Добравшись до офиса в понедельник утром, первым делом Рия увидела прислонившегося к кирпичной стене Натана с планшетом в руке.

Глубоко вдохнув, Рия заставила себя успокоиться. В конце концов, она сама заставила его вернуться в Сан-Франциско и обязана держаться. Ради Роберта и компании.

Разглядывая Натана, Рия при всем желании не могла не отметить, что интересовал он далеко не ее одну. Многие проходившие мимо женщины бросали на него выразительные взгляды, но сам он полностью погрузился в планшет и ни на кого не обращал внимания.

Серая футболка, подчеркивающие крепкие бедра голубые джинсы, слегка влажные волосы, прячущиеся за бородой чувственные губы, накачанные руки… Стоило Рии только взглянуть на это великолепие, как каждый раз в груди у нее что-то болезненно замирало.

А с утра пораньше, да еще при явном недостатке кофеина в организме, эффект был просто ошеломляющим.

– Не трать мое время, – бросил Натан, не отрываясь от планшета.

– Что?

Может, она что-то пропустила? Впервые в жизни она приехала на работу, не проверив по дороге почту. Хотела непонятно кому и непонятно что доказать. А теперь чувствовала себя просто глупо.

Слегка покраснев, Рия быстро вытащила из сумочки телефон.

– Еще не проснулась? Или не с той ноги встала?

– Давай я сперва кофе выпью. А вообще я за выходные ни разу почту не открывала.

Не успела она договорить, как из машины Натана вышел шофер и протянул стаканчик ароматного напитка.

Неожиданно. Сделав пару обжигающих глотков, Рия немного пришла в себя, но откровенничать с Натаном все равно не собиралась.

– А я-то думал, ты круглыми сутками трудишься на благо «Треволога» и вообще вся твоя жизнь полностью сосредоточена на заботах о компании и поместье. Эдакий образец тяжкого труда, преданности любимому делу и прочих достоинств. Разумеется, если забыть о «маленьком недоразумении» с мистером Андерсоном.

Чувствуя себя ведомой на заклание овечкой, Рия при всем желании не могла оторваться от ясных голубых глаз, но тут она слишком резко втянула в себя кофе и, поперхнувшись, закашлялась.

Мгновенно оказавшись рядом, Натан легонько похлопал ее по спине, но она резко отпрыгнула в сторону, чувствуя, что от этой заботы ей стало еще хуже.

– Просто скажи, что у нас сегодня на повестке дня, – наконец-то откашлявшись, выдохнула Рия.

– Британские Виргинские острова.

– В смысле? Мы туда едем?

– Да.

Рия сразу же напряглась:

– Зачем?

Натан придвинулся чуть ближе, и ей сразу же захотелось отступить.

– Один из моих проектов как раз дошел до стадии воплощения в жизнь, а заодно я хочу посмотреть, чего стоит твоя команда в деле.

– Такая поездка ради простого испытания придаст нам налет экстравагантности и породит массу слухов. Я бы предпочла…

– Разве я уже не говорил? Теперь я приказываю и за все плачу тоже я. – Его слова так и сочились высокомерием. – Костяк команды продолжит заниматься сайтом и продажами.

Прикусив так и вертящиеся на языке возражения, Рия глубоко вздохнула. Вместо того чтобы спорить, лучше сразу на деле показать, чего стоят она сама и ее команда.

– Сегодня вечером возвращается Роберт.

– Замечательно, но нас тут пару дней не будет, – улыбнулся Натан, одарив ее насмешливым взглядом.

– Но почему бы тебе сперва…

– Теперь понятно, почему инвесторы так легко от вас отступились. Ты не стремишься заработать и упрямо не слушаешь советов. Можно подумать, ты живешь и работаешь в полной изоляции от других.

– Неправда, я…

Приподняв бровь, Натан сложил руки на груди.

– Ладно. – Не стоит давать ему ни малейшего повода отказаться от договора. – Я готова.

Но почему он так сильно на нее действует? Наверное, она даже пожертвовала бы компанией, лишь бы избавиться от его общества. Но Роберт… Разве можно его разочаровать? Она слышала, как Джеки рассказывала ему о возвращении Натана, а потом с болью и надеждой в голосе Роберт попросил:

– Рия, пожалуйста, не отказывай, о чем бы он ни попросил. Я хочу увидеть сына.

Впервые в жизни Роберт о чем-то ее просил.

– На какой именно остров едем? – спросила она, следуя за Натаном вдоль здания.

– На мой.

Забравшись в лимузин, Рия удивленно на него посмотрела:

– Тебе принадлежит один из Виргинских островов?

– Да.

– Но у тебя же даже дома нет.

– Успела обо мне почитать?

Рия делано равнодушно пожала плечами. Не признаваться же, что обыскала весь Интернет в поисках малейших упоминаний о Натане.

– Немного.

– А что ты надеялась найти?

– Уж точно не список твоих капиталовложений, – огрызнулась Рия, вспоминая статью в «Форбсе» о самых молодых миллиардерах, среди которых оказался и Натан. Похоже, придется признать, что этот человек – прирожденный инвестор и по совместительству один из ведущих филантропов их поколения.

Рия вдоволь начиталась о его щедрых многомиллионных пожертвованиях на благие цели, но так и не сумела отыскать ничего о его личной жизни.

– Я искала что-нибудь личное.

– Зачем?

– Джеки сказала Роберту, что ты вернулся, и он сразу же стал задавать кучу вопросов. А я могла лишь сказать, что ты баснословно богат, заносчив, жесток и…

Натан опасно прищурился, и Рия поспешно себе напомнила, что не стоит его сейчас злить.

– Так весь интерес к моей личной жизни сводится лишь к твоему драгоценному Роберту?

Лучше умереть, чем признаться, что он бесконечно далек от истины. Рия старательно сосредоточилась на электронной почте в мобильнике.

– Эта поездка всего лишь предлог, чтобы…

– Чтобы что? – оборвал ее Натан дрожащим от злости голосом, разглядывая ее так пристально, что она кожей ощущала этот взгляд. – Можешь в любую минуту поставить подпись, и мы раз и навсегда простимся.

Покачав головой, Рия отвернулась. Не готова она с ним тягаться.

Быстро добравшись до частного аэродрома, они молча поднялись на борт небольшого самолета с логотипом «Ранэвей интернэшнл» на боку, и Рия в очередной раз пыталась осознать истинный масштаб влияния и богатства Натаниэля Рамиреса.

Внутри же салон оказался выполнен из кремовой кожи и блестящих панелей, на фоне которых собственные коричневые брюки и светло-бежевая рубашка показались ей какими-то тусклыми и потрепанными. Пока Натан о чем-то разговаривал с пилотом, Рия решила хорошенько осмотреться и сразу же обнаружила, что отдельная каюта в хвосте обставлена лучше, чем ее собственная спальня в поместье.

Глубоко вдохнув, Рия постаралась собраться с мыслями и позвонила Джеки с Робертом, предупредив, что они с Натаном улетают на пару дней.

Они устроились в креслах, и в воздухе повисла тишина.

– Роберт просил передать, что очень ждет твоего возвращения, – объявила она, немного успокоившись, и Натан сразу же заметно напрягся.

– Расскажи, что было у вас с Андерсоном.

– Не твое де… – Замолчав на полуслове, Рия постаралась взять себя в руки.

Меньше всего ей сейчас хотелось говорить о себе. И тем более с Натаном. Вот только если его так коробит от одного упоминания о Роберте, что же будет, когда они наконец встретятся лицом к лицу? К чему все это, если он просто молча обдаст его ледяным презрением?

Да и вообще, насколько бесчувственным нужно быть, чтобы за все эти годы так и не навестить отца?

Но если ради мира между отцом и сыном ей придется рассказывать о себе, что ж, она заплатит и эту цену.

– Да почти ничего не было. У нас с Дрю деловые отношения. В основном. – Теперь ее ход. – А куда ты направился, когда ушел из дома?

– Сперва в Нью-Йорк, потом путешествовал по Европе. Так мистер Андерсон был всего лишь перспективным кандидатом, но не прошел проверку?

– Не устраивала я ему никаких проверок. У нас с ним даже ни одного свидания не было.

– А я слышал совсем другую историю.

– Я не собираюсь доставлять тебе удовольствие, унижая себя и Дрю, чтобы потом тебе было легче натравить нас друг на друга.

Самолет поднялся уже высоко над землей, и Натан небрежно откинулся в кресле.

– Зачем мне это? К тому же вы и сами неплохо справились. Я изучил отчеты за последний квартал. Витая в облаках и думая лишь о любви, Дрю принимал неадекватные решения, а ты боялась малейшего риска, так что совместными усилиями вы почти прикончили «Треволог». Если бы все и дальше так шло, максимум через год от компании ничего не осталось бы.

С Дрю они познакомились уже давно, и их отношения всегда были где-то на полпути между деловыми и дружескими, но в последние месяцы они стали стремительно портиться.

– Я не думала, что он так просто продаст меня.

– Это лучшее, что он мог сделать. В прошлом квартале «Треволог» почти не принес прибыли, а всех, у кого были действительно стоящие идеи, он уволил. Как того маркетолога, предложившего отличную стратегию.

– Вся эта стратегия сводилась к тому, чтобы увеличить членский взнос клиентов, бывших с нами с основания компании, и оставлять себе больший процент с мгновенных распродаж. Но наши клиенты – люди среднего достатка, а не миллионеры с собственными самолетами, что могут покупать и разорять компании, вроде ребенка, что бездумно ломает новые игрушки. Их привлекает именно доступная цена.

– Это беспроигрышная стратегия, – и глазом не моргнув, возразил Натан. – И это единственный выход для вашей компании. Нужно создать несколько видов членства с разными взносами и набором предоставляемых услуг. Так «Треволог» сможет заполучить новых клиентов. Если вы не будете расти и развиваться, покоряя все новые и новые горизонты, вас быстро вытеснят с рынка.

– Но мы можем оттолкнуть наших постоянных клиентов. Это огромный риск.

– Верно, но я все же рискну.

Ну конечно. На карту поставлен труд нескольких лет ее жизни и само ее будущее, а рисковать будет Натан.

– Тебе никогда не надоедает?

– Что именно?

– Надменно демонстрировать свою власть и могущество?

Натан рассмеялся, и, несмотря на злость и раздражение, от этого бархатистого смеха у нее сразу же потеплело на душе. Когда же она уже перестанет так остро реагировать на его малейшие действия и смену настроения? Как ему удалось так запросто найти дорогу к ее сердцу? Рия так и не смогла найти ответ на этот вопрос.

– А что ты сделаешь, когда получишь поместье? Сразу же выставишь Роберта с Джеки за дверь?

– Возможно. Ну или мы все станем жить под одной крышей, как большая дружная семья. Этого хватит, чтобы загладить твое чувство вины?

Пораженная таким нелепым предложением, Рия несколько секунд просто молча его разглядывала.

– Ужасная картинка, ты не находишь? Только представь, я и ты, я и твоя мать, я и Роберт. Как ни крути, худшее сочетание сложно придумать.

– Для тебя это все шутки… Ну конечно, тебе же наплевать… – Рия глубоко вздохнула. – У тебя столько денег, даже собственный самолет, но за все эти годы ты так и не нашел минутки, чтобы поговорить с Робертом?

– Вообще-то сейчас моя очередь спрашивать.

Натан протянул ей какие-то бумаги, и, увидев жирные буквы «Дисциплинарное взыскание», Рия окончательно растерялась.

– Что это? – спросила она, удивленно разглядывая бумаги.

– Раз последнее время компанией руководил Дрю, то и основной спрос с него, но это еще не значит, что ты ни в чем не виновата. Я должен знать, из-за чего между вами возникли проблемы.

– Чтобы и меня призвать к ответу?

– Просто я хочу все расставить по местам и для верности записать. Это обычная политика по работе с персоналом в моей компании.

Откинувшись в кресле, Натан разглядывал явно озадаченную Рию. Она создала великолепную программу, о которой ему уже не раз приходилось слышать, но при этом упорно отказывалась использовать ее на полную мощность, расширяя клиентскую базу. Почему же она так боится расправить крылья и взлететь выше?

– Сейчас у тебя есть единственная возможность расставить все по своим местам и снять с себя лишние обвинения. – Натан строго придерживался обычной процедуры, но при этом ему действительно было любопытно, что лежало между этими двумя.

– В прошлом году, в канун Нового года, через неделю после подписания контракта с нашим пятисоттысячным клиентом мы устроили вечеринку. Дрю был пьян, а я… я выпила бокал вина. А когда часы били двенадцать, мы случайно оказались рядом. И он… поцеловал меня на глазах у всех наших сотрудников. – Рия отвернулась, но дрожь скрыть не сумела. – А я ответила на поцелуй. Кажется. Прежде чем осознала, что происходит, и отстранилась.

– Тебе кажется? Но это же не космическая инженерия. Разве сложно сказать, понравился тебе поцелуй или нет?

Рия недовольно отбросила волосы с лица.

– Я не знаю, что тогда произошло и как я это допустила. В свое оправдание могу сказать только, что как раз в тот день состояние Роберта сильно улучшилось, а «Треволог» перешагнул важный рубеж. – Рия потерла лицо дрожащими пальцами. – Как же я потом ругала себя за потерю контроля! Я никогда не собиралась…

– Наслаждаться поцелуями?

– Да. Как минимум это непрофессионально. А еще безрассудно. В любом случае сейчас меня не интересуют отношения с мужчинами, я полностью сосредоточена на карьере.

Каждый раз, разговаривая с Рией, Натан не переставал удивляться ее невинности и целеустремленности. Что ж, похоже, в заботах о компании и поместье у нее совсем не остается времени на личную жизнь. Судя по словам Марии, она всегда трудилась и сама о себе заботилась. Даже в детстве. Да еще и его отцу помогала, как только могла.

Лишь сейчас Натан понял, как строго размеренна и определенна ее жизнь. «Треволог», клиентская база, поместье, Роберт, Джеки. Все просто и ясно. Но стоит ей свернуть лишь на шаг с четко определенного пути, как она сразу же теряется и паникует.

– У тебя есть продуманный жизненный план?

– Скорее некий набросок, но да, есть. – Рия поудобнее устроилась в кресле. – Дрю слишком непостоянный и ненадежный. Лет через десять я займусь семьей и выберу надежного мужчину, который будет со мной до конца жизни и станет хорошим мужем и отцом, а сейчас я не могу отвлекаться от…

Натан вдруг понял, что снова начинает злиться.

– Похоже, твой жизненный план подразумевает все что угодно, кроме настоящей жизни.

Рия удивленно подняла на него глаза.

Усилием воли Натан заставил себя разжать кулаки, пытаясь успокоиться. Не может же она вызывать у него никаких эмоций!

– А список необходимых качеств этого мужчины ты уже составила? Как и график встреч и совокуплений?

– Моя личная жизнь тебя не касается. А заговорила я об этом лишь потому, что ты усомнился в моих профессиональных качествах.

– Моя личная жизнь тебя тоже не касается, но при этом ты спрашиваешь, где я был и что делал.

– Только потому, что все эти годы я видела, сколько боли ты причинил Роберту. И я невольно задаюсь вопросом, кем надо быть, чтобы все бросить и за целый десяток лет ни разу не оглянуться назад. Тебя же даже на похоронах матери не было, а на отца тебе вообще наплевать, а когда у Марии… Если бы я только не поняла, что она знает, как тебя найти…

– Хватит.

Натан бросил на нее такой взгляд, что Рия сразу же поняла, что перешла черту.

– У тебя есть три недели на создание новой версии программы для эксклюзивных членов. И не забудь, что тебе нужно будет появиться при ее за пуске.

От неожиданности Рия лишь открыла рот.

– Этого слишком мало. К тому же у нас сейчас совсем нет разработчиков, а я всегда работала в команде.

– Тогда тем более пришла пора меняться. Будь гибче и учись распределять задания. Заставь сотрудников по-настоящему трудиться, вместо того чтобы использовать их в качестве группы поддержки. И когда в следующий раз кто-нибудь из коллег признается тебе в вечной любви прямо в офисе и начнет домогаться, сразу же пиши заявление о сексуальном преследовании.

Рия нетерпеливо хлопнула рукой по разделявшему их столу.

– Сколько же ты еще будешь меня ненавидеть за поступки моей матери?

– Ты слишком недооцениваешь свой вклад в собственную жизнь, Рия. Что же касается ненависти, благодаря твоему манипуляторству я в последнее время склоняюсь к легкому раздражению.

– Тогда, может, уже перестанешь наказывать меня за ложь?

– Наказывать?

– А как еще назвать эти бесконечные шпынянья? Приказываешь, распоряжаешься, тащишь меня на другой край света, ставишь цели, которые я не в состоянии выполнить, провоцируешь на…

Натан поднялся, и Рия инстинктивно вжалась в кресло.

– Для человека, решившего прожить всю жизнь по четкому плану, у тебя слишком богатое воображение. Мы заключили сделку, а вообще ты сама все это начала и теперь сходишь с ума просто потому, что я заставляю тебя выполнить свою часть договора? – мягко уточнил он.

Что ж, похоже, чем сильнее она злилась, тем спокойнее становился Натан. И где-то в глубине души ей вдруг безумно захотелось стереть с его лица эту холодную надменность и заставить хоть что-то почувствовать. Боль, гнев, ярость, что угодно, лишь бы он тоже чувствовал.

И от этой мысли ей стало по-настоящему страшно.

– Или ты просто не можешь нормально работать именно со мной?

– Не понимаю, о чем ты.

Поднявшись, Рия попыталась уйти, но Натан поймал ее за руку.

– Раз уж мы решили поиграть в честность, кто-то из нас обязан назвать вещи своими именами.

Рия мгновенно запаниковала. Пока еще ничего не сказано и живет лишь в ее голове, их взглядах и его надменной, всезнающей улыбке. Она еще может делать вид, что ничего не случилось, а все это волнение вызвано лишь тем, что ее жизнь внезапно оказалась во власти этого человека.

– Нечего здесь называть. – Она попыталась высвободить руку, но Натан явно не собирался так быстро ее отпускать. Склонившись, он заставил ее снова сесть в кресло, загнав в ловушку собственным телом, и принялся пристально разглядывать. Обегая глазами миллиметр за миллиметром ее тело, обжигая так, словно он не просто смотрел, а трогал руками. Глаза, нос, губы… Во всем мире не осталось ничего, кроме пристального взгляда голубых глаз, громкого дыхания и звеневшего в воздухе напряжения.

С Дрю было приятно целоваться. Почти так же, как жарким днем ощущать на коже прохладный морской ветер или зимой греться у камина.

А стоило Натану лишь слегка к ней прикоснуться, как она сразу же рассыпалась на части и путалась в собственных чувствах и желаниях. Наверное, нечто подобное испытывает человек, решивший спрыгнуть с моста или поиграть с огнем.

– Нат, пожалуйста, отпусти меня.

Самодовольно улыбнувшись, Натан чуть крепче сжал ее запястье и обжег горячим дыханием.

– Ты не подумала, что, вернувшись, я могу перевернуть всю твою жизнь с ног на голову. И не ждала, что между нами что-то проснется. И что теперь, когда все это случилось? Каков твой план?

Каждое его слово было сейчас пропитано настоящими чувствами. Теми самыми, которые она так отчаянно пыталась в нем разбудить. И похоже, что бы он там ни говорил, вспыхнувший между ними огонь радовал его не больше, чем ее саму.

– По-прежнему думаешь, что можешь полностью контролировать свою жизнь? – продолжал допытываться Натан.

– Возможно. Особенно если бы ты перестал втягивать меня в свои игры.

– О чем ты? Даже если бы ты не была самым потрясающим, выводящим из себя и странным человеком в мире, я бы все равно вел себя точно так же.

Пораженная напором, Рия едва слышно выдохнула, но в пустом салоне этот выдох прозвучал необычайно громко.

Резко отстранившись, Натан снова обдал ее ледяным морозом, только вот, судя по глазам, сам он тоже не верил, что действительно сейчас все это сказал.

– Рия, проблема в тебе, а не во мне. Стоит мне лишь приблизиться или прикоснуться к тебе, как ты вся дрожишь и пытаешься бороться с собственной реакцией, приписывая мне какие-то непонятные мотивы. Если скажешь, что готова прямо сейчас продать мне поместье, я разверну самолет. Только скажи, что с тебя хватит, и все будет кончено.

– Почему ты так отчаянно сопротивляешься? Неужели так сложно всего один раз встретиться с Робертом и немного поговорить? Что у тебя внутри? Глыба льда вместо сердца?

Удивленный подобным натиском, Натан молча разглядывал Рию. А потом она вдруг как-то сразу поняла, что в его отношении что-то изменилось.

Похоже, что-то закончилось, так толком и не успев начаться. И почему она так разочарована?

– Нет у меня сердца. Во всяком случае, нормального. – Натан говорил сквозь стиснутые зубы, едва шевеля губами. – И я никогда не прощу ему того, как он обошелся с матерью. Он не просто бросил ее в трудную минуту, когда она так отчаянно в нем нуждалась, но еще и поселил под ее крышей любовницу. Одна мысль об этом человеке наполняет меня злостью и не дает забыть о собственной слабости.