«Достаточно, чтобы кого либо из них схватил апоплексический удар, – думал Тито, – и сейчас же было бы три свободных места: исчез бы покойник и два его соседа, которые унесли бы его. Люди чувствуют больше сострадание к умершим, чем к живым».
– Trente et un: rouge impair et passe!
Старая дама, которая все проиграла, не двигалась с места. По меньшей мере – сохранить за собой место.
– Эгоистична, как солитер! – громко сказал Тито.
Сидевший перед ним господин обернулся:
– Арнауди?
Это был старинный друг детства.
Что за наказание Господне эти друзья детства! Имев несчастье встретить их в то время, когда у тебя не было еще достаточно здравого смысла, ты должен переносить их всю жизнь и встречаться в разных частях света!
– Проиграю вот эти тысячу пезет, – сказал Тито друг детства, показывая на стопку жетонов, – и пойдем.
Тито стоял и раccуждал сам с собою: игра – это не что иное, как конденсированное существование: жизнь – это четверть часа игры в рулетку; кто выиграл, тот достиг своей цели; а для того, чтобы выиграть, достаточно, чтобы господин справа отвлекал твое внимание, а дама слева мешала тебе ставить туда, куда ты хочешь; довольно, чтобы ты сидел вблизи небольших цифр, когда они выходят, или довольно услышать шепотом сказанный номер и поставить на него.
– А ты выигрываешь? – перебил его размышление приятель.
– Сегодня я не играл, но всегда проигрываю, -
ответил Тито. – Для того, чтобы выиграть, играют только старые кокотки в отставке.
Приятели разошлись в разные стороны.
Тито направился к своей гостинице. На улицах и бульварах кипела обычная жизнь больших городов: сновали парочки влюбленных, бесшумно катились автомобили, слышался беспрерывный говор и смех.
Когда Тито поднялся к себе, Мод еще не было дома. Он нервно ходил по комнате, садился на кровать, перечитывал в сотый раз давно знакомые правила гостиницы, открывал окно и смотрел на замирающий город.
Кокаины все еще не было. Закрыл окно и стал медленно раздеваться.
– Ты еще не спишь? – спросила Мод, появляясь неожиданно со шляпой в одной руке, а другой проводя по волосам.
– Как видишь… – холодно ответил Тито, завязывая пояс пижамы.
– Что с тобой? – спросила Кокаина, заметив на лице друга призиаки плохого расположение духа.
– Где ты была до сих пор?
– Вот тебе раз! Где же я по-твоему могла быть?
– Об этом я и спрашиваю.
– Я каталась на автомобиле.
– С кем?
– С Аргведосом.
– Это студент?
– Да.
– В автомобиле? Но, если у него есть деньги на автомобиль, то лучше заплатил бы за санаторию.