Мозг человека – хрупкий инструмент, его легко повредить.

Анна Коррино выжила, но несколько дней провела в коме, не реагируя ни на что. Она была жива, но орден пребывал в смятении, опасаясь за свое будущее.

Сестра императора была порывиста и неразумна – прежде всего именно поэтому ее и отправили на Россак. Хотя Преподобная Мать Ракелла расстроилась, она не считала, что в произошедшем нужно винить Валю, которая недостаточно внимательно следила за Анной и невольно позволила ей совершить столь неразумный поступок. Орден сестер не искал козла отпущения – он искал решение.

Несчастная девица Коррино лежала в главной медицинской клинике, очень напоминая тех сестер-добровольцев, что выжили, но вели растительный образ жизни. Эти жертвы находилось в соседних палатах, оставаясь под постоянным наблюдением. Ракелла хотела немедленно вызвать доктора Ори Зому, вытащить ее с Салусы Секундус, пусть бы чем-нибудь помогла Анне… но Преподобная Мать еще не готова была сообщить императору о случившемся.

Возможно, еще есть время. Она должна быть очень осторожна.

Доротея после трансформации тоже несколько дней лежала без сознания, поэтому Ракелла не вполне утратила надежду. Но Доротея была сильна, хорошо подготовлена и убеждена в своей правоте… а у Анны Коррино ничего этого не было. Произошедшее с Анной стало беспримерной катастрофой, и даже все жизни из Другой Памяти Ракеллы не могли подсказать, как избежать гнева императора.

Сестра Валя приняла трагедию очень близко к сердцу. Все свободное время она проводила у постели Анны, разговаривала с ней, брала девушку за руку, стараясь вернуть ее в сознание. Когда днем Ракелла вошла в палату, Валя показалась ей бледной и испуганной.

– Императору Сальвадору уже сообщили? Что он сделает?

– Он отослал сестру к нам, чтобы мы заботились о ней. Когда он все узнает, орден может оказаться в серьезной опасности. Если она не выйдет из комы.

Валя прикрыла глаза и с трудом сглотнула.

– Может, он не узнает, что произошло на самом деле? Можно сказать, что это трагическая случайность. Что на нее в джунглях напал хищник или что она упала со скользкой верхней тропы, как сестра Ингрид.

– Но она не умерла, дитя, а даже если бы умерла, этому не было бы оправданий. Мы за нее в ответе.

Они молча смотрели на девушку.

Анна вдруг глубоко вздохнула и села в постели. Глаза ее раскрылись, и она осмотрелась, но как будто ничего не увидела. Губы зашевелились, послышались тихие нечленораздельные звуки. Постепенно они становились громче, и Ракелла поняла, что звуки похожи на голоса Других Памятей, которые она слышит в своей голове; Анна словно транслировала их. Словно передавала десятки бессмысленных, пересекающихся разговоров, которые одновременно шли у нее в сознании.

Ракелла позвала медицинских сестер. Она содрогнулась, подумав, что попытка пройти трансформацию повредила рассудок Анны, как у других добровольцев.

Возможно, ей лучше было бы умереть.

Всю следующую неделю ментат Кери Маркес и еще несколько колдуний наблюдали за Анной, заботились о ней, лечили ее. Хотя Анна очнулась, существовала опасность, что она так никогда и не вернется в прежнее состояние. Ракелла понимала, что дольше утаивать происшедшее от императора нельзя, но, прежде чем сообщить новость, ей хотелось самой разобраться во всем получше.

Она пригласила Валю и Доротею – Преподобную Мать Доротею – послушать отчет колдуний. Кери Маркес казалась очень взволнованной.

– Большая часть голосов Анны унялась; время от времени они произносят отдельные слова, но в конечном счете все исчезают. Когда она произносит целые фразы, это не всегда эхо других памятей – иногда она перечисляет факты, исторические сведения, хронологические таблицы, словно информация сама поступает. Она демонстрирует поведение, известное под названием «знаток-идиот». У нее невероятная способность выделять мельчайшие подробности. Это может оказаться полезным, если она научится контролировать непрерывный поток информации.

Заговорила сестра Эстер-Кано, самая молодая из чистокровных колдуний:

– Мы не понимаем, как это могло произойти, но сестра Анна стала специалистом в области свертывания пространства. У нее огромный запас сведений о всех аспектах сооружения и работы космических кораблей, включая сложнейшую математику Хольцмана и знание навигации.

Кери кивнула.

– Мы, как сумели, проверили полученные от нее данные и не нашли никаких ошибок. Она как будто знает больше, чем содержится в печатных источниках… возможно, это секретные сведения, которыми располагает только «Венпорт холдингз». Анну трудно отвлечь от этих проблем, даже чтобы просто покормить.

Ракелла стиснула руки перед собой.

– Она обсуждает другие темы на сознательном уровне?

Кери покачала головой.

– Ее как будто бы не интересует ничто, кроме полетов со свертыванием пространства – сейчас. Она обещает построить собственный корабль и стать навигатором, чтобы навсегда вырваться с Россака.

– Она не скрывает, что ненавидит его, – сказала сестра Эстер-Кано. – Она не собиралась на Россак, ее заставили.

– Раньше она была эмоционально нестабильна, – заметила Валя, нервничая. – Но сейчас происходит что-то совсем другое. Я докладывала о ее особых ментальных возможностях: ей удавалось управлять перемещением насекомых в туннелях муравейника, и она сама говорила, что в дворцовом саду управляла движениями туманных деревьев. Может, у нее особый тип защиты мозга, который мы не распознали.

Доротея предупредила:

– Я знаю императора Сальвадора. Он не воспримет это легко. И скор на расправу. Нужно очень осторожно сообщить ему о возникшей проблеме.

Чувствуя себя мученицей, Ракелла опустила голову.

– Я Преподобная Мать ордена сестер. Я взяла Анну Коррино под свою опеку и обещала беречь ее. Поэтому я сама отправлюсь на Салусу Секундус и сообщу ужасную весть. Анна отправится со мной во дворец, но я возьму всю вину на себя, расскажу правду и попрошу о понимании. Может, так я смогу спасти орден, пусть даже это будет стоить мне жизни.

Доротея выпрямилась, и Ракелла почувствовала перемену в ее поведении, как будто та намеревалась взять ситуацию под свой контроль.

– Нет, бабушка. Коррино знают и уважают меня. Возможно, я смогу спасти положение. Они ценят мою службу… Лететь туда должна я. У меня это получится.

– Я не могу тебя отпустить, – возразила Ракелла.

– Я теперь Преподобная Мать. – Голос Доротеи звучал ровно, но было ясно, что она бросает вызов. – В твоем разрешении нет нужды. Я полечу, если сочту нужным.

Несмотря на свои возражения, Ракелла поняла, что молодая женщина права. Это было лучшее решение. Неповиновение ее встревожило, но Доротея действительно провела многих сестер через процесс превращения в Преподобных Матерей… что самой Ракелле не удалось. Тщательно отбирая кандидаток, Доротея укрепила свое положение в ордене. Она честолюбива и явно намерена возглавить орден; полет на Салусу Секундус положительно отразится на ее послужном списке. Она начала борьбу за власть. В таком случае она очень рискует.

Наконец Ракелла согласилась.

– Хорошо, отправляйся на Салусу Секундус и возьми с собой Анну. Твой опыт работы у Коррино, возможно, наша самая большая надежда.

Валя сопровождала Анну Коррино, Доротею и двух новых Преподобных Матерей до места на полимеризованной площадке, где приземлился шаттл. Анна была уступчива и послушна, хотя непрерывно изрекала непонятные фразы. Глаза и лицо у нее были лишены какого-либо выражения.

Аппарат был готов к старту. Валя нервно попрощалась с Анной (та никак не откликнулась), после чего Преподобные Сестры помогли ей сесть в шаттл. Прежде чем ступить на трап, Доротея повернулась к Вале.

– Тебе пора делать выбор. Будешь ли ты на моей стороне, когда я вернусь? Ракелла не единственная, кто слышит голоса памяти. Теперь многие из нас знают историческую правду; нам рассказывали ее не всю. Преподобная Мать Ракелла ужасно рискнула, подвергнув опасности наши души – наши человеческие души! – ради своего честолюбия. Я не верю в то, во что верит она, и не буду принимать такие же решения, особенно относительно драгоценных программ рождения! – Она фыркнула от отвращения. – Я все знаю, потому что среди других голосов слышу и память Ракеллы. Когда я сообщу об этом батлерианцам и они явятся сюда искать компьютеры, которые, как мы обе знаем, спрятаны в пещерах, кем ты станешь – моим союзником или врагом? Подумай об этом.

Валя застыла, чувствуя, как по коже поползли мурашки.

– Ты дала клятву верности ордену сестер. И не можешь ее нарушить.

На виске Доротеи билась жилка.

– У каждого человека есть высшее призвание – уничтожать мыслящие машины. Теперь я знаю правду и слышу зов поколений, уничтоженных Омниусом. Это произошло из-за высокомерия, из-за того, что люди возомнили, будто всегда смогут контролировать технику, которую сами создали. Нельзя позволить, чтобы это повторилось! «Не уподобляй машину человеческому мозгу».

Валя подхватила:

– Мозг человека свят.

Доротея поднялась в шаттл и закрыла за собой люк.