меньше оружия, купленного у нас же. Оружия современного в смысле уровня

электроники, массового поражения, слежения и самонаведения — ничего этого нет.

Чего, казалось бы, можно ожидать? Что произошло бы — и неизменно происходило —

сто, двести, четыреста лет назад, если агрессивные малоразвитые напала! и на

вооруженных до зубов высокоразвитых? Происходило превращение бедных дикарей в

прах и пепел. Геноцид, выжженная земля, колонизация, рабство.

Что происходит сегодня? Международные нормы и уставы, правозащитные организации и

гуманитарные миссии. «Террорист не имеет национальности», «мы воюем с

преступниками, а не с народом», «необходимо сесть за стол переговоров», и вообще

«пределы необходимой самообороны» и «адекватные или неадекватные ответные меры».

Кто навязал эти нормы большим дядям с оружием? Сами на себя навесили. Результат?

Уже много лет фронт «мы — они» проходит по трем основным точкам: Израиль, Чечня, Балканы. И «мы» никак не можем победить «их». Потому что они готовы на любые

действия и прибегают по возможности к любым действиям — а мы сами ограничиваем

себя, потому что мы демократы и гуманисты. Они могут взрывать дома, убивать мирных

людей, брать заложников, торговать людьми. Наши осатаневшие солдаты доходят до того

же самого, но за это их, вообще-то, положено судить, это противоречит нашей

официальной политике.

С первого дня создания ООН государства Израиль арабские соседи (которые в десятки раз

многочисленнее и обширнее) открыто провозгласили курс на уничтожение Израиля. Не

признавать, уничтожить, сбросить в море. Смогли бы — и сбросили. Пока не смогли.

Израиль же, выиграв все войны, оставил соседей на месте, хотя реально имел

возможность снести столицы, уничтожить военную структуру, диктовать мир с жесткой

позиции силы. Но — международное общественное мнение и гуманизм.

Россия могла повторить опыт товарища Сталина и загнать всех этнических чеченцев в

степную резервацию, силы есть; и не было бы давно никакого чеченского терроризма.

Но…

Америка могла бы интернировать всех своих выходцев из «террористических стран»,

взять в заложники всю многочисленную родню Бен Ладена и диктовать ультиматумы.

Но… вы с ума сошли! Вместо этого Америка пробомбила сербов, пытавшихся вышибить

со своей земли исламистов, которые явочным порядком оттяпали часть их территории.

Потому что гуманизм и справедливость.

Кто сильнее: группа отчаюг с автоматами, готовых на смерть и на убийство сотен

заложников — или страна с военной махиной и спецподразделениями, которая

захваченных террористов даже не расстреливает, а проверяет, хорошо ли их содержат в

тюрьме? Пока мы. Но так ли?

Кто сильнее: камикадзе, готовый взорвать себя и способный убить спецназовца и тысячу

его соплеменников — или спецназовец, также способный убить камикадзе, но не могущий

тронуть его соплеменников и желающий выжить сам? Ага. Спецназовцев больше, и

вооружены они лучше. И тягаются кучей с парой фанатиков. На равных.

Упростим. Кто сильнее: супербоец с кодексом правил — или блатной, ткнувший его сзади

заточкой в почку?

Упростим. Кто сильнее: страна-террорист, дай ей равный уровень вооружений и

экономики — или численно равная ей страна первого мира? Кто более готов сдохнуть и

победить?

Сила — это не то, что обладает всей атрибутикой силы.

Сила — это то, что добивается поставленной цели.

Какой ценой? У жизни и истории одна цена — любая.

В конце концов всегда побеждает тот, кто готов платить за победу большую, любую цену.

Если останется жив. А он останется жив. Потому что мы ему это гарантируем.

«Они» сильнее духом. На большее готовы. Каждый день жертвуют собой, уничтожая тех, кого считают врагами.

Они готовы уничтожить нас всех. Мы их — нет. Они готовы уничтожить нашу культуру.

Мы их — нет. Побеждая — мы щадим их и оставляем возможность реванша в

бесчисленный раз. Победив, они не пощадят нас, и реванша не будет.

Вот таков расклад духовных сил.

Их общество — более молодо, здорово и потентно. Это ничего, если малограмотно, это не

главное. А если нетерпимы — то это аспект решительности, агрессивности, порыва к

экспансии.

Структура их общества более энергетична. Более энергосодержаща на системном уровне.

Колоссальное разграничение мужской и женской ролей в обществе. Это плохо для

женщины — но это высокий уровень биполярности системы, высокая энергетика

структуры.

Жесткое соблюдение религиозных предписаний и запретов. Это ограничивает личность —

но, опять же, повышает структурный уровень системы, ее энергосодержимость.

Запрет на все формы сексуального разврата. Быстрое и жестокое наказание преступников.

То есть: норма и патология резко разграничены, никакого уравнивания и смешения в хаос

— низкий уровень энтропии общества, высокая энергопотентность.

Права личности весьма ограничены и подчинены предписаниям религии и государства. То

есть: объединение усилий, энергий, отдельных людей в единых порывах и направлениях

— суммирование человеческой! энергии общества. Все действуют менее сами по себе, а

более единообразно и соподчиненно, чем у нас.

И — у них есть серьезнейшие надличностные ценности. Твое дело, долг, священная

обязанность (пусть это называется «дело ислама») — несравненно выше и главнее твоей

жизни. И жертвуют собой добровольно и ежедневно.

Их система дает им большее напряжение чувств, чем наша — нам, коли они так жертвуют

собой!. Самопожертвование — верх субъективного действия.

И цель их — максимальное действие. Уничтожить нашу цивилизацию и заменить своей.

Преобразить сегодняшний мир. Любым путем.

А наша цель — всего лишь сохранить статус-кво. Чтоб нам было по-прежнему сытно,

приятно, свободно, сексуально, разнообразно и интересно. И в средствах мы

самоограничены, что условно называем «гуманизм».

Условно — потому что не можем перерезать горло врагу-убийце, но можем накрыть

бомбовым ковром площадь, зная, что погибнут женщины, дети и старики. Ни генерал, ни

летчик не видят лиц — отдают приказы и нажимают кнопки. Получается, что мы не

столько лучше их, сколько подлее. Они убивают откровенно — а мы суетимся, пытаясь и

на елку влезть, и пирожок съесть.

Если сравнивать системы на уровне духовных напряженностей, силы психических связей, максимальной целенаправленности — их система сильнее нашей. Поливайте как хотите: дикарская, темная, фанатичная, отсталая — но сильнее.

Образование — дело наживное. Ментальность — относительное, фанатизм —

стилистически отрицательное обозначение самопожертвенной убежденности. А на уровне

духовной системности они сильнее. И у них больше оснований гордиться своими нищими

самоподрывниками, чем у нас — своими оснащенными солдатами.

И рожают они больше, и становится их все больше, а нас все меньше.

Так за кем будет конечная победа?

Или мы будем столь же решительны и жестоки — или, ну, думайте сами, господа. Или мы

вспомним, кем были, когда создавали нашу цивилизацию — или кроме воспоминаний

может ничего и не остаться.

И что характерно: если раньше по миру распространялось христианство — то сегодня оно

сдает позиции исламу (и индуизму). И не только афроамериканцы меняют Христа на

Магомета, но уже и европейские аристократы начинают делать обрезание и опускаться на

молитвенный коврик! Христианство ослабло и теряет напор, Папа Римский попросил

прощения уже у всех, кажется, кого христианство обидело — а где ж ты найдешь за две

тысячи лет необиженных. А комплекс вины — это уже аспект комплекса

неполноценности. В христианстве сегодня можно все — а ислам дает жесткие точки

опоры. Аллах принимает ответственность на себя, мусульманин имеет более четкие

ориентиры в жизни, чем современный «всепогодный» христианин в своей цивилизации

вседозволенности.

Рядовому человеку нужны жесткие внутренние предписания, потому что быть свободным

рядовой человек не может, не способен, не для толпы это дело. Ислам сегодня полнее

удовлетворяет этой потребности в опорах, в уверенности того, «как надо». Он чище, яснее, решительнее. И менее погряз в грехе, потребительстве и распутстве. Жертвенности в нем

больше, целеосмысленности.

Проигрываем духовное соревнование?

(А кому надо больше тонкой духовности — разновидности индуизма тоньше и

изощреннее христианства.)

Как бы и религия наша как-то состарилась и надоела нам, — «перемен! мы ждем

перемен!» «А чтоб тебе выпало жить в интересное время!» Выпало.

О терроризме

Заметьте, господа, когда сгущаются, назревают и подступают серьезные события — жизнь

ускоряется по экспоненте, и ход вещей подобен графику параболы: взлетает по кривой.

Закон лавинообразного нарастания.

Вчера — это было вчера! — рванули взрывы в лондонском метро и автобусах. Сведения

все еще разнятся. Городское движение — Лондона! — остановлено, парализовано. Три в

метро — три в автобусах, или четыре в метро — один в автобусе: красный даблдекер на

экране был развернут розой. Семьсот раненых, пятьдесят убитых, и продолжают умирать

в реанимациях.

Накануне Лондон решили сделать местом Олимпиады-2012, а в этот день в Англии

проходил саммит Большой Восьмерки. Все по уму.

Кто не вдыхал кисловато-удушливый запах сгоревшей взрывчатки; кому не швыряло в

лицо ком теплого мокрого мяса того, кто стоял рядом; кто не видел оторванных детских

рук и ног; кто не слышал вопля человека с разорванной печенью; кто не скользил

запутавшимися ногами в кишках на асфальте; кто не сгребал лопатой останки в черные

пластиковые мешки; — тот очень слабо представляет себе, что такое современный

терроризм. Цветной телеэкран наряден, дикторы стильны, речь корректна, картинка

щадяща.

Вот когда вам войдут ржавые обрезки в пах и разломит грудную клетку — тогда вы

запоете; если успеете.

И что же заявил этот моральный урод, это ничтожество ума и воли, исполняющее сегодня

обязанности премьер-министра Великобритании? Во-первых, что «террористы будут

найдены и преданы справедливому суду». Ну так хрен вы их найдете, они уже в

исламском раю, а максимум, что им может грозить — это пожизненное заключение в

камере со сливным унитазом, телевизором, возможностью читать и писать, и прочие

гуманитарные физкультуры и сбалансированное питание. Во-вторых, премьер заверил, что

«террористам не удастся заставить нас отказаться от ценностей нашей демократии». Этот

новояз, этот воляпюк, эта демагогия для мировых СМИ в переводе на человеческий язык

означает: мы и впредь будем пускать к себе кого ни попадя, мы и впредь будем кормить

миллионы отребья со всего мира, нелегально проникшие в Англию, мы и впредь будем

предоставлять все равные с нашими права инородным толпам, открыто выражающим

стремление нас уничтожить, вытеснить, заставить жить по-своему, заменить собой в

нашем же доме. В-третьих, этот премьер поблагодарил исламскую общину Англии за

хорошее поведение, гарантировал от любых неприятностей и заверил, что террористы не

имеют никакого отношения к «настоящему исламу».

Все современные лидеры демократических стран — заурядности. Их деятельность носит

протокольный характер. Они представительствуют. Реально правят союзы, партии и

кучки, состоящие из групп профессионалов в большом бизнесе, топ-менеджменте,

силовых структурах и политтехнологиях. Лидер должен иметь биографию, имидж и

харизму — для масс на выборах. Эти виртуальные качества можно создать за деньги.

Перед выборами политическая партия выбирает себе подходящее «сырье», подвергает

экспертизе и «раскручивает». Речи этим недоумкам пишут спичрайтеры по тезисам

руководителей соответствующих направлений и отделов администрации. Таким образом, премьер может быть дурак, но он озвучивает официальную политику своей страны. И в

этом ужас.

Господа уроды! Умственные убожества, толпа баранов, вообразивших себя чем-то, потому

что они получили богатое наследство! Вы хоть сейчас уже понимаете, что вас элементарно

убивают? Не как отдельных личностей — а как этнос, цивилизацию, культуру, христиан, европейцев?

Вы понимаете, что любое сложившееся положение необходимо имеет причины,

основания, предпосылки, мотивы к тому, чтобы из прежнего оно сложилось именно в

нынешнее?

Вы наотрез отказываетесь разбираться в сущности и причинах современного терроризма

— потому что анализ терроризма кардинально противоречит неолибералистской этике и

идеологии, господствующим сегодня. Истина противоречит вашей теории и морали — и

вы с негодованием жертвуете истиной вместе со своей цивилизацией и народом.

Европа дата миру все. Наука, техника, культура, прогресс, могущество, свобода, комфорт

— это все Европа. Мало-мало что внесли в мировую сокровищницу все остальные, вместе

взятые, по сравнению с нами. Все, чем вы пользуетесь — наше.

«Я щажу живых ради мертвых», — с издевательским благородством сказал Сулла

сдавшимся грекам. Рим наследовал прошлое Эллады.

Я презираю Европу. Так презирают быдло, пробравшееся в дом богача и философа и

начавшее разбазаривать добро и изрекать бред с важностью и самоуважением того, кто

будто бы сам это нажил и заслужил.

БЫДЛО — ЭТО ЗАУРЯДНОСТЬ, ВООБРАЗИВШАЯ СЕБЯ ЭЛИТОЙ ПО

ПРИЧИНЕ ЕДИНООБРАЗИЯ МОДНЫХ ПРЕСТИЖНЫХ МНЕНИЙ

Сегодня мода на политкорректность и на усыновление в благополучных странах

дефективных детей из бедного мира. А в XIX веке было политкорректно ездить для