В Проклятом Болоте, в трущобе лесной,

   Бежавший невольник лежал.

Он видел – костер зажигали ночной;

Он слышал собак, за ним рыскавших, вой

   И топот коней различал.

Где светятся искры блудящих огней

   В болотной траве, по кустам,

Где лепится мох у древесных корней

И лозы – все в пятнах, как кожа у змей, —

   Ползут по кедровым стволам;

Куда человек заглянуть бы не смел,

   Где в зыбкой трясине кругом

Увлаженный дерн под ногами скрипел, —

В колючей и вязкой траве он засел,

   Как зверь в логовище своем.

Несчастный старик, истомленный, больной,

   Лицо все в глубоких рубцах,

Как в клеймах позорных. Одеждой худой

Не мог он прикрыть и позор свой другой —

   Следы от бича на плечах.

Светло и прекрасно на свете всему,

   Свобода и радость есть всем!

Вот векша скакнула, вот в сонную тьму

Песнь вольная птиц донеслася к нему.

   А он неподвижен и нем!

Рассвета не видел он в жизненной мгле,

   В неволе, в цепях, под бичом…

Как Каин, проклятье он нес на челе,

Безвыходным рабством придавлен к земле,

Как колос тяжелым цепом!