Роман подъехал к замку, стоящему на развилке, где Сент-Николас-плейс ответвляется от Сент-Николас-авеню, и резко ударил по тормозам.

Сассафрас стукнулась головой о ветровое стекло, а мистер Барон, лежавший на заднем сиденье безжизненной фигурой, свалился на пол.

— Куда они поехали? — спросил Роман, трогая свой револьвер 45-го калибра, лежавший на сиденье между ним и девушкой.

Сассафрас выпрямилась, потерла лоб и сердито повернулась к нему:

— Ты меня спрашиваешь? Я не видела, куда они уехали. Все, что я знаю, — они свернули налево.

— Я видел, как они свернули направо, — возразил он, его серые глаза, казалось, пытались одновременно смотреть в обе стороны.

— Приведи в порядок свои мозги, — сказала Сассафрас высоким визгливым голосом. — Они не могли скрыться в замке, это уж точно. И ты не можешь торчать здесь, посреди улицы, всю ночь напролет.

— Хотел бы я поиметь того сукиного сына, который выстроил этот замок здесь, посреди Гарлема, — сказал Роман, словно именно тот был виноват, что «кадиллак» пропал из вида.

— Но ты его не поимеешь, так что лучше убирайся с середины дороги, пока кто-нибудь не прошел мимо и не заявил, что ты украл этот «бьюик»-седан.

— Мы украли, так, что ли? — сказал Роман.

Толчок привел мистера Барона в чувство, и они могли слышать, как он стонет на полу позади них:

— О, Боже!.. О, Иисус Христос… Эти грязные ублюдки…

Роман включил скорость и медленно направил автомобиль между рядами многоквартирных домов с фасадами, выложенными кирпичом, что стояли на Сент-Николас-плейс.

Замок, плод фантазии какого-то архитектора начала столетия, стоял на 149-й улице, выше него тянулись лучшие в Гарлеме дома. Роман был незнаком с этой частью города и не знал, в какую сторону свернуть.

Мистер Барон ухватился за спинку переднего сиденья и поднялся на колени. Его длинные волнистые волосы списали со лба, глаза с трудом вращались в глазницах.

— Дайте мне выйти наружу, — сказал он со стоном. — Меня сейчас вырвет.

Роман остановился перед красным кирпичным зданием, возле обочины которого выстроились новые автомобили.

— Заткнитесь! — сказал он. — Если бы не вы, я никогда бы не удрал после того, как сбил старую женщину.

Щеки мистера Барона надулись, но он сглотнул все обратно.

— Меня сейчас вырвет прямо в машине, — промычал он.

— Дай ему выйти, — сказала Сассафрас. — Если бы ты слушал меня, ничего этого не случилось бы.

— Выходи, мужик, — крикнул Роман. — Или ты хочешь, чтобы я вынес тебя?

Мистер Барон открыл дверь со стороны тротуара и стал на ноги. Его повело на фонарный столб. Роман выскочил из машины с другой стороны и бросился к нему.

Мистер Барон ухватился за столб, и тут его как будто прорвало. Из него вырвалась струя, словно он был переполнен кипящей водой. Роман отскочил назад.

— Боже милостивый, — простонал мистер Барон.

Роман дал ему закончить и ухватил его за руку. Мистер Барон сделал слабую попытку вырваться.

— Отпусти меня, мне надо позвонить по телефону, — сказал он.

— Вы ничего не будете делать до тех пор, пока не найдете мою машину, — пробормотал Роман, втаскивая его обратно в «бьюик»-седан.

Мистер Барон рванулся было обратно, но ноги его не держали. Его голова раскалывалась от стреляющей боли, и он никак не мог сфокусировать взгляд.

— Дурак, — сказал он. — Как я могу найти твой автомобиль, если ты не даешь мне добраться до телефона? Я хочу позвонить в полицию и сообщить им, что машина украдена.

Его голос звучал безнадежно.

— Нет, вы этого не сделаете. Вы ничего не расскажете полиции, — сказал Роман, втискивая его на заднее сиденье и захлопывая дверцу. Он обошел автомобиль и сел за руль. — Вы думаете, я хочу, чтобы меня арестовали?

— Но это не были настоящие полицейские, идиот! — сказал мистер Барон.

— Я знаю, что это была не полиция. Вы думаете, я дурак? Но что я должен рассказать настоящей полиции о наезде на эту старую женщину?

— Ты не причинил старухе вреда. Я посмотрел назад, когда ты удирал, и видел, как она поднималась.

Роман смотрел на мистера Барона, пока сказанное доходило до него. Сассафрас тоже обернулась, чтобы посмотреть на мистера Барона. Оба они, внезапно онемевшие, — он в своей енотовой шапке на манер Дэвида Крокетта, и она в красной шапочке, венчающей длинное черное лицо, — выглядели как люди из другого мира.

— Вы знали, что я не причинил ей вреда, и продолжали уговаривать меня удрать, — низкий южный голос Романа звучал угрожающе.

Мистер Барон нервно заерзал:

— Я как раз собирался остановить тебя, но прежде, чем я успел что-нибудь сказать, подъехали эти бандиты и изменили всю ситуацию…

— А вы часом с ними не заодно?

— Зачем это мне?

— Они украли мою машину. Откуда мне знать, что вы не заодно с ними?

— Ты кретин! — воскликнул мистер Барон.

— Не такой уж он кретин, — сказала Сассафрас.

— Кретин или нет, но я не собираюсь отпускать вас до тех пор, пока не найду мою машину, — сказал Роман мистеру Барону. — А если я не найду ее, то собираюсь получить мои деньги обратно с вас.

Мистер Барон принялся истерически смеяться:

— Ну давай, бери! Обыщи меня. Избей меня. Ты такой большой и сильный.

— Я целый год трудился, чтобы заработать эти деньги.

— Ты работал целый год. И ты накопил двадцать сотен долларов…

— Я собирал их почти по пенни. Я голодал, чтобы скопить денег.

— И вот ты смог купить «кадиллак». Но тебя не удовлетворял обычный «кадиллак». Ты купил «кадиллак» из сплошного золота. И я — я тот, кто продал его тебе. На тысячу долларов дешевле, чем указано в его стоимости. Ха-ха-ха! И ты владел им всего двадцать минут и позволил кому-то украсть его…

— Что с тобой, мужик? Ты сошел с ума?

— Теперь ты хочешь получить свои деньги с меня. Ха-ха-ха! Давай, начинай бить меня. Сдери с меня шкуру. А если это тебя не удовлетворит, разложи меня и изнасилуй.

— Послушайте, мне надоела эта чушь.

— Тебе надоела эта чушь? Ты проклятый желтоперый простофиля.

— Вы вынуждаете ударить вас.

— Ударить меня! Давай, бей меня! — мистер Барон придвинул к Роману свое женственное личико. — Посмотри, удастся ли тебе выбить из меня шестьдесят пять сотен…

— Бить не стану. Я просто разложу вас на сиденье и возьму.

— Он разложит меня и возьмет! Мне это нравится.

Тут вмешалась Сассафрас:

— Вам не должно нравиться то, что он возьмет, потому что это всего лишь деньги.

— Черт побери, где вы были, двое идиотов, когда эти бандиты вырубили меня и ограбили?

— Вырубили вас? — повторил Роман тупо.

— Так вот что с вами случилось, — эхом откликнулась Сассафрас.

— И они ограбили вас? Отняли мои деньги?

— Это были мои деньги, — поправил мистер Барон. — Автомобиль был твой, а деньги — мои.

— Иисус Христос, — сказал Роман. — Они взяли и автомобиль, и деньги.

— Понял наконец, остолоп. Ну теперь ты разрешишь мне пойти и позвонить?

— Нет, не позволю. Я собираюсь обыскать вас. Может быть, я и остолоп, но с самого начала не доверял вам.

— Это чудесно, — сказал мистер Барон и принялся выбираться из машины на обочину.

Но Роман перегнулся назад, ухватил его и выпихнул из машины. Затем он выскочил сам и принялся трясти мистера Барона.

— Осторожнее, Роман, — сказала Сассафрас. — Кто-нибудь может, проходя, подумать, что ты грабишь его.

— Пусть думают, что хотят, — сказал Роман, выворачивая наружу карманы мистера Барона.

— Ты не хочешь раздеть меня? — спросил мистер Барон.

Роман кончил осматривать его карманы и прощупал одежду, затем он провел руками по телу мистера Барона сверху донизу, прохлопав ноги с обеих сторон и руки под мышками.

— На нем ничего нет, — заключил он.

Но это его не удовлетворило. Он исследовал и заднее сиденье «бьюика»-седана.

— И здесь ничего, — он снял енотовую шапку и ерошил свои короткие курчавые волосы взад и вперед. — Если я поймаю этих сукиных детей, я готов убить их.

— Разреши ему позвонить, — сказала Сассафрас. — Он сказал, что ты не нанес вреда старой леди, а я готова поклясться, что ты даже не сбивал ее.

Роман стоял посреди улицы в раздумье. Мистер Барон стоял рядом, наблюдая за выражением его лица.

— Хорошо, садитесь в машину, — сказал Роман.

Мистер Барон юркнул в автомобиль.

Роман начал было беседовать с ним через окно:

— Ты знаешь этот район?..

— Садись сам в машину, — сказала Сассафрас.

Он опять уселся на переднее сиденье и продолжал, обращаясь к мистеру Барону:

— Куда они вернее всего поедут на моей машине? Не похоже, чтобы они могли спрятать ее.

— Один Бог знает, — сказал мистер Барон. — Пусть полиция ищет их, они за это получают деньги.

— Нет уж, позвольте мне самому поразмыслить, — сказал Роман.

— Ну и сколько же ты собираешься думать? — спросила Сассафрас.

— Вот что я вам скажу, — начал Роман. — Вы звоните в полицию и говорите им, что это ваша машина. А потом, если они найдут ее, я покажу им свое свидетельство о покупке.

— Прекрасно, — сказал мистер Барон. — Теперь я могу выйти?

— Нет, не можете, — сказал Роман. — Я собираюсь отвезти вас до ближайшего телефона, и затем, пока вы будете говорить с полицией, мы будем наблюдать за вами. И я не отпущу вас до тех пор, пока кто-нибудь не найдет мою машину.

— Хорошо, — сказал мистер Барон. — Сделаем в точности так, как ты говоришь.

— Где здесь телефон?

— Поезжай вниз по улице до бара Боумана.

Роман повел машину в конец Сент-Николас-плейс.

С одной стороны заведения Боумана помещался бар, с другой — ресторан. Следом за рестораном находилась парикмахерская, а над баром — танцевальный зал. Все они были открыты: в заднем помещении парикмахерской шла игра на деньги, в холле наверху шли танцы. Но никого не было видно. На улицах не было ничего, кроме холодного темного воздуха.

Роман остановился перед стеклянными витринами бара. Подъемные жалюзи на окнах не давали разглядеть, что происходит внутри.

— Ты пойдешь с ним, Сасси, — сказал он. — Не позволяй ему сбежать с чем-нибудь.

— С чем сбежать? — спросил мистер Барон.

— С чем угодно, — ответил Роман.

Сассафрас повела мистера Барона в бар. Роман смотрел в окно в правой дверце машины, наблюдая за ними, когда внезапно заметил в стекле два пулевых отверстия. Он был на войне в Корее, где хорошо изучил, что означает внезапное появление пулевых отверстий. Он решил, что кто-то стреляет в него, нырнул на сиденье и схватил свой револьвер. Несколько мгновений он лежал, прислушиваясь. Не услышав ничего, он осторожно выглянул. Никого не было видно. Он медленно выпрямился, держа пистолет наготове, чтобы стрелять, если враг появится. Никто не появился. Он рассмотрел дыры от пуль повнимательнее и решил, что они уже давно здесь. Его стало клонить ко сну.

Он раздумывал о том, что кто-то в этой машине побывал в перестрелке. Конечно же, эти поддельные копы. Он повернулся в другую сторону, чтобы посмотреть, где вышли пули. Над его головой, чуть в стороне, в матерчатой обшивке кабины виднелись два пулевых отверстия. Он вышел из машины и взглянул на нее сверху. Пули помяли корпус, но не смогли пробить его. Они должны остаться за обшивкой, подумал он.

Он включил внутренний свет и поискал на полу. Нашел семь сверкающих латунных гильз 38-го калибра, поблескивающих на коврике.

Да, была тут битва, подумал он. Но все значение этой находки до него в тот момент не доходило. Все, о чем он мог думать в тот момент, это о том, как эти ублюдки украли его машину.

Он положил револьвер на сиденье рядом с собой и уселся, уткнув нос. Два полицейских в патрульной машине с погашенными огнями проскользнули мимо него. Они искали машину, заслуживающую особого внимания. Но когда они увидели его, сидящего там в енотовой шапке, выглядящего так безмятежно, словно он удил рыбу где-нибудь под мостом, они даже не бросили второго взгляда на его машину.

— Еще один енот, — сказал коп-водитель.

— Не буди его, — ответил другой.

Патрульный автомобиль бесшумно скользнул мимо.

Роман не видел его до тех пор, пока тот не проехал перед самым его носом.

Пытаются застукать проституток за промыслом, подумал он. Грабители, сукины дети, делают, что хотят, и украли мой автомобиль, а все эти копы только на то и способны, чтобы гоняться за шлюхами.

Бар был полон народа. Сассафрас шла впереди мистера Барона, протискиваясь сквозь толпу. Она остановилась и повернулась к нему.

— Где здесь телефон?

— В ресторане, — сказал мистер Барон. — Мы должны пройти через весь зал до самого конца.

— Идите вперед, — сказала она, отходя в сторону, чтобы он смог пройти.

Парень, сидевший на стуле у стойки, протянул руку и сдернул шапочку с ее головы.

— Маленькая Красная Шапочка, — сказал он. — Как насчет тебя?

Она выхватила шапку из его руки и сказала:

— А как насчет твоей младшей сестры?

Мужчина откинулся назад и притворился оскорбленным:

— Я в такие игры не играю.

— Тогда убери ноги, — сказала она.

Мужчина ухмыльнулся:

— Что ты пьешь, детка?

Ее взгляд наткнулся на картину маслом, висящую над зеркалом над баром и изображающую двух обнаженных темнокожих амазонок средь Елисейских полей. Она попыталась удержать смех, но не смогла.

Мужчина проследил за ее взглядом.

— Черт возьми, детка, ты ничуть не хуже любой из них.

Внезапно она вспомнила о мистере Бароне и повернулась, чтобы уйти. Мужчина схватил ее за руку.

— Что за спешка, детка?

Она высвободилась и поспешно протиснулась через толпу в заднюю часть помещения. Стеклянные двери ресторана открылись, и она столкнулась с официанткой, проходившей сквозь них. Телефонная кабина находилась слева в дальнем углу. Дверь была закрыта. Она распахнула ее. Человек, говорящий по телефону, оказался не мистером Бароном.

— Извините, — сказала она.

— Ничего, входите, — сказал человек, хватая ее. Она вырвалась и принялась диковато оглядываться.

Мистера Барона нигде не было видно. Она остановила официантку, возвращавшуюся обратно.

— Вы не видели маленького человечка с длинными волосами, который здесь проходил? — спросила она.

Официантка оглядела ее с головы до ног.

— Ты так набралась, беби?

— А пошла ты!.. — крикнула Сассафрас и бросилась через качающиеся двери в кухню.

— Проходил здесь человек?

Огромный потный лысоголовый повар заорал на нее сердито:

— Пошла отсюда вон, шлюха!

И мойщик посуды сказал, ухмыляясь:

— Обойди вокруг и подойди к задней двери.

Повар схватил огромный тесак и двинулся на нее, и она попятилась обратно. Она еще раз обшарила ресторан и бар, но мистер Барон исчез.

Она вышла наружу и сказала Роману:

— Он ушел.

— Куда ушел?

— Не знаю. Он сбежал.

— А ты где была, черт возьми?

— Я присматривала за ним все время, но он исчез. Она, казалось, была готова заплакать.

— Садись в машину, — сказал он. — Я поищу его.

И пока она сидела в самом «горячем» автомобиле во всем штате Нью-Йорк, он исследовал бар и ресторан в поисках мистера Барона. С поваром ему повезло не больше, чем Сассафрас.

— Он, скорее всего, удрал через кухню, — сказал он, вернувшись в машину.

— Повар должен был видеть его.

— Жаль у меня не было с собой револьвера, чтобы побеседовать с этим чертовым мужиком.

Он сел за руль и захлопнул дверцу; выглядел он весьма удрученно.

— Ты позволила ему убежать, ну и что нам теперь делать? — спросил он обвиняюще.

— Я не виновата, что мы оказались в таком положении, — вспыхнула она. — Если бы ты с самого начала не вел бы себя как дурак, ничего этого не было бы.

— Я знал, что делал. Если он пытался пуститься на какое-нибудь жульничество, то я старался обхитрить его, чтобы он думал, что я остолоп.

— Да, можешь быть уверен, что ты и вправду вел себя как остолоп. Просил его дать полный газ, смотрел, сколько в моторе масла и говорил, что, по-твоему, с двигателем все в порядке.

Он пытался защититься:

— Я хотел, чтобы все эти люди, которые за нами наблюдали, знали, что я покупаю машину, и могли бы быть свидетелями, если что-нибудь случится.

— Ну хорошо, где теперь все эти свидетели? Или ты ждешь, чтобы еще что-то случилось?

— Нам не следует ссориться между собой, — сказал он. — Мы должны что-то делать.

— Хорошо, давай посоветуемся с кем-нибудь, кто предсказывает судьбу, — предложила она. — Я знаю одно место, в котором люди говорят, где находятся вещи, которые они потеряли.

— Ну тогда давай поскорее, — сказал он. — Мы должны расстаться с этой машиной до того, как рассветет. Это пожарче, чем кокосовые печи в Западной Вирджинии.