– Какую сделку ты заключил с ирландкой? – Майк Райан откинулся на спинку кресла, поднял бутылку и отпил пива.

– Нет никакой сделки, – ответил Брейди, делая вид, что изучает этикетку на своей бутылке. В его памяти еще было свежо воспоминание о том, как он поцеловал Эйне, и кровь продолжала бурлить в жилах, но обсуждать это ему совсем не хотелось. – Пока мы делимся мнениями о переделках в замке, а потом она вернется домой. Конец истории.

– Ну конечно. – На губах Майка заиграла ленивая улыбка. – Вот почему у тебя застывает лицо, стоит о ней упомянуть.

Брейди бросил на друга тяжелый взгляд. Они сидели за своим обычным столиком в баре, и он должен был бы чувствовать себя расслабленно, но этого не было и в помине. Не стоило ему целовать Эйне, но, проклятье, какой мужчина способен устоять перед восхитительными, развевающимися на ветру волосами и сверкающими изумрудными глазами?

Пытаясь выиграть время, Брейди обвел взглядом бар. Прочные дубовые столы блестели. Верхний свет был достаточно ярким, чтобы хорошо видеть друг друга, но не слепил глаза, а музыка не мешала разговорам. Между столиками сновали официантки в джинсовых шортах и желтых рубашках с логотипом «Лагуна в Лонг-Бич».

Брейди и братья Райан посещали этот бар с тех пор, как приобрели викторианский особняк на берегу океана. Он находился всего в нескольких шагах от их офиса, еда здесь была отличная, и они могли поделиться друг с другом мыслями и обсудить дела за бутылкой холодного пива с кольцами лука. Однако, как понял Брейди, сегодня вечером разговор о делах в меню не входил.

На лице Майка было написано неприкрытое любопытство. Ясно, что он будет доставать его, пока Брейди не уступит. Но попытаться закрыть тему все-таки стоит.

– Она выполняет ту работу, которая мне нужна, и на этом все. – Он схватил луковое колечко и принялся энергично его жевать.

– Рад слышать, – кивнул Майк. – Ну что ж, раз между вами ничего нет, тогда ты не будешь возражать, если я приглашу ее на ужин.

– Возражаю. – Брейди сурово взглянул на друга.

Трудно сказать, куда могут завести его отношения с Эйне, но будь он проклят, если позволит кому-нибудь за ней приударить.

Майк усмехнулся:

– Интересно…

– Сотри с лица усмешку, – хмуро посоветовал Брейди. – Между нами ничего нет, и между вами тоже ничего не будет. Она работает на нас, Майк.

– Но, Брейди, мы живем не в Средневековье, – рассмеялся Майк и хлебнул пива. – И ты не герцог, владелец замка, который позволяет себе флиртовать со служанкой.

В общем, был вынужден признать Брейди, он ведет себя нелепо. Однако он был уверен, что шашни на работе заводить не следует, если, конечно, не ищешь неприятностей на свою голову.

– Все равно, – упорствовал он.

– Ну да. Если закрыть глаза, то, конечно, можно утверждать, что служебных романов не бывает. Но как же быть с Джейми и Полом из бухгалтерии? Чем они, по-твоему, занимаются?

– Может, для разнообразия работают? – бросил Брейди.

Молодые люди были настолько увлечены друг другом, что частенько забывали о работе.

– Ладно, очко в твою пользу. – Майк подался вперед, подцепляя луковое колечко с тарелки. – Ничего страшного не случится, если ты позволишь себе немного расслабиться в ее присутствии.

– Я и так расслаблен, – заявил Брейди.

Черт, если бы он позволил себе расслабиться в присутствии Эйне еще чуть-чуть, то начал бы искрить. Единственное, что могло снять напряжение в его теле, – это секс. С ней. Но этого не будет.

Вообще-то он пришел сюда, чтобы встретиться со своими партнерами и, если повезет, на некоторое время забыть об Эйне. Нужно срочно переключиться на предмет, который Майку не хочется обсуждать.

– Раз тебя интересуют служебные романы, что за сделку ты заключил с Дженни Маршалл? – поинтересовался Брейди.

Лицо Майка помрачнело. Он отправил лук в рот, пожевал, проглотил и сделал глоток пива, прежде чем ответить.

– Как ты сказал о себе и Эйне, между нами нет никакой сделки. И вообще, что ты несешь?

– Шон, может, этого и не заметил, но я не Шон, – сообщил Брейди. – Я видел, как Дженни посмотрела на тебя, когда принесла свои наброски. Готов поспорить, что у тебя даже волосы запылали.

– Ну, спасибо.

– Что между вами происходит?

Майк глотнул воздух, как вытащенная на берег рыба, помолчал и наконец неохотно признался:

– Примерно год назад мы провели какое-то время вместе.

– До того, как она устроилась к нам на работу? И где вы познакомились?

– На конференции производителей компьютерных игр в Фениксе, – пробормотал Майк. – Я познакомился с ней в баре накануне открытия, а на следующий день обнаружил, что она сидит в киоске «Снайдер».

– Графическая программа Снайдера?

– Ну да. Похоже, она племянница старика. – Майк пожал плечами, но Брейди успел разглядеть, как в глазах друга что-то мелькнуло.

– Ясно.

Точнее, ничего не ясно. Стоило перевести тему с Эйне на Дженни, как у Майка сделался такой вид, будто он выпил горькую микстуру. Брейди был донельзя заинтригован. Кроме того, эта тема позволяла ему на время забыть о своих проблемах.

– И что случилось? – спросил он.

– Что значит «что случилось»? – Майк сделал знак официантке принести еще две бутылки пива. – Мы познакомились. Попрощались. Потом ее нанял Шон, и мы избегаем друг друга.

– Ого, – негромко заметил Брейди. – Похоже на сказку.

– Очень смешно. Не думай, что я не заметил, как ты сменил тему.

– Я не сомневаюсь, что у тебя есть голова на плечах, – кивнул Брейди. – Но почему ты ее избегаешь?

– Я не вижу смысла притворяться, что мы с ней можем стать друзьями. Она мне не нравится. Как, впрочем, и я ей. Так что давай на этом закончим.

– По-моему, ты недоговариваешь.

– Черт! Ну да, так и есть, – согласился Майк. В этот момент в бар зашел Шон. Майк поспешно обратился к Брейди: – Как ты заметил, мой братишка, похоже, не видит, что между мной и Дженни что-то происходит. Пусть и дальше остается в неведении.

– Перестань намекать на меня и Эйне, и я буду держать рот на замке.

– Идет. – Майк повернулся к брату: – Ты опоздал, а у нас закончились луковые колечки, так что следующий заказ за тобой.

– Почему за мной, если вы съели их вдвоем? – запротестовал Шон, но махнул рукой официантке.

Брейди вполуха слушал, как Райаны добродушно поддевают друг друга. Он снова размышлял об Эйне и был вынужден признать, что после новости о непростой ситуации Майка и Дженни ему стало немного легче.

Но положение Майка сложнее, так как Дженни никуда не собирается, а Эйне скоро вернется в Ирландию.

Странно, но мысль о ее отъезде не сделала его счастливее.

Через два дня офис оккупировали художники, поэтому встреча состоялась у Брейди дома. Точнее, в его пентхаусе, который располагался в том же отеле, где жила она.

Эйне не знала никого, кто жил бы в отеле, и, побывав в пентхаусе Брейди, она решила, что это попросту невозможно. О, в пентхаусе были прекрасные, роскошно обставленные комнаты, из окон открывался замечательный вид побережья, однако не было ни одного намека на то, что это настоящий дом.

Эйне бродила по жилищу Брейди. Пока разговор не касался замка, и она не принимала в нем участие. Братья Райан и Брейди обсуждали очередную игру, а Эйне обследовала его поистине королевские апартаменты, надеясь найти следы того, чем живет Брейди Финн, и не находя их. Да, конечно, все здесь говорило о его богатстве, но не было ничего, рассказывающего о его характере.

Она не нашла никаких личных вещей, кроме нескольких книг, аккуратно сложенных стопкой, и трех фотографий в рамках, на которых был запечатлен Финн с Райанами. Если бы не это, нельзя было бы доказать, что пентхаус имеет хоть какое-то отношение к Брейди. Цветы, без сомнения, принес кто-то из персонала. Красивые картины на стенах, органично вписывающиеся в интерьер, были собственностью отеля.

В номере было очень мило, однако сердце оставалось холодным, и, несмотря на роскошь, здесь чувствовалась пустота. Ни кусочка души Брейди не вложил в свой дом. Намеренно? Если нет, то, может быть, он такой же, как его дом? Красивая, но пустая раковина? Или он тщательно скрывает свои чувства?

Эйне решила, что, скорее, последнее. У нее сложилось впечатление, что Брейди дистанцируется от любых проявлений эмоций. Плохо, что ее влечет к нему, поскольку будущего у них нет – он сам дал ей это понять. Нельзя забывать, что она приехала в командировку. Совсем скоро она вернется в Ирландию, а на память о Брейди ей останется разве что его голос по телефону или подпись на чеке.

Однако Эйне не могла о нем не думать. Да и поцелуй на пристани не позволял ей забыть его. Она снова и снова переживала те минуты, несмотря на нелепые заявления Брейди после поцелуя. Такого Эйне еще никогда и ни с кем не испытывала. Вот почему она старалась понять мужчину, который что-то затронул в ее сердце, не прилагая к этому никаких усилий.

– Если волшебный меч может убить банши, то какой в этом смысл? – заявил Шон.

Эйне нахмурилась и повернулась к столу, над которым склонились трое мужчин. Они рассматривали разложенные на нем раскадровки, которые принес Майк.

– Меч, – возразил Майк, – не валяется на земле просто так. Сначала нужно этот меч заслужить, а банши, знаешь ли, будет всячески этому мешать.

– Да, но…

Майк оборвал младшего брата:

– Еще нужно выбраться из Буррена[2], избежать попадания в дольмен[3], решить головоломку и найти ключ к замку, который скрывает этот чертов меч.

Эйне стало любопытно, и она подошла ближе. Буррен, как и Голуэй, ежегодно привлекал тысячи туристов. Разглядывая наброски, она поняла, что никто из мужчин ее не заметил.

– И где будет спрятан этот ключ? – поинтересовался Брейди, ни к кому конкретно не обращаясь.

Майк вздохнул:

– Возле дольмена. Игроку придется решить головоломку, чтобы найти ключ, иначе дольмен его поглотит, и он вернется в начало уровня.

– Как решается головоломка? – спросил Шон.

Майк указал на несколько набросков:

– Вот. Джо пометил расположение подсказок. Их четыре, и каждая ведет к медальону, который содержит часть кода. Нужно собрать все медальоны, ввести код, взять меч и только тогда можно убивать банши. В противном случае игрок перемещается в начало без всякого оружия.

– Неплохо, – кивнул Шон. – Лишить игрока его оружия.

Эйне покачала головой. «Какой странный способ зарабатывать на жизнь, – подумала она. – Взрослые мужчины всерьез рассуждают о банши, зомби и волшебных мечах».

– Я думал, что Ирландия – страна зелени, – заметил Брейди.

– Мама рассказывала нам о Буррене, – объяснил Майк. – А Джо дотошно изучил информацию, так что наброски соответствуют реальности. Кроме того, мы можем поинтересоваться мнением Эйне.

Все трое повернулись к ней. Эйне взяла один из набросков, на котором был изображен пейзаж графства Клэр в лунном свете.

– Буррен – единственное место в Ирландии, которое не утопает в зелени. Там полно известняка, скал и хватает подземных пещер и туннелей…

– Что, если заставить игроков преодолевать пещеры и туннели? – Шон оживленно потер ладони.

– Можно, – согласился Брейди. – Пусть Дженни сделает несколько эскизов, а мы посмотрим, как их можно вписать в погоню за банши.

– Почему обязательно Дженни? – нахмурился Майк.

– А почему нет? – парировал Шон. – Она прекрасный художник.

Майк продолжил негодовать молча.

– Что-нибудь еще, Эйне? – спросил Майк.

– Ничего особенного, – улыбнулась она. – Скорее всего, дело в том, какие чувства вызывает этот голый пейзаж. Угнетает он вас или нет. Это место по-своему красиво, но какой-то дикой и немного пугающей красотой. Люди говорят, что ночью в завывании ветра можно услышать плач мертвецов.

– А вы его слышали? – поинтересовался Брейди.

– Нет, не слышала. Но я не из тех, кто любит бродить по Буррену ночью.

Майк усмехнулся:

– Гнетущее место – это вы хорошо сказали. По крайней мере, оно нам подходит. Надо рассказать Джо о плаче мертвецов. Может, удастся вмонтировать эти звуки в музыку.

– В качестве фона, – задумчиво произнес Брейди. – Мне нравится эта идея.

– Да, – согласился Шон. – Мне тоже. Спасибо, Эйне. Вы, случайно, не хотите получить работу в отделе дизайна?

– Спасибо, нет, – отказалась она. – Работа в замке меня вполне устраивает. Так как насчет Буррена? Вервольфы там тоже появятся?

Эйне не очень нравилось, что Буррен станет местом обитания выдуманных существ.

– Нет, – ответил Шон. – Только банши. И призраки убитых ими людей.

– А еще парочка зомби, – добавил Брейди, показывая ей еще один набросок. – Они тоже убивают людей, но оставляют в них искорку жизни, чтобы те могли им служить.

«Ну, Робби это понравится», – подумала Эйне, скорчив гримасу, когда представила гниющего зомби. Покачав головой, она вздохнула:

– Конечно, банши понадобится парочка-другая слуг. Пусть даже мертвых. Полагаю, этот злой дух ездит верхом на чертенке?

– Неплохой штрих, – кивнул Шон, которому определенно понравилась эта мысль. Он быстро сделал пометку на эскизе. – По-моему, здорово, если банши оседлает какого-нибудь черта. А может, вороного коня с красными глазами, из ноздрей которого валит пар, а с крупа свисают черные цепи, которые только и ждут того, чтобы заковать неосторожного путешественника?

Эйне рассмеялась и взглянула на Брейди, не сводившего с нее глаз. Искренняя улыбка, появившаяся на его лице, очаровала ее. Сердце женщины перевернулось в груди. Этот мужчина оставался для нее загадкой, но в нем было нечто, призывающее ее разгадать тайну его души. «Глупышка, – одернула себя Эйне. – Брейди Финн никогда не будет твоим».

Следующие несколько дней Брейди заставлял себя думать исключительно о бизнесе и твердил, что так будет лучше для них обоих. Если он замечал озадаченность в глазах Эйне – или сожаление в своих собственных, – то не обращал на это внимания. Брейди почти перестал спать. Стоило ему закрыть глаза, как он видел перед собой лицо Эйне. То, что ее номер расположен всего пятью этажами ниже пентхауса, отнюдь не упрощало ситуацию.

Итак, он жил в состоянии хронической усталости, сексуальной неудовлетворенности, и винить в этом нужно было только себя. Будь он другим, просто уложил бы Эйне в постель и снял бы часть напряжения, в котором пребывал, а не продолжал искрить, как оголенный провод. Но Брейди Финн не вступал в отношения, сулящие сложности, а о том, что они непременно возникнут, было написано у Эйне на лбу. Она принадлежала к тем женщинам, которые верят в любовь до гроба, а так как Брейди в нее не верил, не было смысла с ней сближаться. К тому же она здесь не задержится. После того как она вернется в Ирландию, он больше никогда ее не увидит.

И если при этой мысли Брейди испытывал укол сожаления, он упорно это игнорировал.

– Я просмотрела наметки вашего архитектора, касающиеся расширения сада, – заговорила Эйне, наклоняясь через стол, чтобы указать на набросок, о котором шла речь.

– Какая-то проблема? – Брейди взглянул на нее.

Она кивнула:

– Для воплощения своего замысла он собирается срубить дубы, которым четыреста лет.

– Что? – Он нахмурился, повернулся к компьютеру и нашел фотографии замка и прилегающей к нему территории.

Брейди пролистывал фотографии в поисках нужной, когда Эйне обошла стол и наклонилась, вглядываясь в монитор. Его ноздри защекотал ее запах, дразня нервные окончания. Ее мягкие, шелковистые волосы коснулись его шеи, и он резко втянул в себя воздух.

– Вот эта, – сказала она и ткнула пальцем в экран. При этом ее груди коснулись его плеча. – Видите, как деревья закрывают парадный вход замка? Они простояли там сотни лет. Срубить их и выкорчевать пни ради широкой лужайки, дуговой подъездной дорожки, клумбы с георгинами и таблички, оповещающей о том, что это «Замок судьбы», я считаю грехом.

Черт, как можно рассуждать о каких-то там вековых дубах, если она стоит так близко? Хорошо было бы усадить ее себе на колени и удовлетворить свой голод, снова почувствовав вкус ее кожи! Брейди подавил это импульсивное желание и попытался сконцентрироваться. Эйне права. Ни в коем случае нельзя расставаться с проклятыми деревьями только потому, что какой-то архитектор из Калифорнии решил, что главное – это табличка.

Так как говорить ему пришлось сквозь стиснутые зубы, его голос звучал довольно резко.

– Вы правы. Деревья трогать нельзя.

– Чудесно, – обрадовалась Эйне и выпрямилась.

Слава тебе, господи… Впрочем, она не отодвинулась от Брейди, просто стояла рядом и смотрела на него сверху вниз.

– Что-нибудь еще? – Брейди говорил сдавленно, и ему это не понравилось. Он отчаянно надеялся, что Эйне ничего не заметила.

– Вообще-то да, – сказала она, прикусила нижнюю губу, а затем продолжила: – Если вы помните, в первом разговоре мы обсуждали привлечение к реконструкции замка, кроме ваших работников, еще и ирландских строителей.

– Помню.

– Так вот, несколько дней назад я говорила со своей матерью, и она сказала мне, что деревенские жители совсем не в восторге от того, что происходит в замке.

Брейди откинулся на спинку кресла и повернулся к Эйне. Глядя на нее снизу вверх и чувствуя, что преимущество принадлежит ей, он решил эту проблему, встав. Эйне оказалась так близко, что Брейди мог прикоснуться к ней, но он удержался.

– Что именно вызывает неудовольствие жителей деревни?

– Понимаете, все дело в рабочих-американцах, – начала торопливо объяснять она. Брейди был готов слушать ее музыкальный голос часами. – Ваш человек привез команду из Штатов и даже не сделал попытки нанять местных жителей. Люди из нашей деревни считают, что ирландцы тоже должны приложить руку к реконструкции, так как замок находится в Ирландии. Можно сказать, это наш замок.

Брови Брейди полезли на лоб.

– Ваш замок?!

Эйне фыркнула и вздернула подбородок:

– Он простоял не одно столетие, а вы узнали о нем только недавно, поэтому я считаю, что он больше наш, чем ваш.

– За исключением одного небольшого факта, – напомнил Брейди, усаживаясь на край стола. – Мы с партнерами его купили.

Эйне отмахнулась:

– Ну да, вы заплатили за замок деньги, но жители деревни являются потомками тех, кто сражался и умирал за него. Замок Батлер для нас не просто отель. Это наше прошлое. Наша история.

– Если бы не я, Шон и Майк, он постепенно превратился бы в руины.

– Я это не оспариваю.

– Тогда к чему вы клоните?

– Хорошо. Я клоню, как вы выразились, к тому, что если вы хотите заручиться поддержкой деревни – а она наверняка понадобится вам в будущем, – то согласитесь с тем, что привлечь к работам местных жителей просто необходимо.

Брейди скрестил руки на груди и осведомился:

– Это нечто вроде шантажа по-ирландски?

– Нет, – поспешно возразила Эйне, принимая оскорбленный вид, затем ее голос, как и выражение глаз, смягчился. – Я лишь напоминаю о том, что мы уже обсуждали этот вопрос и вы со мной согласились. Брейди, неужели вы не видите? Ведь это деловой подход. Вы дальновидный бизнесмен, так что признайте правоту моих слов. Прикажите своему человеку поговорить с Дэнни Лири из деревни. Тот найдет столько квалифицированных рабочих и строителей, сколько вам потребуется.

Брейди нахмурился, решив, что Эйне старается обеспечить работой своего бойфренда.

– А кем вам приходится этот Дэнни Лири? Любовником?

На лице Эйне появилось ошеломленное выражение, рот ее приоткрылся, и она несколько раз моргнула, не веря своим ушам. Потом она расхохоталась и затрясла головой так, что ее чудесные волосы заплясали в воздухе.

– Дэнни Лири? Мой любовник? Его жена очень удивилась бы, узнав об этом. Как и его дочь Кейт, с которой я училась в школе.

Брейди почувствовал себя идиотом. Эйне продолжала смеяться, и смех ее воспламенил его кровь. Эта женщина выворачивала его наизнанку, и самое худшее заключалось в том, что ей даже не приходилось стараться ради этого.

Эйне смотрела на него, и в ее глазах сверкало веселье. Он повел себя как ревнивый подросток, хотя у него не было на это никаких прав.

– Хорошо, – резко проговорил Брейди. – Завтра я позвоню бригадиру и распоряжусь, чтобы он связался с Дэнни Лири.

– Это будет отлично, спасибо. – Эйне положила руку ему на плечо, и он был готов поклясться, что ее ладонь прожгла его рубашку и, словно клеймо, проступила на коже. Рука женщины опустилась, и ему неожиданно стало холодно. – В деревне любой подскажет ему, где можно найти Дэнни.

– Нисколько в этом не сомневаюсь.

Брейди не представлял, каково это – иметь такие близкие отношения с людьми. Но это, судя по всему, было очень важно для Эйне. Большую часть жизни Брейди прожил один; сначала в этом его вины не было, а затем он осознанно сделал выбор. Он избегал сближения с кем бы то ни было, тогда как Эйне, наоборот, не умела держать людей на расстоянии.

Брейди всегда казалось, что проще всего путешествовать по жизни налегке. Никаких уз. Никаких обязательств. Исключение он сделал только для братьев Райан. Они были единственными людьми, с которыми Брейди позволил себе сблизиться. И ни одной женщине не удалось миновать невидимые заслоны, которыми он себя окружил. Ни одной, кроме Эйне.

Однако это ничего не изменит, напомнил он себе.

Не отводя от нее взгляда, Брейди бросил:

– Что-нибудь еще?

Эйне провела рукой по волосам, и он нашел это движение очень сексуальным.

– В настоящий момент ничего, – сказала она. – Хотя я хотела бы уточнить, сколько еще времени мне придется провести здесь.

Честно говоря, она могла отправиться домой хоть сегодня. Они выполнили почти всю работу, ради которой она была приглашена, а остальное можно решить по Интернету. Но как бы сильно ни хотел Брейди, чтобы она уехала, отпустить Эйне он был не в силах. Это не имело никакого смысла, поскольку он не мог обрести покой, пока она была рядом.

– Хотите поскорее вернуться домой?

Эйне бросила быстрый взгляд на двери, ведущие в патио.

– Жалко оставлять такую прекрасную теплую погоду, но да. Я соскучилась. Разве вы не скучаете по дому, когда путешествуете?

– Нет. – Брейди отодвинулся от нее. – У меня нет дома.

– Я еще никогда не была знакома с человеком, который жил бы в отеле, – мягко сказала Эйне. – Может, вам нужно место, которое вы могли бы назвать своим? Не такое обезличенное, как отель?

Брейди хохотнул. Он не мог представить себя подстригающим газон или пытающимся отвадить чересчур любопытных соседей.

– Нет, спасибо. Отель мне подходит. К моим услугам круглосуточный сервис и горничные, которые каждый день наводят чистоту. Это все, что мне нужно.

– В самом деле? – усомнилась Эйне.

Брейди сам не заметил, как перешел к защите.

– Не все люди жаждут дружить с целой деревней.

Он пересек кабинет и сдернул пиджак с вешалки.

На ужин у них зарезервирован столик, а ему не помешает выпить. Не услышав ответа, Брейди повернулся и нахмурился, обнаружив, что Эйне обиделась.

– Я не хотел вас оскорбить. Моя жизнь устраивает меня. Не многие могут сказать такое о себе.

– Это может сказать любой, – задумчиво произнесла Эйне. – Вопрос в том, сколько человек при этом не солгут.

Она вышла и закрыла за собой дверь. Эйне всегда заставляла Брейди задуматься, пересматривать отношение к самому себе и к тому, как он живет. Уже давно он шел по дороге, которую выбрал для себя, и дорога эта казалась ему прямой и ровной. Сейчас же на ней появилось слишком много кочек.

Глядя ей вслед, Брейди решил, что будет лучше, если он перестанет ее недооценивать, поскольку Эйне Донован имеет раздражающую привычку проникать под кожу и впитываться в его кровь.

Опасная женщина.