Раяд никогда не видел, чтобы женщина выглядела во сне такой трогательной и невинной. Он также впервые чувствовал такую острую необходимость защищать и оберегать человека, которого так мало знал. Эти новые эмоции казались ему лишними и неуместными. Он должен был проявлять сдержанность и быть терпеливым. Она сама даст ему знать, когда будет готова продолжить их близкие отношения.

Он решил лучше оставить ее одну, пока не забыл свою клятву о том, чтобы не трогать ее. Раяд аккуратно убрал руку, на которой лежала Санни, собрал свои вещи, чтобы вымыться, а потом поплавать в источнике. Он стремился растратить лишнюю энергию тела и успокоиться.

Достав мыло, он положил его на край и нырнул в бассейн. Вода была намного холоднее, чем обычно, вероятно из-за продолжавшегося шторма в горах, который питал источник. Холод должен его успокоить, по крайней мере, он так думал, когда вернулся на выступ, чтобы начать утренние водные процедуры. Однако, увидев на каменном берегу обнаженную Санни, Раяд понял, что никакое количество ледяной воды не избавит его от желания. Форма аппетитной груди, изгиб ее бедра и легкий пушок между бедер вызвали у него такую сильную эрекцию, которая, он подозревал, не исчезнет в ближайшие несколько минут без ее помощи.

Санни сняла резинку для волос, расправила непослушные пряди, шагнула в воду и пошла к Раяду.

– Доброе утро, сэр, – сказала она, подойдя к нему.

Он держал руки в кулаках по швам, хотя ему хотелось прикоснуться к ней.

– Ты хорошо спала?

– Лучше, чем за все последнее время. – Она посмотрела в проем в потолке пещеры, прежде чем перевести взгляд на него. – Снаружи еще едва светло. Ты рано встаешь.

– Я не хочу тратить день, отдыхая слишком долго.

– Я чувствую то же самое, но прежде всего я должна принять душ, чтобы проснуться.

– В этом нет необходимости. Здесь есть все, что тебе нужно для душа.

– Все сходится. Это и есть твоя личная ванная комната.

– Верно.

– Ты будешь пользоваться мылом?

Он кивнул в сторону кусочка мыла, лежавшего на берегу:

– Да. Оно натуральное.

– Не возражаешь, если я на него посмотрю?

– Пожалуйста.

Взяв кусочек мыла, Санни вернулась к Раяду:

– Фантастика! Вот чем от тебя так хорошо пахло вчера ночью.

– Хочешь попробовать?

– Только если ты не хочешь быть первым.

– Я подожду тебя.

Она сделала несколько шагов назад и остановилась на уклоне скалы. Раяд внимательно смотрел, как она намылила руки, шею и потом грудь, на которой задержалась дольше, чем было необходимо. Он решил, что она специально дразнит его, и ее план сработал на все сто процентов. К тому времени, когда она начала намыливать нижнюю часть живота, он был предельно близок к тому, чтобы потерять контроль.

– Ты потрешь мне спину? – спросила Санни, протягивая Раяду мыло.

Он не возражал, но не был уверен, что хотел бы останавливаться на этом.

– Как пожелаешь.

Санни повернулась к Раяду спиной, и он стал исполнять ее желание, медленно наблюдая, как пена окутывает ее шелковистую кожу, но сохраняя между ними безопасное расстояние. И все же желания плоти заставляли его терять здравый смысл, когда он коснулся ее упругих ягодиц.

Когда Санни сделала шаг назад и прижалась к его напряженному члену, вся его решимость сопротивляться испарилась.

Без предупреждения Раяд развернул ее к себе и поцеловал, вложив в поцелуй всю страсть, которую испытывал к ней в этот момент. Он хотел, чтобы Санни жаждала его больше, чем любого другого мужчину в своей жизни.

– Я хочу довести тебя до оргазма.

– Я уже близка к нему, – сказала Санни хрипло. – Но я хочу, чтобы ты помог мне его достичь.

Раяд поднял Санни на руки, посадил ее на край бассейна и встал между ее разведенных в стороны бедер. Он начал усыпать поцелуями ее живот, наблюдая, комфортно ли ей, прежде чем спуститься ниже. Вместо возражений Санни откинулась назад, оперлась на локти, закрыла глаза и развела ноги шире. Для него это было молчаливое разрешение продолжать.

Раяд начал ласкать ее языком и нежно поглаживать. Даже когда он почувствовал, как учащается дыхание Санни, то не стал сбавлять темп. Он хотел доставить ей всевозможное удовольствие, чтобы она навсегда запомнила эти ощущения.

Через несколько мгновений Санни тихо застонала, а затем склонилась над его головой, дрожа всем телом.

– Это было невероятно, – прошептала она, прежде чем выпрямиться и посмотреть ему в глаза. – Но очень несправедливо по отношению к тебе.

Раяд вылез из воды и сел рядом с ней:

– Я справлюсь.

Она опустила глаза:

– Не обманывай меня…

– Мне не в первый раз приходится сдерживать себя.

Санни поднялась:

– Мы должны покончить с этим. Идем в постель. И пожалуйста, не спорь. Я хочу, чтобы это произошло.

Он хотел ее больше, чем она могла себе представить.

– Идем.

Санни забралась в постель с улыбкой, подозвала Раяда распростертыми объятиями. Они целовались в течение некоторого времени, потом она прервала поцелуй и выпрямилась, оказавшись над ним.

– Я решила, что буду сверху, – объявила она, застав его врасплох.

– Думаю, тебе это будет удобнее.

И для него тоже – невероятное удовольствие.

– Но сначала ты должен кое-что пообещать мне, Раяд.

– Все, что угодно.

– Держи глаза открытыми и смотри на меня все время. Мне нужно видеть твое лицо и знать, что это ты.

Раяд испытал удовольствие, как только она села на него верхом, расставив ноги. Одним резким движением он вошел в нее. Он стиснул зубы, когда она начала двигать бедрами, сначала медленно, потом все быстрее, принимая его все глубже и глубже в себя. Все это время Раяд продолжал наблюдать за всеми ее действиями, хотя почувствовал, что это становится все сложнее из-за приближающегося оргазма. Он собрал все силы, чтобы сдерживать себя, но когда она наклонилась и прошептала: «Я хочу почувствовать, как ты кончаешь», он больше не мог сдерживаться. Сладостное освобождение наступило моментально, словно разрыв гранаты, заставив каждый мускул его тела напрячься с необыкновенной силой. Пока он приходил в себя, Санни легла рядом, прижавшись к нему:

– Теперь тебе должно быть легче.

Раяд нахмурился:

– Легче – это не то слово. Я не могу даже описать свои ощущения. Но вопрос в том, как ты себя чувствуешь?

Санни перевернулась на спину и засмеялась:

– Я чувствую освобождение. Как будто я только что выиграла Пулитцеровскую премию.

Ее радость оказалась заразной, и он тоже улыбнулся:

– Я рад. Я всегда был уверен, что у тебя хватит сил преодолеть свои комплексы.

Санни повернулась к Раяду и положила руку ему на щеку:

– Я не уверена, что смогла бы сделать это без твоей помощи. Есть еще одна вещь, которая мне нужна от тебя.

Раяд надеялся, что это не имеет ничего общего с признанием в любви. Он не был готов к этому сейчас.

– Я слушаю.

– Если это вообще возможно, я хочу воспользоваться радио.

Он испытал сильное чувство облегчения:

– Для того чтобы убедиться, что я не держу тебя здесь без уважительной причины?

Санни чмокнула его в подбородок:

– Я знаю, что ты не врал насчет шторма. Мне просто нужно поговорить с моей сестрой.

Раяд хотел как следует запомнить ее черты за то короткое время, которое им отведено, потому что совсем скоро от этой удивительной женщины ему останутся одни воспоминания…

– Я буду рад выполнить твою просьбу. Если ты хочешь, можешь поговорить с Пиппой. Возможно, было бы лучше, если ты не рассказывала бы ей слишком много о нашем времяпрепровождении здесь. Я не хочу потом отчитываться перед ее мужем.

Санни наградила его очаровательной улыбкой:

– Не волнуйся. Я притворюсь, что очень скучно провожу время.

– Ты там хорошо проводишь время, Саншайн?

Она разговаривала по коротковолновому радио, в то время как за ее спиной стоял Раяд и ласкал ее руками под футболкой. Ей это определенно очень нравилось.

– Нормально. Правда, здесь нечем заняться.

– А где именно «здесь»?

– Это на юге Бажула.

– Адан сказал, что вы остановились в деревне.

– Да, недалеко от деревни, – сказала Санни, стараясь не вскрикнуть, когда Раяд взял ее за грудь. – У вас все еще идет дождь?

– К сожалению, да, и он не собирается прекращаться по крайней мере еще два дня. А как погода у вас?

– Жарко. – Слишком жарко, и становится все жарче с каждой минутой. – Как там Майса?

– Пока еще беременна, но она сказала, что чувствует какие-то приступы, что бы это ни значило. Я надеюсь, вы успеете вернуться до исторического события.

Она надеялась, что удержится на ногах, когда Раяд начал расстегивать ее шорты.

– Я просто хотела позвонить и проверить… – Ее голос изменил ей, когда он медленно расстегнул молнию. – Мне просто нужно… – Немедленно прекратить разговор.

– Санни, ты там?

Еще пара минут, и она точно будет там.

– Мне надо идти, сестренка. Плохое соединение. Увидимся. Будь осторожна.

Она выключила рацию, повернулась в его объятиях лицом к Раяду и застонала:

– Ты решил стать плохим мальчиком, не так ли?

Он уткнулся носом в ее шею и поцеловал ее:

– Я знаю, что я хочу, и я хочу тебя. Сейчас.

Она оглянулась и увидела сзади только длинный стол с коммуникационным оборудованием.

– Ты шутишь.

– Не здесь.

Она почувствовала некоторое облегчение.

– Тогда где?

– В одном месте, где я смогу наконец выполнить одну из твоих фантазий.

В голове у нее зажглась лампочка.

– Там, где мы обедали прошлой ночью?

– Да.

– Но сейчас еще светло.

Он взял ее руку и поднес к губам:

– Спонтанность очень сексуальна. Занятие любовью в открытом месте, где нас могут увидеть, только добавляет остроты чувствам. Тем не менее очень маловероятно, что кто-то увидит нас, так как территория полностью огорожена и тебе не о чем беспокоиться.

Она подумала еще об одном нежелательном развитии событий:

– Что, если над нами будет пролетать самолет?

– Если только нас не захочет посетить Адан, такой проблемы не возникнет.

Отлично. Это именно то, что ей нужно: предстать обнаженной перед зятем. Но предложение Раяда ей очень понравилось.

– Кто не рискует, тот не пьет шампанского. Идем.

Раяд повел ее по узкой лестнице туда, где начались их отношения.

Когда они пришли, Санни увидела, что на земле уже расстелено мягкое одеяло, и поняла, что ее любовник все тщательно спланировал.

– Это называется спонтанность, да? – сказала Санни, падая на импровизированную постель.

Раяд присоединился к ней и лукаво улыбнулся:

– Может быть, не очень спонтанно, но я не знал, согласишься ли ты на мое предложение.

Он был прав.

– Что теперь?

– Встань и разденься.

– Ты не хочешь это сделать сам?

– Я хочу наблюдать.

Его слова были жарче, чем палящее солнце у них над головой.

– Хорошо, ведь ты и так видел меня голой.

Санни встала и, перекрестив руки, быстро сняла футболку через голову, обнажив грудь. Она стала избавляться от остальной своей одежды медленнее, чтобы растянуть напряжение. Раяд внимательно следил за каждым ее движением. Она расстегнула шорты, они упали вниз, и Санни осталась в одном белом муслиновом белье.

– Доволен? – спросила она, прекрасно зная, что он скажет.

– Сними все, Санни, – ответил Раяд, подтверждая ее предположение.

Санни легко выскользнула из трусов и осталась стоять не двигаясь, позволяя ему вдоволь насмотреться на нее.

– Так лучше?

– Намного лучше. Теперь иди сюда.

– Нет, ты тоже должен раздеться.

Раяд скинул с себя всю одежду, и Санни подошла к нему:

– Поскольку сейчас ты главный, ты должен сказать мне, чего ты хочешь.

Она надеялась, что сможет исполнить его мечты.

– Ложись на бок.

Она прикусила нижнюю губу:

– Я думаю, я могла бы, но…

– Ты мне доверяешь, Санни? – спросил он.

– Да.

– Тогда ты должна поверить, что я всегда буду относиться к тебе с трепетом. Теперь перевернись и позволь мне доставить тебе удовольствие.

Санни сделала так, как он сказал, и ждала, что будет дальше. У нее кружилась голова от предвкушения. Адреналин подогревал ее с головы до пят, не меньше чем солнце.

Раяд придвинулся к ее спине, откинул ее волосы в сторону и прошептал:

– Так ты будешь лучше меня чувствовать.

Тогда Раяд положил одну руку между ее бедер и медленно вошел в нее.

Раяд был прав. Это положение позволяло ей чувствовать малейшие движения, которые он совершал, находясь глубоко внутри ее. Он начал ласкать ее пальцем, доводя до пика наслаждения. И он не заставил себя долго ждать.

Через несколько мгновений, в течение которых длились его настойчивые ласки, Санни испытала невероятный оргазм, который был усилен мощными движениями Раяда. Рядом с ним она обрела свою естественную чувственность.

Вскоре после этого Раяд напрягся, вошел глубже и низко застонал. Его тело вздрогнуло, и когда он достиг разрядки, Санни наслаждалась приятной пульсацией его тела, зная, что она доставила ему сильнейшее удовольствие.

Через некоторое время Раяд ослабил хватку и приблизился губами к ее уху:

– Есть ли что-то, о чем ты сожалеешь?

Санни повернулась в его объятиях и погладила его по щеке:

– Никаких сожалений, кроме одного: все это должно совсем скоро закончиться. Я понимаю, что это только временно. Когда мы уедем отсюда, ты вернешься к своей жизни, а я – к своей.

– По этой причине я предпочитаю, чтобы мы насладились друг другом, пока у нас еще есть время.

– Я наслаждаюсь каждой минутой нашего времени вместе. Ты умеешь воплощать самые смелые женские фантазии.

Раяд нежно убрал волосы с ее лица и поцеловал ее:

– Обещаю тебе, что постараюсь сделать каждую твою фантазию реальностью в ближайшие дни.

За целых три дня Раяд ни разу не отступился от своего обещания. Он ласкал Санни везде, где только возможно. Он занимался с ней любовью самыми различными способами. При этом он был осторожным и внимательным и очень сексуальным. Таким сексуальным, что стоило ему только взглянуть на нее, и она чувствовала невероятное возбуждение.

Никогда раньше она не занималась любовью четыре раза за день. Кэмерон предпочитал близость раз в неделю. Ее первый возлюбленный был неопытным юнцом, тогда им обоим было по семнадцать лет. Хотя ее сексуальные победы были не столь многочисленны, она понимала, что Раяд Ростам в этом деле мастер. Ему ничего не стоило украсть сердце женщины, но при этом его собственное сердце оставалось нетронутым.

С каждой интересной беседой во время еды, с каждым знойным поцелуем, каждым нежным словом, которое он шептал ей на ухо, Санни признавала, что она была в серьезной опасности потерять себя и влюбиться в него. К сожалению, эта опасность быстро стала ее реальностью, она уже поддалась чувствам, и неизбежное расставание очень печалило ее.

Санни всегда была щедрой на чувства, но сейчас она волновалась, что, если сообщит о своих чувствах Раяду, он не ответит взаимностью. Она не могла решить, рассказать ли ему или оставить это своим секретом на всю оставшуюся жизнь. Она ненавидела секреты, и по этой причине решила играть в открытую, несмотря на все, что случится потом.

С этой мыслью Санни перевернулась в постели, но увидела, что Раяда нет рядом. Она села и огляделась, надеясь обнаружить, что он пошел принимать утреннюю ванну без нее, хотя она огорчилась бы, если бы это было так. Но вода в источнике была не потревожена и кругом не было ни звука.

Ей нужно было найти его и признаться, пока она не растеряла всю свою решимость. Санни разыскала и надела нижнее белье, а сверху натянула футболку и направилась к входу в бункер.

Когда она вышла в коридор, она услышала голос Раяда, но не смогла понять его арабскую речь. В его голосе она почувствовала раздражение. Как только разговор закончился, она подошла босиком к комнате с радио и заглянула внутрь. Раяд стоял, опершись на стол и глядя в пустоту.

– Можно зайти? – спросила она.

– Да, – ответил он, хотя его строгий взгляд говорил, что она пришла не в самый подходящий момент.

Это не было для нее препятствием к осуществлению задуманного. Но прежде чем она признается ему в чувствах, она хотела выяснить причину его мрачного настроения.

– С кем ты разговаривал сейчас?

– С Аданом.

Санни подошла к Раяду и села на стол:

– Что он сказал?

– Ничего, что я хотел бы услышать.

– Я не хочу вмешиваться, но мог бы ты рассказать мне, о чем вы говорили, что так тебя рассердило?

– Это не связано с тобой.

«Рассердило» было явно преуменьшением.

– Хорошо. Наверное, это что-то сверхсекретное и мне это все равно неинтересно.

Раяд ничего не ответил, она поняла, что пора сменить тему:

– Я предлагаю после душа и завтрака сразу поехать в деревню. Я увидела там красивый шарф, который хотела бы купить для Пиппы.

– Это невозможно.

– Я обещаю, что верну тебе деньги.

Раяд резко выдохнул:

– Мы не можем поехать в деревню, и в этом нет необходимости.

Санни уже догадывалась, что он ответит ей на следующий вопрос, и сердце ее замерло. И все равно она должна была его задать.

– Мы должны уехать, да?

– Да. Мне приказали немедленно вернуться к своим обязанностям.

– А как же дороги?

– Они были свободны уже вчера.

Санни должна была радоваться, что этого не случилось раньше, ведь они могли пропустить столько восхитительных моментов.

– Думаю, это хорошая новость.

– Думаю, да, – повторил Раяд без эмоций в голосе.

Санни чувствовала, будто он отгородился от нее стальной стеной. Но она была с этим не согласна.

– Послушай, мы оба знали, что это случится, и, может быть, это и к лучшему. Если бы мы остались вместе дольше, я бы…

Решимость Санни признаться в чувствах внезапно испарилась. Раяд посмотрел на нее в упор:

– Ты бы что?

Настал момент раскрыть свое сердце, и она надеялась, что оно не будет разбито.

– Я бы только сильнее влюбилась в тебя.

Раяд оттолкнулся от стола, сплел руки за шеей и повернулся спиной к Санни:

– Ты не можешь любить меня.

Она не удивилась его реакции, ее поразила только настойчивость.

– Я могу, и я люблю. Поверь мне, я не думала, что это случится так быстро. Но я ничего уже не могу с собой поделать.

Он снова повернулся к ней, в его темных глазах отражалось разочарование.

– Я не могу ответить тебе взаимностью. Я не могу этого допустить.

Допустить?

– Но почему, Раяд? Потому что тебе нравится быть в одиночестве или ты боишься чувств?

– Я опасаюсь за твою эмоциональную и физическую безопасность. Ты благодарна мне за то внимание, которое я оказал тебе, но ты не очень хорошо знаешь меня.

Это не имело никакого смысла.

– Ведь ты не убийца с топором, чтобы подвергать меня опасности. Если ты думаешь, что я путаю благодарность и любовь, ты глубоко ошибаешься. Я знаю, что значит испытывать глубокие чувства, хотя я должна признаться, я никогда не чувствовала таких сильных чувств раньше. Может быть, ты никогда не испытывал такого раньше, и если это правда, то я сочувствую тебе.

– Это не имеет никакого отношения к моему прошлому, – сказал он. – Если бы у нас завязались отношения, я мог бы подвергнуть тебя опасности.

– Это из-за твоих военных дел?

– Отчасти.

Именно тогда, когда она думала, что разгадала загадку, он предоставил ей новую.

– Что ты имеешь в виду?

– Оставим этот разговор, Санни. Есть вещи, которые тебе лучше не знать.

Она спрыгнула со стола и встала перед ним:

– Я хочу знать все о тебе, Раяд. В то же время ты знаешь обо мне все, включая детали похищения, которые я не рассказывала больше никому. Будет справедливо, если и ты расскажешь мне, что ты скрываешь.

В его глазах промелькнула нерешительность, прежде чем он снова вернул самообладание.

– Я не могу рассказывать тебе все. Я уже рискую быть осужденным за нарушение безопасности, пригласив тебя сюда. Рафик не будет возражать, но если управляющий совет узнает, они могут меня повесить.

Это было новостью для Санни. Зловещей новостью.

– И ты только сейчас говоришь мне это?

– Я чувствовал, что риск стоит того. Тебе требовалась передышка в укромном месте, где ты могла бы восстановиться.

Каждый момент их интимной близости казался ей теперь обманом.

– Огромное спасибо, что был моим шейхом в сияющих доспехах, но меня не нужно спасать. Мне нужно знать только одно: когда мы занимались любовью, тебе было приятно? Или я просто скрасила твое уединение?

– Ты не думаешь, что говоришь. Ты знала, что наши отношения временны.

Санни захватила буря неприятных эмоций, ей захотелось плакать.

– Да, я знала, что это не навсегда. Я не знала, что буду настолько глупа, чтобы влюбиться в того, кого считала достойным парнем, способным на сильные чувства. Я жалею, что так получилось. Я пойду соберу свои вещи.

Санни была готова уйти, но Раяд взял ее за руку.

– Я хотел бы сказать, почему мы не можем быть вместе, – сказал он, когда она посмотрела на него, – но я не могу.

– Ты можешь. Более того, ты должен это сделать для меня.

Раяд помедлил, как будто начал действительно колебаться.

– Это секретная информация.

Санни решила сделать еще одну попытку:

– Правительственные секреты не волнуют меня. Ты знаешь, что все, что ты скажешь, не выйдет за пределы этой комнаты.

– Ты никогда не будешь относиться ко мне по-прежнему, а я предпочел бы, чтобы ты, расставаясь со мной, считала меня человеком чести.

– Ты говорил, что работаешь в разведке. Я всегда считала, что это значит усмирение мятежников и другие тайные действия.

– Ты права, но мои обязанности не заканчиваются на этом.

– Если ты боишься признаться мне в том, что убил кого-то, в этом нет необходимости. Мне знакомы реалии войны, и я понимаю, что у солдата не всегда есть выбор. Убей или будь убит. Если ты говоришь об этом, то я обещаю, что не буду думать о тебе хуже.

На его скулах заиграли желваки.

– Прошу тебя, Санни, не спрашивай.

Но она не могла успокоиться:

– Скажи мне, что ты скрываешь, или я сейчас же покину тебя, даже если мне придется идти во дворец пешком.

Раяд молчал в течение нескольких мучительных моментов. Сердце Санни забилось быстрее, в то время как она ждала, что он наконец посмотрит ей в глаза.

– У меня всегда был выбор.

– Я не понимаю.

– Если ты желаешь знать все, то я расскажу.

Санни увидела раскаяние в его глазах.

– Меня учили убивать.