- Да, сэр! - кивнула Гермиона.
- Еще вопросы, мисс?
- Нет, сэр. Доброй ночи, сэр.
- Доброй ночи, мисс Хорн.
Гермиона ушла к себе, а Снейп прошел в гостиную и налил себе эля. Ему было о чем подумать…
Первый же урок у нового профессора произвел на студентов неизгладимое впечатление.
Моуди действительно замечал все. Даже проводя перекличку, он одним глазом — здоровым — смотрел в классный журнал, а вторым буравил вызванного студента.
- Хорн! - вызвал он.
Гермиона встала.
- Что-то я такой фамилии не знаю, - сказал Моуди, - кто твои родители?
- Я сирота, сэр, - тихо ответила Гермиона.
- Сирота, значит? И наследница Слизерина?
Гермиона молчала.
- Что молчишь?
- Я не понимаю, какое это имеет отношение к уроку, сэр, - ответила Гермиона.
Моуди несколько секунд сверлил ее взглядом. Наконец мотнул головой, разрешая садиться. Слизеринцы настороженно затаились. Профессор продолжил перекличку. Он откровенно морщился на фамилиях большинства студентов змеиного факультета. Гарри Поттеру и Рону Уизли он ободряюще кивнул.
Затем профессор взмахнул волшебной палочкой, и на доске появилась тема урока.
- Непростительные заклинания! - загудел класс.
- Да, - рявкнул Моуди, - непростительные! Вы должны о них все знать. Не думаете же вы, что Упивающиеся Смертью пожалеют вас? Итак, кто знает, какие заклинания названы непростительными? Ты, - он ткнул пальцем в Рона Уизли.
Тот встал.
- «Империо», - ответил он, - отец говорил, что в прошлом многие доказывали, что были под «Империо», когда совершали преступления.
- Именно, - кивнул Моуди, - пять баллов Гриффиндору. Многие таким образом отмазывались от ответственности.
Тут он демонстративно посмотрел на Драко. Затем достал банку, в которой сидели три крупных паука. Рон поежился. Моуди достал одного паука и увеличил его с помощью заклинания. Затем наставил на него палочку и отчетливо проговорил:
- «Империо»!
Несчастное насекомое прыгало, крутилось волчком и даже, встал на две лапки, отбило чечетку. В классе послышались смешки.
- Смешно? - прокаркал Моуди. - А если я прикажу ему заползти кому-нибудь из вас в глотку? Или наложу это заклинание на вас и прикажу выпрыгнуть из окна? Или убить кого-нибудь?
Студенты замерли. Профессор снял заклинание с паука, уменьшил его и бросил в другую банку.
- Следующее заклинание. Ты? - он ткнул в Невилла.
Тот медленно встал. Было заметно, что ему тяжело отвечать. Он тяжело вздохнул и решился.
- «Круцио», - почти прошептал бледный Невилл.
- Тебе ли не знать, - кивнул Моуди, - пять баллов Гриффиндору. Смотрите сюда.
Через пару секунд другой паук корчился от боли. Некоторые студенты зажмурились. Невилл сидел, опустив глаза в пол. Наконец профессор снял заклинание.
- Третье непростительное, - сказал он, - кто ответит? Ты?
Он ткнул пальцем в Гермиону.
Она встала.
- Третье непростительное «Авада Кедавра», - ответила она, - убивающее заклятие. Спасения нет. Единственный, кто выжил — Гарри Поттер.
- Точно, - ответил Моуди. - Садись!
Третий паук видимо почуял, что его ждет и замер.
- «Авада Кедавра!» - взмахнул палочкой Моуди.
Зеленая вспышка, паук дернулся и замер, сложив лапки. Студенты испуганно вздохнули.
- У вас так не получится, - хмыкнул Моуди, - даже если вы все наставите на меня свои палочки и одновременно произнесете - «Авада Кедавра». У меня не будет даже насморка.
- А можно попробовать, сэр? - спросила Гермиона.
- Что? - не понял Моуди.
- Ну, вы сказали, что у вас даже насморка не будет, - ответила Гермиона. - Давайте попробуем?
И она достала свою волшебную палочку. Отставной аврор шарахнулся в сторону.
- Стоять! «Экспелиармус!»
- «Протего!» - отбила разоружающее Гермиона.
Студенты заинтересовано смотрели на слизеринку. Некоторые тоже достали волшебные палочки.
- За применение непростительного — Азкабан, - напомнил им преподаватель.
- А если даже насморка не будет? - уточнила Панси.
- Урок окончен! - рявкнул преподаватель. - Десять баллов со Слизерина!
- За что баллы-то? - спросил Гарри. - Вы же сами сказали!
- Все вон из класса!
Студенты потянулись на выход. Драко кивнул на дверь в пустой класс. Ребята дружно зашли туда, расселись по партам и запечатали дверь.
- Точно псих! - констатировал Блейз.
Все еще бледный Невилл покачал головой.
- Делать что будем? - деловито спросил Поттер.
- Пишем жалобу в Попечительский Совет, а дальше как всегда, - сказал Драко.
Студенты кивнули. У них был большой опыт общения с преподавателями ЗОТИ…
- Мисс Хорн, - с тяжелым вздохом спросил Снейп, - могу я узнать, с чего вы вдруг решили пробовать непростительные заклинания на профессорах?
Разговор происходил в кабинете директора в присутствии деканов всех факультетов и злющего профессора ЗОТИ.
- Профессор Моуди показал нам действие всех трех непростительных на пауках, сэр, - ответила Гермиона, - а потом сказал, что даже если мы все наставим на него палочки и скажем «Авада Кедавра», то у него даже насморка не будет.
Флитвик тихонько захихикал.
- Не смешно, Филиус, - заметил Дамблдор, - Аластор, я же тебя просил.
Моуди злобно сопел. МакГоннагал поправила очки.
- Совершенно возмутительный случай, - сказала она, - такого еще не было. Показывать детям непростительные, да еще на живых существах. Вы хоть понимаете, к чему это может привести? Если такие вещи делает преподаватель, значит это можно. Из простого любопытства дети опробуют такое заклинание на тех же пауках, мышах, крысах. А что потом? Фамилиары других студентов? Школьные недруги? Загляните как-нибудь в Больничное Крыло и расспросите Поппи. Если ребенок увидел какое-нибудь заклинание в действии, он, скорее всего, попробует его повторить. Рано или поздно.
- Совершенно согласен с коллегой, - сказал Снейп. - И кстати, Моуди, не обольщайтесь на свой счет. Одного профессора ЗОТИ мисс Хорн уже подстрелила. Причем на первом курсе.
- Северус, это не повод для шуток, - сказал Дамблдор, - должен заметить, что жестокость по отношению к преподавателям ЗОТИ со стороны слизеринцев и гриффиндорцев уже стала нехорошей традицией. Квирелл и Локхарт, конечно, были преступниками. Но Люпина зачем до нервного срыва доводить? Кто написал в домашнем эссе расценки на органы и кровь оборотня? Кажется, мистер Рональд Уизли?
МакГоннагал тяжело вздохнула.
- У мальчика непростая ситуация в семье, - сказала она, - они очень нуждаются. И Рональд старается заработать.
- Люпину повезло, - мечтательно глядя в потолок, заметил Снейп, - живым ушел. И в Азкабан не сел.
Моуди уставился на Дамблдора.
- Ты мне ничего не говорил, - пробормотал он.
Дамблдор виновато развел руками. Флитвик покрутил головой.
- Так что, коллега, вы здорово рискуете, - заметил он, - должность и так нехорошая. А тут еще такой соблазн. Разумеется, мы все проведем беседы с учащимися о недопустимости даже шуточного применения подобных заклинаний. Но кто знает. Как говорит один мой знакомый, вы, Моуди, выпустили джинна из бутылки.
- Мисс Хорн, вы поняли, что не может быть и речи ни о каких проверках? - устало спросил Дамблдор.
- Да, сэр.
- Еще десять баллов со Слизерина. И Северус…
Снейп кивнул.
- Выбирайте, мисс. Жаб потрошить будете? Или гной бубонтюбера выдавливать?
- Как скажете, сэр, - вздохнула Гермиона.
Баллы — это ерунда, она только на рунах пятнадцать получила. А возиться с ингредиентами ей не привыкать. Что с жабами, что с бубонтюберами.
Следующее совещание состоялось поблизости от совятни. Малфой зачитал всем ответ своего отца, который советовал держаться от Моуди как можно дальше, потому что с психа взятки гладки. Сам же Люциус собирался надавить на все рычаги, чтобы ненормального преподавателя как можно скорее убрали из Хогвартса.
- Все равно будем следить, - сказал Блейз, - вдруг еще как подставится. Такой псих может и на нас непростительные накладывать.
- С него станется, - кивнул Невилл.
- А он, похоже, врал, - заметил Блейз, - раз ему от нашей «Авады» ничего не будет, чего он так задергался?
- Так Хорн у нас наследница самого Слизерина, - хохотнул Нотт, - у такой может все получиться.
- Не о том думаем, - сказал Драко, - что с психом делать будем?
- Ну его, - сказал Рон, - и чего гадость всякую на урок таскает? Еще бы пикси увеличил и мучил.
- Если пикси еще и увеличить, то вопрос: кто кого мучить будет, - заметила Панси, - у Локхарта они палочку только так отобрали.
- Гигантские пикси, накладывающие «Круцио» на бывшего аврора, - хихикнул Блейз, - это что-то.
- Да ладно тебе, - фыркнули девочки.
- Отец говорит, что Моуди параноик, - вспомнил Рон, - он пьет только из своей фляжки, накладывает кучу следящих чар и вечно говорит о постоянной бдительности. Ему вечно что-то мерещится. Недавно к нему на задний двор бродячая собака забрела, так он заперся в доме и заколдовал мусорные баки так, чтобы они стреляли. Отца еще до завтрака на работу выдернули, и еще бригаду обливиаторов вызвали.
Слизеринцы переглянулись.
- Бродячая собака, говоришь, - протянула Панси…
Следующий урок ЗОТИ у четвертого курса Гриффиндора и Слизерина начался с эффектного появления профессора. Моуди промаршировал к преподавательскому столу, резко развернулся и обвел класс тяжелым взглядом.
- Значит так, - начал он, - мне сообщили, что вы устраиваете охоту на профессоров ЗОТИ. Так вот, зарубите на носу, со мной эти ваши штучки не пройдут.
На задних партах Рон, Дин, Шеймус, Винс и Грег под столами вливали свежепойманным крысам в глотку увеличивающее зелье. Остальные старательно прикрывали их, расправив мантии, растопырив локти и колени.
- Что тут у вас? - грозно спросил преподаватель.
Мальчишки выложили крыс в проход. Рон показал всем, как нужно прижать крысиные хвосты, чтобы животные побежали по прямой.
- Что здесь… - начал было Моуди и замер.
Прямо на него неслись крайне злобные крысы, которые при этом стремительно увеличивались в размерах.
- Фините Инкататем! - взмахнул палочкой Моуди.
Разумеется, ничего не произошло. На опоенных зельем грызунов «Финита» не действовала. Моуди попятился, а потом принялся прицельно отстреливать крыс. Самая последняя заметалась, ударила мощным хвостом по деревянной ноге профессора, сбила его с ног, вышибла дверь и выскочила в коридор. Моуди взвыл от боли.
- Ах вы, гаденыши! - прошипел он.
Студенты с интересом смотрели на крысиные трупы.
- Вы не любите животных, сэр? - невинно поинтересовалась Панси.
Откуда-то из коридора донесся вопль ужаса.
- Значит, животные?! - уже рычал Моуди.
Судя по всему он упал на копчик. Да и крыса его не слабо приложила. Ее хвост был потолще руки Гойла.
В класс стремительно вошел Дамблдор.
- Что тут у вас происходит? - спросил он. - Что это такое?
- Крыс натравили, - отчитался Моуди. - Но ничего, я разберусь.
- Интересно, что такое с крысами? - заинтересовался Дамблдор. - Они должны были уменьшиться. Разве что… ну конечно же, как я сразу не догадался. Зелье. Кто автор идеи?
На директора мрачно смотрели студенты двух факультетов.
Дамблдор вздохнул.
- Скажите откровенно, - спросил он, - чего вы добиваетесь?
- Нормального учителя, - ответило сразу несколько голосов.
- Как интересно, - покачал головой Дамблдор, - не кажется ли вам, что вы много на себя берете?
Студенты зло смотрели на него. Директор снова вздохнул.
- Пойдем, Аластор, - сказал он, - нам надо поговорить.
Моуди с трудом встал и похромал вслед за Дамблдором.
Северус Снейп с тоской смотрел на директора Хогвартса, рядом хмурилась МакГоннагал. Флитвик пил чай. Профессор Спраут была занята в своих теплицах. Моуди пришлось отправить в Больничное Крыло.
- С этим надо что-то делать, - сказал Дамблдор.
- Может, действительно кого-нибудь нормального нанять? - предложила МакГоннагал. - Как ни крути, а дети правы.
- Моуди будет мстить, - покачал головой Флитвик, - а эти дети чувствуют свою силу. Это может очень плохо закончится.
- Мы не можем идти на поводу у детей, - ответил Дамблдор.
- Придется, - ответил Снейп, - директор, вы действительно не понимаете? Меньше чем через месяц здесь будет полным полно иностранных студентов, гостей, прессы. И что они увидят? Сумасшедшего отставника, воюющего с подростками? Я уже вижу заголовки: «Дамблдор не контролирует школу», «Кому доверили наших детей?» и тому подобное.
- Северус прав, - кивнула МакГоннагал, - а если еще всплывет история с непростительными…
- Странно, что Аластор спасовал перед этими крысами, - заметил Дамблдор.
- Ничего странного, - ответил Флитвик, - он привык к тому, что у него есть авторитет, что в аврорате его ценят и уважают, даже побаиваются. А для этих детей он - выживший из ума старик с садистскими наклонностями. Он посадил в Азкабан родственников многих из них. Думаете, они не захотят отомстить? А если он попробует действовать теми методами, к которым привык, то для него это может очень плохо кончится. Моуди не умеет общаться с детьми, не понимает их. Готов ломать и крушить. Он и перед крысами растерялся потому, что не ожидал таких слаженных действий и круговой поруки от слизеринцев и гриффиндорцев.
МакГоннагал тяжело вздохнула.
- Никогда не думала, что они смогут так сдружится.
- Я бы скорее назвал это деловым сотрудничеством, - ответил Флитвик, - они ведь объединяются только против реальной опасности и нелюбимых преподавателей? Или нет?
- Да, - кивнула МакГоннагал, - я знаю, что мисс Хорн надоумила младшего Уизли, как заработать деньги. Была еще эта история с одеждой Гарри, с тем, что ему посоветовали, где искать информацию о семье.
- Вот видите, - поднял палец Флитвик, - дети умеют думать. Тот, кто дает тебе добрый совет, или может прикрыть твою спину от опасности, врагом быть не может. А тот, кто пытается настроить против подобного союзника, становится врагом.