Я помню тот осенний день,

Когда я въехал в Коростень,

Там в голубеющих волнах

И на гранитных ступенях

Блестел княгини Ольги след.

Согласно былям древних лет

Вся та прибрежная страна

Купальней Ольги названа.

Тем берег девственен и свеж

И та ж волна, и рощи те ж,

Какие были в дни древлян.

Светало. Утренний туман

Редел и таял. Предо мной

Непроницаемой стеной

Тянулся обнаженный лес

На фоне сумрачных небес.

Мелькали часто там и здесь

Лесные козы. Словно весь

Тот лес зверьем наполнен был.

Так близко тихий лось бродил,

Что только стук моих колес

Его смутил, и меж берез

Он скрылся. Ну же, погоняй!

Доносится собачий лай,

И близок, близок дом родной,

Где я усталою душой

Хочу недельку отдохнуть.

Вот дом и сад. Окончен путь.

……………………….

Небес померкших бирюза

Уже косой бросала луч.

Тяжелый повернувши ключ,

Мы в храм вошли. Кадильный дым

Еще дышал, а там, за ним

Сиял далеко впереди

С багряной раной на груди,

Латинский, нежный Иисус.

Созданья итальянских муз —

На потолке и на столах,

И на открытых алтарях,

Точа чуть слышный аромат,

Полуувядшие, стоят

Цветы — невинный дар сердец,

И надо всем тройной венец

Тиары папской вознесен…

О, дивный, невозвратный сон!

…………………………………….

Я дверь костела распахнул,

И подхватил нас дивный гул

Органа, плакавшего с хор.

Я к алтарю подъемлю взор:

Ксендз, в ризе белой и простой,

Стоит пред чашей золотой

Как снег, белеют кружева.

Вновь жертва тайная жива,

И жрец дерзает вознести

Над чашей Бога во плоти.

Орган поет, орган гремит,

Нетленная латынь звенит

И весть доносится до звезд:

Et Verbum caro factum est.

…………………………………