Следующим утром, когда я встал, снег уже не шел, небо было голубое и вовсю светило солнце.
Центральный парк превратился в обширный белый ковер, и по меньшей мере на несколько часов Манхеттен приобрел чистый и праздничный вид.
Я проделал все обычные, предшествующие дню процедуры: душ и небольшой завтрак. После этого я попросил привратника поймать для меня такси.
Контора Чарли Фремонта находилась на третьем этаже почтенного здания в центре, сохранившего старинную обстановку, даже лифт обслуживал мальчик.
В выставочном зале царил хрусталь: сверкали две огромные люстры, повсюду стояли флаконы всех видов и размеров, наполненные духами. Конечно, запах стоял неописуемый. Почему-то все это мне напомнило роскошный бордель в Новом Орлеане.
Ко мне подошла блондинка с китайскими голубыми глазами. Она была в черном футляре, обтягивающем ее до самого подбородка, он явно затруднял движения ее тяжелых ляжек.
- Что вам угодно?
Деланная улыбка осветила на мгновение ее лицо, но тут же исчезла.
- Я хочу видеть мистера Фремонта, - ответил я, подавая ей свою карточку. - Скажите ему, что мисс Лорд хотела бы, чтобы я поговорил с ним о формуле.
Она два раза моргнула и, казалось, совершенно расстроилась, как будто я ей объявил, что в этом году в моде плоская грудь.
- Мистер Фремонт никогда никого без предварительной договоренности не принимает.
- Держу с вами пари на уикэнд во Флориде, что меня он примет, - уверенно проговорил я. - Если я ошибусь, у вас будет шанс провести со мной уикэнд, и это обойдется вам всего лишь в карманные расходы.
Ее рот медленно раскрылся, некоторое время оставался таким, потом медленно закрылся. Блондинка повернулась и сомнамбулически удалилась. Через минуту она вернулась уже без моей карточки.
- Мистер Фремонт вас сейчас же примет, - с некоторым трудом проговорила она. - Его кабинет в глубине, вторая дверь направо.
- Спасибо, - вежливо ответил я. - Я теперь не смогу спать при мысли об уикэнде, который мы не сможем провести во Флориде.
Ее рот снова медленно раскрылся, а я направился к кабинету Фремонта.
Дверь была открыта, так что я даже не стал стучаться. Комната напоминала кабинет старого президента агентства, был даже фальшивый камин, который занимал целую стену. Дна огромных флакона духов стояли в нишах позади письменного стола, а ковер имел такой вид, словно он дышал всю жизнь пыльным городским воздухом, как это делаем мы с вами.
За письменным столом сидел человек среднего возраста, лет сорока пяти. Его густые черные волосы слегка завивались на висках, темные глаза беспокойно бегали, а, когда он улыбался, лицо сплющивалось, но резцы резко выступали вперед. Он был похож на что-то вроде мини-льва, странной смеси льва и кролика.
- Мистер Бойд? Садитесь, пожалуйста.
Его звучный баритон оказался для меня совершенной неожиданностью.
Я сел в кожаное кресло и почувствовал, как сиденье вздохнуло под моей тяжестью.
С заинтересованным видом он громко прочитал мою карточку, потом уронил ее на бювар. Кроличьи зубы снова блеснули в улыбке.
- Я так понял, вы частный детектив, мистер Бойд?
- Об этом как раз и говорится в карточке, мистер Фремонт, - согласился я с ним.
- Вы наняты этой шизофреничкой Максин Лорд, чтобы попытаться напугать меня. Вы видите меня дрожащим, мистер Бойд? Замечаете ли вы признаки нервозности в моих руках, в моих глазах, видите ли вы смертельную бледность моего лица?
- Позвольте мне догадаться! Вы пытаетесь дать мне что-то понять?
- Я не сомневаюсь в том, что эта бедная Максин сказала вам, что я украл у нее формулу новых духов, причинив ей мучения и огромные потери, ведь она была вынуждена снять их с продажи. Ответ на все очень прост, мистер Бойд: правильно обратное. Формула изначально была моей и кто-то у меня ее украл. Я не думаю, что Максин прямо повинна в этом, до этого мои подозрения не доходят, но формула безусловно была украдена кем-либо из ее окружения. В глубине души она хорошо знает это, в противном случае, почему она изъяла духи из продажи? Но вследствие некоторых личных мотивов, она пытается доставить мне неприятности. Итак, мистер Бойд, я могу вас уверить, что не позволю себя запугивать. Если она будет настаивать на своих грязных инсинуациях, я отвечу законным актом: подам жалобу на клевету.
- Будьте добры, - умолял его я, - переведите немного дух. Я буду очень огорчен, если вы скончаетесь посреди фразы от недостатка воздуха.
Темные глаза быстро вращались в своих орбитах, как будто кролик, живущий во Фремонте, искал новых мест латука, чтобы погрызть его.
- Если вы думаете, что я шучу, мистер Бойд, то могу вас заверить, что вы ошибаетесь.
- А если мы уточним некоторые детали? - предложил я. - Максин Лорд говорит, что у нее украли ее формулу для вас, а вы утверждаете, что у вас украли вашу. Она говорит, что Сталь довел до конца эти духи. А что вы на это скажете?
- Формула была моей, и я работал над ней в течение двух лет, - заявил он, немного покраснев. - Я полагаю, она вам сказала… Что мы должны были пожениться?
- Она вскользь упомянула об этом.
- Я, как дурак, питал к ней полное доверие и рассказал о моих новых духах. У меня даже было намерение после свадьбы слить оба наших предприятия и выпустить новые духи как символ… А потом я узнал правду о Максин. Я знаю, что должен был хоть немного пожалеть ее, но после того, что она попробовала мне сделать… Она больна, это несомненно, у нее поврежденный ум. Когда я обнаружил ее неудержимый аппетит по отношению к мужчинам, к другим мужчинам, а мы были уже почти женаты, я порвал с ней. И она ищет возможность отомстить. Кто-то из ее служащих наложил руку на мою формулу и…
- А как точно? - спросил я.
Он провел обеими руками по своим густым волосам и пристально посмотрел на меня.
- Откуда бы я мог знать, мистер Бойд? Если бы я это знал, я бы немедленно заявил в полицию. Я абсолютно не знаю, каким образом они это проделали.
- Согласен, - вздохнул я. - А когда это было?
- Когда? - сердито заговорил он. - Откуда я могу это знать?
- Вы хотите сказать, что ваши формулы валяются, где попало?
- Когда я работал в лаборатории, эта формула не покидала моего кармана. Здесь, в кабинете, формула всегда заперта в сейфе. Я признаю, что в своей квартире был небрежен. Я живу один, мистер Бойд, без прислуги, без никого. Вполне возможно, что формула могла лежать на столе. Я просто не могу предположить, что в один из вечеров, во время моего посещения Максин, кто-то из ее служащих, знавший, где я нахожусь, воспользовался моим отсутствием для кражи.
- А как вы обнаружили доказательство его воровства?
Кроличьи зубы снова блеснули.
- Не обнаружил, но с другой стороны, если только хотели скопировать формулу, то могло и не быть следов взлома и прочего, не так ли?
- Может, и нет.
- Так вот, - продолжил он, выразительно посмотрев на меня, - я человек очень занятый, мистер Бойд, и уже уделил вам достаточно внимания. Я очень огорчен, что заставляю вас терять работу, но скажите Максин, чтобы она прекратила эту историю. В противном случае я дам своим адвокатам распоряжение придать делу официальный характер. До свидания.
Я встал, и, опершись обеими руками об его стол, наклонился к нему.
- Единственная вещь, которую я могу сказать мисс Лорд, это то, что я увидел в вас проклятого лгуна, Фремонт, - холодно заявил я. - Даже ребенок не поверит ни одному слову из вашего рассказа. Это ваша формула, говорите вы и валяете ее по всей квартире, так что кто-то однажды вечером забирается к вам и копирует ее. Потом этот кто-то отдал ее мисс Лорд, чтобы посмеяться над вами, и она одновременно с вами пускает в дело эти духи. Держу пари, что она хохотала до колик, изымая духи из продажи пятнадцатью днями позже, даже если ей обошлось это не в одну тысячу! Вероятно, вы совсем лишились разума, если вообразили, что я хоть на минуту поверю вашему рассказу!
На этот раз лицо его стало кирпичным.
- Я вижу, что допустил ошибку, позволив вам вступить в мой кабинет, - оскорбленным тоном произнес Фремонт. - Уходите или я выкину вас вон.
Я протянул руку, схватил его за пиджак и приподнял с кресла. Его глаза закатились, и он издал вопль ужаса. Через несколько секунд я выпустил его, и он упал в кресло.
- Не говорите о том, что выкинете меня наружу, - любезно проговорил я. - Вы для этого недостаточно крепки.
В течение нескольких секунд он занимался тем, что восстанавливал свое дыхание. Неожиданно скверный огонек зажегся в его глазах. Слова полетели из его рта с неимоверной быстротой.
- Теперь еще и насилие! Ну что ж, если вы хотите, можно вдвоем поиграть в эту игру! Если Максин считает нормальным нанимать мускулистого бродягу, чтобы попытаться напугать меня, я приму меры предосторожности. И я это сделаю, знайте! У меня есть друзья, которые хорошо знакомы с подобными вещами. Можно даже назвать их экспертами. Они будут только счастливы оплатить кое-какие услуги, которые я некогда им оказал.
Фремонт замолчал, прижал ладонь ко рту и сильно укусил ее. Вскоре он снова заговорил, но уже спокойным топом.
- Мистер Бойд… Все равно это будет неприятный сюрприз для Максин и вас. Поприветствуйте ее от моего имени, при встрече, - значительно проговорил он. - И не забудьте сказать, что я спрашивал вас, нет ли чего новенького о ее брате Джонатане, хорошо? Еще несколько месяцев, и он получит свое наследство.
- Свое наследство?
- Как? Она вам ничего не говорила? - удивился он и поднял брови, чтобы усилить выражение удивления. - Как она рассеянна, эта удивительная Максин. Видите ли, ее отец знал, что умирает, и он доверял дочери, но совсем не доверял сыну. Отсюда, по условиям его завещания, Максин наследовала дело и должна была руководить им до тех пор, пока Джонатану не исполнится двадцать пять лет. Тогда, при условии, что Джонатан проработает три предшествующие года на предприятии, он заменит Максин, которая должна будет все передать ему. Естественно, он должен устроить все так, чтобы сестра, после того как ее заменит брат, ни в чем не нуждалась. И все это осложняет жизнь Джонатана, ведь согласно воле отца, он ничего не должен получать, пока ему не исполнится двадцать пять лет. А Максин никогда не была к нему особенно великодушной, и молодой человек здорово нуждается в деньгах для того… чтобы удовлетворить собственные нужды. Вы согласны с этим, мистер Бойд?
- Нужды? Например, стриптизерша?
- А! Я вижу, что Максин все-таки кое-что сообщила вам, - он снова подчеркнуто рассмеялся. - Разумеется, ничего хорошего о брате? - его лицо стало серьезным. - Кроме шуток, если вы только можете на нее повлиять, я прошу вас, попытайтесь уговорить ее пойти к врачу. Я уверен, что она нуждается в лечении у психиатра.
«Это скорее хамелеон, чем мини-лев, - подумал я. - Он так быстро меняет свое настроение».
- Я передам ей привет от вашего имени и скажу, чтобы она ждала сюрприза от ваших друзей-подонков, и что она срочно нуждается в лечении у психиатра. И я не забуду сказать ей, что вы спрашивали новости о Джонатане.
- Благодарю, мистер Бойд, - резко проговорил он. - Вы, кажется, довольно умны, и я удивлен, что вы не нашли себе занятия более достойного, чем пускать в ход руки ради того, кто вас нанял.
С этими словами он поглубже уселся в кресло и с беспокойством посмотрел на меня. Через некоторое время, видимо, успокоившись, Фремонт выпрямился.
- Я скажу своим друзьям, что Максин более виновата, чем вы, - сказал он с самым серьезным видом. - Это может оказать вам услугу.
- Вы человек большого сердца, мистер Фремонт, - ответил я, - даже для ненормального.
Потом я вышел из кабинета, почувствовав, что еще немного, и у меня разболится голова.
Снаружи, на улице, холодный и немного резкий ветер прояснил мои мысли. И мне захотелось только одного: не думать, потому что, если я начну думать и вспоминать о Максин Лорд или о Чарли Фремонте, то через несколько часов окажусь в сумасшедшем доме.
Я выпил стакан вина, не торопясь поел, убеждая себя, что Сталь, Джонатан Лорд и Маленькая Пятница работают весь день, так что, связанный обещанием не встречаться ни с кем из них до вечера, мне осталась только одна в списке Синди Викерс, экс-стриптизерша, ввергнувшая Джонатана в нищету.
Она жила на Вест-Сайде на втором этаже переоборудованного отеля. Это был квартал, некогда видевший лучшие дни, но теперь пришедший в упадок. Через пять минут после того, как я нажал кнопку звонка, дверь отворилась и появилась брюнетка. Я едва успел заметить большие округлости под зеленой блузкой, а также большие совершенно обезумевшие темные глаза. Она мгновенно издала радостный вопль и бросилась ко мне на шею.
- Руди! - закричала она, напрягая голос, как будто играла комедию перед компанией пьяниц в кабаке. - Руди, дорогой! Как я рада тебя видеть!
Потом, по-прежнему не отпуская мою шею, она потащила меня внутрь квартиры. Пока я пытался освободиться от этой хватки, мы достигли гостиной, и там я обнаружил, что мы не одни.
Тот, для кого она играла, мог привидеться только в кошмарном сне. Он был приблизительно моего роста, килограммов на пятнадцать тяжелее и, судя по его тупому взгляду рептилии, только что выскользнул из лесной чащи.
- Кто это? - пробормотал он глухим голосом.
- Руди, - ответила брюнетка, повернув ко мне умоляющий взор. - Руди - мой старый друг из Чикаго. Я вспоминаю, - добавила она с нервным смехом, - патрон говорил, что до Руди у него была маленькая армия потрошителей.
Тип стал рассматривать меня. Ему было около тридцати лет, но лицо его казалось изможденным, вероятно, после нападения на одиноких старых дам в Центральном парке. Его взгляд больше всего беспокоил меня, трудно было предположить существование чего-либо человеческого позади таких глаз.
- Ой, мне сделалось плохо, - проговорил он. - Потрошитель, этот? Скорее можно сказать, опустившийся грум, да! - его тонкие губы раздвинулись. - Я в восторге от возможности познакомиться с тобой, слабак! Ладно, Синди и я хотим поговорить. Итак, выметайся, понял?
Я посмотрел на брюнетку, у которой от страха почти начались судороги, потом снова на типа.
- Хочешь, я выкину его в окно? - предложил я.
Он неторопливо направился ко мне с полуулыбкой гурмана. Я ждал, когда он дойдет до пределов моей досягаемости, чтобы выдать хороший удар правой и в последний момент отдернуть кулак и ударить ребром ладони по шее. По крайней мере, таковы были мои намерения, однако мое нападение не имело успеха.
Парень с необычайной быстротой переменил место, проскользнул под мою левую руку, схватил меня за запястье. Через секунду я уже летел по воздуху и потом треснулся о стенку.
У меня было мгновение, когда я лежал на полу, и мог задать себе вопрос: что же здесь происходит? Но тут конец его ботинка вошел в соприкосновение с моим виском, и я перестал задавать себе вопросы.
Когда я пришел в себя, то увидел темные полные испуга глаза Синди в двадцати сантиметрах от моих. Ее полные губы дрожали, а мой череп разламывался от страшной боли.
- Ничего? - прошептала она.
- Сойдет, - простонал я сквозь сжатые зубы. - А тот тип, что с ним?
- Ушел пять секунд назад.
- Смылся, - вновь со стоном прошептал я.
- Это все моя вина, - тихо проговорила она, почти плача. - Я невероятно огорчена. Вы были так любезны, что не выдали меня. Он так меня пугал… я даже подумала, что он хочет меня убить.
Верхняя половина ее туловища колыхалась очень забавным образом. С большими предосторожностями я встал, дотащился до кушетки и сел. Моя голова по-прежнему раскалывалась, но, по крайней мере, боль стала терпимой.
- Я не могу предложить вам чего-нибудь? - нерешительно спросила брюнетка.
- Какой угодно марки виски, - с благодарностью ответил я.
Она направилась к ящику с красным крестом и занялась наполнением стакана жидкостью.
У нее была классическая фигура для стриптиза: высокая и тонкая, с пышной грудью, производившей впечатление, что тело может не выдержать ее тяжести. Девушка вернулась со стаканом, подала его мне и села рядом. Когда стакан опустел, я почувствовал себя чуть лучше.
- Я Синди Викерс, - сказала она, - но вы, вероятно, уже знаете это.
- Конечно. Меня зовут Дэнни Бойд. Что, этот тип ваш друг?
- В свое время я занималась стриптизом, а при такой работе встречаешь кучу грязных типов, - ответила она. - Он хотел, чтобы я снова начала работать с ним. Он хотел быть моим импресарио, а когда я приказала ему убираться отсюда, все сразу стало плохо. Он из породы людей, которые не переносят ответа «нет». Это Оги.
- Оги?
- Оги Кран. Я не знаю, что смогу поделать с этими ужасными… с Джонатаном и…
Она неожиданно замолчала и посмотрела на меня.
- Но прежде всего, почему вы пришли ко мне, Дэнни?
- Максин Лорд наняла меня, чтобы я нашел того, кто украл у нее формулу духов. Она считает, что этим человеком может быть один из четырех, из которых трое, не считая Джонатана, работают на фирму. Она также сказала мне, что ее брат по уши в долгах, так как содержит подружку с дорогими вкусами, бывшую стриптизершу.
- Сестра Джонатана - грязная лгунья!
Девушка вскочила на ноги, и ее тяжелые груди радостно запрыгали под зеленой блузкой.
- Я шутя зарабатывала две сотни долларов в неделю, и бросила это единственно потому, что Джонатан просил меня.
- Он не закидал вас бриллиантами и норками?
Мечтательное выражение появилось в ее глазах.
- Он меня любит. Это самый замечательный человек, какого я когда-либо встречала, и он меня любит. Еще больше: он меня уважает! Может, все это кажется вам комичным, но это самая прекрасная история из всех, что со мной случались. И я по двум причинам не могу на вас сердиться, Дэнни Бойд. Вы были очень милы со мной, и вы пострадали от того, что хотела оказать мне услугу. Я забуду эту гнусную ложь, которую вы сказали насчет меня и Джонатана, потому что вы лишь выполняете свою работу, а ведь распоряжения отдает Максин Лорд.
- Мое сердце обливается кровью, слушая вас, Синди, - простонал я. - Я так и жду, что появятся две злые сестры Золушки и сунут вам метлу в руки. Я не знаю, что хотел от вас Оги, но безусловно не того, чтобы стать вашим импресарио и заставить вас снова зарабатывать на антрекот стриптизом. Это было бы слишком ничтожно, разве только на пиво, а Оги не так глуп, как кажется.
- Если вы мне не верите, когда я говорю правду, - сухо сказала она, - то можете убираться отсюда.
- Я таким образом зарабатываю себе на антрекот, - значительно проговорил я. - Рыща повсюду. Вы мне ничего не говорите, отлично. Я продолжаю рыскать, пока не докопаюсь до правды. Вы можете мне помочь избежать лишних хлопот, и вы должны сделать это для меня.
- Я вам сказала правду. Если вы не хотите мне верить, я ничего не могу поделать, - черты ее лица стали жесткими. - Итак, спасибо, Дэнни, и прощайте.
- У меня еще сильно болит голова, - проворчал я. - Еще один стакан, хорошо?
- Обслуживайте себя сами, - ответила она, пожимая плечами.
Я покинул кушетку и пошел к ящику с ликерами. У меня болела голова, но это была уже глухая боль. Наливая себе, я повернулся и посмотрел на девушку.
- А о наследстве Джонатана вы в курсе?
- Разумеется. Он мне говорил. Пользуясь этой кражей, его сестра пытается подложить ему свинью и помешать ему получить фабрику после двадцатипятилетия.
- Это так думает Джонатан?
- Это то, что он знает.
- Вы знаете Чарли Фремонта?
- Я слышала о нем от Джонатана. По-моему, это ее конкурент? Это тот тип, который купил или мог купить секрет формулы у Джонатана?
- Тот самый.
Я тихонько вздохнул и закурил сигарету.
«Отличная шляпа, - сказал я себе. - Сперва тот ненормальный Фремонт утром, потом Оги, а теперь эта добрая женщина, полная благодарности, сообщает уже известные вещи. Вероятно, я должен быть умнее или просто сменить профессию».
- Послушайте, - произнесла она значительным тоном, - я в самом деле сожалею обо всем, Дэнни. Вы оказали мне большую услугу и за это так пострадали. Но теперь мне стало известно, что вы работаете на Максин Лорд, а, следовательно, против Джонатана, а я люблю Джонатана. И это может показаться вам сентиментальным, но я хочу выйти замуж за этого человека.
- До того, как он получит наследство, - вежливо поинтересовался я, - или после?
Она скрестила руки над грудью и с отвращением посмотрела на меня.
- Максин Лорд наняла меня, чтобы я обнаружил, кто украл формулу, - терпеливо повторил я, - а совсем не для того, чтобы доказать, что это сделал Джонатан. Итак, если он невиновен, помочь мне отыскать виновного - будет хорошим плевком в лицо Максин Лорд.
Она еще не была убеждена.
- У меня есть только ваше слово…
- А я, когда вошел сюда, по вашим словам, был лишь потрошителем по имени Руди. У меня также было только ваше слово! - напомнил я.
Синди закусила губу.
- Вы меня расстраиваете. Возможно, вы и порядочный человек, но я, за исключением Джонатана, давно не встречала таких… Ах, все так сложно! - по ее виду можно было сказать, что она решилась. - Сперва мне надо поговорить с ним. Согласны?
- Согласен, - вздохнул я, потому что мне было нечего больше сказать.
Девушка улыбнулась мне.
- Я позвоню вам по телефону.
- Я не сомкну до тех пор глаз…
Опрокинув еще стакан, я протянул Синди одну из своих карточек и направился к двери.
Снаружи солнце уже исчезло, небо было покрыто тучами, до ночи снова мог пойти снег. Я поднял воротник пальто и подумал, почему человеческие существа недостаточно умны для того, чтобы впадать в зимнюю спячку в период больших холодов.
Когда, около семи часов, Лео Сталь открыл мне дверь, на нем не было шляпы. Но тем не менее, он действительно, как говорила мисс Мэлон, был похож на большой стакан воды. Он выглядел лет на тридцать пять; высокий, немного сутулый и страшно худой. Редкие каштановые волосы уже не скрывали плешь, а темные ледяные глаза дополняли его облик.
- Кто вы такой? - спросил он резким и недовольным голосом.
- Дэнни Бойд, - представился я. - Мисс Лорд…
- Да, она говорила мне о вас. Входите.
Я последовал за ним в строгую гостиную. Шторы были задернуты, но, возможно, в светлое время, из окон можно было увидеть несколько сантиментов Ист-Ривер.
Коротким жестом Лео Сталь указал мне двухместный диванчик, потом сел напротив меня на какой-то диковинный, очень неудобный стул, явно колониального стиля.
- Я сомневаюсь, что могу оказаться вам в чем-то полезным, мистер Бойд. Я могу лишь заверить вас в двух вещах: никто не видел формулы, пока она была в моем распоряжении, и что я не дал и не продал ее Фремонту.
- У вас нет никаких подозрений, кто бы мог это сделать?
- Никаких, - он с силой ущипнул копчик своего мясистого носа. - Я интересуюсь лишь своей работой! Создание запаха - это редкое сочетание искусства и науки, и я должен сознаться, что я этим уже занимаюсь двенадцать лет, и нахожу это трудным делом.
- Если это не вы, - сказал я, - то в списке остаются лишь три человека: мисс Лорд, ее брат и ее личная секретарша.
Сталь громко втянул в себя воздух.
- Это было бы весьма экстравагантным - подозревать мисс Лорд в краже собственной формулы, когда все было завершено и духи были пущены в продажу, что заставило ее потерять много денег.
- А может быть и нет, - сухо возразил я. - Она может быть считает, что эти потери ничтожны по сравнению с тем, что ей удастся убедить всех, что кражу совершил ее брат.
- Боюсь, что не в состоянии понять вашу мысль, мистер Бойд.
- Когда ее брату стукнет двадцать пять, по завещанию он должен заменить ее на посту руководителя предприятия. У меня не создалось впечатления, что она в восторге от подобной перспективы.
- Такое странное завещание! Старый Эндрю Лорд сделал это, когда был не в своем уме! - фыркнул Лео. - И, тем не менее, ваша мысль забавна!
- И, чтобы избежать огромных потерь, она может быть заключила секретный договор с Фремонтом, - предположил я. - Вы забываете, что не так давно они были почти женаты.
- Но когда поняла, что не она, а ее предприятие интересует его, то сразу же порвала с ним, - быстро возразил он.
- А у вас есть намерение жениться на ней? - небрежным тоном спросил я. - Или то была софистическая связь, с шалостями в теплом бассейне?
- Что? - его адамово яблоко задергалось.
- Из того, что мне довелось услышать, вы проводили у нее больше времени, чем ее горничная, - холодно проговорил я. - И что послужило причиной резкого прекращения ваших отношений два месяца назад? Она обнаружила, что у Фремонта и у вас одинаковые намерения?
Выражение бледной злости совершенно изменило его.
- Это совершенно скандально! Я не потерплю таких подлых инсинуаций, Бойд, предупреждаю вас!
- Ладно, попробуем по-другому, - проворчал я. - Она больше всего опасается, что брат выкинет ее из директорского кабинета. Так? Сначала у нее была авантюра с Фремонтом, потом с вами. Эта ваша формула была украдена, и это Фремонт получил ее.
Сталь покачал головой, и глаза его стали слезиться.
- Вы все больше и больше ошибаетесь. Я признаюсь, что нас связывали нежные чувства… но, как вы сказали, все закончилось два месяца назад. Я предполагаю, что это из-за постоянной близости: двое людей, которые видятся каждый день…
- Избавьте меня от переживаний разбитого сердца, я вас умоляю! Кто-то решил, что все кончено два месяца назад. И это была Максин Лорд? Вы может быть, вбили себе в голову жениться на хозяйке, а когда не вышло, решили отомстить, а? Изо всех подозреваемых у вас было больше всех возможностей продать эту формулу Фремонту, потому что она была вашей.
- Бойд, вы просто сумасшедший!
Он ущипнул себя за нос, и его глаза заслезились еще сильней.
- Моя связь с Максин была взаимным аккордом. Ни у кого нет ни малейшей злости. Я совсем на нее не в обиде.
- У Максин могла быть причина так же, как и у вас, как и у Джонатана, - сказал я. - Остается секретарша. Что вы о ней думаете?
- Я даже не знаю… - он задумался, затем вытер платком глаза. - Какое-то время я считал, что она не совсем равнодушна к Джонатану, но он, казалось, не замечал ее. А потом Максин рассказала мне о подружке своего брата, стриптизерше, и я понял, почему он так вел себя. Но я не вижу совершенно никакого основания для маленькой Овен сделать подобную вещь лишь для того, чтобы доставить Джонатану неприятности за неразделенную любовь.
- Формула никогда не покидала вас, пока вы над ней работали, - вздохнул я. - Ладно, тогда что же произошло с ней, когда вы закончили работу?
- Я отдал ее Максин, а она заперла ее в сейф.
- Вы всегда отдавали работу только ей?
- Ну что же, два или три раза Максин отсутствовала, тогда я отдавал формулу мисс Овен, та запирала ее на ключ.
- И никогда Джонатану?
- Никогда! У меня нет ни капли доверия к этому типу.
- Он знаком с комбинацией сейфа?
- Понятия не имею.
Я отдал ему свою визитку. Мне вдруг показалось, что я похож на безработного актера, который суется во все театры в тщетных поисках работы.
- Если вам придет что-нибудь в голову, мистер Сталь, - проговорил я, вставая, - позвоните мне по телефону. Не раздумывая.
- Естественно. Я сильно надеюсь на то, что вы скоро раскроете эту тайну. Должен сказать, что я нахожу вашу работу тяжелой и отвратительной!
От него я направился к Джонатану Лорду, и, обнаружив, что он отсутствует, подумал об Урсуле Овен. Из списка, который мне дала Максин, я узнал, что Маленькая Пятница живет в Гринвич-Вилледж.
Примерно минут через двадцать такси доставило меня к новым зданиям, которые пытались выглядеть роскошными. Привратник искоса посмотрел на меня, но так как он никогда не видел безработных артистов, то решил, что я могу быть просто респектабельным сатиром.
Урсула Овен жила на пятом этаже, и я добрался туда лифтом.
Когда я позвонил три раза, дверь в квартиру приоткрылась на длину цепочки. Большие фиолетовые глаза на чистом девичьем лице приблизились ко мне. Махровое полотенце окружало ее голову в виде конического тюрбана и скрывало волосы.
- Кто вы? - ее голос был низким, слегка вибрирующим.
- Дэнни Бойд.
Я повернул голову так, чтобы она могла разглядеть мой знаменитый левый профиль: обычно, увидев его, красивые молодые девушки падали в обморок, рыдая от желания.
- Ах, да, частный детектив. Мисс Лорд мне говорила.
Урсула отворила мне дверь.
- Пожалуйста, входите, мистер Бойд. Извините, что я встречаю вас в таком виде. Я только что приняла ванну.
На ней был халат, который кончался на несколько сантиметров выше круглых гладких и, весьма, соблазнительных колен. Я снова повернул голову, демонстрируя свой профиль, но она неопределенно улыбалась и, как мне показалось, смотрела на что-то позади меня. Потом девушка повернулась и проводила меня в гостиную. Не успела она переступить порог, как ударилась о низкий столик и упала, поскользнувшись на хорошо натертом паркете, прямо на ковер. Халат задрался и обнажил очаровательные бледно-розовые ножки. Она попыталась встать, и в конечном счете, край халатика оказался не далее двух сантиметров от ее твердых ягодиц. Наконец, она поднялась, одернула халат и, смущенно улыбаясь, пробормотала:
- Простите меня. Пожалуйста, сядьте, мистер Бойд, я пойду оденусь. Это займет не более двух минут.
Девушка удалилась и, сделав несколько шагов, сильно ударилась о ручку кресла. Я с открытым ртом наблюдал, как она прошла в свою комнату, еще несколько раз ударившись по дороге. Когда за ней закрылась дверь, я услышал страшный шум: то, без сомнения, были предметы, которые разбивались. Затем наступила тишина. Или Урсула умерла, или одевалась. Я от всего сердца надеялся, что она одевалась, потому что не хотел, чтобы она умерла в одних трусиках или чулках. Я поправил сдвинутую ею мебель, потом сел на кушетку и закурил сигарету.
Приблизительно через пять минут открылась дверь и появилась Урсула Овен. По крайней мере, это должна была быть она, хотя с первого взгляда вполне можно было ошибиться. Черные волосы, затянутые в строгий узел, вполне шли к белой блузке и прямой черной юбке. Чулки на ней были нейтрального цвета, туфли простые. Толстые стекла очков в черной оправе пояснили тот странный танец, который она исполняла, натыкаясь на мебель, а также то, почему на нее не подействовал мой профиль.
- Простите, что заставила вас ждать, мистер Бойд.
Голос ее был по-прежнему низким, но очаровательная вибрация была заменена сухим тоном деловой женщины. Она села напротив меня, скрестила ноги и одернула юбку на коленях, словно для того, чтобы у меня не могло возникнуть ни одной фривольной мысли.
- Ничего, - ответил я. - Полагаю, вам известно, зачем я здесь?
- Мисс Лорд сказала мне, что она наняла вас, чтобы вы нашли похитителя формулы. Надеюсь, что вам это удастся, мистер Бойд. С того времени, как это случилось, атмосфера в конторе стала просто невыносимой.
- Вы давно работаете секретарем мисс Лорд?
- Около пяти лет.
- Какого рода, в сущности, она женщина?
Фиолетовые глаза немного увеличились за стеклами очков.
- Это странный вопрос, мистер Бойд. Она превосходный начальник и совершенно деловая женщина. Мисс Лорд отлично руководит предприятием.
- Я тут разговаривал с другими людьми, замешанными в эту историю, - прямо проговорил я. - Мнения совершенно разные, начиная с парфюмерии и кончая ненормальностью.
- Пожалуйста, - посоветовала девушка, поджав губы, - выбирайте выражения, мистер Бойд!
- Фремонт одно время жил с ней, - продолжил я. - Они собирались пожениться, но однажды Максин обнаружила, что его интересует предприятие, а не она. Потом ее любовником стал Сталь. Она не хочет, чтобы брат заменил ее во главе предприятия. Максин могла украсть формулу, чтобы отдать ее Фремонту, в надежде обвинить Джонатана, таким образом наследство прошло бы мимо его носа. Я предполагаю, что Маленькая Пятница, которая работает с ней пять лет, могла помочь в этом или быть в курсе дела, не так ли?
Щеки Урсулы окрасились в розовый цвет.
- Я никогда не слышала ничего более постыдного! - сердито закричала она. - У вас, вероятно, мозги не в порядке, если вы могли хоть на минуту представить, что мисс Лорд способна на такое. По моему мнению, может быть только один подозреваемый - Джонатан Лорд. Он почти никогда не приходит в контору, он абсолютно ничего не делает, чтобы заслужить свое жалованье, и он вечно бегает за мисс Лорд с просьбами заплатить его долги.
- А вас разве нельзя рассматривать, как подозреваемую? Вам знакома комбинация сейфа, так что вы могли скопировать формулу, когда угодно.
- Без сомнения, ради денег, мистер Бойд? - спросила она, указывая на помещение. - Вы видите, как я люблю роскошь, не правда ли? Или, может быть, я хотела свести счеты с Джонатаном, чтобы отбить его у стриптизерши? - она немного подумала. - А что вы скажете на это: мне нужны были деньги для приданого, чтобы уговорить Лео Сталя жениться на мне? Простите, но чувствую, что могу упасть в обморок при одной только мысли о той сумасшедшей страсти, которую я испытываю к этому индивидууму, похожему на печную трубу с хроническим синуситом.
Я против воли улыбнулся.
- Ладно, согласен. Тогда скажите мне, почему Максин Лорд изъяла духи из продажи?
- Потому что ему нечего терять, а ей наоборот: все, - не задумываясь ответила Урсула Овен. - Дом Колдовства пользуется баснословной репутацией у клиентуры, очень требовательной к качеству продукции. У Фремонта предприятие, по сути дела, организовано вновь и еще не имеет клиентуры. Если бы Максин продолжила продажу духов, Фремонт мог бы распустить слух, что нашему дому конец, и мы вынуждены копировать его новые духи. У Максин не было другого выхода, как пойти на большие потери в надежде на то, что удастся доказать, что новый продукт у Фремонта появился благодаря украденной у нас формуле.
- Вы знаете Фремонта?
- Я, конечно, встречалась с ним. Он часто приходил в кабинет в то время, когда собирался жениться на Максин.
- И что вы о нем думаете?
Она с задумчивым видом сморщила нос.
- Не слишком-то хорошее. Со мной он был очарователен. Фремонт работал в течение ряда лет у отца Максин как первый химик, но когда Максин стала управляющей, она поставила Сталя на это место, а Фремонта сделала его ассистентом. Вот почему он ушел и создал собственное дело.
- Максин считает, что он просил ее выйти за него замуж, чтобы завладеть ее предприятием?
- Конечно, это вполне возможно, но я ничего об этом не знаю. Как мне показалось, чуть ли не с первого дня она почувствовала к нему предубеждение, но она вообще-то часто действует по велению своих эмоций.
- А Джонатан Лорд?
- Я считаю, что, по существу, он хороший человек, но невероятно слабый и страдает большим комплексом неполноценности в противоположность Максин, которая так преуспела за короткое время после смерти отца.
- Вы считаете, что on подозреваемый номер один, потому что он нуждается в деньгах для уплаты долгов, а также ищет возможность отомстить сестре?
- Что-то вроде этого, но у меня нет никаких доказательств. Может быть, я несправедлива к нему, - она раздумывала очень долго, потом вздохнула и бросила: - может, вы примете меня за сумасшедшую, но я считаю, что в этом деле есть нечто более важное, чем украденная формула.
- Что, например?
- Я не могу сказать, потому что ни за что не отвечаю. Я всегда принимала меры предосторожности, чтобы мои отношения с Максин Лорд не выходили за границы отношений секретаря и хозяйки. Так гораздо лучше. Да, конечно, мы давно друг с другом на «ты», я часто обедаю у нее, все это так. Она очень симпатичная женщина, но и очень сложный человек. Максин по-разному относится к окружающим ее людям. Мой кабинет находится рядом с ее дверью, и она большей частью остается открытой. Вы можете подумать, что я подслушиваю, но я просто не могу не слышать.
- Только не останавливайтесь, ради Бога, продолжайте!
- Это меня всегда беспокоило, - пробормотала Урсула, - но до истории с этой формулой я всегда могла сказать, что это меня не касается. Когда она остается наедине с кем-нибудь, она всегда старается показать себя с такой стороны, которая наверняка бы смущала этого человека. Поверьте мне, Максин Лорд умеет быть оскорбительной. С Джонатаном - это прямое давление. Она все время дает брату понять, что она умнее, энергичнее его и что предприятие придет в упадок, когда он возьмет его в свои руки. С Лео Сталем - это секс. Бедный болван оставался неподвижным, когда она терлась о него и мурлыкала о духах. С Фремонтом - это почти всегда легкие удары по голове, как похлопывают собаку. «Теперь у вас есть шанс, что я выйду за вас замуж, и я смогу вам объяснить, как делаются дела в больших предприятиях». Трюки такого рода делали его больным.
- А какого рода оскорбления она придумала для вас? - небрежно спросил я.
Ее щеки порозовели.
- Мне кажется, что она не позволяет по отношению ко мне ничего злого. Как я уже сказала, я делаю все возможное, чтобы сохранить наши безличные отношения. Она, правда, время от времени угощает меня шпильками, например: «Как жаль, что некоторые девушки испорчены по натуре; а другие нет». Или: «Естественно, это трудно-трудно, когда нет сексапильности, но вы не огорчайтесь, душенька, вы - отличная секретарша». Вначале, возвращаясь домой, я очень переживала из-за ее выходок, но потом я закалилась. Когда Максин говорит это теперь, я говорю ей о причине, и она замолкает.
Я поднялся с кушетки, и девушка тоже встала. Наши лица оказались напротив друг друга. Потом я осторожно снял с нее очки и уронил их на кушетку.
- Но что же вы?..
Она чуть наклонилась вперед, пытаясь меня разглядеть, ее фиолетовые глаза снова стали нежно ясными и немного сощуренными.
- Вы мне кажетесь очень соблазнительной, - убедительно проговорил я.
Я неожиданно обнял ее, прижал к себе и поцеловал. В течение двух секунд она вырывалась, как разгневанная фурия, пыталась оттолкнуть меня, но потом обмякла и ее нежные губы приоткрылись. Я не педант, но в тот момент не смог удержаться от воспоминания, что губы - только составляющая часть искусства поцелуя, и что основное - это осязательное удовольствие от контакта двух тел. Но не успев еще осуществить контакт, я почувствовал на своей груди нечто вроде непробиваемого железного барьера. Я проскользнул рукой по всей ее спине до бедер. Легким нажатием мои пальцы нащупали материю юбки и кончили тем, что начали безуспешно стучаться по железной броне. Может быть, она почувствовала то, что я переживал, или моя рука на ее бедре предельно нарушила моральный кодекс мисс Пятницы, но она вырвалась из моих рук, размахнулась и влепила мне классическую пощечину, как раз по той стороне лица, которую в полдень обработал Оги Кран. На некоторое время это совершенно ошеломило меня.
- Вы… вы… подлый! - задыхалась она. - Уходите!
Я судорожно сжал веки, а когда смог снова их открыть, она уже вооружилась своими очками и в них почувствовала себя гораздо сильнее. Лицо ее пылало.
- Я нахожу вас очень привлекательной, - повторил я. - Но девушки с нормальным сознанием созданы для того, чтобы содрогаться и сопротивляться, а потом они должны немного уступать и трепетать, когда их ласкают. Чего же вы ждете? Чтобы какой-нибудь тип появился с консервной открывашкой?
- Вы…
Она снова подняла руку, но на этот раз я ожидал удара и вовремя поймал ее запястье.
- Пустите меня! - завопила она вне себя от злости.
Я прижал ее руку к железной баррикаде и толкнул Урсулу в кресло. Потом я быстро снял с девушки очки.
- Я ухожу, - успокоил я ее. - Но так как я считаю вас способной разбить мне голову стулом, когда я повернусь к вам спиной, то возьму с собой очки. А оставлю их на низеньком столике у двери.
- Я хотела бы убить вас! - со злобой закричала она. - И в ближайшее время я это сделаю.
Закрывая за собой дверь, я слышал ужасный шум падающей мебели. Резкая головная боль вернулась с удвоенной силой.
- Продолжить ли работу, - подумал я, - или пойти домой и напиться?