейзажей? Бета Лиры — отличный сюжет для начинающего художника!

У кзинов, как и у кукольников, отсутствует чувство юмора. Джейсон имел возможность в этом наглядно убедиться, когда оранжевый кулак со второй попытки отколол-таки край многострадального пульта управления.

— Заткнись!!!

— Как скажете. — Джейсон с тревогой смотрел на жену, до которой даже не мог дотянуться. Он увяз в путах силового поля, как оса в густом варенье; Несс был связан точно таким же образом.

— Мы нашли на вашей развалюхе стазовый сейф, — кзин мрачно потирал отбитый кулак, — но не смогли его открыть. Ты немедленно скажешь нам, как он открывается, а не то…

— Не то что?

— Не то мы отпразднуем наше знакомство, сожрав тебя и твою самку. В знак дружбы между кзинами и землянами, а? — Если у рыжих вояк юмор отсутствовал, то злобный сарказм отнюдь не был им чужд.

— Понятия не имею, как открывается этот сундук! — честно признался Джейсон. — Моя жена два месяца пыталась это сделать, но у нее так ничего и не получилось!

Его чистосердечные излияния прервал тонкий визг — это наконец-то очнулась Анна-Мари.

— Спокойно, дорогая! — утешил супругу Джейсон. — Все в порядке, нас всего лишь захватил в плен этот рыжемордый бандит!

— Что? Ой, моя шея! — Она попыталась пошевелиться, но смогла только повертеть головой. — Кто этот лохматый громила, Джей?

— Это кзин, — обрадовал жену Джейсон. — Слушайте, пират, может, вы представитесь хотя бы женщине, а?

— Хафт-капитан, — гордо изрек захватчик «Луча» и встал, гордо выпрямившись; его голова достигала потолка. — И если никто из вас немедленно не скажет, как открыть стазовый сейф, я буду разговаривать с вами по-другому!

Анна-Мари взглянула на мужа и доброжелательно ответила:

— Я билась над этим сейфом весь рейс, но Джей говорит, что я никудышная взломщица!

Нёсс молчал, однако Джейсон отчетливо слышал, как стучат зубы обеих его голов.

Кзин повернулся к двери и испустил вопль, похожий на вопль разъяренного кота. На этот зов явились еще двое — один был очень похож на капитана, разве что помельче, зато второй…

Среди уроженцев планеты кзинов редко встречаются тощие, но этот тип был не просто тощим, а болезненно худым, его тусклая шерсть сбилась в колтуны, а взгляд напомнил Джейсону Несса в самые худшие минуты депрессивной стадии.

Капитан обратился к худому с новым диким воплем… И Джейсон почувствовал, как в его мысли вторглось что-то чужое, бесцеремонно заглядывая в самые потаенные закоулки мозга.

Тощего держали на боевом корабле в качестве профессионального телепата, время от времени накачивая наркотиком, от которого девятьсот девяносто девять из тысячи сходят с ума, а тысячный остается вечно дрожащим неврастеником, зато приобретает мощные телепатические способности. Джейсон знал, что никакие способности не помогут кзину отыскать в его голове способ вскрытия стазового сейфа, и все же назло врагу сосредоточился на воспоминаниях о свежей моркови. Как ты откусываешь от нее большой сочный кусок, с хрустом жуешь, как проглатываешь и снова смачно вонзаешь в морковку зубы…

Телепат в изнеможении прислонился к стене. Во рту у него стоял морковный вкус, как будто он сам только что перетирал желтый овощ коренными зубами.

Хафт-капитан грубо его встряхнул, требуя немедленного ответа, телепат бессильно щелкнул зубами и пробормотал:

— Они действительно не знают, как вскрывается сейф… Ни человек-мужчина, ни человек-женщина, ни кукольник…

«И слава богу!» — заметил про себя Джейсон. Весь рейс он с тревогой думал о том, что может произойти, если Анна-Мари вскроет сейф; но при мысли о том, что будет, если стазовое хранилище вскроют кзины и обнаружат там оружие рабовладельцев, его прошибал холодный пот.

Полтора миллиарда лет назад в этой части Галактики бушевала война. Рабовладельцы-иунну подчинили своей власти все разумные народы, населяющие планеты на расстоянии двухсот световых лет от своей метрополии, и заставили десятки побежденных цивилизаций работать на себя… пока один из покоренных ими народов — тнуктипы — не взбунтовался. В распоряжении иунну было мощное оружие, помогавшее им держать рабов в подчинении, но и рабы-тнуктипы обладали развитым интеллектом и передовой технологией. Война иунну с тнуктипами привела к гибели обеих цивилизаций, опустошила пол-Галактики и разбросала по космосу множество стазовых сейфов.

Содержимое этих контейнеров, помещенное в стазовое поле, могло сохраняться в течение полутора миллиардов лет, и зачастую в них хранилось оружие рабовладельцев.

Каждый найденный в космосе сейф обещал немыслимую сенсацию, но в то же время таил в себе угрозу: кто знает, какое средство разрушения могла изрыгнуть из себя стазовая утроба? Один из видов оружия иунну — меч со сменными лезвиями — недавно наделал много шуму в человеческом обществе, возродив во многих мирах рукопашные схватки и дуэли на шпагах. Еще один вид старинного оружия нашел мирное применение — дезинтегратор работал так медленно, что от него не было толку в бою. Но если кзины обнаружат в сейфе оружие, которое даст им перевес над землянами…

— Я же сказала, что нам не удалось открыть этот сейф! — прощебетала Анна-Мари.

Не обращая на нее внимания, капитан кзинов продолжал допрашивать телепата (Несс тихо переводил его слова на общегалактический язык):

— Где они нашли стазовый сейф?

— Это не они, Хафт-капитан. Сейф нашли запредельники недалеко от центра Галактики и взяли с собой, чтобы продать.

— Что связывает землян с запредельниками?

— Это кукольник. Людей он просто нанял вместе с кораблем, чтобы добраться до нужных ему планет… Обычная торговля, капитан, — что еще может занимать этих двухголовых травоядных?

Хафт-капитан досадливо рыкнул — как вдруг новый вопль готового к драке кота потряс рубку, только на этот раз в нем явно слышалось ликование.

— Я открыл его, капитан! Я его открыл! — Джейсону не понадобился перевод Несса, чтобы понять, что кричит ворвавшийся в рубку кзин, и капитан «Луча» с Анной-Мари обменялись полными отчаяния взглядами.

Рыжий вояка держал в лапах серебристый шарик шести дюймов в диаметре, с украшенной вычурными узорами ручкой.

— Молодец, Слейверстьюдент! — рявкнул Хафт-капитан, а тот продолжал возбужденно выкрикивать:

— Еще ни в одном из стазовых сейфов не было найдено ничего подобного! Посмотрите на форму рукоятки, капитан, она приспособлена под руку тнуктипа! Этот сейф наверняка принадлежал не рабовладельцам, а тнуктипам! Первый тнуктипский сейф за всю послеимперскую историю!

Хафт-капитан осторожно взял шарик с ручкой и принялся рассматривать его со всех сторон.

Поверхность шарика была совершенно гладкой, ручку из желтого металла прорезали шесть канавок для параллельных пальцев и две — для противопоставленных; в очень неудобном месте торчала кнопка. Сбоку была еще одна канавка, длинная, ровная, с четырьмя углублениями направляющей для бегунка.

— Похоже, это и впрямь оружие тнуктипов, — тихо проговорил Джейсон. — Да, не повезло нам! Тнуктипы были талантливыми изобретателями…

— Это грабеж! — неожиданно подал голос Несс. — Грабеж и разбой, вот что это такое! Если вы нас немедленно не освободите, вам придется иметь дело с Объединенным Флотом…

— На планетке, куда мы опустились, нас не найдут даже десять таких флотов! — захохотал Хафт-капитан, но тут же оборвал сам себя, сообразив, что разговаривает с ничтожным травоядным. — Мы испытаем новое оружие сейчас же, — бросил он своим подчиненным. — Приготовьтесь к выходу на поверхность планеты!

— Слушаюсь, Хафт-капитан.

— И наденьте скафандры на этих троих! Нам могут понадобиться живые мишени.

Пейзаж планеты, на которую опустились «Солнечный Луч» и корабль кзинов, вряд ли мог улучшить настроение беспомощных пленников. Повсюду — волнистый, крепкий, как камень, лед. Только кое-где виднелись черные грани скал, и над этим безрадостным ландшафтом пылала Бета Лиры, усиливая впечатление безжизненности и заброшенности ледяного мира. Лежа на льду рядом с «Солнечным Лучом» и военным крейсером кзинов, Джейсон пытался решить, которому из кораблей при столкновении досталось больше. Так и не придя к определенному выводу, он принялся гадать, сколько еще рыжих тварей может находиться на вражеском корабле…

Пока что наружу вышли двое — в придачу к тому сброду, что покинул «Солнечный Луч». Кзины столпились за спиной капитана, который поднял шарик с рукояткой и направил ее на далекую глыбу льда.

— Кажется, они не собираются немедленно испробовать тнуктипское оружие на нас, — раздался в наушниках дрожащий голос Несса.

Его и супругов Папандреу бросили на лед метрах в двадцати от «Солнечного Луча». На всех троих надели скафандры, но их по-прежнему связывала силовая сеть.

— Все равно! Какой позор! — откликнулась Анна-Мари.

— Позор? — удивился Джейсон, с напряженным вниманием следивший за действиями капитана.

— Ну да! Я три недели билась, пытаясь открыть этот проклятый сейф, а какой-то кзин вскрыл его за пару часов!

Хафт-капитан нажал на кнопку, по-видимому выполнявшую роль курка. Ничего не произошло. Кзины обменялись несколькими фразами, как будто обругали друг друга — правда, их речь очень похожа на ругательства, — и Несс вполголоса перевел:

— Тот громила, который сумел открыть стазовый сейф… Наверное, это их эксперт по оружию… Говорит, что выхода энергии нет.

Голос кукольника больше не дрожал — похоже, у него началась маниакальная фаза, и он был убежден, что с ним не произойдет ничего плохого.

Джейсон отнюдь не был в этом уверен.

— Подумать только, я всего лишь хотел показать вам Бету Лиры, — с горечью пробормотал он.

— Джей, это была прекрасная идея, правда! Ты ведь никак не мог знать, что…

Хафт-капитан передвинул бегунок на следующую позицию — и зеркальный шарик вдруг завертелся, как живой, быстро меняя форму. Он вертелся до тех пор, пока в руках у капитана не оказался длинный тонкий цилиндр с красной шишкой на конце и рожком около рукоятки. Сама рукоятка нисколько не изменилась.

Хафт-капитан дернул за рожок — и в темноту воткнулся красный луч; капитан покрутил рукоятку, и луч стал расти.

— Меч со сменным лезвием! — Кзин направил луч на торчащую из-подо льда скалу. Верхняя часть скалы отклонилась, качнулась и упала, разбрызгивая вокруг осколки льда.

— Йорро! — торжествующе гаркнул капитан. — Этот меч еще посильнее, чем у рабовладельцев! Слейверстьюдент, ты что-нибудь слышал об оружии, которое меняет форму?

— Нет, Хафт-капитан, ни в прошлом, ни в настоящем мне не встречалось такого оружия, — признался историк-эксперт.

— Значит, мы нашли что-то новое.

— Точно! — с довольным видом прорычал Слейверстьюдент.

— Все ясно, — вздохнула Анна-Мари, ее было едва слышно сквозь гомон кзинов, напоминающий перебранку мартовских котов. — Это оружие тнуктипов!

— И теперь оно в лапах кзинов, — сквозь зубы отозвался Джейсон. — И бог знает, что оно выдаст в своих следующих изменениях!

Между тем оружие приняло форму параболического зеркала с серебристой шишкой в центре, но когда капитан направил его на скалу, со скалой ничего не случилось.

— Эксперт предполагает, что в данном виде оружие действует только на живые организмы, — перевел Несс душераздирающие вопли кзинов. — Боюсь, что сейчас…

То, чего он боялся, немедленно произошло. Повинуясь повелительному крику капитана, кзины бросились к Джейсону и Нессу и поволокли их туда, куда указала капитанская лапа. Их поставили на ноги, не освободив от силовой сети, метрах в двадцати от капитана, после чего конвоиры поспешили убраться с линии огня.

Женщину Хафт-капитан, видимо, решил приберечь как запасную мишень — Анна-Мари по-прежнему лежала рядом с «Лучом». Папандреу не знал, радоваться этому или нет.

— Вы точно не сердитесь, что я приволок вас к Бете Лиры? — вот и все, что смогло прийти Джейсону на ум в качестве прощального слова.

Прежде чем Несс ответил, капитан нажал на кнопку.

Сперва Джейсону показалось, что оружие не подействовало; потом он почувствовал легкое щекотание во всем теле — и вдруг понял, что сеть больше не держит его! Оружие тнуктипов уничтожило силовое поле!

От неожиданности Папандреу чуть не упал, качнулся, восстановил равновесие… И бросился к Хафт-капитану. Пока кзин не очухался, нужно вырвать оружие у него из рук, освободить Анну-Мари и… Что он будет делать потом, Джейсон не думал — не было времени, так же как не было времени взглянуть, чем сейчас занимается Несс. Впрочем, что мог делать кукольник в такой ситуации, как не улепетывать со всех ног?

На полдороге к Хафт-капитану мимо Джейсона промчалась живая трехногая ракета. Несс! Он не убегал, он рвался в бой!

«Я угадал, — мелькнуло в голове у Джейсона, — у него началась маниакальная фаза!»

Хафт-капитан не успел перевести бегунок на следующую позицию, не успел вскинуть оружие, как подскочивший к нему кукольник развернулся, перенес вес тела на передние ноги, а задней ударил капитана. Человека такой удар переломил бы надвое, разбил бы грудную клетку, позвоночник, разорвал бы легкие, но и массивному капитану кзинов пришлось несладко. Его подбросило в воздух, прокатило пару метров по льду, и он остался лежать брюхом вниз, выпустив из рук тнуктипское оружие.

Безумный кукольник помчался к «Солнечному Лучу», а Джейсон подобрал оружие, выпавшее из рук капитана, по инерции пробежал какое-то расстояние, остановился и обернулся.

Между Анной-Мари и Джейсоном уже стоял эксперт по оружию, а все остальные кзины целились в него из силовых пистолетов.

— Джейсон, беги!!! — от вопля Анны-Мари у капитана «Луча» чуть не лопнули барабанные перепонки, и он понял, что будет полным идиотом, если немедленно не выполнит приказ жены.

Хафт-капитан, с трудом приподнявшись, увидел, как две фигуры бегут по льду к кораблю землян — кукольник и человек-мужчина. У человека в руке было тнуктипское оружие, и капитан усмехнулся: выходя, он наглухо заблокировал люк «Луча», если бы не это, двое беглецов, пожалуй, смогли бы… Кукольник добежал до корабля гораздо раньше, чем человек, на секунду остановился, а потом помчался дальше по белой волнистой равнине. Человек даже не задержался у входа на корабль, а сразу рванул вслед за кукольником, но удирающего кукольника может догнать разве что меткий выстрел!

— Мазилы! — гаркнул своим подчиненным Хафт-капитан — и тут же со стоном схватился за грудь.

Кажется, у него сломаны ребра… Наверняка сломаны. У кзинов ребра располагаются до самой поясницы, и копыто кукольника смяло как минимум пару из них. Чудо, что двухголовый урод не пропорол оболочку его скафандра!

Его лягнул кукольник… Этот невероятный факт доходил до сознания капитана медленно и с трудом. Смешно. Нелепо. Просто невозможно! Немыслимо — кукольник лягнул кзина!

Хафт-капитан с трудом поднялся, застонав от боли, но его стон тут же перешел в яростное рычание. Тем временем кукольник и человек уже вышли за пределы досягаемости выстрелов и убегали все дальше и дальше.

— Форх, назад! — гаркнул Хафт-капитан.

— Хафт-капитан, я найду их! Они не могли уйти далеко!

— Назад, я сказал! Никого не надо искать. У нас есть жена человека, и если я хоть что-то смыслю в землянах, он сам к нам явится, и очень быстро! Скоро он приползет к нам на животе и будет униженно умолять, чтобы мы забрали у него тнуктипское оружие!

Кукольник превратился в черное пятно, которое становилось все меньше, и Джейсон понял, что гнаться за Нессом — пустая трата времени и сил.

Он остановился, глубоко вздохнул и стал вызывать по радио то кукольника, то жену, но в наушниках царила потрескивающая тишина. Он уже отчаялся получить ответ, как вдруг услышал далекий слабый голос Несса:

— Джейсон?

— Несс! — Никогда бы не подумал, что сможет так обрадоваться голосу кукольника. — С вами все в порядке?! Где вы?!

— Не знаю, как сформулировать точно. Я пробежал шесть или семь миль на восток.

— О’кей. А я сейчас рядом с большим нагромождением скал. Давайте подумаем, как нам встретиться.

— Зачем, Джейсон?

— Вы считаете, что поодиночке безопаснее? — удивился Джейсон. — Я не согласен. Сколько вы сможете прожить в своем скафандре?

— Половину стандартного года. Но помощь придет гораздо раньше.

— С чего вы взяли?

— Я только что связался со своими.

— Что?! Как?!

У Папандреу возникло подозрение, что из-за пережитого стресса Несс окончательно свихнулся.

— Несмотря на недавние перемены в судьбе моего народа, я не могу ответить на ваш вопрос! — высокопарно произнес Несс.

У кукольника есть телепатические способности? Что-то вшито в скафандр или под кожу? А, неважно! Кукольники всегда умели хранить свои секреты, Несс все равно не скажет, как он связался со своими. Главное, что он действительно это сделал… Если, конечно, у него не маниакальный бред.

— Несс, я не хочу вас обижать, но пока ваши сородичи долетят сюда с Андромеды…

— Они сейчас не в Туманности Андромеды, Джейсон.

— А где?

— М-м… Пожалуй, это я могу вам объяснить. Мой народ еще не покинул ту область Галактики, которую вы называете освоенным космосом. Они начали перелет всего двенадцать лет назад и с тех пор ни разу не уходили в гиперпространство. Видите ли, Джейсон, мой народ не собирается возвращаться в эту Галактику, поэтому для него не имеет значения, сколько объективного времени займет перелет. Наши корабли летят со скоростью, близкой к скорости света, и мой народ предпочитает преодолевать лишь опасности обычного космоса, вместо того чтобы то и дело нырять в непредсказуемое и неуютное гиперпространство…

— Черт возьми, Несс, как вам удалось сохранить все это в тайне?! Все думают, что кукольники сейчас уже в Туманности Андромеды!!

— Повторяю, мой народ все еще в пределах досягаемости, и не позднее, чем черёз два месяца, сюда прилетит корабль-разведчик, оснащенный гиперскоростными двигателями.

— Вы сможете продержаться два месяца?

— Конечно. Кислорода в моем скафандре хватит на полгода, а без пищи и воды в случае необходимости я смогу прожить еще дольше. Правда, придется немного померзнуть, но мы куда легче переносим низкие температуры, чем высокие…

— Я рад за вас, Несс. Удачи вам, старина!

— Погодите. А какие планы у вас?

— Честно говоря, никаких. Но я попробую выручить Анну-Мари и в то же время постараюсь не допустить, чтобы оружие тнуктипов снова попало в руки кзинов.

— Сколько вы способны прожить в своем скафандре, Джейсон? — после паузы осведомился Несс.

— Пока не умру от голода. Запас воды и воздуха у меня не ограничен. Ну, скажем, месяц.

— За месяц помощь не подоспеет, — голос кукольника в наушниках зазвучал отчетливей — похоже, все это время он приближался к капитану «Луча». — Джейсон, как вы думаете, кзины вызовут подкрепление?

— Понятия не имею. С одной стороны, их капитан действует как завзятый пират, и официальные круги не должны его поддерживать, если не хотят осложнений с землянами… Но, с другой стороны, кто сказал, что они этого не хотят? И кто сказал, что среди кзинов нет других пиратов, с которыми может связаться наш рыжеволосый дружок? Как бы там ни было, я должен выручить жену, иначе… Вы не представляете, на что способны эти мохнатые дьяволы!

— Джейсон, осталась еще одна позиция оружия тнуктипов. Может, перед тем, как соваться в лапы кзинов, вы ее испробуете?

— Пожалуй, вы правы. Если мне повезет, у меня в руках будет солидный аргумент для разговора с рыжими чудовищами!

Джейсон передвинул бегунок в последнюю позицию. Серебристый шарик повернулся на сто восемьдесят градусов и начал изменяться.

— Получилось, Несс! Что-то получилось!

— Новая форма? На что она похожа?

— На конус с округлым основанием, направленный вершиной прочь от рукоятки.

— Что ж, попробуйте, Джейсон. Прощайте, если все пойдет не так, как надо. Общаться с вами было очень приятно.

— Как близко вы сейчас от меня, Несс? Если эта штука сработает слишком сильно, вас может задеть.

— Ну, тогда мне не так больно будет пережить разлуку с вами!

— И после этого вы говорите, что у вас нет чувства юмора? Прощайте, Несс. Я нажимаю.

Направив вершину конуса на скалу в сотне метров от себя, Джейсон нажал на кнопку. Тусклый голубой луч устремился в пространство, коснулся скалы… И черная глыба вдруг полыхнула ослепительным белым пламенем, а секунду спустя Джейсона накрыла волна взрыва. Лед подпрыгнул у него под ногами, его швырнуло на спину; слегка приподняв голову, он увидел, как в черное небо взметнулся бело-голубой сияющий шар…

— Джейсон, что случилось?! Я видел взрыв! Джейсон, ответьте! Вы живы?!

— Сейчас, сейчас…

Джейсон сел, потом встал, взглянул на то место, где недавно торчала скала…

— Похоже, у меня в руках что-то вроде карманной атомной бомбы, — неверным голосом сообщил он. — Н-да, я думаю, что никогда еще из утробы стазового сейфа не извлекали такой опасной игрушки!

— Я тоже так думаю, — раздался в его наушниках резкий голос. Хафт-капитан!

— Джейсон! Кукольник! Вы меня слышите?

Джейсон слышал его очень ясно, но отвечать не собирался. Он уже улепетывал со всех ног, стараясь побыстрее удалиться от места взрыва. Среди скал кзинам нелегко будет его найти!

— То, что я видел на экране обзора, меня впечатлило. Почему бы нам не договориться, Джейсон? Как воин ты достоин уважения, на которое твой травоядный друг не вправе рассчитывать.

— Как ваши ребра? — осведомился Папандреу.

Ему показалось, или Хафт-капитан и впрямь заскрежетал зубами?

— Джейсон! — секунду спустя отрывисто рявкнул пират. — У тебя в руках уникальное оружие, у меня — твоя самка. Как насчет обмена?

— То есть, я должен вручить вам и оружие, и себя, и свою жену? А вы в обмен на это убьете нас быстро, без мучений?.

— Как только я получу оружие, ты и твоя жена станете мне не нужны. Правда, гиперскоростной двигатель на вашем корабле будет демонтирован, и вам придется возвращаться домой через обычный космос… Но что значит полугодовая прогулка по сравнению с тем, что ждет вас обоих в том случае, если мы не договоримся?

— А Несс?

— Травоядный будет выпутываться сам.

— Нет.

— Давай рассуждать логически. Твой друг не вправе рассчитывать на уважение, которое по праву полагается воину. К тому же он мне кое-что задолжал… — Хафт-капитан снова заскрежетал зубами. — Словом, речь сейчас идет только о тебе и о твоей жене!

— Я не верю ни единому слову грабителя и бандита!

— А тому, что мы уже давненько не ели свежего мяса, ты веришь?

Джейсон невольно вздрогнул.

— Что вы имеете в виду?

— Кзины — плотоядный народ. А сейчас рядом со мной сидит около пятидесяти килограммов аппетитного свежего мяса…

— Не пытайтесь меня запугать! Вы не станете есть своего единственного заложника! Если вы убьете Анну-Мари, ничто не помешает мне пустить в ход оружие тнуктипов!

— Тогда мы съедим руку твоей подруги. Потом вторую. Потом ногу.

Джейсона затрясло. Он достаточно долго воевал с кзинами и знал, что угроза их капитана — не блеф. Эти звери способны на все!

— По крайней мере, сейчас моя жена невредима?

— Пока — да. Хочешь с ней поговорить? Она вместе со всем экипажем слушает тебя по корабельной радии, мы давно уже нашарили нужную частоту. Эй! Вытащите кляп изо рта у самки!

Послышался неясный шум — и Джейсон подпрыгнул от истошного вопля Анны-Мари:

— Джей, милый, не соглашайся! Не отдавай…

Ее голос прервался, и Папандреу почувствовал неистовое желание испытать последнюю позицию оружия тнуктипов на корабле кзинов. Но он не мог этого сделать — на корабле находилась Анна-Мари. И наверняка ее голова не защищена силовой сетью.

— Анна!

Молчание.

Джейсон с отчаянием огляделся — он уже добежал до скал, но теперь не было необходимости нырять в их черную неразбериху. Этот неровный треугольник что-то смутно напомнил ему… Ну конечно — картину в рубке «Солнечного Луча»!

А Несс все это время молчал, как убитый, ни словом не комментируя создавшуюся ситуацию, зато в наушниках слышалась торопливая неясная речь кзинов.

— Джейсон, теперь ты убедился, что твоя подруга невредима! — прорезался сквозь шум четкий голос Хафт-капитана. — Мы требуем, чтобы ты принял решение немедленно.

— Я его уже принял. До скорой встречи!

Джейсон аккуратно положил оружие между тремя острыми скалами.

— Несс, вы меня слышите?

— Да, — голос кукольника звучал неясно и глухо, похоже, он снова ударился в бегство.

— Грани, плоскости, углы, Несс! Вы слышите? Грани, плоскости, углы!

У Джейсона не было ни времени, ни возможности проверить, понял ли кукольник его слова. Впрочем, даже если и понял, что это даст, кроме слабой надежды?

Папандреу глубоко вздохнул и направился туда, где его нетерпеливо поджидали давным-давно не пробовавшие свежего мяса кзины.

— Какого черта ты это сделал, Джейсон? — такими нежными словами приветствовала его супруга, как только убедилась, что капитан «Солнечного Луча» очнулся.

Так и есть — они находились в рубке корабля кзинов, опутанные силовой сетью. На этот раз то была мощная сеть, работавшая от главного генератора корабля, ее вполне хватило бы, чтобы удержать взбесившегося слона. У Джейсона и Анны-Мари оставались на свободе только головы, что обеспечивало им, соответственно, свободный обмен мнениями, но исключало малейшую возможность побега…

Впрочем, Джейсон вряд ли смог бы бежать, даже будь он на свободе. Убедившись, что тнуктипского оружия у человека нет, кзины выразили пленнику в соответствующей форме все свое разочарование, и оставалось только удивляться, что он до сих пор жив!

— Порядок, дорогая, — распухшими губами пробормотал Джейсон. — Не волнуйся, у меня есть план…

В глазах у Анны-Мари мелькнула надежда. Если бы она знала, что весь план Джейсона держится на сумасшедшем кукольнике!

Честно говоря, Джейсон и сам мало в чем был уверен.

Их беседу прервал капитан кзинов.

— Ты очнулся!

— Как видите.

— Отлично! Я уж боялся, что мои ребята чересчур рьяно потрудились над тобой и ты не сможешь рассказать, где находится тнуктипское оружие!

— Нет.

— Ты расскажешь это немедленно, или мы оторвем твоей подруге руку.

— И на кой черт ты сюда притащился, Джей?!

— Спокойно, дорогая, у меня есть план!

Его план — это тянуть время, ждать и надеться… Надеяться на чудо, которого наверняка не произойдет.

— План? — прорычал капитан кзинов, нависая над Джейсоном всеми двумястами килограммами своей ярко-оранжевой туши. — Отлично, потому что у меня тоже есть план! Сейчас мы посмотрим, чей замысел сработает лучше!

Хафт рявкнул короткое приказание — и его подчиненные кинулись к Анне-Мари, таща в лапах какие-то приборы. Более-менее узнаваемым среди этих жутких приспособлений был небольшой баллон с насосом и системой трубок из мягкого пластика. Кзины обмотали трубками руку Анны-Мари и, соединив их с насосом, включили его.

Джейсон смотрел на все это с отчаянием, Анна-Мари — с усталой безнадежностью. Ее молчание резало душу сильней, чем самый истошный крик.

— Холодно, — вдруг тихонько пожаловалась Анна-Мари. — Я замерзаю. Они и вправду собираются оттяпать мне руку, но не хотят, чтобы я умерла от болевого шока…

— Я не могу их остановить! Если я скажу, где спрятал оружие…

— Скажешь, скажешь! — посулил Хафт-капитан. — Иначе мы угостим тебя кушаньем из мяса твоей жены!

Знал ли кукольник, что делает, нападая на капитана кзинов? Его маленькое острое копыто разбило больше, чем пару ребер. Хафт-капитан мог стать Хафтом-героем, нашедшим новое сверхоружие. А теперь он жалкий, ничтожный Хафт, которого побил кукольник! Поэтому кзин жаждал заполучить кукольника не меньше, чем оружие тнуктипов, он знал, что не покинет эту планету, пока не сожмет в лапах обе шеи своего травоядного обидчика!

— Что с Нессом? — внезапно спросила Анна-Мари, как будто прочтя мысли оранжевого капитана.

— С ним все в порядке. Он жив и на свободе.

— Скоро мы его возьмем! — прорычал капитан. — Кукольнику нечем драться, да он и не умеет. Неужели вы думаете, что он постарается вас спасти?

— Нет, конечно, — улыбнулась Анна-Мари. — Ну, не смотри на меня так, Джей! У меня отрастет новая рука… Успокойся. Не волнуйся, пожалуйста!

Она никогда еще не видела в глазах мужа такого страдания. Можно было подумать, что это Джейсону, а не ей, будут отпиливать сейчас руку!

Отпиливать? Или отгрызать?

— Хватит! Прекратите! — завопил Папандреу. — Уберите от моей жены эти штуки, я скажу вам, где спрятано оружие тнуктипов!

Кретин, кретин, на что он только рассчитывал, когда шел сюда?!

— Говори! — прорычал капитан.

— Джей, нет! Не говори им ничего! Руку можно будет отрастить снова…

— Только с помощью машин, построенных людьми, — прервал крик Анны-Мари Хафт-капитан. — А здесь таких нет! И мы давно не ели свежего мяса, поэтому я не обещаю, что мы ограничимся всего лишь одной рукой…

— Хафт-капитан, кухня запрограммирована! — доложил один из кзинов на общегалактическом языке.

— Эй, — слабый голос, донесшийся из динамика на пульте, заставил вздрогнуть и землян, и Хафт-капитана. — Попробуйте меня найти, сыновья стондата!

Джейсон не знал, кто такой стондат, но кзины, несомненно, знали: их яростный визжащий рев чуть не разорвал людям барабанные перепонки.

Воинов оскорблял какой-то ничтожный кукольник!

Джейсону показалось, что его враги сейчас передавят друг друга в неистовом желании как можно скорее покинуть рубку и добраться до наглого травоядного, но Хафт-капитан рявкнул:

— Кто-нибудь останется здесь присматривать за пленниками! Мы продолжим, как только расправимся с двухголовым!

— Джейсон, Анна-Мари, — снова зазвучал из динамика голос Несса — на этот раз он говорил быстро и тихо, на человеческом языке. — Рядом с вами остались кзины?

— Да, один, — так же быстро ответил Джейсон.

— Он близко?

— Совсем рядом.

— Когда я крикну: «Давайте!», вы оба должны плюнуть ему в ухо.

— Он окончательно свихнулся, Джей! — с ужасом прошептала Анна-Мари.

— Делай, что он говорит! — резко велел Джейсон.

Он знал, что Несс не свихнулся, и еще он знал, что чудо, на которое он рассчитывал, все-таки произошло.

Только бы их сторож не понимал человеческого языка!

— Давайте! — взвизгнул Несс.

Плевок Джейсона пришелся кзину между ушей. Анна-Мари попала точно в ухо. Кзин взревел и кинулся на людей. Казалось, он сейчас прикончит пленников, но вместо этого только набросил им на головы силовую сеть. Пусть Хафт-капитан разбирается с этими наглецами, когда вернется, а он… Чудовищный взрыв пронес кзина через всю рубку и впечатал в стену под самым потолком.

— Я боюсь за него, — сказала Анна-Мари.

Джейсон оторвал взгляд от пульта управления «Солнечного Луча».

— Я боюсь за него, Джей! Даже в самые худшие минуты его депрессивной стадии я не видела его таким.

— На Джинксе его вылечат. Там остались кукольники, среди них, говорят, есть опытные психологи и врачи.

— Но до Джинкса еще целая неделя. А он совсем не выходит из каюты. Я пыталась с ним поговорить, но… — Анна-Мари потерла культю отнятой кибердоктором руки.

Джейсон с трудом мог выносить этот жест. Снова и снова ему приходилось напоминать себе, что на Джинксе Анне-Мари в два счета отрастят новую руку. А вот Несс… Да, с кукольником все было гораздо сложнее.

— Я думаю, нам лучше оставить его в покое, — нехотя отозвался он. — Несс сидит в каюте, потому что не хочет нас видеть.

— Как?! Что ты такое говоришь, Джей!

— Я в этом уверен. Как бы тебе объяснить… — Он помедлил, подбирая слова. — Помнишь, как Несс лягнул кзина?

— Конечно. Это было великолепно!

— С твоей точки зрения — да, но не с его. Несс подобрал оружие, которое я оставил в скалах, и взорвал корабль кзинов вместе со всем экипажем. Мы с тобой уцелели только потому, что нас с головой накрыли силовой сетью, но ты помнишь, во что превратились кзины в шлюзовом отсеке и на что был похож тот тип, который сторожил нас?

— Да, это было ужасное зрелище, но… Что Нессу еще оставалось делать? Мы оба живы только благодаря ему, он умница, он просто герой…

— Черт возьми, Анна, по меркам кукольников он не умница и не герой, а отъявленный преступник! Пойми, у кукольников добродетелью считается трусость. Несс нарушил все известные ему моральные законы своего народа. Он дрался и убивал, вместо того чтобы убегать и прятаться, и… Никогда еще не чувствовал себя таким безумным изгоем, каким чувствует себя сейчас.

— Ты хочешь сказать, что ему стыдно?!

— Да, но это еще не все. Его поразило, как повели себя мы, когда он отключил спасшую нас силовую сеть. Ты помнишь, что тогда было? Несс стоял и смотрел на останки кзина. Пришлось несколько раз встряхнуть его, прежде чем он обратил на тебя внимание. И что же он выясняет? Что мы не только не приходим в ужас от этой кровавой картины…

— Неправда, я была в ужасе!

— …но и называем его отважным героем. Раньше он относился к нам, как к чудаковатым кукольникам — ведь и мы относились к нему, как к человеку-чудаку, — но теперь он считает нас такими же преступниками, как он сам. Несс стыдится своего чудовищного «преступления», а то, что мы не осудили его поступок, заставило его перенести свой стыд на нас. Поэтому он не хочет нас видеть.

— Сколько еще лететь до Джинкса? — после долгого молчания спросила Анна-Мари.

— Неделю.

— А побыстрее никак нельзя?

— Нет.

— Бедный Несс!