Галина Петровна Фадеева считала себя женщиной очень несчастливой. Не иначе как черт послал ей красавца-мужа, к тому же моложе ее на семь лет. И вот Галина мужественно несла свой крест уже двадцать пять лет. Сейчас ей было пятьдесят пять, а ее супругу, соответственно, сорок восемь лет, и, как назло, он выглядел моложаво, моложе своих лет, а она, наоборот, казалась старше своего возраста.

Это обстоятельство еще больше усиливало патологическую ревность Галины Петровны. Такие матроны обычно держат своих супругов рядом, «на коротком поводке», бросая на окружающих женщин, особенно молодых и красивых, уничтожающие взгляды и зорко следя за мужем. Мужчине в такой ситуации остается только молча сносить несносный характер своей ненаглядной.

– Лелик, ты разложил вещи? – спросила Галина Петровна, заходя в номер отеля.

– Да, дорогая.

– Брюки и пиджак повесил в шкаф?

– Да, дорогая.

Галина Петровна грузно плюхнулась в кресло, покрытое накидкой с восточным орнаментом и кисточками.

– Ой, что-то мне нехорошо…

– Что случилось, дорогая? – Худой двухметровый Игорь Викторович согнулся вопросительным знаком.

– Лелик, ну что у меня может быть, кроме моего недуга, который мучает меня давно? Давление, конечно! Ты же знаешь, как я плохо переношу дорогу.

– Что тебе принести, дорогая? – Рыжеватые брови Игоря Викторовича сложились в два домика над светлыми глазами.

– Воды, – прошептала его супруга, прикладывая руку ко лбу.

Муж поспешил исполнить просьбу Галины.

– Лелик, дай мне мои лекарства, они в сумке.

– Сейчас, Галочка! – Исполнительный Лелик метнулся к сумке жены.

Вскоре три таблетки с половинкой благополучно исчезли во внутренностях Галины Петровны.

– Что еще, дорогая?

– Выключи кондиционер, мой сладкий, мне что-то холодно.

Игорь Викторович с готовностью щелкнул кнопкой на кондиционере, хотя сам изнывал от жары, и виновато сказал:

– Я схожу, дорогая, в ресторан при отеле, посмотрю, чем можно поживиться, очень есть хочется.

– Еще чего! Возьми бутерброды у меня в сумке, а в ресторан успеем сходить вдвоем, когда мне станет легче!

– Дорогая, можно я выйду на пляж, посмотрю на море? – спросил супруг.

– Что у тебя за мания – уходить, когда твоей жене плохо? Не любишь меня?

– Ну что ты, дорогая! – воскликнул Игорь Викторович, закатывая глаза, жена села на своего любимого конька.

– Да, я в последнее время почувствовала твое охлаждение ко мне! Что, нашел себе молодую?

– Ну что говоришь?

– Я это чувствую! Конечно, зачем я тебе, старая и больная?! Но знай, что так просто я тебя не отпущу, даже не думай. Я тебе всю жизнь отдала и не собираюсь коротать старость одна!

– Галочка, не говори глупостей, никого у меня нет. Я просто хотел подышать свежим воздухом, полюбоваться морем, пока ты отдыхаешь.

– Хорошо, иди, только смотри, без глупостей.

Руки Игоря Викторовича задрожали, он заволновался словно собака, идущая на прогулку, схватил первую попавшуюся куртку от дождя и ветра и вышел на террасу. По мраморной лестнице, ведущей прямо на пляж, Игорь Викторович спустился и побрел вдоль моря. Он уже настолько устал от склочной жены, что высоко ценил минуты своего уединения, то есть отдыха. Он добрел до огороженной части пляжа, где висела табличка, указывающая на то, что это частное владение. Там Игорь Викторович наткнулся на симпатичную светловолосую женщину с красивой фигурой и открытой улыбкой.

– Земляки? – улыбнулась она мужчине.

– Из Москвы, – охотно ответил он.

– И я из Москвы. Степанида Игоревна, – представилась женщина.

– Игорь Викторович, – приподнял соломенную шляпу мужчина, – вы здесь по делам или отдыхаете?

– Отдыхаю с подругой, сейчас вот в гостях у одного знакомого, – Стеша махнула рукой на дом Александра.

– Красивый дом, интересная архитектура.

– А вы тут…

– Я с женой… больше в познавательных целях, – замялся Игорь Викторович, – мы ездим по разным странам, ходим по экскурсиям…

– Это здорово, я по-хорошему вам завидую. Мы с подругой тоже планировали отдохнуть, посмотреть Турцию, но все пошло не совсем так, как мы хотели, – сказала Стеша и добавила: – Всегда приятно встретить соотечественника и поболтать с ним.

– Мне тоже, – заискрился Игорь Викторович, приглаживая рыжеватые волосы, подстриженные под горшок, сняв соломенную шляпу.

– Лелик?! – раздался громкий женский голос позади мирно разговаривающих людей.

– Дорогая… – Лелик резко уменьшился в размерах прямо на глазах.

– Что здесь происходит?! – Полная дама с пышными темными крашеными волосами и с молодежными заколочками в них гневно дышала.

– Дорогая Галочка, здесь ничего не происходит, – успокаивал ее муж, – вот мирно беседую с нашей соотечественницей.

– Здравствуйте, – поздоровалась Стеша.

Дама полностью проигнорировала приветствие, ее глазки-бусинки на побагровевшем лице буравили мужа. Тот не на шутку испугался, что его Галчонка хватит удар прямо здесь, на пляже, в чужой стране. Неизвестно, что пугало его больше, смерть любимой супруги или то, что придется возиться с ее телом.

– Дорогая, успокойся! Все будет хорошо!

– Так-то ты проводишь время, пока твоя жена лежит с приступом болезни?!

Степанида недоуменно хлопала глазами, глядя на эту парочку и не понимая, что происходит.

– Дорогая, успокойся! – повторял, как заезженная пластинка, Игорь Викторович и, кивнув на прощание Стеше, обнял свою матрону за необъятную талию и повел назад в номер.

– Вот как ты поступаешь со мной! – разрыдалась Галина Петровна. – Пока я лежу при смерти, ты уже успел пристать к молоденькой женщине! Кобель, какой же ты кобель! Права была моя мама!

– Милая, при чем здесь твоя мама? Что такого, если я перекинулся парой фраз с русской девушкой?

– Что такого?! – взвилась Галина Петровна. – Чтобы я больше не слышала от тебя слова «девушка»! Меня ты так не называешь! Я для тебя что, старая женщина?

– Крошка моя, ну почему старая? Просто ты моя любимая женщина!

– Женщина! А смотрим мы на девушек!

Игорь задумался, язык его не поворачивался назвать женщину за пятьдесят лет девушкой. Он не всегда понимал претензии, которые предъявляла ему его супруга. Ведь бабушкой он ее не осмелился бы назвать никогда. Галина Петровна еще долго рыдала, муж приносил ей чай, кофе, соки, таблетки, обмахивал ее толстое тело веером и делал холодные примочки на лоб. С большим трудом Игорю Викторовичу удалось погасить семейный скандал. Вечером Галина Петровна даже соизволила пойти с Игорем в ресторан, где он наконец-то смог поесть всласть. На тот факт, что он сидел спиной к залу и лицом к своей красавице, Игорь Викторович старался внимания не обращать.

– Учти, дорогой Лелик, что ни о каких девках я тебе думать не позволю! – расправлялась с шашлыком на шпажке Галина Петровна.

– Какие девки, о чем ты говоришь? – замахал руками супруг. – Ты у меня одна-единственная.

– Видела я. Ни на минуту одного оставить нельзя.

– Галочка! У тебя патологическая ревность!

– Молчи уже – ревность! У меня преобладает здравый смысл. Я отдала тебе всю свою жизнь, лучшие годы, можно сказать. И не позволю какой-нибудь вертихвостке увести тебя от меня. И кончай пялиться на женщин!

– Да я ни на кого не смотрю! – искренне выпалил вконец измученный Игорь Викторович, приподнимаясь на стуле.

– Ты куда?

– В туалет можно?

– Иди, изменщик! Все вы одинаковые!

Игорь Викторович, уже начинавший закипать, вышел из зала. В расстроенных чувствах он вошел в туалет и решил умыться. В это время из кабины вышла молодая женщина с сильно подведенными большими глазами и блестящими, шелковистыми черными волосами.

– Ого! – присвистнула она.

Игорь Викторович ошеломленно вытаращился на красотку, вода капала с его мокрых ладоней на кафельный пол.

– Хотите сказать, что я зашла не в тот туалет? Нет уж, на этот раз вы, дяденька, почему-то оказались в дамской комнате, и не надо смотреть на меня такими удивленными глазами, – проворковала она нежным голосом.

– Я? Извините, пожалуйста, я плохо посмотрел… – промямлил Игорь Викторович и попятился к выходу.

Женщина в два прыжка настигла его и прижала к стене:

– Куда мы направились, такие красивые? Не хотите развлечься?

– Нет! – испугался Игорь Викторович.

– С кем пришел?

– С супругой, – выдавил Игорь, задыхаясь от запаха тяжелых духов.

– Понятно… Давай встретимся позже у меня в номере?

– Нет, спасибо, – сжался он.

– Мачо трусит? – прожгла его взглядом темных глаз незнакомка.

– Отпустите меня, – проблеял Игорь Викторович.

– Какой стеснительный мальчик! Ладно, не тушуйся. Я буду ждать тебя сегодня ночью, вот визитка, – засунула она в его карман записку. – Приходи, не пожалеешь, шалун. – Красотка потрепала его по впалой щеке с рыжеватой щетиной и облизнула губы. – Я подарю тебе незабываемую ночь любви, какой у тебя никогда не было, котик. А чтобы ты не обманул свою киску, я возьму у тебя эти наручные часики. Когда твоя старая перечница заснет, приходи ко мне в номер, там и заберешь их назад. Не забудь прихватить двести долларов, бесплатно в нашей жизни, дяденька, может быть только сыр в мышеловке.

Затем она ловким движением расстегнула на его руке браслет дорогих часов и опустила к себе в карман. Потом девица, многообещающе подмигнув и покачивая бедрами, удалилась. Игорь Викторович молча глотал ртом воздух, как выброшенная на песок рыба. Отлепившись от стенки, он выскочил из туалетной комнаты и понесся в зал к своей Галочке, словно за защитой.

– Почему так долго? – грозно спросила Галина Петровна.

– Я? А… там очередь была, – ответил супруг, озираясь по сторонам в поисках роковой красотки.

– Ты кого-то ищешь? – вытерла сальный рот бумажной салфеткой Галина Петровна и подозрительно посмотрела на мужа.

– Я? Нет…

– Ты какой-то странный…

– Тебе кажется.

– А-а! – вдруг завопила его супруга и уставилась на грудь Игоря Викторовича.

– Что? Что такое?

– Караул! Люди добрые, что же это делается?

Игорь Викторович перехватил ее взгляд и увидел отпечаток губной помады на своей голубой рубашке.

– Галочка, я все объясню…

– Молчи, изменщик! Я все поняла. Ты погряз в блуде. У тебя есть любовница!

– Галчонок, ну что ты говоришь? Я случайно зашел в туалет, а там девуш… то есть женщина, вернее, бабушка наткнулась на меня и оставила этот след.

– Какая бабушка в мужском туалете, что ты несешь? Или ты заскочил в женский? Хотела бы я посмотреть на бабусю, которая красит губы такой яркой помадой! Лгун! Обманщик! Маньяк! – истерично визжала Галина Петровна.

Она резко вскочила и бросилась вон из ресторана, сметая все на своем пути.

Игорь Викторович торопливо выложил на стол деньги и, глотая слюни, так как еще не закончил трапезу, помчался за своей женой.

– Дорогая, подожди меня, я все объясню!

Истерика Галины Петровны продолжилась в номере, где она вовсю дала волю чувствам, обуревавшим ее ревнивую душу. После привычной уже истерики и кучи упреков Игорю Викторовичу стало плохо с сердцем, но заикнуться об этом он даже и не смел. Галина Петровна, обвинив мужа во всех смертных грехах, наглоталась снотворного и уснула. А Игорь сидел и смотрел на ее три подбородка, плавно поднимающихся в такт дыханию, на весь номер разносился мерный храп.

Она накричалась и спокойно спала, а Игорь не мог сомкнуть глаз. Он чувствовал, как поднимается волна ненависти к этой женщине, лишившей его воли, высосавшей всю душу. Он был готов придушить ее, но вместо этого поправил Галочке подушку. Перед глазами встало лицо красавицы, зазывавшей его к себе в номер. Он перевел взгляд на жену:

– Спишь? Думаешь, полностью поработила меня? Я знаю, как отомстить тебе, я сейчас пойду в номер к той девушке, такой красавице. Да, я изменю тебе, мой Галчонок. Мне надоели твои инсинуации. А что? По крайней мере, твои обвинения после сегодняшней ночи не будут уже такими беспочвенными.

Сердце Игоря Викторовича сильно забилось в предвкушении чего-то недозволенного, опасного. Он поднялся, на цыпочках пробрался к сумке своей матроны, достал из кошелька двести долларов из суммы, отложенной для экскурсий, еще раз бросил вороватый взгляд на жену и вышел из номера.

Карточка, которую ему сунула в карман молодая женщина, жгла руку, словно была раскаленной. Он прочитал: «Анжелика, номер двести тридцать» и пошел к лестнице по мягкому, ворсистому ковру. Когда Игорь Викторович оказался на втором этаже около нужного номера, сердце его готово было выпрыгнуть из груди. Он дрожащей рукой пригладил рыжеватые волосы и постучал. Дверь открыла уже знакомая красотка в алом пеньюаре с черными кружевами.

– А… мачо! Старушка заснула? Молодец, что пришел!

Игорь Викторович вошел в номер и огляделся. Чуть слышно звучала легкая музыка и на столе горели толстые ароматические свечи.

– Располагайтесь, – пригласила Анжелика, кивнув на восточные мягкие подушки.

Игорь Викторович неловко сел, поджав под себя длинные ноги.

– Что изволите? Коньяк? Мартини?

– В…воды, – еле слышно отозвался гость.

– Может, станцевать вам танец живота? Стриптиз? – предложила Анжелика.

– Мне? – расстегнул ворот рубашки Игорь Викторович.

– Ты деньги принес? – вдруг совсем приземленно спросила она, видя, что клиент находится в полной прострации.

– Конечно, принес, все как вы сказали, – засуетился Игорь Викторович. – Извините… – засмеялся верный муж. – А вы, случайно… ну это… не проститутка?

– Что вы! Конечно, нет. Я просто влюбилась в вас с первого взгляда, – пояснила Анжелика. – Как тебя зовут, красавец?

– Игорь… Игорь Викторович.

– Очень приятно. Может быть, хотите принять душ, я приду, помогу вам, – предложила Анжелика, – а потом будет все самое сладкое.

– Да, пожалуй, – согласился гость, пребывавший в томительном ожидании чуда, в предвкушении исполнения желаний.

Анжелика проводила его в ванную комнату:

– Принимайте душ, мой рыцарь, скоро к вам в джакузи присоединится ваша русалка с холодным шампанским.

Игорь Викторович от охватившего его возбуждения запутался в брюках и долго не мог снять рубашку, то есть расстегнуть пуговицы. Наконец-то он вырвался из-под контроля жены, впервые за долгие годы. О профессиональной принадлежности красотки простак Игорь даже не догадывался. Он стоял под душем и ждал, когда придет девушка его мечты. Упругие струи били в его грудь, заглушая все остальные звуки. Девушка все не шла. Когда Игорь Викторович уже напарился так, что боли в сердце возобновились, он выключил воду и вышел из ванной в банном халате, который висел там же на вешалке.

– Анжелика? Вы где, Анжелика?

Игорь заметил, что входная дверь в номер приоткрыта и на его вопросы никто не отвечает. Он прошел в комнату и от ужаса припал к стене, закрыв рот ладонью. Анжелика лежала на животе поперек кровати, свесив голову и длинные ноги. На спине ее расплылось кровавое пятно, которое все равно было заметно, несмотря на красный цвет пеньюара.

– Анжелика… – позвал, чуть дыша, Игорь Викторович.

Девушка не шевелилась. Он приблизился к ней и поднял голову. Глаза у Анжелики были открыты, взгляд стеклянный и пристальный, пульс на шее не прощупывался. Игорь Викторович кинулся в ванную, там его вырвало. Он умыл лицо холодной водой, надел свою одежду и выскочил из злополучного номера. Он пронесся по этажу, по лестнице и ворвался в свой номер, тяжело дыша. Сердце его было готово выскочить из груди, от его ударов Игорь Викторович даже плохо слышал.

Он прислушался, раздавалось мирное сопение его супруги.

«Вот язва! – вдруг зло подумал он. – Ведьма! В кои-то веки решил ей изменить, и вот, пожалуйста, девушка мертва! Ее убили, но кто? Черт, ведь я же был в номере, там везде отпечатки моих пальцев. Вдруг ее убийца далеко еще не ушел? Я же должен сообщить об этом в полицию. Но подозрение тогда падет на меня… Галочка узнает, что я был в номере у женщины, а это пострашнее полиции! Нет, мне нельзя признаваться, нельзя!» – лихорадочно размышлял Игорь Викторович.

Он распахнул балконную дверь и вышел на веранду, ему нечем было дышать. Игорь спустился по ступенькам и побежал по пляжу. Ему было необходимо кому-нибудь рассказать о случившемся и посоветоваться, что делать, но ведь он в чужой стране…

Почему-то он вспомнил о русской девушке Степаниде, так мило беседовавшей с ним. Она, кажется, сказала, что обитает в доме на пляже рядом с их отелем. Уже через пять минут Игорь Викторович стучался и звонил в двери красивого дома с необычной архитектурой. Открыл ему блондин с заспанным лицом.

– В чем дело? – оглядел он высокую, сутулую фигуру незнакомого мужчины.

– Извините меня, пожалуйста. Я хочу, я хотел бы, я был бы вам обязан…

– Курьер? – с угрозой в голосе спросил блондин.

– Нет, мне нужна Степанида, – выдохнул странный ночной посетитель.

– Стеша? – удивился Александр, а это был он. – Ты знаешь, который час?

– Знаю. Она мне нужна по очень важному и срочному делу.

– Стеша здесь не живет, она случайно оказалась у меня в гостях. Мы вчера перебрали, праздновали выход мой и моей подруги из тюрьмы, и поэтому все заночевали в доме у меня, – еле ворочая языком и зевая, объяснил Александр.

– Из тюрьмы? – переспросил гость, бледнея.

– Как передать ей, кто ее беспокоит?

– Игорь Викторович, если она меня помнит, мужчина, который разговаривал с ней на пляже, – сказал Игорь Викторович.

– Не велика ли честь, будить ее из-за тебя среди ночи?

– Это очень важно и срочно, и если хотите, вопрос жизни и смерти!

– Ну, хорошо, – сдался Александр, – ждите, сейчас ее разбужу.

Через пять минут в дверях появилась заспанная Степанида с кислым выражением лица. Ее голубые глаза недоуменно хлопали, разглядывая незнакомого мужчину. Наконец в глазах появилось осмысленное выражение.

– А… как вас, извините?

– Игорь Викторович, – с готовностью ответил мужчина.

– Ну да, Игорь Викторович, что случилось? Зачем вы меня нашли?

– Дело сугубо интимное…

– Это не про мою честь, – попыталась закрыть дверь Степанида.

– Вы не так поняли! – Мужчина удержал ее за руку и сбивчиво рассказал все, что с ним случилось.

Последствия вечера с шампанским в одну минуту выветрились из ее головы.

– Почему вы с этим пришли ко мне, а не в полицию? Мы с вами даже не знакомы, ну, перекинулись парой фраз…

– Стеша, я сразу понял, что у вас честные глаза! Вы не сдадите меня! Я не могу признаться, что я был в номере у девушки, меня жена убьет! Вы же ее видели! Она устроила скандал даже из-за того, что я просто поговорил с вами!

– Вы хотите, чтобы я сказала, будто я была с ней, я имею в виду с погибшей?!

– Нет… я не знаю, придумайте что-нибудь, помогите мне, я никого больше не знаю здесь, кроме вас. – Игорь Викторович умоляюще смотрел на Стешу.

– Чем я могу помочь? – недоумевала она.

– В чем тут дело? – В холле появился Матвей, которого разбудили хождение по дому и разговор в дверях.

Степанида, успокоив Игоря Викторовича, что этого человека опасаться не следует, рассказала Матвею то, о чем поведал ей ночной пришелец. Матвей тоже долго недоумевал, почему именно к Стеше обратился этот мужчина с такой просьбой?

– Почему мы вам должны верить? Откуда мы знаем, что не вы убили эту девушку, а теперь мечетесь в поисках того, кто обеспечит вам алиби?

– Нет, нет, это немыслимо! Я говорю чистую правду! Стеша, вы чудная женщина! Поверьте мне… а может, оставим все как есть? Ее найдет горничная или портье? – Глаза Игоря Викторовича лихорадочно блестели.

Стеше на мгновение стало противно, что этот мужчина пытается спасти только свою шкуру и все его мысли лишь об этом. О несчастной девушке он даже не вспоминает, а ведь она ему, с его слов, понравилась. Матвея, по всей видимости, тоже заботил этот вопрос.

– А вы уверены, что девушка была мертва, может, ей требовалась помощь?

– Нет, я ее трогал, она была мертва, – захныкал Игорь Викторович, – что мне делать?

– Мы можем проникнуть в номер незамеченными? – спросил Матвей, в момент ставший серьезным и сосредоточенным.

– Да… я когда уходил, не закрыл балконную дверь, можно пройти через мой номер.

– А ваша жена?

– Она напилась снотворного, ее теперь и пушкой не разбудишь.

– Идемте, – принял решение Матвей, и эта троица засеменила по ночному пляжу в сторону гостиницы.

Они поднялись на веранду, тихо прошли мимо спящей жены Игоря Викторовича в коридор, затем по лестнице на второй этаж в номер Анжелики.

– Она в комнате, на кровати, – прошептал Игорь Викторович, трясясь как заяц.

Матвей прошел в комнату и затих, Степанида боялась сделать даже шаг в сторону спальни, ее обуял страх.

– Здесь никого нет, – раздался голос Матвея.

Игорь Викторович и Стеша переглянулись и осторожно вошли в спальню. Широкая кровать была аккуратно застелена, ковер в комнате абсолютно чист, создавалось такое впечатление, что его только что пропылесосили. Не наблюдалось вокруг ни разбросанных вещей, ни тем более трупов.

– Как же так? – растерялся Игорь Викторович. – Вот на этой самой кровати она и лежала с дыркой в спине.

– Ну-ка дыхните на меня! – скомандовал Матвей.

– Да я не пил, честное слово, – простонал тот.

– Номер этот? – строго спросила Стеша.

– Этот… – проблеял Игорь Викторович.

– Ну, не знаю, – развел руками Матвей. – Будем считать, что вам привиделось.

– Но это было! Было!

– И где тело? Что вы от нас хотите?! – вспылил Матвей. – Чтобы мы сообщили в полицию, что в таком-то номере был труп, а потом он куда-то ушел?

– Да, действительно, глупость какая-то… – согласился Игорь Викторович. – Что будем делать?

– Ничего, – пожала плечами Степанида, – считайте, что вам повезло.

Они вышли из номера, закрыв за собой дверь, и вернулись обратно тем же путем. Жена Игоря Викторовича продолжала мирно храпеть.

– Оставайтесь в номере, мы дойдем сами, – сказала Стеша.

– Мой вам совет, Игорь Викторович, – сказал Матвей, – не дергайтесь от жены никуда, донжуан из вас никакой.

– Да, я теперь после такого никуда, – заверил он их.

Матвей и Стеша вышли на веранду и спустились на пляж.

– Странный тип, – сказал Матвей.

– Что он ко мне пристал? – пожаловалась она. – Всего-то перекинулись парой фраз.

– Вот, никогда не разговаривай с незнакомцами! – нравоучительно произнес Матвей.

– А ты сегодня всем указания раздаешь, кому что делать? Кому жене не изменять, кому с незнакомыми людьми не разговаривать. А если Игорь Викторович говорил правду?

– Я не верю ему, в номере не было и следа того, что там произошло убийство.

На том они и порешили и, правда с не совсем спокойной душой, вернулись в дом Александра. Дверь была открыта, молодые люди поднялись по лестнице на второй этаж. Стеша бросила взгляд на ряд картин, висящих на стене, и заметила, что одна из них висит криво. Она чисто машинально поправила ее, и они прошли дальше в свои комнаты, чтобы доспать оставшуюся часть ночи.