Раяд множество раз путешествовал по этим туннелям в одиночестве, но теперь он смотрел на все по-новому, глазами Санни. Несколько раз во время их прогулки Санни нечаянно прикасалась к нему, вызывая в его голове фантазии.

Даже сейчас, когда Раяд шел позади нее, он наблюдал за плавным покачиванием ее бедер, чувствуя, как в нем просыпается желание. Его фантазия вырвалась из-под контроля, когда он представил Санни обнаженной и как ее длинные ноги обвиваются вокруг его талии. Ему хотелось знать, какой окажется на ощупь ее кожа, что она ощутит, когда он окажется глубоко в ней.

Стряхнув с себя эти образы, Раяд напомнил себе, что обещал не торопить события. Он должен признать возможность того, что между ними ничего не случится.

– Куда дальше? – спросила Санни, когда они оказались на перекрестке.

– Направо.

Выйдя из очередного коридора, она обернулась к нему и улыбнулась:

– Мы вернулись туда, откуда начинали.

– Да.

– Есть ли у нас шанс пообедать? Я очень-очень голодна.

– Думаю, я смогу тебе в этом помочь.

Санни последовала за ним вдоль берега водоема, затем через деревянный мостик, который он сделал своими руками. Когда они достигли его личного пространства, он сказал ей:

– Подожди здесь, я скоро вернусь.

– Поспеши! – крикнула она ему вслед, когда он зашел в бункер.

Раяд проник в склад и взял контейнер, в котором привез еду для них. Когда он вернулся, то указал Санни на две большие красные подушки, лежавшие рядом с кроватью:

– Мы будем сидеть на них.

Санни опустилась на одну из подушек и скрестила ноги перед собой:

– У меня был завтрак в постели, но никогда не было обеда рядом с постелью. И что же у нас в меню?

Раяд сел на подушку напротив нее и открыл сумку, достал большую тарелку и открыл крышку.

– Фирменное блюдо нашего дворцового повара. Шаварма с традиционным хлебом, с добавлением хумуса и оливок.

Санни взяла сэндвич и откусила.

– Очень вкусно, – сказала она.

Раяд наблюдал за тем, как она ела, за движениями ее губ, и представлял, как эти губы будут ласкать его тело. Он передал ей бутылку воды, маленькое серебряное блюдце и белую тканевую салфетку.

– Пожалуйста, кушай сколько пожелаешь. У нас еще есть целая тарелка на ужин, если этого не хватит.

Санни перестала жевать и нахмурилась:

– Я думала, мы вернемся обратно еще до ужина.

Он подавил в себе разочарование:

– Я планировал устроить нам ужин здесь при свете звезд.

Санни несколько мгновений обдумывала его слова:

– Должна признаться, что это очень соблазнительное предложение, в том случае если ты привезешь меня домой до наступления полуночи.

– Хочешь поплавать?

Она опустила глаза:

– Не уверена, что я к этому готова.

– Но ты взяла купальник, как я сказал тебе?

– Да, взяла. – Наконец она снова посмотрела на него: – А еще у меня есть напоминание о недавнем происшествии в виде не очень красивого шрама.

– Покажи.

– Может быть, позже?

Чтобы помочь ей раскрыться, Раяд снял свою рубашку через голову и бросил ее в сторону, показывая собственные шрамы.

– Этот я получил шесть лет назад, – сказал он, указывая на неровную линию на левом боку. – Синяк справа – это сломанные ребра. А на спине имеется много порезов, которые мне оставил на память повстанец. Он держал меня в заложниках, пытаясь выбить информацию.

Зеленые глаза Санни расширились от удивления.

– Как тебе удалось бежать?

– Мой похититель сделал ошибку: освободил мои руки, когда перемещал меня из одной комнаты в другую. В награду он получил сломанную челюсть, а мне удалось уйти.

– Я знаю, что значит бороться за свободу. – В ее тоне слышался неподдельный страх.

– У каждого шрама есть своя история, Санни. Если ты не покажешь мне свой шрам, то я прошу тебя рассказать твою историю.

Санни сделала медленный вдох и выдох:

– Если я сделаю это, ты обещаешь не рассказывать Пиппе подробности?

Раяд волновался, что подробности окажутся намного более страшными, чем он вначале предполагал.

– Как я говорил тебе раньше, это останется между нами.

– Я постараюсь быть краткой.

Она долго молчала, и он решил, что она передумала рассказывать о себе. Наконец она начала:

– Мы остановились в маленькой деревушке в Анголе, где делали материал о сотрудниках гуманитарной организации, которые там работали. Нам было известно, что это место привлекает преступников, торгующих алмазами. Но насколько это было опасно, я осознала только в ту ночь.

Она замолчала, и Раяд взял ее руки в свои:

– Ты считаешь, что твои обидчики тоже имели к этому отношение?

Она покачала головой:

– Я не знаю наверняка, так как никогда не видела их. Они говорили на ломаном английском, но с испанским акцентом, но они не были испанцами, потому что я владею испанским.

– Как ты наткнулась на них?

Санни поменяла позу, что было знаком дискомфорта.

– Кэмерон и я жили в маленьком бунгало в центре деревни. Мы поругались по поводу нашего будущего. Он хотел вернуться в США, жениться и завести детей. Я не была к этому готова, и он это знал, но продолжал давить на меня. Когда я сказала ему, что нам надо расстаться, он потребовал, чтобы я ушла и провела ночь в другом месте. Он сказал, что не хочет больше ни минуты находиться в моем обществе. Я решила прогуляться, пока он не успокоится.

Раяд пробормотал проклятие:

– Он не должен был тебя отпускать. Он сам должен был уйти.

Она вздохнула:

– Сейчас он это понял. Он чувствует свою вину за произошедшее.

– И правильно. Но… что случилось, когда ты вышла из хижины?

– Я была расстроена и не обращала внимания, куда иду. Я шла по дороге, когда на меня напали. Кто-то толкнул меня на землю и заклеил рот лентой, так что я не успела промолвить ни звука. Мне завязали глаза, но я знаю, что нападающих было минимум двое. Один держал меня, а другой связывал.

– Там они держали тебя? – спросил Раяд, хотя знал, что, скорее всего, ее ответ будет отрицательным.

– Нет, – ответила она, подтвердив его предположения. – Меня перенесли в маленький дом, хотя на тот момент я этого не знала. Я находилась в очень маленьком помещении наподобие чулана. Я слышала, как закрылась дверь, но ничего не видела и еле могла дышать из-за ленты. Мне казалось, что меня похоронили живьем.

– Из-за этого у тебя развилась боязнь закрытых пространств.

– Да, – продолжила она. – Периодически меня вытаскивали оттуда, сажали на стул и били. Причины были мне неизвестны, за исключением того, что я была американской журналисткой.

Мысль о том, что кто-то мог поднять на нее руку, не давала ему покоя. Он должен был задать ей еще один вопрос, который мог разом все изменить.

– Извини за вопрос, ты была изнасилована?

– Один из них пытался это сделать. Он пришел в этот чулан и лапал меня. Он шептал мне на ухо что-то на своем языке. Я не понимала, но догадывалась, что это было что-то неприятное. Я до сих пор помню, что он пах алкоголем и как он пытался разорвать на мне одежду. Я стараюсь об этом не вспоминать.

Санни задумалась, и, казалось, глубоко ушла в себя.

Раяд сказал:

– Если хочешь, не будем продолжать.

– Это еще не все, – сказала она, как будто выговориться для нее вдруг стало необходимостью. – Второй раз, когда он пришел ко мне, он был более настойчивым. Я знала, что после этого они убьют меня. Я должна была драться или бежать, знала, что я должна была найти выход.

– Ты боролась с ним?

Она слабо улыбнулась:

– Нет. После того как он сорвал с моего рта изоленту, я знала, что за этим произойдет, если я не выберусь оттуда. Меня стало тошнить, и я сказала ему, что меня сейчас вырвет. Я объяснила, что мне надо на свежий воздух или в туалет. Он вытащил меня из комнаты за руки, поставил меня на ноги и выкрикнул приказ своему напарнику. Я почувствовала, что меня тащат куда-то. Я почувствовала ветерок и поняла, что я на улице. Я боялась того, что могло произойти потом.

– Ясно, что тебе удалось бежать, иначе ты не была бы здесь, – сказал Раяд после долгой паузы.

Она тяжело вздохнула:

– К счастью, напарник развязал мне руки и ноги, я поняла, что это мой шанс нанести удар и бежать. Но прежде чем я успела что-то сделать, я услышала шепот: «Беги». И я бросилась бежать так быстро, как могла. Я споткнулась, пытаясь развязать повязку, встала и продолжала бежать. Потом я услышала выстрел, и мимо моей головы пронеслась пуля.

Раяд сжал зубы от ярости:

– Он отпустил тебя, а потом стал стрелять?

– Это была она…

Раяд замолчал.

– Твоим похитителем была женщина?

– Да, и я думаю, она хотела, чтобы я смогла бежать. Я думаю, она таким образом хотела убедить своего партнера, что пыталась остановить меня.

– После всего, что они сделали с тобой, ты веришь в их человечность?

– Я верю в ее человечность. Напоминает историю Бонни и Клайда. Возможно, она ревновала, что я получала внимание ее компаньона. Я никогда не узнаю ее мотивов.

– Ты думаешь, эти двое были парой?

– Может быть. Я помню, как он часто повторял имя Эмма или Эрма, но оно всегда звучало с издевкой.

– Скорее всего, это было слово «ирма», что значит «сестра» на португальском.

– Тогда это объясняет их акцент и то, почему она позволяла развлекаться со мной. Как бы то ни было, она дала мне шанс сбежать, и я благодарна за это.

Раяд был растерян:

– К сожалению, я не могу разделить твоего чувства сострадания к жестоким и злым людям.

Санни положила руку ему на плечо:

– Я думаю, причина – твоя работа. Однако я хочу верить, что внутри все люди добрые. Что в них есть хоть капля доброты. Иначе я бы никогда больше не вышла из дома от страха нарваться на плохих парней. Но ведь это не жизнь.

Раяд восхищался ее смелостью. Санни была сильной. Что он не мог понять – это ее снисходительности к похитителям.

– Ты храбрая женщина, Санни Макадамс. Храбрее, чем многие мужчины, которых я встречал. Теперь ты отважишься показать мне свой шрам?

Она встала на ноги и снова улыбнулась ему:

– Поскольку ты знаешь историю, которая за ним стоит, я думаю, что мне нечего от тебя скрывать. А если мы идем купаться – тем более. Я пойду в бункер, чтобы переодеться в купальник, если ты мне скажешь, как открыть исчезающую дверь.

Раяд поднялся и улыбнулся ей в ответ:

– Тебе нужно нажать красную кнопку. Дверь не заперта.

– Отлично. – Она уже была готова идти, но потом снова обернулась и посмотрела на него: – Я люблю жизнь, Раяд, и поэтому я справляюсь с трудностями. Я уверена, что в тебе это тоже есть, иначе мы бы не заинтересовались друг другом.

Санни ушла, а Раяд стал размышлять над ее словами. Он действительно пережил несколько кошмарных ситуаций в своей жизни, и последняя из них произошла несколько лет назад. В тот день часть его души умерла безвозвратно. Он не был уверен, что сможет когда-либо справиться с этим или бросит поиски людей, которые убили его жену и ребенка.

Санни была удивлена тому, как легко она раскрыла Раяду все подробности. Рассказать Раяду почти всю историю ее похищения оказалось не так сложно, стоило ей только начать. Появиться перед ним в купальнике было немного сложнее…

Как только она надела стильный купальник-бикини, ее рука непроизвольно прикрыла рубец, красовавшийся прямо под ключицей. С этим жестом на нее нахлынули ужасающие воспоминания о ноже, режущем ее кожу, и еле различимых словах ее захватчика на малопонятном английском.

«Делай как я скажу, или в следующий раз я порежу выше».

Она стряхнула оцепенение от воспоминаний и завернулась в полотенце, которое захватила с собой. Ей все равно придется показать шрам, но не раньше, чем она окажется в воде.

Держа эту мысль в уме, Санни вернулась к Раяду, сжимая полотенце у горла. Однако, когда она пришла на место, нигде не могла его найти.

Вдруг он вынырнул из бассейна, словно прекрасный бог с золотой кожей. Он подплыл к ней и остановился в нескольких футах от каменного берега.

– Я было решил, что ты передумала.

Она проследовала взглядом за капелькой воды, которая стекла по его груди вниз к пупку. Санни не могла не обратить внимание на тонкую линию волос, начинавшихся от пупка. Она задумалась над тем, были ли на нем плавки.

– Меня не было совсем немного.

– Мне показалось, вечность.

Красивые слова от красивого настоящего мачо – «плохого мальчика».

– Как водичка?

– Хорошая. Ты собираешься стоять там и восхищаться моими навыками пловца?

В этот момент она восхищалась далеко не только его навыками и позволила поиграть своей фантазии.

– Если ты настолько хорош, наверное, мне стоит уступить и просто посмотреть со стороны.

– Если ты плохо плаваешь, я помогу тебе.

Санни чувствовала, что ее дух соревновательности ни за что не хотел уступать. Она решила придерживаться стратегии беспомощной женственности.

– Насколько там глубоко?

– Я сейчас стою на узком выступе, который сразу за мной обрывается на глубину. Мне так и не удалось обнаружить дно, хотя я пытался.

Она драматическим жестом взмахнула рукой:

– Ого. Ты выше шести футов, а это значит, что там действительно глубоко.

– Не бойся.

Но Санни не боялась и хотела показать ему это. Она подошла к самому краю бассейна, где стоял Раяд, и попробовала определить его глубину. Затем одним движением она сорвала полотенце и нырнула в воду. После того как Санни вынырнула в нескольких футах от Раяда и откинула назад мокрые волосы, она рассмеялась, увидев его недоуменное выражение лица. Пора было заканчивать маскарад.

– Честно говоря, я четыре года плавала за школьную команду и летом работала спасателем на водах. Я никогда не боялась воды.

Не говоря ни слова, он бросился к ней и за несколько секунд преодолел расстояние между ними.

– Я подозревал, – сказал Раяд, заключив Санни руками в кольцо.

Она не двигалась с места, осознавая, что теперь их почти не разделяло ни расстояние, ни одежда, и, несмотря на это, она ни капли не боялась. Более того, ее реакция не только не имела ничего общего со страхом, но и была ему прямо противоположна: она почувствовала желание близости. По крайней мере, он надел плавки, и у нее не было искушения потакать своему желанию – пока что.

– А мне казалось, я весьма неплохо сыграла свою роль.

– Возможно, я знаю тебя слишком хорошо, чтобы увидеть правду.

Она не собиралась с ним спорить, потому что уже несколько раз могла убедиться в его правоте.

– Извини. Если ты не заметил, я вполне самодостаточна.

Его взгляд скользнул к ее груди, где благодаря прозрачной воде был хорошо виден ее шрам.

– Я заметил и твою независимость, и вот это. – Обнимая ее одной рукой, он коснулся шрама кончиками пальцев. – Это был нож.

Это было утверждение, а не вопрос, и все же Санни чувствовала, что Раяд ждет ее ответа. Теперь ей было нечего скрывать.

– Да. По крайней мере, я так думаю, потому что ничего не видела. Но зато очень хорошо почувствовала.

– Твой шрам не такой некрасивый, как тебе кажется.

– Я начала к нему привыкать. К тому же это хороший повод купить новое ожерелье.

Раяд улыбнулся, как будто понял ее сарказм.

– Я куплю тебе ожерелье, хотя ты должна носить эту отметину как знак своей силы, которая помогла тебе выжить.

Именно это она и собиралась сделать. Когда-нибудь. Но сейчас она отнюдь не чувствовала себя сильной. Раяд находился слишком близко, а ее руки лежали на его широких плечах, а сердце учащенно билось.

– Мы так и будем стоять на одном месте или все же поплаваем?

Раяд поцеловал ее в щеку:

– Какая у тебя выдержка?

– Не знаю, а у тебя?

– Отличная. Я могу плавать на большие расстояния.

– Какие у тебя планы? Относительно плавания.

Он выглядел откровенно разочарованным.

– Есть еще одно место, которое я хочу тебе показать, но туда можно добраться только по воде.

– Звучит заманчиво. Ты первый, а я последую за тобой.

На этот раз он поцеловал ее в губы, но поцелуй оказался, на ее взгляд, слишком коротким.

– Когда мы достигнем расщелины, схватись за мою ногу.

– Это абсолютно необходимо?

– Ты хочешь заблудиться?

– Нет.

– Если ты случайно отпустишь руку, то окажешься в полной темноте. Продолжай плыть – и вскоре увидишь свет и поймешь, куда нужно двигаться. Я буду плыть медленно.

Санни поцеловала его небритый подбородок:

– Не беспокойся обо мне.

Он широко улыбнулся:

– Ты готова?

– Да, готова.

Она не успела вдохнуть поглубже, как Раяд поплыл по направлению к устью пещеры, которую они осмотрели до этого. Она пыталась догнать его и плыть рядом, но он был быстрее ее.

К тому времени, когда Санни достигла бездны, он ждал ее как ни в чем не бывало, как будто был готов переплыть Ла-Манш. Однако она чувствовала себя немного не в форме.

– Я приободрилась. Долго еще?

– Совсем недалеко.

– Видимо, твои ребра уже зажили.

– Достаточно, чтобы плавать. Теперь хватайся за меня, только не отпускай.

Самый настоящий крутой парень. Она отдала ему честь:

– Слушаюсь, капитан.

Санни положила руку ему на талию. Она успела заметить шрамы, но они отнюдь не делали его менее привлекательным для нее. Ничто не могло испортить ее мнение о нем: он был сильным мужчиной, проявлял к ней искреннее сочувствие и был невероятно привлекательным.

Поначалу на нее несколько раз нахлынула паника, но вскоре Санни смогла расслабиться и насладиться свободой, звуками и запахами пещеры и мужчиной, который был ее надежным проводником в этом раю. Вскоре она осознала, что совсем не чувствует клаустрофобии, несмотря на кромешную темноту вокруг. Санни ощущала себя радостной, свободной.

Темнота стала рассеиваться после того, как они сделали поворот, и вскоре в широком проеме им открылся водопад, который питал бассейн.

Санни отпустила Раяда и проплыла вперед. Вскоре она почувствовала под ногами песок и смогла встать, чтобы насладиться видом.

– Абсолютно потрясающе.

– Да, это так.

Она оглянулась и заметила, что он смотрит на нее.

– Думаю, ты уже видел это столько раз, что стал воспринимать это как должное.

Он встал рядом с ней:

– Я все равно продолжаю восхищаться этой величественностью, но я говорил не о водопаде.

– Ты имел в виду солнце, отражающееся в воде, или голубое небо?

– Нет, я восхищаюсь только тобой.

Санни встала к нему лицом и изобразила хмурый взгляд:

– Ты очаровательный шейх.

– А ты потрясающая женщина.

– Лесть может завести тебя куда угодно, – сказала Санни, обнимая его за шею.

– Куда угодно?

Видимо, стоит пояснить.

– Куда мы оба захотим.

– А у тебя есть предложения?

Санни чувствовала легкое головокружение и одновременно необычную для себя смелость.

– Почему бы тебе не поцеловать меня? Тогда мы все выясним.

Раяд медленно провел ладонями по ее шее и остановил руки на ее груди. Она могла попросить его прекратить ласки или продолжать. Ей хотелось последнего.

Осмелев, Санни протянула руку назад, расстегнула застежку на спине и развязала завязки на шее. Верхняя часть купальника упала в воду, и ее подхватило течение.

Поняв, что Санни обнажена выше пояса, Раяд прервал поцелуй и наградил ее улыбкой. Он взял в ладони ее груди, проводя большими пальцами вокруг сосков, и внимательно разглядывая ее. Никогда в жизни еще Санни не позволяла так далеко зайти мужчине, которого так мало знала. Она запретила себе думать о чем-либо, когда Раяд убрал одну руку и стал ласкать ее губами.

Ощущения Санни были восхитительными. Теплые волны удовольствия катились по ее телу и концентрировались в районе бедер. Словно почувствовав это, Раяд поднял ее ноги и обвил вокруг своей талии, и она почувствовала своим телом его возбуждение. Он начал двигать ее вверх и вниз, создав трение, которое почти довело ее до оргазма. Если бы шейх продолжил, Санни попросила бы освободить ее от мучений.

Раяд поставил ее обратно на ноги, Санни прикусила губу, чтобы не выругаться.

– Ужасно обидно… ты завел меня и так быстро отступил.

– Я не хотел. Если бы я поступал по-своему, я бы взял тебя прямо здесь, без формальностей.

– Почему тогда ты этого не сделал?

– Я не уверен, хочешь ли ты этого.

Санни скрестила руки на груди и раздраженно фыркнула:

– Поверь мне, я не настолько хорошо притворяюсь.

Он поднял из воды топ ее купальника и протянул ей:

– Когда человек столкнулся со смертью или пережил потерю, он часто ищет любой доступный способ, чтобы доказать себе, что он еще жив.

Санни надела и застегнула верх купальника, все еще борясь с разочарованием.

– И ты думаешь, что это мой случай?

– Я допускаю, что это возможно.

Подобное отношение со стороны Раяда было больше похоже на оскорбление.

– К твоему сведению, я вовсе не из тех женщин, которые готовы отдаться в руки любому, кто удовлетворит их эмоциональные или физические потребности. Если бы я не доверяла тебе, я бы никогда не задумалась об интимных отношениях. Можешь думать что хочешь, но я доверяю тебе, Раяд, и я хочу тебя больше, чем любого другого мужчину в своей жизни. Если это безумство, меня это мало беспокоит. Но ничего с собой поделать я не могу.

– Я глубоко ценю твои чувства ко мне, но доверие нужно заслужить.

– Ты заслужил его, когда прервал нашу маленькую интерлюдию из-за того, что беспокоился обо мне. Однако что-то мне подсказывает, что это не просто беспокойство обо мне… Возможно, ты сам не готов к близости.

Он взял ее руки в свои и значительно посмотрел на нее:

– Прошло уже достаточно времени с тех пор, когда я был с женщиной, хотя мое беспокойство касается исключительно твоего благополучия. Если ты решишь, что нам нужно заняться любовью, я позабочусь о том, чтобы ты надолго запомнила этот опыт. И хотя я не против заняться этим в любом подходящем месте, наш первый раз должен случиться в постели.

Его уверенность в себе и традиционные идеалы казались Санни привлекательными.

– То есть можно считать, что мы решили: когда придет время, мы не будем противиться природе и заниматься самокопанием?

Выражение лица Раяда посветлело.

– Только скажи, и я выполню любую твою фантазию.

Даже несмотря на то что вся она была освещена солнцем, Санни почувствовала мурашки на коже, когда представила, как Раяд пробирается в ее комнату во дворце ночью.

– Я думаю, нам лучше вернуться обратно до темноты. Я хочу успеть поужинать вместе с Пиппой.

– Мы поужинаем здесь перед возвращением.

Провести еще несколько часов в обществе Раяда в этом укромном месте казалось Санни прекрасной перспективой.

– Можем остаться здесь. – Она погрозила ему пальцем. – Только в том случае, если у тебя приготовлено блюдо из дворцовой кухни, а не что-то из одной из тех банок на полочках.

Раяд широко улыбнулся:

– Уверен, тебе понравится.

Он был неотразим.

– Где мы сегодня ужинаем? Рядом с твоей кроватью?

– Нет. – Он взял ее руки и поцеловал каждую по очереди, словно галантный арабский рыцарь. – Мы будем ужинать под звездами.

Обычно Санни не требовала от мужчин романтики, но с Раядом это было невероятно приятно.

– Звучит чудесно.

– Это именно так и будет, – сказал он. – А после этого я в безопасности доставлю тебя во дворец.

Санни не имела ничего против того, чтобы они задержались на вечер, коль скоро он выполнит все ее фантазии, как и обещал. Видимо, ей действительно предстоит жаркая ночь в пустыне.