Иван открыл глаза – и тут же вновь был вынужден их плотно зажмурить, спасая от лупившего прямо в лицо яркого сияния, даже не просто яркого – ослепительного. Выждав с минуту, пока перед взором не исчезли блуждающие кислотно-синие круги, Голицын предпринял вторую попытку разомкнуть веки, на этот раз аккуратно, лишь слегка приподняв ресницы, но вновь потерпел неудачу: поток света проникал через малейшую щелочку, полосуя глаза, словно бритвой.

Смирившись с бесперспективностью лобовых атак, курсант попробовал изменить тактику – повернуть голову в сторону. Впрочем, здесь его также ждало разочарование: шея не двигалась. Провалом закончились также попытки пошевелить рукой или ногой.

«Парализован?» – понеслась мысль.

Нет, не похоже. Сознание-то вернулось. Да и веки двигаются. Интересно, а губы?

– Раз! – произнес Иван. – Раз, раз! Раз, два, три…

Голос звучал хрипловато, но ровно и четко, особых усилий речь не требовала – разве что во рту было суховато.

– Доброе утро! – послышалось вдруг откуда-то слева.

Машинально Голицын попытался обернуться на голос, но тело ему по-прежнему не подчинялось, а приоткрывшиеся, было, глаза вновь болезненно резануло.

– Свет! – охнул Иван. – Уберите свет!

– Убираю, – последовал ответ.

Выждав для верности несколько секунд, курсант осторожно приподнял ресницы и, лишь убедившись, что слепящее сияние действительно исчезло, открыл, наконец, глаза полностью. Он лежал лицом вверх (впрочем, это и так было ясно) под изогнутым полупрозрачным куполом, который в этот момент как раз отползал куда-то за голову Ивана, открывая вид на высокий белый потолок. Ламп на потолке не наблюдалось, так что было не очень понятно, откуда до этого бил ослепивший его свет.

– Снимаю фиксацию, – послышался все тот же голос, и Голицын почувствовал, что его тело вновь обрело свободу.

Первым делом Иван повернул голову влево: у его изголовья стоял невысокий коренастый человечек с наголо обритой (или лысой, как тут поймешь) головой и огромным орлиным носом, одетый в традиционный золотой мундир Стражи. Голицын скосил глаза на собственное ложе: оно представляло собой что-то вроде высокой – по пояс стоящему рядом человеку – гладкой белой кушетки. Никаких фиксирующих устройств, крепко удерживавших его еще несколько секунд назад, видно не было, не было заметно и пазов или ниш, в которые они могли бы скрыться.

Что до одежды, то ее на Иване также не было.

– Меня зовут Нелд ког Мааан, я Эксперт-исследователь Стражи, три захода «в гости», – представился между тем его собеседник.

– Анш Иван Голицын, шесть заходов «в гости», – подтянув ноги к груди, курсант сел на кушетке.

– Пять заходов, – поправил его Эксперт. – На лицевом счету Стража учитываются лишь заходы, сделанные с Зиты.

– Несправедливо, – машинально заметил Иван.

– Таковы правила, – развел руками Нелд ког Мааан.

– Где я нахожусь? – задал вопрос Голицын, хотя в общих чертах и сам уже представлял ответ.

– В карантинном отделении Исследовательского Центра Зиты.

– Понятно, – кивнул курсант. – А моя одежда?..

– Ваша прежняя одежда здесь, – Эксперт указал рукой на стоящий у стены не то табурет, не то пуфик. Там действительно лежала аккуратная стопка, увенчанная сложенной черной футболкой. Рядом на полу стояли кроссовки. – Однако я рекомендовал бы вам надеть форму Стражи, – жест в противоположную сторону, где на таком же табурете-пуфике красовался запечатанный прозрачный пакет с недвусмысленным золотистым содержимым в комплекте с парой тупоносых полуботинок. – Можете одеться.

– Благодарю… – свесив ноги с кушетки, Иван соскользнул на пол – тот оказался теплым и слегка пружинящим. Первой его мыслью было натянуть родные джинсы с футболкой – просто из принципа, но, уже почти сделав шаг в их сторону, Голицын передумал. Пока что с ним обращались вполне терпимо, не имело смысла без причины настраивать хозяев на конфронтацию. – А остальные мои вещи? – спросил он, застегивая форменную куртку-френч.

– Остальные вещи? – переспросил Нелд ког Мааан. – Какие вещи вы имеете в виду?

– У меня было кольцо, – Иван продемонстрировал Эксперту пустой указательный палец.

– Кольцо? Какое кольцо?

– Обычное кольцо… – Голицын вдруг понял, что понятия не имеет, как оно выглядело – в «летающей тарелке» кольцо все время было скрыто под перчаткой защитного костюма. – У нас многие такие носят.

– Хорошо, я уточню, – кивнул Нелд ког Мааан. – Вы голодны? – спросил затем он.

– Нет, – покачал головой Иван. Есть ему действительно совершенно не хотелось. – А вот от стакана воды не отказался бы.

Вновь кивнув, Эксперт сделал шаг к стене, дотронулся до нее рукой и, вынув из открывшейся ниши бутылку с прозрачной жидкостью, протянул ее курсанту.

– Вам непременно нужен стакан? – уточнил он.

– Нет, – покачал головой Голицын. Он бы и из горлышка выпил без проблем, но бутылка имела специальную насадку с короткой трубочкой. – Можно и так.

Тем временем Нелд ког Мааан подошел к опустевшей кушетке, провел рукой вдоль ее края, и та тут же начала преображаться, укорачиваясь и расширяясь, затем осела и превратилась в стол. Из пола возле него тут же выдвинулись два кресла – одно напротив другого.

– Присаживайтесь, – пригласил курсанта Нелд ког Мааан.

Иван сел, поставив ополовиненную бутылку на стол перед собой.

– Анш Иван, предупреждаю, что с этой минуты наш с вами разговор является официальным, – проговорил Эксперт, опускаясь во второе кресло. – В качестве такового он прослушивается, записывается и анализируется. Призываю вас избегать лжи, так как она все равно будет незамедлительно выявлена. Вам все ясно?

– Правду, правду и ничего кроме правды, – склонил голову Голицын. – Только прежде чем мы с вами начнем, у меня есть несколько вопросов. Можно?

– Можно, – после короткой паузы согласился Нелд ког Мааан.

– Вопрос первый: сколько я здесь нахожусь?

– В Исследовательском Центре? Три недели по календарю Зиты.

– Ясно. А каков был «сдвиг»?

На этот раз Эксперт ответил не сразу.

– Насколько нам известно, «сдвига» не было, – проговорил, наконец, он.

– Как не было? – удивился Иван. – Совсем?

– Данный вопрос еще подлежит дополнительному уточнению, – заявил Нелд ког Мааан. – Но, согласно предварительным данным, с учетом всех известных нам факторов, по условно-абсолютной временной шкале вы вышли «из гостей» позже, нежели прошли Врата в системе Солнца.

– Ясно, – кивнул Голицын. – Следующий вопрос: что с Чжу Пэном?

– Он также находится здесь, в Центре. С ним ведется экспертно-исследовательская работа.

– Но он в порядке? Жив? Здоров?

– Насколько мне известно – да.

– Отлично. И тогда последний пока вопрос: тоннель от схаргов к Земле закрыт?

– Отвечу так: тоннеля в систему Солнца не существует, – заявил Нелд ког Мааан. – Скажу больше: многие исследователи считают, что тоннеля в классическом смысле этого понятия – такого, как здесь, на Зите – там никогда и не существовало. На какое-то время возник лишь локальный пространственный разрыв, природа которого нам до конца не ясна. В настоящее время, по нашим данным, нет и его.

– Понятно, – снова кивнул Голицын. Главное он услышал. – Что ж, теперь я готов ответить на ваши вопросы, Эксперт.

– Для начала просто расскажите мне своими словами, но при этом со всеми возможными подробностями, разумеется, все, что произошло с вами с момента прохода Врат.

– Врат в системе Солнца?

– Как я уже сказал, в системе Солнца как таковых Врат не существовало, – Ивану показалось, что его собеседник поморщился, но разве что на долю мгновения.

– Речь о Вратах в системе Зиты.

– То есть начиная с прошлого года? – не сдержал усмешки Голицын. – Что же, это будет довольно долгая история.

– А нам спешить некуда, – заверил его Эксперт.

– Приступайте.

– Ну ладно… – Иван ненадолго умолк, собираясь с мыслями. – В тоннель я вошел третьим по счету. За мной следовала Эмма Маклеуд – согласно плану, нам с ней предстояло работать в паре…

Голицын говорил несколько часов подряд. Нелд ког Мааан слушал очень внимательно, несмотря на то, что события прошлого года Эксперту наверняка были хорошо известны: Ивану уже не раз приходилось излагать их в ходе многочисленных проверок, в том числе и на Зите. На тех встречах Нелд ког Мааан, правда, не присутствовал лично (по крайней мере, курсант его не помнил, но случались мероприятия со многими десятками участников, кого-то можно было и не заметить), но записи-то он уж наверняка видел. Когда же дело дошло до последнего пребывания Голицына «в гостях», Эксперт, похоже, и вовсе весь обратился в слух.

Разумеется, Иван ни словом не упомянул ни о Силе, ни об обстоятельствах обретения им кольца. Вышло это у него легко, само собой, словно кто-то подсказывал курсанту, о чем следует говорить, а о чем нет. И никакой самый скрупулезный анализ, Голицын был в этом абсолютно уверен, не смог бы дать оснований не то, что для обвинения его во лжи, а даже для тени подозрения.

– Когда наш корабль вышел из тоннеля, почти сразу же мы заметили неподалеку катера Стражи, три «Победоносца» и три – незнакомого мне типа. После этого, по всей видимости, «летающая тарелка» была обстреляна из неизвестного мне вида парализующего оружия. Я потерял сознание и очнулся уже здесь, в вашем присутствии, Эксперт. Это все, – закончил свой рассказ Иван. – Можно еще воды? Моя закончилась.

– Пожалуйста, – поднявшись, Нелд ког Мааан принес курсанту еще одну бутылку. – Благодарю, анш Иван, информация, сообщенная вами, поистине бесценна. Если позволите, несколько уточняющих вопросов. Правильно я понял, что информация, сподвигнувшая вас отправиться «в гости» из системы Солнца, имела источником представителей Ранолы?

– Полагаю, что так, Эксперт, – о Хохлове Голицын умолчал, считая, что их разборки с Пашкой – внутреннее дело Земли. И Зиты они не касаются. – Как я сказал, информация была передана мне через посредника, но в качестве своего источника он называл Ранолу.

– Вам были представлены доказательства того, что информация исходит от Ранолы?

– Неопровержимых доказательств не было, Эксперт. Да и, наверное, не могло быть.

– Понятно. Теперь что касается корабля схаргов. Поясните еще раз, каким образом вы попали на его борт.

– Как я уже говорил, мой «Победоносец» был поврежден. Оставаться на его борту стало опасно, да и смысла более не имело. Поэтому, надев защитный костюм, я покинул катер. В этот момент на борту ближайшей ко мне «летающей тарелки» закрутилась такая… не знаю как точно описать… Вроде бы спираль, но двойная: и в ту, и в другую сторону одновременно. У меня закружилась голова, я закрыл глаза, а когда открыл, увидел что-то вроде распахнутого люка. Иначе как приглашение войти внутрь расценить это было невозможно. Так как, оставаясь в открытом космосе, я бы все равно рано или поздно погиб, израсходовав запас кислорода, я решил, что ничего не теряю, приняв его.

– Но внутри корабль оказался пуст?

– Да, схарга в нем не было. Либо он оставался невидимым для меня – не знаю, правда, возможно ли такое.

– Когда речь идет о схаргах, возможным становится почти все, – с какой-то глубокой грустью проговорил Нелд ког Мааан. – Итак, если схарга внутри не было, кто же тогда управлял кораблем на пути к Вратам?

– Понятия не имею, – развел руками Голицын. – Такое впечатление, что он сам по себе летел. Возможно, схарги управляли им дистанционно.

– Возможно. А каков был состав атмосферы внутри корабля?

– Не знаю. Я все время находился в защитном костюме. Наверное, какая-то местная газовая смесь… Признаться, я не догадался провести анализ. Не исключено, что там вообще царил вакуум: когда я заходил внутрь, никакого шлюза на пути не было. Впрочем, как вы сами сказали, когда речь идет о схаргах, ничего нельзя исключать. Может быть, шлюз имелся, но такой, что я его не заметил.

– В таком случае, у меня такой вопрос: чем дышал Чжу Пэн?

– В смысле, чем дышал? – не понял Иван.

– Вы были в защитном костюме. Но у Чжу Пэна его не было. Отсюда вопрос: чем он дышал по крайней мере то время, когда из того, что вы называете призраком, обратился человеком?

– Не знаю… – протянул Голицын. Вопрос, и правда, был не в бровь, а в глаз. – Вы хотите сказать, что все это время в корабле была кислородная атмосфера? Схарги, кстати, вполне сносно себя в ней чувствуют, лишнее доказательство чему – прошлогодние события на Земле…

– Схарги и в вакууме себя вполне сносно чувствуют. И атмосфера в корабле не содержала ни одного процента кислорода, в этом мы уже успели убедиться.

– Тогда… Даже не знаю. Получается, Чжу Пэн…

– На недостаток кислорода в воздухе Чжу Пэн реагирует, как все нормальные люди – начинает задыхаться.

– Ну, тогда не знаю, – развел руками Иван. – Вы эксперты, вам и разбираться.

– Разберемся, – заверил его Нелд ког Мааан. – Что ж, еще раз благодарю вас, анш Иван, за содержательный рассказ, – проговорил он, поднимаясь из-за стола. – Вам пока придется еще какое-то время побыть в изоляторе. Еду и все необходимое вам принесут. Может быть, есть какие-то просьбы, которые вы хотите изложить прямо сейчас?

– Есть, – сказал Голицын, также вставая. – Собственно, это не совсем просьба… Это был мой шестой – ну, ладно, пусть, пятый – заход «в гости». Согласно правилам, все трофеи, добытые во время него – шестой или пятый, тут разницы нет – принадлежат правительству, направившему Стража. В этой связи я официально заявляю права моего правительства на «летающую тарелку».

– Правительства планеты Сопрол? – Эксперт явно был несколько удивлен таким неожиданным оборотом, но, надо отдать ему должное, мгновенно взял себя в руки.

– Нет, правительства планеты Земля. Точнее даже… – Иван запнулся, вспомнив, кто в данный момент представляет во внешних сношениях его родную Землю. – Точнее, правительства государства Российская Федерация, расположенного на планете Земля.

– Хорошо, я доведу ваше заявление до сведения лиц, полномочных принять по нему компетентное решение, – сказал Эксперт.

– Да уж, пожалуйста, доведите… И не забудьте им там напомнить, чтобы мне вернули мое кольцо! – добавил курсант.

– Непременно, – ответил Нелд ког Мааан. РоссР.