«Что-то чем дольше нахожусь в «Мирах Бессмертных», тем чаще меня посещают суицидальные мысли. Нездоровая какая-то тенденция», – нахмурился я.

– Не обольщайся, он тебя не увидит и не услышит. Стекло звуконепроницаемое, пуленепробиваемое и с уличной стороны зеркальное, – по-своему истолковал Аристотель мой направленный за окно гипнотизирующий взгляд.

И тут только я обратил внимание на полицейского с овчаркой, пристально всматривающегося в недра «Королевского бутерброда». Хотя нет, патрульный вовсе не пытался разглядеть, что происходит внутри закусочной. Человек в мундире просто на несколько секунд задержался полюбоваться собственным отражением и действительно не зрит, как менее чем в метре от его носа большие дядьки обижают маленьких детей.

А вот в самом ли деле не слышит?

– Спасите! Убивают! – заорал я.

Не-а, на лице у сержантика не дрогнул ни единый мускул. Зато песик, чей слух не такой ущербный, как у «братьев его старших», навострил лохматые ушки.

– Помогите!!! – еще громче завопил я, и собака с лаем рванулась к витрине, натягивая короткий поводок и увлекая за собой хозяина.

Надо отдать должное служивому, тот доверял мнению хвостатого напарника, который, видимо, являлся сугубо воспитанной животиной и впустую, например ради публичного выказывания неуважения к помойным котярам, голоса не подавал. Определив, что четвероногий друг тявкает не просто так, кинолог выхватил торчащую из нагрудного кармана коробочку рации, быстренько туда надиктовал что-то и принялся шарить взглядом в поисках входа в подозрительное заведение.

– Вот же сука! – выругался Джокер в адрес животного (а хотя, возможно, что и в мой, но не суть важно) и обернулся к БешеномуБизону: – Ты двери за собой запер?

– Н-нет, – виновато промямлил тот.

– Кусок идиота! – гневно раздул ноздри главарь. – Почему вокруг меня одни идиоты?

– Виноват, – согласился «кусок идиота».

– Ну так какого рожна сидишь?!

Геймер с погонялом буйного полорогого быка опрометью рванул исправлять упущение. Но не успел, полисмен добрался до двери раньше. БешеныйБизон, сообразив, что опаздывает, в последний миг притормозил и, изображая из себя обычного посетителя, пятясь бочком, обогнул незваных гостей и степенно вышел вон. Оказавшись же на тротуаре, он уходить не спешил, а закурил, как бы раздумывая, куда податься дальше.

Отдать должное следует и остальным не растерявшимся бандитам. Джокер, прошипев Аристотелю: «Избавься от него любым способом!» – выбрал позицию спиной ко входу, уселся со мной за ближайший столик и, делая вид, что обнимает любимую дочурку, на всякий случай зажал ладонью мой рот.

Тот охранник, который сперва казался добрее, ловко подхватил тела Дашки и Барри и за полмгновения до описываемых событий ушмыгнул в какую-то подсобку. Ну а обслуживающий персонал, состоящий исключительно из неписей, и до этого наблюдал за происходящим с пофигфейсным равнодушием.

– Добрый день, товарищ сержант! Решили у нас отобедать? – нарисовал на своем просящем кирпича лице приветливую улыбку Аристотель и затараторил, загораживая собой босса и меня, пытающегося сквозь приглушенную музыку домычаться до спасителей. – И правильно! Вам у нас непременно понравится! Особенно заливная рыба от шеф-повара. Мм, пальчики оближешь. Настоящий шедевр! Только уж извините, с собачками у нас не положено. Общепит. Придется вашего Тузика оставить снаружи.

– Добрый день! – козырнул оберегающий порядок НПС. – Благодарю за приглашение. Как-нибудь в другой раз, когда буду не на дежурстве, обязательно у вас перекушу. Однако сейчас можно мы с Диком – его, кстати, зовут Диком, а не Тузиком, – здесь все осмотрим?

– А позвольте поинтересоваться, на каком основании? – возмутился Аристотель.

– Он, – полицейский указал на пса, – выражает беспокойство.

– И все?! Собаке что-то померещилось, и вы из-за этого устраиваете обыск? – изумился бандит.

– Во-первых, это служебная собака. Ей не может просто так что-то померещиться. Во-вторых, да, для меня этого вполне достаточно, – отрезал сержант, приподнимаясь на мысочки и заглядывая через плечо секьюрити.

– Но сюда нельзя с животными! – уперся Аристотель.

– Повторяю: это служебная собака, ей можно! – заявил хуман в униформе и потребовал: – Немедленно освободите дорогу!

– Нет! Вы не имеете права без ордера! – не сдавался преступник.

Злобно зарычавший Дик имел по этому поводу собственное, отличающееся полярностью мнение, поэтому охранник вынужден был посторониться.

Однако Джокер уже перестал работать живым кляпом, ибо «Райская эйфория» выполнила свое дело, превратив меня в пускающего слюни и сонно улыбающегося всему белому свету паралитика. Поправка: паралитика на девяносто процентов, то есть двигаться и говорить я-то мог, но с грацией и дикцией вдупель пьяного глухонемого канатоходца. Интересно, как они собираются объяснять подобную клоунаду гварду из правоохранительных органов? Представят меня страдающей дебильностью калекой?

Не угадал. Опрометчиво оставивший позади себя Аристотеля сержантик даже не домаршировал до нас, получив тупым предметом по затылку. Причем выполнил «философ» это так мастерски, что даже Дик прозевал, по какой причине хозяин вдруг отшвырнул фуражку и соизволил прилечь вздремнуть.

«Как же так? Разве полицейский не в пати[76] с петом?[77] Ведь собака должна была понять, кто сагрился на хозяина, – расстроился я. – Хотя, может, на этом сервере совсем другие правила».

– Идиот! – напомнил Джокер «философу» его «звание». – Девка уже и так не вяжет лыка. Можно было отбрехаться.

– Виноват, – сплагиатив у БешеногоБизона реплику, покаялся Аристотель. После чего несмело вякнул в оправдание, что, дескать, его величество сами развязали ему руки, обмолвившись о любых способах избавления.

– Ладно. Обматывай его скотчем и тоже кантуй в подсобку.

– А с кобелем что делать?

– Сам догадайся!

– Э-эм? – почесал репу «античный мудрец» и предположил: – Котлетами накормить?

– И-ди-от!

– В смысле – отравленными, – пытаясь реабилитироваться в глазах шефа, обиженно проворчал шкаф.

Но я почему-то сильно сомневался, что пес возьмет еду из чужих рук.

– Просто невероятная смекалка! – «восхитился» Джокер, вероятно, солидарный со мной. – А что, побыстрее никак нельзя устранить эту блохастую проблему?

– Э-эм… А, можно! – наконец понял намек босса Аристотель и хлопнул по кобуре.

– Слава Всевышнему! Только сначала выведи его отсюда!

– Ясно.

Наклонившись к овчарке и свернув губы в куриную гузку, тупорылый вышибала принялся издавать целовательные звуки. Параллельно с этим он одной рукой тянулся к поводку, а другой якобы приправлял невидимой солью пол.

– У-тю-тю-тю, иди ко мне, Шарик!

– Р-р-р.

– Ой, Трезор! Тьфу, Тузик! Дик! Лежать!

– Гав!

– Две машины легавых вывернули из-за угла! – внезапно оповестил вновь вбежавший в «Королевский бутерброд» БешеныйБизон. – Видать, подкрепление, что наш собаковод вызвал.

– Мля! Аристотель, быстрее! – рявкнул Джокер.

– Хороший песик. Сидеть! Пошли со мной? Не хочешь? А лапу дашь? Тоже нет?

Хороший песик плохо воспринимал чужие команды. Но вот мой приказ, подкрепленный силой сета Мальвины, выполнил беспрекословно. Едва я пролепетал онемевшим языком: «Дик, фас!» – овчарка мгновенно набросилась на ближайшего к ней врага.

– Зараза! – выругался опять непонятно в чей адрес – то ли в мой, то ли служебного питомца – Джокер. И причины для расстройства у него имелись серьезные.

Аристотель был девяносто третьего уровня, а пес, как и сержант, – всего лишь семьдесят пятого. Однако одолеть натравленного на него пета у бандита не получалось. Потому что это была служебная собака, которая имела удвоенное количество хитов, наносила повышенный урон и обладала иммунитетом к нервно-паралитическому газу (ну или что там за «черемуха» в баллончике?). Вдобавок к тому скорость атаки и ловкость животного тоже превосходила человеческую. В общем, медленно, но уверенно Дик загрызал нашего общего с его хозяином обидчика, а мое положение, еще минуту назад казавшееся безнадежным, вновь изменялось к лучшему.

«Плюс сейчас к замесу копы подключатся», – тихо радовался я, на миг забытый пленившим меня игроком, украдкой засовывая руку в инвентарь и нащупывая там горсть баффо-витаминок и «Таран-3М».

Нет, я вовсе не собирался на равных тягаться с противником, превосходящим меня по всем параметрам. Но лежать пассивным мешком и наблюдать за происходящим тоже не собирался. А то этот хитрый жук Джокер, чего доброго, избежит участия в намечающемся грандиозном «замесе» и улизнет. Уж слишком спокойно гад себя ведет. Неужто предусмотрел и такой расклад?

Я как в воду глядел!

Взяв со стола нож и неторопливо подойдя к потерявшему сознание сержантику, главарь хладнокровно вонзил предмет в глазницу стража закона. Парень несколько секунд судорожно потрепыхался и умер. А одновременно с его смертью развоплотился и Дик.

– Всему вас учить надо, – устало упрекнул Джокер недорастерзанного «философа».

В это время приближающиеся к зданию полицейские автомобили завыли сиренами и включили мигалки.

Главный разбойник оценивающе взглянул на подкрепление и, информируя сообщников, произнес:

– В легковушке четверо или пятеро. Сколько в микроавтобусе, неизвестно, но, думаю, не менее десятка бойцов. М-да, быстро же они нарисовались, не как в реале. Ладно, три-четыре минуты у нас есть. Переходим к плану «Б».

После этих слов бандиты, состоящие в клане, дружно достали и напялили черные спецназовские маски с прорезями для глаз. Ники над их головами тут же заменились словом «Неизвестный». Охренеть!

– Бизон! Автомат на изготовку, и к стене. Потом уходи в офлайн и жди моей команды. Когда посигналю – логинься и пали во все, что движется, – по-прежнему не суетясь, принялся раздавать указания Джокер.

– Понял!

– Маркус! – Это лидер обратился к «добряку» с языколомательным псевдонимом. – Хватай Головоломку и тащи к подросткам. В сейфе найдешь синие ампулы, вколешь им всем по два кубика, можно внутримышечно.

– Ага, – кивнул Маркусштайндермункерф и рванул ко мне.

– Салман! Дуй на кухню за поварами. Гони всю толпу сюда. Они вместе с барменом, официанткой и кассиршей будут нашими заложниками.

Усатый убежал, а начальник злодеев обратился к Аристотелю:

– А тебе, мой истекающий кровью и песьими слюнями дружок, сейчас предстоит совершить настоящий подвиг.

– Спасибо за доверие, шеф. Говорите, что делать?

– Сейчас ты зажмешь в кулаке гранату без чеки, а руку обмотаешь скатеркой. Затем выбежишь навстречу легавым, истекая кровью, плача, и поведаешь им, какие мы тут изверги, как нас тут много, и будешь умолять не посылать омоновцев на штурм, иначе плохие ребята перестреляют кучу находящихся внутри мирных солнечнодарцев, в том числе и детей. Не забудь же упомянуть, что ты сотрудник «Королевского бутерброда». После этого тебя отведут к руководителю операции и попросят указать на плане здания расположение наших сил. Подождешь, когда над схемой сгрудится побольше народу, отпустишь скобу и подорвешься вместе с ними.

– Круто! – с фанатизмом шахида-террориста восхитился Аристотель. – Обещаю, я не подведу! Только если «лимонки» не хватит, чтобы меня положить? Я же ведь толстоват для этой темы. С того раза, как наш джип на противотанковой мине подловили, «кожу сапера» до шестого левела прокачал. Теперь по противопехоткам вообще чуть ли не босиком гулять могу. Вон даже Дик мне шкуру попортил лишь на полста ХП.

– Ах, ну да, точно, ты ж у нас бронекабан, – спохватился Джокер. – Ну, тогда бери две гранаты.

– А если и этого мало будет? Эвакуироваться по плану «Ц»? – уточнил «каменный человек» и сымитировал покусывание воротника.

«Вот так даже?! Хм, сдается мне, это какие-то «неправильные пчелы». Сомнительно, чтобы рядовые разбойники с большой дороги применяли подобные средства. И почему Аристотель то ведет себя как тупой идиот, а то получает сложное задание? Кто же они такие на самом деле и для кого устроили весь этот спектакль?» – уже не на шутку взволновался я.

Дослушивал инструктаж я уже перекинутым через плечо Маркуса.

– Это еще не все. Как только очнешься на базе, вместе с Валетом и Ибрагимом, они уже предупреждены, не привлекая внимания, проберетесь в жилой комплекс гимназии. Проникнете в домик к мелюзге и засядете там. Если вдруг что пойдет не так или объявится Андрейка, будете встречать беглецов. Ключи от их коттеджа у тебя же есть. Вопросы?

– Вопросов больше нет, – подтвердил Аристотель под визг тормозящих покрышек и клацанье резко распахивающихся автомобильных дверей.

– Молодец. Тогда пошел! Твой выход!

Мой затуманенный мозг так и не сумел совладать с выбившимся из-под контроля организмом, не успел заставить непослушные пальцы выхватить дубинку или забросить в рот пилюли. Но вот осознать, как печально угасает забрезжившая было на горизонте надежда, смог.