Об актере, ушедшем во власть:
– Он так высоко вознесся, что затерялся где-то наверху.
Чуть подумав, добавляет:
– Но гадит оттуда точно в цель.
Если никогда не падать, то не узнаешь, как это здорово, – подниматься.
Финал – конец только у самой жизни, для всего другого только завершение этапа.

Совет приятельнице:
– Это потрясающий стоматолог. К нему достаточно сходить один раз, чтобы необходимость в зубах просто отпала – денег на еду не останется.
У русского человека мат – язык жизненной философии, впитанный с молоком матери. Иностранцам никогда не понять.
Наша медицина движется вперед семимильными шагами. У человека теперь находят такие болезни, которые двадцать лет назад не существовали вовсе.
Раневская пробовалась на роль Бабы-Яги в фильме Роу, которую потом получил и блистательно сыграл Милляр. Милляр сыграл много всякой нечисти в фильмах-сказках Роу, называя себя «единственным смертным Кощеем».
Узнав, что ее не утвердили, Фаина Георгиевна сокрушалась:
– Я недостаточно бабаягистая. Интересно, чего во мне оказалось мало – Бабы или Яги?

Кинопробы на роль Венеры Милосской
Изнанка души бывает красивей фасада.
В отсутствии рогов мог не сомневаться только Адам.
Найдя себя, важно не пройти мимо, не заметив в толпе других.

Он такой неудачник, что даже когда пытался повеситься, то веревка обрывалась, то узел развязывался.
Сколько моль шерстяными носками ни корми, все равно сволочь на новую шубу заглядывается.
Чистосердечное признание как клизма для души.
– Хроническое что-нибудь есть? – интересуется врач, заполняя бланк осмотра в санатории.
Раневская кивает:
– Есть.
– Что?
– Нехватка денег и ожидание светлого будущего.
Страшно надоевшим гостям:
– Ах, как жаль, что вы наконец-то уходите!

Чем старательней скрывают глупость, тем она заметней.
Если повторение мать учения, за что же тогда ругают второгодников?
Сколько ни размышляла, другого способа жить долго, кроме как состариться, не нашла.
– Одиночество отвратительно тем, что в нем никак не подобрать компанию!
– ?!
– Быть в одиночестве одной тоскливо, но стоит кому-то присоединиться, как все пропадает…

Со вздохом после основательных размышлений:
– Настоящее начинаешь ценить, только когда понимаешь, что будущего уже нет.
– Почему говорят «страшно подумать»? Разве думать так уж страшно? Я пробовала, и не раз…
– Фаина Георгиевна, где вы храните свои сбережения?
– В мечтах, голубчик…

Скалка – холодное оружие женщины. Сковорода не всегда…
Если есть безнадежные оптимисты, значит, существуют и надежные?
Те, кто сам делать не умеет и не хочет, обычно руководят.
Узнав, что Георгий Милляр, не раз игравший в фильмах-сказках Бабу-Ягу, получил квартиру на верхнем этаже:
– Они хоть трубу для вылета сообразили устроить?
Что такое Всемирный потоп по сравнению с лопнувшей батареей у соседей сверху?
Если ты не зарываешь собственный талант, вовсе не значит, что это нужно делать с чужими.

Не стоит ругать молодежь за ветер в головах, с годами он утихнет и превратится в скучное дуновение ворчания.
Если в человеке все прекрасно, то и куча г-на тоже?

Профиль Анны Ахматовой на газете «Культура и Жизнь» с текстом доклада Жданова о журналах «Звезда» и «Ленинград», в котором резкая критика Зощенко и Ахматовой. Анна Ахматова названа «блудницей и монахиней»
Раневская, выходя из туалета в театре, ворчит:
– Как что-то приятное, так во сне и дома, а как расстройство желудка, так днем и в театре…

Когда у людей был матриархат, как называли ту, что во главе, – матриархом?
К концу хорошего застолья оптимисты становятся пессимистами и наоборот.
– Почему М. не пишет больше стихов? Перешел на прозу?
– Его Муза изменила ему с другим, и он запряг Пегаса.
Набитый всегда дурак, умный набить себя не позволит.
Творчество – всегда нарушение инструкций, но нарушение инструкций не всегда творчество.
У нас государственная религия – атеизм.

Он даже в гробу выглядит оптимистично.
Главное – жить по нужную сторону черты бедности.
Молчание умных – золото, молчание дураков даже не позолота, а средство спасения от их глупости.
Раневской выговаривают за то, что она третирует молодого бесталанного актера. Та некоторое время терпит, потом фыркает:
– Да пусть идет с миром.
И тут же «уточняет»:
– Но в жопу!
У русского человека жопа без приключений это уже не жопа, а простые выпуклости седалища.

Чувство локтя не всегда радует, например, в переполненном автобусе…
Общественный транспорт – место прессования общественности.
Актеры могут позавидовать стоматологам, тех всегда слушают раскрыв рты и не освистывают.
Всю жизнь занималась плагиатом. Сначала повторяла за мамой, потом за няней, потом за учителями, к старости постоянно цитирую сама себя…

У него зубы не болят, у него участковый стоматолог теща – не рискует к ней в кресло садиться с открытым ртом.
Кухарка в балете хуже, чем в правительстве.
Я готова хоть к черту на рога, только бы к богу за пазуху.
Время разбрасывать камни, вынутые из-за пазухи.
Предпочитаю быть последним пастухом, чем первой овцой.
Я знаю только одно место, где точно встречают не по одежке – баня.

Гурченко. Сколько же ужинов нужно отдать врагам ради такой талии?!
Настолько прагматичен, что даже карьерную лестницу использует в сарае.
Свобода таланту дает крылья, а ничтожеству – возможность проявить хамство.
– Вы постоянно опаздываете на полчаса!
– Тогда зачем обвинять меня в непунктуальности?

Чем набиты набитые дураки?
Мы в ответе за тех, кто приходит в театр.
Если хотите отвязаться от болтливого идиота, начните рассказывать ему анекдоты «с бородой» и заразительно смеяться.

Даже бутерброд с колбасой умудряется падать маслом вниз!
Змеи тоже добрые, они щедро делятся запасами яда. Как говорится, что имеют…

– Я знаю женщину, которую обожают все мужчины нашего театра.
Актрисы ревниво:
– Неужели, Фаина Георгиевна?
– Да – кассирша.
Пусть лучше считает меня идиоткой, но избавит от своих откровений и советов.
Легко Пушкину было написать: «Любви все возрасты покорны», он не был старым…
Мы вольны говорить все, что захотим, но половину молча…
Что-то моя зарплата подозрительно смахивает на сдачу в гастрономе.

Труднее всего выводятся пятна с совести, да и то следы остаются.
Читая статью о капризах погоды:
– В следующем году нас ждет слава.
– Это почему?
– В прошлом году была жара и пожары, в этом льет как из ведра. Огонь и воду мы уже прошли, остались только медные трубы славы.
Богу так надоели просьбы людей, что он превратил их в атеистов.
Если все в мире происходит по божьей воле, то и атеисты существуют с его согласия?

Две трети людей в бога не верят, но одна треть верит, что она верит.
Он не только без царя в голове, но и без царицы.

В санатории сосед за столом:
– Кто рано встает, как говорится, тому бог дает.
Раневская пожимает плечами:
– Предпочитаю жить трудом, а не подаянием. Даже божественным.
Друзья любят нас за недостатки, враги ненавидят за достоинства.
У каждого положения есть путь наверх или вниз. Однако люди умудряются вильнуть налево.
Читая присланный сценарий:
– Я столько чуши не вынесу – надорвусь.
Лектор долго и занудно вещает о нравственных ценностях.
Раневская вздыхает:
– От его духовной пищи меня уже пучит…
Как все острое, без использования остроумие притупляется, потому – шутите.

Теория относительности – необходимое и лишнее понятия относительные. Одному в театре необходим буфет, другому спектакль.
Говорят, что тушам нужен холод, а душам тепло. Моя туша тоже тепла требует.
Он все пишет в соавторстве – с грехом пополам.
Она, конечно, женщина мечты, только неизвестно чьей.

Большинство женщин такое золото, как молчание, позволить себе не может.
Мы с моими болезнями так сжились, что умрем в один день.
Закон подлости: если тебя хвалят, то фамилию непременно переврут. Но если выговор или просто ругают – черта с два!
Только платные стоматологи рекомендуют курение и сладости.
У мужчин возраст – это опыт и седины. У женщин нечто, что нужно уметь носить с достоинством.

У Любови Петровны (Орловой) новая горжетка. Срочно требуется Всесоюзное мероприятие, чтобы ее продемонстрировать.
Отступать некуда – позади прожитые годы.

Подарочные наборы к Дню труда
Я не лучше других, это они хуже.
Ему мания величия ни к чему – на высоком пьедестале-то.
Театр не должен отражать жизнь, для этого зеркала есть. Театр должен обнажать души у тех, кто их имеет.
– Чем вы озабочены, Фаина Георгиевна, у вас же все идет прекрасно?
– Вот это и странно. Так хорошо, что ищу, в чем подвох.
В шкафу у Орловой платья висят так плотно, что моль до старости так и не научилась летать.
Правильные речи вовсе не означают правильные поступки и даже мысли. У большинства вся правильность словами и заканчивается.
Фаина Георгиевна, решив продать шубу, открывает шкаф, чтобы продемонстрировать ее покупательнице. Оттуда вылетает здоровенная моль. Раневская едко:
– Что, сволочь, нажралась?
Все гоголевские мертвые души выжили и неплохо себя чувствуют в креслах начальников.
Почему считают, что жить красиво, значит, жить богато? Красиво – это душевно, чисто, нестяжательски.
Если не можете поехать в санаторий сами, отправьте туда тещу – отдых получится не хуже.

Знал бы Николай Васильевич, что его мертвые души ныне в президиумах…
В человеке все должно быть прекрасно, и анализы тоже.
Она красивая… Она такая красивая, что даже глисты красивые.
До свадьбы люди теряют голову, во время свадьбы – свободу. После свадьбы это замечают.
Все людоеды одиноки…
На собрании разбирают драку рабочего сцены. Раневская приходит бедолаге на помощь:
– Василий вежливый, он очень вежливый. Только никто не верит, вот и приходится доказывать матом и кулаками.

Актриса сокрушенно:
– Господи, какой же я была дурой!
Раневская усмехается:
– Ну, почему же была…