Скрывая смущение, Билли под руку с Джио вошла в престижный художественный салон в центре города. Расплываясь в улыбке, хозяин галереи бросился навстречу. Подали вино, после чего им устроили персональный показ коллекции. Билли умирала от скуки, но мужественно демонстрировала интерес, выслушивая претенциозные комментарии к полотнам, словно нарисованным нетвердой рукой младенца.

– Тебе что-нибудь понравилось? – спросил Джио, удивленный ее молчанием.

– Я не знаток современного искусства, предпочитаю более традиционную живопись, – виновато прошептала Билли и вдруг замерла, глядя в противоположный конец галереи на знакомую фигуру Калисто, одетую в вызывающее, ярко-красное мини-платье.

– Какого черта… – раздраженно прошептал Джио поверх ее головы.

– Я сама разберусь.

Билли повернулась и, решительно сжимая в пальцах бокал с вином, пересекла холл, стуча каблуками по мраморным плитам пола.

– Откуда ты узнала, что мы будем здесь? – обратилась она к бывшей жене Джио.

Глаза Калисто блеснули голубым льдом.

– У меня свои источники информации. А вот ты явно попала не по адресу.

– Скорее ты попала не по адресу. Джио не вернется к тебе, – сухо отреагировала Билли. – Напрасно тратишь время.

– Вот тут ты ошибаешься. Как только я узнала об условиях брачного контракта, сразу поняла, что ты вылетишь отсюда быстрее, чем думаешь, – с презрительной усмешкой затараторила Калисто. – Ты ведь не удосужилась прочитать его, правда? Глупая, глупая женщина. Ты еще вспомнишь меня, когда Джио отправит тебя назад в Англию без твоего драгоценного сыночка.

Билли решила не продолжать разговор, чтобы не доставить Калисто удовольствия. Та ненавидела ее и не скрывала этого. В ее глазах сверкала злоба, а голос звучал язвительно. Билли пыталась разобраться, чем именно вызвала такую бурную реакцию: вышла замуж за Джио? Вместе с ним опекает ребенка? А может, Калисто все еще любит Джио и оскорблена тем, что он так быстро забыл ее?

Джио подошел и, даже не взглянув на бывшую жену, взял Билли за руку и вывел из галереи.

– Только два человека знали о том, что мы будем в галерее. Один из них Деймон, которому я доверяю свою жизнь, – мрачно сообщил он. – Я уже связался с ним и поручил расследовать, кто виноват в утечке информации. Этот человек будет уволен.

– Согласна, что так будет лучше, – пробормотала Билли сдавленно. – Может быть, это юрист, которого ты упоминал, – ее сводный брат? Похоже, он проболтался ей о конфиденциальных условиях.

По тому, как Джио нахмурился, Билли поняла, что он не слышал последних слов Калисто.

– Какие условия?

Билли пожала плечами, сделав вид, что речь идет о чем-то не важном. Она не хотела подозревать Джио в коварстве и тем более верить на слово злобной Калисто. Билли решила, что найдет контракт и сама прочитает его или передаст независимому юристу. То, что сказала Калисто, не может быть правдой, думала она в паническом страхе. Это означало бы, что их брак – всего лишь уловка, позволяющая Джио получить единоличное опекунство над Тео. Но Джио не мог так поступить с ней!

– Твоя бывшая жена, похоже, немного психопатка, – осторожно заметила Билли, садясь в лимузин.

– Вероятно, я это заслужил, – сказал Джио, явно нервничая.

– Что с тобой? – не удержалась от вопроса Билли, когда они входили в модный ресторан.

– Ничего особенного, – поспешил успокоить ее Джио.

Ему не удалось провести Билли. Джио определенно был чем-то обеспокоен и крепко держал ее за руку, словно боялся, что она исчезнет.

«Ну уж нет, – воинственно думала Билли. – Женившись на мне, он подписал себе пожизненный приговор и на помилование может не рассчитывать. Я его не отпущу». В то время как Джио разговаривал с Леандросом, она не сводила глаз с его великолепного аристократического профиля и вполуха слушала щебетание подруги Леандроса. Клэр была британской моделью и с восторгом рассказывала о новой линии косметики и волшебном средстве по имитации загара. Тема не волновала Билли, но она старалась проявить дружелюбие, хотя и сделала вывод, что Леандрос в отношении женщин оказался глупее пуделя.

Джио под столом игриво провел пальцем по ее бедру, и Билли напряглась, но не от вожделения, как, вероятно, надеялся ее муж – она вновь вспомнила слова Калисто. «Мне придется попросить у Джио объяснения», – подумала она с болью. Замыслил ли он предательство, когда составлял юридический документ? Билли не сомневалась, что для достижения цели Джио не остановится ни перед чем. Он напоминал ей катящийся с горы огромный гранитный валун, сметающий все на своем пути. При этом Джио не задумывался о причиняемом ущербе и о тех, кого может раздавить.

Как она могла любить такого человека? В отчаянии Билли задавала себе этот вопрос, пока лимузин вез их в аэропорт.

– Что ты думаешь о Клэр? – нарушил тишину Джио, в надежде узнать, что сказала Калисто. Его бывшая жена отличалась редкой злобой, направленной теперь на Билли, и он вполне допускал, что она могла жестоко оскорбить Билли.

– Очень болтливая и гламурная девица, но достаточно симпатичная, – высказала свое мнение Билли.

– Эксперт по искусственному загару. Должно быть, хороша в постели, – сардонически заметил Джио.

– Почему ты так решил? – неожиданно разозлилась Билли. – Ты про меня тоже так сразу подумал? Давай признаем, что я не отличалась искусством интеллектуальной беседы.

– Мы говорим не о тебе, – успокаивающе потрепал ее по руке Джио. – В тебе никогда не было тщеславия и фривольности.

– Карьера Клэр построена только на ее исключительной внешности, поэтому несправедливо упрекать ее в тщеславии. – В глубине души Билли удивлялась, что спорит с Джио о предмете, который ей глубоко безразличен. Вероятно, страх проникал все глубже в ее душу, вызывая недоверие и подозрения в отношении Джио. Отсюда несвойственное желание противоречить ему.

Что она будет делать, если человек, которого она любит, окажется злейшим врагом, прикинувшимся ее мужем? Конечно, она никогда не смирится, если Джио попробует отобрать у нее Тео, но как помешать ему? Самой убить в постели? Нанять киллера? В голову приходили все более безумные мысли, напряжение возрастало. В вертолете, сидя рядом с Джио, она не произнесла ни слова до самой посадки на острове.

– Может, объяснишь, что с тобой происходит? – потребовал Джио, когда она оттолкнула его руку и решительно зашагала к вилле по каменистой дорожке.

– Поговорим в доме, чтобы нас никто не услышал, – сказала она ровным, безжизненным голосом, который Джио слышал впервые.

Джио охватило нешуточное беспокойство. Шагая вслед за Билли, он безуспешно перебирал в памяти все возможные грехи и ошибки, но их было так много, что он не знал, с чего начать. Остановившись в центре гостиной, Билли скинула туфли, сразу став меньше ростом, но не утратив гордой осанки. Она сердито сверкнула зелеными глазами.

– Калисто сказала, что, согласно брачному контракту, ты оставишь Тео в Греции в случае нашего разрыва.

Джио пришел в такую ярость, узнав об утечке информации из самых, казалось бы, надежных источников, что, побледнев, замер и не мог ничего придумать в свое оправдание.

Билли опустила плечи, без труда все поняв по замкнутому выражению его лица.

– Значит… это правда. Свадьба была лишь прикрытием твоего предательства.

– Брачного договора больше не существует. Я уничтожил твою и свою копии, а мой юридический отдел получил указание ликвидировать все сопутствующие свидетельства, – хрипло произнес Джио. – Все осталось в прошлом. Я сожалею, что такой план вообще пришел мне в голову.

– Где ты взял мою копию? – потребовала ответа Билли.

– Залез в твои коробки, – признался Джио и покраснел под ее изумленным взглядом. – Я понял свою ошибку и решил избавиться от документа. Мне не хотелось, чтобы ты когда-нибудь прочитала его и уличила меня в коварстве.

– Теперь уже не о чем беспокоиться. Твое предательство обнаружилось гораздо раньше, чем ты мог рассчитывать. – Билли не могла решить, должна ли она сменить гнев на милость, узнав об уничтожении документа и явном раскаянии Джио. По крайней мере, он сам осознал свой промах, что в какой-то степени оправдывало его.

Джио не сводил с нее глаз, следя за тем, как меняется выражение лица.

– Я не хотел потерять тебя.

– Ты не хотел потерять Тео, – поправила Билли. – Жаль, что ты не был честным с самого начала, Джио. Как только ты появился в нашей с Тео жизни, я сама предложила тебе разделить родительские обязанности честно и справедливо.

– Согласен, что с моей стороны было подло включить этот пункт в брачный договор, – согласился Джио с удивившим Билли смиренным раскаянием.

– Очень типично для тебя, – заметила она. – Умно, изобретательно, хладнокровно.

– В том, что касалось тебя, я ничего не делал хладнокровно. Брачный договор составлен так потому… – Джио в замешательстве замолчал, сцепив зубы, – не потому, что хотел забрать у тебя Тео, а по другой причине…

– По какой? – не выдержала напряжения Билли.

– Я знал, что ты никогда не бросишь Тео. Если у меня будет право не отдавать его, то и ты не уйдешь от меня! – заорал Джио в полный голос, заставив ее подскочить от испуга.

Билли просто ахнула:

– Но у меня и в мыслях не было уйти.

– Однажды ты уже бросила меня! – напомнил Джио с горечью.

Билли уставилась на него, стараясь скрыть удивление и радость.

– Думаю, ты согласишься, что у меня были серьезные причины исчезнуть, когда ты женился на другой женщине? – очень тихо спросила она.

Его смуглое красивое лицо передернулось, словно от удара. Он глубоко, протяжно вздохнул:

– Женитьба на Калисто была самой большой ошибкой в моей жизни… но я верил… действительно считал, что поступаю правильно.

Билли вспомнила разговор с Теоном о том, как он воспитывал Джио и какие ценности прививал. Она покачала головой.

– Выяснилось, что тебе это не подходит.

– Не могу простить, что так обидел тебя, – с усилием произнес Джио, глядя на нее с искренним раскаянием. – Если бы можно было вернуться назад и все изменить, я бы сделал это. Но так не бывает. Вряд ли тебя утешит то, что я сам наказал себя. На два года моя жизнь потеряла смысл, потому что тебя не было рядом. Такова цена неправильного выбора. Самым счастливым днем с тех пор, как ты ушла, стал день, когда я наконец узнал, где ты живешь.

Билли думала, что хорошо изучила Джио, но никогда не мечтала услышать от него такое признание. Поначалу от неожиданности она практически лишилась дара речи, но природная доброта и сострадательность заставили ее броситься к Джио, обнять его.

– Иногда ты бываешь таким идиотом, – прошептала она беспомощно.

– Честное слово, я не поверил, что ты уйдешь. Когда пришел в пустую квартиру… мне стало плохо. Что только я не делал, чтобы забыть тебя, но ничего не помогало. Все валилось из рук, – продолжал каяться Джио. – Калисто сыграла со мной злую шутку. Она мне была не нужна. Я хотел тебя и думал только о тебе.

В этот момент Билли поняла причину ненависти к ней Калисто.

– Она любила тебя? Вероятно, ее терзали ревность и обида…

– Любовь не входила в условия нашей сделки. Если бы речь шла о ревности, она не согласилась бы оставить тебя в моей жизни.

– Ты рассказал ей обо мне? Она не возражала, чтобы ты встречался со мной? – уточнила потрясенная Билли, хотя, кажется, однажды Джио уже говорил ей об этом.

– Я хотел быть честным с ней с самого начала. Кэл стремилась занять высокое социальное положение. Хотя ее семья очень богата, но не знатного рода, поэтому для нее было важно в глазах всего мира быть женой Джио Летсоса. К сожалению, я не мог жить с ней, – исповедовался Джио. – Она ненавидела мою семью и врала без причины на каждом шагу. Согласившись создать со мной полноценную семью, она призналась потом, что не собирается иметь детей. Короче, ни ее, ни меня не устраивал наш союз, и она согласилась на развод.

– Почему же тогда она преследует меня и стремится разрушить наш брак?

– Скорее всего, она оскорблена тем, что я предпочел ей тебя. Конечно, ее самолюбие пострадало оттого, что я женился сразу после развода. Но можешь не беспокоиться, она больше не сможет досаждать нам, – обещал Джио с полной уверенностью. – Тот юрист, который нарушил профессиональную этику, будет уволен, а Леандрос сам не ладит с Кэл и не станет рассказывать о нас.

Отвлекаясь от темы Калисто и короткого эпизода женитьбы на ней Джио, Билли вернулась мыслями к злополучному брачному контракту.

– Почему ты боялся, что я захочу уйти от тебя? – решилась спросить она.

– Сначала меня бросил отец, потом – мать. В моей жизни ты заняла более важное место, чем любой из них, – попытался объяснить Джио, с трудом подбирая слова. – Пережив смерть матери, я решил убить в себе чувства. Казалось, только так мне удастся справиться с новыми обстоятельствами, обрушившимися на меня и сестру. Мне было важно держать все под контролем. Все, что задевало мои чувства, представляло угрозу. Поняв, что нуждаюсь в тебе, я испугался…

– О господи… – единственно, что могла вымолвить Билли.

– Когда я снова нашел тебя, не мог поверить, что ты готова отказаться от меня.

– Только ради Тео. Я боялась, что ты разозлишься. И потом, вспомни, ты очень сильно обидел меня, и я не хотела, чтобы это повторилось, – честно объяснила Билли.

– Я совершил множество ошибок, но только потому, что хотел вернуть тебя любой ценой, – признался Джио. – Мне стыдно, что пришлось использовать против тебя прошлое Ди.

– Не стоило этого делать, – не удержалась от замечания Билли. – Ведь ты шантажом заставил меня переехать.

– Хотел, чтобы ты была рядом.

– И тут же бросил, сбежав в Лондон, – упрямо продолжала она.

– Не мог справиться с чувствами к тебе, – вздохнул Джио. – Меня одолевали то злость, то отчаяние.

– Как я могла догадаться о твоих чувствах, если до сегодняшнего дня ты со мной ничем не делился? – упрекнула Билли.

Джио полез в карман, вынул коробочку и достал кольцо со сверкающим бриллиантом.

– Сейчас пять минут после полуночи. Тебе исполнилось двадцать три года. Поздравляю с днем рождения, любовь моя. – Джио взял ее за руку и надел роскошное кольцо на палец. – Оно принадлежало моей бабке, а теперь принадлежит тебе. У кольца хорошая история: мои предки прожили долгую, счастливую жизнь. Пусть она будет для нас примером.

Билли любовалась кольцом, не скрывая слез радости. Семейная реликвия значила для нее гораздо больше, чем любая драгоценность, купленная у ювелира.

– Мне надо было надеть кольцо тебе на палец два года назад, но я не слушал своего сердца, – тихо сказал Джио. – Не задумывался над тем, что ты значишь для меня, а когда понял, было поздно. Ты исчезла. Даже после того, как я снова нашел и женился на тебе, мне не приходило в голову, что я люблю тебя.

– Любишь? – Вздрогнув, Билли очнулась от блаженного созерцания своего сокровища.

– Я люблю тебя, – объявил Джио, немного смущенный собственным признанием. – Вероятно, я всегда любил тебя, но мое чувство было слишком эгоистичным, поэтому я не признавался в нем, а ты тем более не догадывалась.

– Джио… ты только что сознался в собственном эгоизме, – рассмеялась Билли.

Джио нахмурился:

– Я пришел к такому выводу, когда обнаружил экзаменационные сертификаты и дипломы разных курсов, которые ты посещала два года назад. Я даже не догадывался об этом. Почему ты не говорила мне?

– Мне было стыдно, – покраснела Билли. – У тебя университетские дипломы, а я изучала самые простые предметы. Господи! – ахнула она. – Поэтому ты повел меня в картинную галерею вчера?

– Думал, тебе будет интересно.

– Я прошла курс любителей живописи только из-за Каналетто. По правде говоря, для меня все это слишком интеллектуально.

– Меня искусство тоже не очень интересует. Я ничего не хотел бы изменить в тебе, я горжусь тобой и счастлив появляться с тобой в обществе. Ты оказала мне большую честь, став моей женой. – Джио подхватил ее на руки и понес в спальню.

– Это правда?

– Честное слово! – с чувством подтвердил Джио. – Жаль, что я раньше не осознал силу своего чувства. Мы оба избежали бы стольких страданий. Поверь, я никогда добровольно не отпущу тебя.

– Я люблю тебя, как прежде, – сказала Билли, сияя от счастья.

– За что же, позволь узнать?

– Может быть, потому, что понимаю тебя лучше других людей. Не знаю. Но я всегда любила тебя, – вздохнула Билли, впервые свободно говорившая о своих чувствах, потому что знала: Джио отвечает ей взаимностью. – Ее охватила невероятная легкость. Все сомнения и страхи остались в прошлом.

– Спорим, мое чувство сильнее, – пробормотал Джио, нежно и страстно целуя ее. Янтарные глаза сверкали золотыми искрами. – Я ни в чем не привык уступать.

– В этом соревновании я всегда готова присудить тебе победу, – засмеялась Билли, крепко прижимаясь к нему.

Билли наблюдала, как Тео мчался по песку к морю в сопровождении Джейд и Дэвиса. Джио следил за детьми у кромки воды.

– Знаешь, – заметила Ди, расположившись в шезлонге рядом с Билли на открытой террасе коттеджа. – Джио оказался совсем другим, чем представлялся мне вначале. Оказывается, он любит возиться с детьми.

– Честно говоря, он и меня удивил, – лениво протянула Билли, поглядывая на шестимесячную дочь, мирно спавшую в коляске в тени навеса. – Джио обожает Ианту.

– Надеюсь, ваш следующий ребенок будет назван в честь твоей родни.

– Ты смеешься? Моего деда звали Уилфред, а бабушку Этель. В этом смысле фамильные имена Джио больше подходят. О чем мы говорили? Ну да, Джио и дети. Он признался, что ему нравится проводить время с семьей.

– Билли, стоит тебе захотеть, Джио достанет тебе луну с неба, – закатила глаза кузина. – Он околдован тобой. Это видно по его глазам, когда он смотрит на тебя.

– Может, скоро придет твой черед, – усмехнулась Билли, знавшая, что Ди встречается с кем-то у себя в городе. Еще слишком рано делать предположения, но она надеялась, что кузина решится наконец на серьезные отношения. Ди слишком долго оставалась одна.

Два года назад Билли вышла замуж за Джио. Ди решила выкупить магазин винтажной одежды, которым продолжала успешно управлять, постепенно выплачивала ей деньги. Многое изменилось в жизни Билли, но Джио тоже очень изменился. Он больше не старался сдерживать эмоции и стал более терпимым по отношению к другим. Конечно, они с Ди никогда не станут друзьями, но Джио смирился с тем, что она занимает важное место в жизни Билли и относился к ней снисходительно. Билли подозревала, что немалую роль в этом сыграли дети.

Трехлетний Тео рос крепким мальчуганом, как все мужчины в роду Летсосов. Он унаследовал темные густые волосы Джио, которые, как у его матери, топорщились непокорными вихрами и грозили доставить много хлопот в будущем. Ианта тоже разделила их с Джио гены: от матери ей достались зеленые глаза и светлые волосы, но прямые, без единого завитка, как у отца.

Билли пошла в коттедж за холодными напитками, остановилась на пороге и довольно огляделась. Сегодня они с Джио проведут здесь ночь. Вечером Ди с детьми улетает домой, Айрин – их верная няня – заберет Ианту и Тео и уложит спать на вилле.

За два года, проведенных вместе, Билли научилась с максимальным удовольствием использовать время, когда они с Джио оставались вдвоем. Он стал меньше времени проводить в поездках, предпочитая работать в своем кабинете на острове, где постоянно жила его семья. Билли прекрасно ладила со всеми членами клана Летсос. Она особенно подружилась с сестрами Джио и редко оставалась одна. Билли была счастлива. Иногда ей хотелось ущипнуть себя, чтобы убедиться: это не сон.

Сзади ее обхватила пара крепких рук. От неожиданности Билли подскочила.

– Джио?

– Кто же еще?

– Напугал меня, – прошептала она, поворачиваясь к нему лицом. – Кто смотрит за детьми?

– Ди. Теперь ее очередь.

Билли заглянула в золотистые глаза, сверкавшие на смуглом худощавом лице, и обвила руками его шею. Сердце забилось чаще.

– Ты по-прежнему возбуждаешь меня, Джио Летсос, – призналась она, немного задыхаясь.

В ответ он одарил ее многозначительной и очень эротической улыбкой.

– Потерпи до вечера, моя любовь.

Он часто по-гречески называл ее «моя любовь», приводя Билли в восторг. Она, кстати, уже сама неплохо говорила на родном языке мужа.

Билли медленно и нежно прижалась к сильному атлетическому телу Джио, чувствуя себя под надежной защитой.

– Я люблю тебя.

– А я целиком принадлежу тебе, – заверил ее муж.

Он наклонился и прижался губами к ее губам в долгом, страстном поцелуе.