Наступил ноябрь, и в окрестностях резко похолодало. Горы, окружавшие замок, покрылись тонкой ледяной коркой, а вода в озере приобрела серо-стальной оттенок. Каждую ночь землю подмораживало. Из окон на верхних этажах часто можно было наблюдать, как Хагрид на квиддичном поле очищает мётлы ото льда, закутанный в длинное кротовое пальто, в варежках из кроличьего меха и огромных ботинках из бобровой кожи.

Начинался квиддичный сезон. В субботу, после стольких недель тренировок, Гарри предстояло участвовать в своём первом матче: Гриффиндор против Слизерина. Если Гриффиндор победит, они поднимутся на второе место в общекомандном зачёте.

Практически никто ещё не видел Гарри на тренировке, — Прут посчитал, что его, как секретное оружие команды, не стоит выставлять напоказ. Но новость, что Гарри стал следопытом, каким-то образом вскоре расползлась по всей школе, и теперь он не знал, что хуже: когда ему предрекали потрясающий дебют, или когда обещали бегать по полю с матрасом в случае чего.

Гарри по-настоящему повезло, что Гермиона стала его другом. Он не представлял, как бы без неё справлялся со всей своей домашней работой, с учётом того, что в преддверии матча Прут, дай ему волю, устраивал бы тренировки по нескольку раз на дню. Гермиона вдобавок одолжила ему книгу «Квиддич сквозь века», из которой Гарри почерпнул массу интересного.

Он выяснил, что существует семьсот нарушений правил квиддича, и все они были совершены в течение финального матча Чемпионата мира в 1473 году; что следопыты обычно были самыми быстрыми и миниатюрными игроками, и серьёзные травмы по большей части, похоже, получали именно они; что, хотя люди редко погибали, играя в квиддич, известны случаи, когда во время матча внезапно исчезал судья, а месяцы спустя его находили в пустыне Сахара.

С тех пор, как Гарри и Рон спасли Гермиону от горного тролля, она гораздо спокойнее относилась к нарушению школьных правил, благодаря чему с ней стало куда приятнее общаться. За день до первого матча Гарри, на перемене, они втроём вышли во двор, — там было довольно прохладно, и Гермиона наколдовала ярко-синее пламя, которое можно было переносить в банке. Они грелись, стоя спиной к огню; внезапно в поле зрения показался шагающий через двор Снейп. Гарри моментально заметил, что тот прихрамывал. Ребята придвинулись ближе друг к другу, чтобы заслонить собой костерок; они не сомневались, что разводить огонь на территории школы запрещено. К несчастью, их виноватые лица, похоже, привлекли внимание Снейпа. Он направился к ним. Огня Снейп не заметил, но это их не спасло, — профессор и так явно искал, к чему бы придраться.

— Что это у вас, Поттер?

Это был «Квиддич сквозь века». Гарри показал ему книгу.

— Библиотечные книги запрещено выносить из школы, — просветил его Снейп. — Отдайте её мне. Пять баллов с Гриффиндора.

— Он только что придумал это правило, — сердито пробурчал Гарри, едва Снейп отхромал на приличное расстояние. — Что это, интересно, у него с ногой?

— Да какая разница, — главное, чтоб болело посильнее, — мстительно проговорил Рон.

* * *

Вечером в гостиной Гриффиндора царила очень оживлённая атмосфера. Гарри, Рон и Гермиона сели рядом у окна. Гермиона просматривала их домашние задания по чарам. Она никогда не давала списывать, но соглашалась проверять их работы, — таким образом, они всё равно узнавали правильные ответы.

Гарри ощущал беспокойство. Ему нужна был «Квиддич сквозь века», чтобы отвлечься от переживаний по поводу завтрашнего матча. Почему он вообще должен бояться Снейпа? Поднявшись на ноги, Гарри объявил Рону и Гермионе, что пойдёт и попросит Снейпа вернуть книгу.

— Может, не стоит, — хором возразили они, но Гарри пришло в голову, что Снейп не откажет ему в присутствии других преподавателей.

Он спустился к учительской и постучал в дверь. Никто не открыл. Он постучал ещё раз. Безрезультатно.

Может, Снейп оставил книгу в учительской? Попытка не пытка, решил Гарри; он приоткрыл дверь и осторожно заглянул внутрь; его глазам предстала кошмарная сцена.

В учительской были только Снейп и Филч. Снейп закатал одну штанину выше колена. Нога его была окровавлена и изодрана. Филч протягивал Снейпу бинт.

— Проклятая зверюга, — сквозь зубы процедил Снейп. — Как, скажите мне, можно уследить за тремя головами сразу?

Гарри попытался тихо прикрыть дверь, но не тут-то было.

— ПОТТЕР!

Лицо Снейпа исказилось от ярости; он мгновенно прикрыл ногу полой мантии. Гарри нервно сглотнул.

— Я только хотел узнать, сэр, нельзя ли мне забрать свою книгу.

— ВОН ОТСЮДА! ВОН!

Гарри сорвался с места, пока Снейп не успел снять с Гриффиндора ещё несколько баллов, и помчался наверх.

— Удалось? — спросил Рон, едва Гарри уселся рядом. — Эй, что случилось?

Гарри шёпотом пересказал им все, что только что увидел.

— Вы понимаете, что это значит? — обессиленно выдохнул он. — В Хеллоуин он пытался пробраться мимо этого трёхголового пса! Вот куда он шёл, когда мы видели его, — он хочет украсть то, что спрятано в тайнике! Спорю на свою метлу, это он впустил тролля, чтобы отвлечь внимание других учителей!

Гермиона округлила глаза.

— Да нет… нет, конечно, — пробормотала она. — Снейп далеко не подарок, но он не стал бы красть то, что оберегает Дамблдор.

— Гермиона, тебя послушать, так учителям только нимба над головой не хватает, — вмешался Рон. — Согласен с Гарри. Я тоже не доверяю Снейпу. Но что ему нужно? Что стережёт собака?

Когда Гарри отправился в постель, в голове его назойливо вертелся тот же самый вопрос. Невилл уже громко храпел, но Гарри никак не мог уснуть. Он попытался ни о чём не думать, — ему просто необходимо было хотя бы вздремнуть, как-никак, первый матч через несколько часов — но не так-то легко было забыть выражение лица Снейпа, когда Гарри увидел его ногу.

* * *

Следующее утро выдалось довольно холодным, но солнце светило очень ярко. Большой Зал полнился соблазнительным ароматом жареных сосисок и весёлой болтовнёй ребят, предвкушающих интересный матч.

— Тебе нужно поесть.

— Не хочется.

— Хотя бы кусочек тоста, — настаивала Гермиона.

— Я не голоден.

Гарри чувствовал себя ужасно. Через какой-то час он должен будет выйти на поле.

— Гарри, надо подкрепиться, — поддержал Гермиону Шеймас Финниган. — Следопытов всегда стараются вывести из строя первыми.

— Спасибо, Шеймас, — мрачно поблагодарил Гарри, наблюдая, как тот поливает сосиски кетчупом.

* * *

К одиннадцати часам на трибунах собралась чуть ли не вся школа. У многих ребят были при себе бинокли. Хотя скамьи и были установлены достаточно высоко, все же подчас бывало трудно уследить за игрой.

Рон и Гермиона присоединились к кучке болельщиков в лице Невилла, Шеймаса, и Дина, сидевших в верхнем ряду. Приятным сюрпризом для Гарри стало внушительных размеров знамя, разукрашенное ими собственноручно — одна из простыней, изуродованных Корыстиком. Поперёк знамени шла надпись: «Поттера — в президенты», а Дин, который неплохо рисовал, изобразил под ней большого гриффиндорского льва. Потом Гермиона немного поколдовала над надписью, и та начала переливаться разными цветами.

Между тем Гарри и другие члены команды переодевались в алые спортивные мантии (слизеринцы играли в зелёном).

Прут прокашлялся, призывая игроков к вниманию.

— Итак, господа, — начал он.

— И дамы, — вставила гончая Алисия Спиннет.

— И дамы, — согласился Прут. — Час настал.

— Великий час, — встрял Фред Уизли.

— Час, которого мы все ждали, — добавил Джордж.

— Знаем речь Оливера наизусть, — подмигнул Фред Гарри, — мы в команде с прошлого года.

— Да замолчите вы оба, — оборвал его Прут. — Такой сильной команды у Гриффиндора давно не было. Мы победим. Я знаю.

Он окинул остальных взглядом, словно говоря: «А не то…»

— Ну вот. Пора. Удачи всем.

Гарри вышел из раздевалки вслед за Фредом и Джорджем и, надеясь, что ноги не откажут по дороге, под громкие аплодисменты побрёл по полю.

Матч судила мадам Фьюч. Она стояла в центре поля с метлой в руке, в ожидании команд.

— Значит, так — я хочу посмотреть на красивую, честную игру, — это относится к каждому из вас, — отчеканила она, едва они собрались вокруг неё. Гарри показалось, что она обращалась лично к капитану команды Слизерина, шестикурснику Маркусу Флинту. Судя по внешности Флинта, у него в роду были и тролли. Краем глаза Гарри заметил развевающееся на ветру знамя с надписью «Поттера — в президенты». Его сердце подскочило; он почувствовал себя увереннее.

— По мётлам, пожалуйста.

Гарри взобрался на «Нимбус-2000».

Мадам Фьюч с силой дунула в серебряный свисток.

Пятнадцать мётел взмыли в воздух и поднимались все выше, выше… Игра началась.

— И квоффл немедленно перехватывает гриффиндорка Анджелина Джонсон — превосходная гончая, и, к тому же, довольно привлекательная…

— ДЖОРДАН!

— Простите, профессор.

Под неусыпным контролем профессора Макгонаголл, матч комментировал друг близнецов Уизли, Ли Джордан.

— И вот она мчится вперед, точный пас Алисии Спиннет — прекрасная находка Оливера Прута, в прошлом году была только запасной — обратно Джонсон, и — нет, слизеринцы перехватывают квоффл, он у капитана Слизерина, Маркуса Флинта — он приближается к кольцам, собирается за… — но его блокирует вратарь, Оливер Прут, и квоффл вновь у Гриффиндора — Кэти Белл ловит его, ловко обходит Флинта и — УЙ! — должно быть, больно получить бладжером по затылку — мяч у слизеринцев — Адриан Пьюси устремляется к кольцам, но его останавливает другой бладжер — работа одного из Уизли, не могу сказать, Фреда или Джорджа — и квоффл снова у Джонсон, поле чисто — она уворачивается от бладжера — кольца уже близко — давай же, Анджелина — вратарь Блетчли совершает бросок — промахивается — ГОЛ!

Ледяной воздух взорвали аплодисменты гриффиндорцев вперемешку с воем и стонами слизеринцев.

— Давайте-ка, потеснитесь.

— Хагрид!

Рон и Гермиона придвинулись друг к другу, чтобы освободить Хагриду место.

— Смотрел из хижины, — сообщил Хагрид, похлопав по висевшему на шее огромному биноклю, — но здесь поинтересней буит. Снича не было видно?

— Нет, — отозвался Рон. — Гарри пока что без работы.

— Ну, хоть цел, и то хорошо, — пожал плечами Хагрид, глядя в бинокль на небольшое пятно в воздухе, которым отсюда казался Гарри.

Высоко над трибуной, Гарри парил над полем в поисках снича. Это было частью тактики, разработанной Прутом.

— Держись подальше от игроков, пока не увидишь снич, — твердил Прут. — Не нужно, чтобы на тебя напали раньше времени.

Когда Анджелина забила, Гарри сделал пару сальто, чтобы дать выход эмоциям. Теперь он вновь высматривал снич. Как-то он углядел золотой отблеск, но это были лишь наручные часы одного из близнецов Уизли; а в другой раз в его направлении вдруг промчался бладжер, больше похожий на пушечное ядро, чем на мяч, — но Гарри увернулся, и за бладжером погнался Фред Уизли.

— Все нормально, Гарри? — проорал он, ударом биты отправляя мяч в Маркуса Флинта.

— С мячом Слизерин, — частил Ли Джордан. — Пьюси увиливает от обоих бладжеров, обоих Уизли, гончей Белл и мчится к… — погодите — это, часом, не снич?

Зрители зашумели, а Адриан Пьюси выронил квоффл, выворачивая шею, — у его левого уха только что сверкнула золотая вспышка.

Гарри увидел снич. В страшном волнении он устремился вниз. Заметил крошечный мяч и слизеринский следопыт, Терренс Хиггс. Они бок о бок мчались за ним, а гончии, похоже, забыли, что им нужно делать, застыв в воздухе.

Гарри оказался быстрее Хиггса; он различил сверкающий на солнце мячик, трепещущие крылья; снич резко взмыл в небо; Гарри прибавил скорость…

БУМ! Снизу донеслись гневные возгласы гриффиндорцев: Маркус Флинт намеренно врезался в Гарри, и метла последнего сбилась с курса; Гарри чуть не свалился на землю.

— Фол! — эхом прокатилось по гриффиндорским трибунам.

Мадам Фьюч сердито отчитала Флинта, после чего назначила штрафной удар у колец Слизерина. Но из-за всей этой путаницы, снич, разумеется, снова исчез.

Дин Томас голосил:

— Удалите его с поля, судья! Красную карточку!

— Дин, что ты несёшь? — поднял брови Рон.

— Красная карточка! — злобно выпалил Дин. — В футболе за такое показывают красную карточку, и ты выбываешь из игры!

— Дин, это же не футбол, — напомнил тому Рон.

Однако Хагрид был на стороне Дина.

— Им надо менять правила. Этот Флинт запросто мог сбить Гарри с метлы.

Ли Джордану явно не удавалось оставаться беспристрастным.

— Итак — после этого явного и отвратительного хулиганства…

— Джордан! — прорычала профессор Макгонаголл.

— Я хотел сказать, после этого умышленного, гнусного нарушения правил…

— Джордан, я предупреждаю вас…

— Хорошо, хорошо. Флинт едва не убил гриффиндорского следопыта, однако это, без сомнения, может случиться с каждым, — Спиннет принимает пенальти, пробивает, без проблем, и мы продолжаем игру, Гриффиндор по-прежнему ведет.

Гарри увернулся от очередного бладжера, просвистевшего прямо у него над головой, — тут-то всё и началось. Его метла внезапно опасно накренилась. На долю секунды Гарри показалось, что он не сумеет удержаться на ней. Он крепко обхватил метлу обеими руками и коленями. Никогда ещё он не испытывал ничего страшнее.

И опять. Метла словно пыталась cбросить его. Но вряд ли «Нимбус-2000» вдруг решил избавиться от своего седока. Гарри попытался вернуться к гриффиндорским кольцам, — ему пришло на ум попросить Прута объявить тайм-аут, — и внезапно понял, что метла совершенно вышла из-под контроля. Он не мог развернуться. Вообще не мог ею управлять. Метла зигзагами носилась над полем, на каждом рывке грозя сбросить-таки Гарри вниз.

Ли продолжал комментировать.

— Слизерин ведет — квоффл у Флинта — уходит от Спиннет — обводит Белл — удар в лицо бладжером, надеюсь, у него сломан нос — просто шутка, профессор — Слизерин забивает — о нет…

Слизеринцы ликовали. Казалось, никто и не замечал, что метла Гарри ведёт себя ненормально. Она медленно набирала высоту, унося его все дальше от других игроков, дёргаясь и петляя на ходу.

— Чиво он там се думает? — пробормотал Хагрид, наблюдая за Гарри в бинокль. — Не знай я его, сказал бы, что не Гарри метлой рулит, а она им… но не мог же он…

Неожиданно ребята на трибунах загалдели, указывая на Гарри пальцами. Его метла переворачивалась в воздухе, — ему лишь чудом удавалось удержаться на ней. И тут зрители как один испуганно вскрикнули. Метла Гарри бешено рванулась в сторону, и тот соскользнул с неё. Теперь он болтался в воздухе, цепляясь за метлу одной рукой.

— Может, что-то с ней случилось, когда Флинт врезался в Гарри? — прошептал Шеймас.

— Не может быть, — дрожащим голосом отозвался Хагрид. — Не могло метлу что-то повредить, кроме заклятья какого-нить — не мог парень такое сделать с «Нимбусом».

При этих словах Гермиона схватила бинокль Хагрида, но, вместо того, чтобы смотреть на Гарри, она в панике вгляделась в толпу.

— Что ты делаешь? — возопил пепельно-серый Рон.

— Я так и знала, — задохнулась от волнения Гермиона. — Снейп — смотри.

Рон вцепился в бинокль. Снейп сидел в центре противоположной трибуны. Не отрывая взгляда от Гарри, он что-то безостановочно бормотал себе под нос.

— Он заколдовывает метлу, — пояснила Гермиона.

— Но что нам делать?

— Положись на меня.

Не успел Рон вставить хоть слово, как Гермиона исчезла. Рон вновь уставился на Гарри в бинокль. Его метла угрожающе вибрировала, так, что держаться за неё было уже практически невозможно. Все вскочили на ноги, в ужасе наблюдая за ним, — близнецы Уизли приблизились к Гарри, чтобы перетащить его на одну из своих мётел, но ничего не вышло — метла лишь подскочила ещё выше. Они спустились ниже и закружили под ним, видимо, надеясь поймать его, если он начнет падать. Маркус Флинт сцапал квоффл и пять раз забросил его в кольцо, чего никто так и не заметил.

— Давай же, Гермиона, — в отчаянии пробормотал Рон.

Гермиона тем временем пробилась к трибуне, где сидел Снейп, и теперь мчалась по ряду позади него; она даже не извинилась, сбив с ног профессора Квиррелла. Добравшись до Снейпа, она присела на корточки, вытащила палочку и прошептала заклинание. Из палочки вырвалось синее пламя и подожгло полу мантии Снейпа.

Тому понадобилось примерно тридцать секунд, чтобы понять, что он горит. Внезапный вопль оповестил её о том, что она справилась с задачей. Гермиона мановением палочки смела пламя в небольшую банку в кармане и начала пробираться обратно, — Снейп никогда ни о чём не догадается.

Этого хватило. Гарри неожиданно удалось вскарабкаться на метлу.

— Невилл, можешь открыть глаза! — крикнул Рон. Последние пять минут Невилл всхлипывал, уткнувшись в куртку Хагрида.

Гарри спикировал к земле, и тут зрители увидели, как он прижал руку ко рту, словно его тошнило, — он приземлился на четвереньки, — кашлянул, — и в руке у него блеснуло что-то золотое.

— Я поймал снич! — закричал он, высоко подняв мячик над головой, и игра завершилась полной неразберихой.

— Он его не поймал, он его чуть не проглотил, — всё ещё завывал Маркус Флинт двадцать минут спустя, но это уже было неважно, — Гарри не нарушил никаких правил, и Ли Джордан счастливо объявил результат матча: Гриффиндор победил со счётом сто семьдесят — шестьдесят. Впрочем, ничего этого Гарри не слышал. Он вместе с Роном и Гермионой сидел в хижине Хагрида, — лесник уже заваривал ему чашку крепкого чая.

— Это был Снейп, — объяснял Рон, — мы с Гермионой своими глазами видели. Он заколдовывал твою метлу, — бормотал что-то, глаз не отводил.

— Ерунда, — не поверил Хагрид, не слышавший ни слова из того, что происходило рядом с ним на трибуне. — Зачем Снейпу это нужно?

Гарри, Рон и Гермиона переглянулись, размышляя, что ему ответить. Гарри решил рассказать правду.

— Я кое-что о нём узнал, — пояснил он. — В Хеллоуин он пытался пробраться мимо этого трёхголового пса. Но пёс его укусил. Мы думаем, Снейп хочет украсть то, что тот стережёт.

Хагрид выронил чайник.

— Откуда вы знаете про Пушка? — поразился он.

— Пушка?

— Ну да — это ж мой пёс — купил его у одного парнишки-грека в пабе, в прошлом году, — я его Дамблдору одолжил, чтоб охранял…

— Да? — нетерпеливо спросил Гарри.

— Так, не спрашивай меня больше ни о чём, — отрезал Хагрид. — Эт большая тайна, г’рю те.

— Но Снейп хочет украсть эту вещь.

— Ерунда, — повторил Хагрид. — Снейп — преподаватель Хогвартса, у него и в мыслях такого нет.

— Так почему тогда он чуть не убил Гарри? — возразила Гермиона.

Сегодняшние события, похоже, изменили её отношение к Снейпу.

— Я сумею распознать проклятие, Хагрид, я столько о них читала! Нужен зрительный контакт, а Снейп даже не моргал, я видела!

— Я вам г’рю, вы ошибаетесь! — упрямо твердил Хагрид. — Не знаю, что стряслось с метлой Гарри, да тока Снейп не станет убивать ученика! Терь слушайте мя, все трое, — вы суёте нос в дела, которые к вам не относятся. Это опасно. Забудьте этва пса, забудьте то, что он охраняет, — это касается только профессора Дамблдора и Николаса Фламеля…

— Ага! — довольно произнёс Гарри. — Значит, здесь замешан некто под именем Николас Фламель?

Судя по виду Хагрида, тот был жутко зол на самого себя.