Ужин в этот вечер протекал довольно мрачно. Трудно было вести какую бы то ни было беседу, потому что Сорча и Аманда не разговаривали друг с другом, и ни одна из них даже не посмотрела ни на Шеппарда, ни на меня. Дафне тоже хранила молчание. Единственным, кто еще открывал рот, был Рейнер, но звук его собственного голоса, к которому никто не присоединялся, в конце концов гнетуще подействовал и на него: он, как и все, перестал делать какую-либо попытку завести беседу.
Едва подали кофе, Дафне поднялась и уставилась неподвижным взглядом в потолок.
- Я ухожу к себе, - объявила она. - Если кому-нибудь что-то понадобится, просто позвоните. Спокойной ночи!
- Сядьте, - сказал я ей официальным тоном. - Вы никуда не уйдете.
Щеки ее покрылись алыми пятнами.
- Не смейте так разговаривать со мной, Дэнни Бойд! И кроме того, не забывайте, что вы находитесь в моем доме!
- Дом принадлежит вашему отцу, - парировал я, - и он вас выставил отсюда, если помните, лет восемь назад.
Она плюхнулась назад на стул, и я весьма удивился, что высоковольтное напряжение, исходившее из ее глаз в моем направлении, не взорвало ее глазные яблоки.
- Дело в том, что это моя работа, - сказал я, обращаясь к остальным. - Мне даже платят за нее. Поэтому на время придется забыть о драках и перебранках, чтобы мы могли снова разговаривать друг с другом. Мы все знаем, что идея провести вечеринку в этот уик-энд заключается в том, чтобы попытаться выяснить, кто же все-таки украл драгоценности Сорчи.
- Я не знала этого, - язвительно заметила Дафне. - И думала, что мы просто проводим ежегодный марафон по скачкам в постели!
- Марафон закончен, - ответила Сорча, с трудом произнося слова из-за распухшей нижней губы. - Ты проиграла!
- Полагаю, мистер Бойд прав, - напыщенно произнес Рейнер. - И Дэнни может начать действовать. Пожалуйста, зовите меня просто Марвин. - Его густые брови благодушно поднялись. - Можно я задам вам один вопрос?
- Конечно, - ответил я, сосредоточившись в этот момент на том, чтобы закурить сигарету.
- Почему вы убили Эдуарда Уоринга?
Вопрос вызвал за столом по-настоящему бурную реакцию, особенно со стороны Аманды Пикок и Росса Шеппарда, которые еще не знали, что Уоринг мертв.
Я подождал, пока стихло возбуждение, и увидел, что глаза блондинки уставились на меня с неподдельным ужасом.
- Значит, это были вы! - произнесла она, задыхаясь. - Вы открыли входную дверь, когда я постучала. А, вспомнила! Когда я хотела позвонить Эдуарду, вы не позволили мне войти в гостиную. Значит, вы не хотели, чтобы я увидела тело, которое лежало там…
- Ну, что вы скажете на все это, Бойд? - пролаял Шеппард.
- Молодец, Аманда! - сказал я поощрительным тоном. - Не вспомните ли вы, что я попросил вас сделать, как только открыл вам дверь?
- Естественно, я прекрасно помню, - сердито ответила она. - Вы сказали, что нашли ключ, но не можете им воспользоваться, и попросили меня расстегнуть наручники, которые были на ваших руках.
Голос ее потонул в тишине.
- Вы получили ответ на ваш вопрос, Марвин?
- Да, конечно. Но когда я прочел, что Эдуард убит, я не мог не вспомнить, как вы пришли тем вечером в клуб и изображали, будто он прислал вас вместо себя поужинать со мной.
- Вы где-нибудь читали про его убийство? - У меня сразу болезненно сжался желудок.
- Об этом написано на первых страницах всех вечерних газет. Его обнаружила женщина, которая пришла в дом убираться.
- Почему бы нам, господа, не вернуться к самому началу событий? - быстро предложил я. - К тому дню, когда Чарльз Ван Халсден Третий умер в своем доме, в Мексике? Кто обнаружил его тело первым?
- Я видела, как он упал, - тихо сказала Сорча. - Я шла по коридору, а дверь в комнату была открыта. Я уловила краем глаза, как что-то мелькнуло. Заглянув в комнату, я увидела, как Чарли, шатаясь, направляется к открытому окну. Там был низкий подоконник. Он наткнулся на него коленями и упал вперед. Через секунду он исчез в окне.
- Это произошло в вашей комнате, в той, которую вы занимали с мужем?
- Нет, это была его комната, а моя находилась через две двери. - Сорча опустила глаза. - Чарли и я уже довольно давно не спали в одной комнате.
- А драгоценности находились в вашей комнате?
Она кивнула.
- Вы были заняты с полицией и другими представителями власти в течение всего вечера, поэтому не исключено, что кто-то мог просто зайти в вашу комнату и взять их?
- Я думаю, что да, Дэнни.
- А остальные? - спросил я с надеждой, оглядев сидящих за столом. - Видел ли кто-нибудь из вас кого бы то ни было, кто входил в тот вечер в комнату Сорчи?
- Дэнни, - криво усмехнулся Шеппард, - это мог быть и Марвин, и я.
- Спасибо, Росс, - сказал я.
- Боюсь, что это ни к чему нас не приведет, - продолжал Шеппард. - Даже самое нелепое алиби не уменьшит числа подозреваемых. Я провел большую часть вечера с Амандой в ее комнате, и она это подтвердит. Но что это, черт возьми, доказывает? Может быть, мы вместе с ней компаньоны в этой краже, только и всего!
- Вы правы, - согласился я. - Не будете ли вы столь любезны, чтобы повторить вашу версию о том, что хотел получить от Ван Халсдена каждый из присутствующих здесь людей?
- Ну что ж. - Росс Шеппард пожал своими массивными плечами. - Я теперь не нравлюсь никому из сидящих за этим столом, поэтому могу говорить откровенно. На гасиенде нас было шестеро, и каждый хотел выудить что-то из бедного Чарли. Только одна из всех нас считала, что она опоздала, и смирилась с этим. Правильно, Дафне?
- Я не имею ни малейшего представления о том, на что вы намекаете, - резко возразила та.
- Хорошо. Попытаемся еще раз. - Голос Росса стал жестче. - Эдуард затеял крупную сделку, но у него не было достаточно средств, чтобы провернуть ее одному. Он рассчитывал, что и Чарли примет в этой сделке участие на основе партнерства. Аманда искала третьего мужа, но хотела, чтобы это оказался кто-то из высших слоев общества. На меньшее она не была согласна и хотела, чтобы Чарли оказал ей поддержку, что автоматически распахнуло бы перед ней двери, ранее для нее закрытые.
- Конечно, это помогло бы мне, - согласилась Аманда. - И я знаю позолоченную суку, которая помешала ему сделать это.
- У вас все равно никогда ничего бы не вышло из этого, дорогая, - промурлыкала Сорча. - Не понимаю, почему вы не удовлетворитесь тем, что имеете? Ведь в конце концов вы проделали достаточно длинный путь с тех дней, когда болтались в Альбукерке!
- Прекратите! - прикрикнул я, и Аманда покорно опустилась на стул. - Росс еще не закончил!
- Еще был Марвин. - Шеппард взглянул на Рейнера своими холодными голубыми глазами, что-то соображая. - Я никогда не мог точно понять, что же вам-то нужно было, Марвин. Если детально вспомнить, то должен признаться, никогда не верил всей этой чепухе относительно вашей огромной империи на Дальнем Востоке. Теперь, пожалуй, настало время, чтобы вы рассказали нам о ней поподробнее. Где все эти склады товаров и торговые центры с гордо развевающимся флагом торгового дома Рейнера? Где ваш роскошный дворец в Макао? Когда я был там в последний раз и упомянул ваше имя в беседе с некоторыми людьми, выяснилось, что они никогда ничего не слышали про вас.
Шеппард медленно пригладил свои густые светлые волосы, а в глазах его сверкнуло, как всегда, присущее им жестокое выражение, зубы обнажились в хищной улыбке.
- Давайте же, Марвин, - проскрежетал его голос, словно пила по металлу, - мы ждем вашего рассказа!
Расширенные ноздри хищного носа дрогнули, плотно сжатый рот раздвинулся в некоем подобии улыбки.
- Единственный аспект моей деятельности, который может заинтересовать присутствующих, это тот, который связан с Чарли, - твердо произнес Марвин. - Это действительно связано с деньгами. Я хотел приобрести нить…
Дальше он пустился излагать длинную, бессвязную, непоследовательную историю о технических трудностях бизнеса и прочем. Я в какой-то момент перестал слушать, но наблюдал за его лицом, вспоминая вечер в клубе «Вуду»: стали вырисовываться некоторые мелкие детали и подробности. Так, скажем, Рейнер был совершенно уверен, что управляющий Ратли сделает все, что он ему прикажет. И Ратли, дрожавший, словно больной кролик, признался, что, если мистер Рейнер велит утопить меня в Темзе, он в точности выполнит приказ, не задавая никаких вопросов. Только чрезмерная самонадеянность Рейнера позволила мне так легко выбраться из этого места - всего лишь через каких-то десять минут после того, как я вошел в кабинет управляющего. Он вел себя, словно адмирал на борту своего флагмана, как король в собственных владениях…
- …Но Чарли был все время настолько пьян, что даже не мог понять, о чем я говорю, - горестно изрек Марвин.
Я оглядел скучающие лица сидящих за столом и подумал, что настало время расставить все по своим местам.
- Росс, - сказал я как бы между прочим, - мне почему-то вспомнилось изображение на флаге торгового дома Марвина.
- И что же там изображено?
- Голая шлюха на фоне фантастического пейзажа Дальневосточной империи!
- Расскажите нам об этом поподробнее, Дэнни!
И внезапная вспышка интереса зажглась в глазах Сорчи. Я постарался как можно короче рассказать о своем визите в клуб «Вуду», правда подчеркивая иногда какие-то мелкие детали, которые постепенно всплывали в моей памяти. Рейнер, пока я не закончил, сидел с каменным лицом.
- Итак, Марвин?.. Никаких складов с товарами? - уколол его Росс насмешливо. - Никакого дворца в Макао? Даже ни одного завалящего магазинчика на берегу Китайского моря?
- А может быть, он просто владелец сети борделей, разбросанных по Лондону? - рассмеялась Сорча. - Как-то теперь мы станем называть нашего бывшего таинственного властителя империи?
- Суперсутенером! - взвизгнула Аманда.
Все расхохотались.
- Это полнейший абсурд, - выдавил из себя натянуто Марвин после того, как смех утих. - Я отказываюсь принимать ваши разговоры всерьез! Бойд наплел вам тут дикую историю, девять десятых которой - плод его воображения, и вы тут же поверили всему! Это…
- Сорча! - прервал я его тираду. - Хотите рискнуть пятью тысячами долларов, чтобы убедиться, что я выложил истинную правду?
- Ммм. - Она медленно облизала нижнюю губу. - Пожалуй, стоит рискнуть!
- Ведь столько стоит членство в этом клубе на год, так? - Я вопросительно взглянул на Марвина, и тот нехотя подтверждающе кивнул. - Значит, если клуб сегодня вечером закроют, Марвин не пострадает в финансовом смысле, так как Сорча соглашается вернуть ему деньги.
- Но все-таки как нам удастся выяснить истину? - нетерпеливо спросила Сорча.
- Это очень просто, - ответил я. - Через несколько минут Росс позвонит в Скотленд-Ярд, сообщит им название и адрес клуба и скажет, что готов присягнуть, будто это не клуб, а бордель. После чего мы подтвердим некоторые подробности…
- Нет! - Рейнер поставил локти на стол и закрыл руками голову. - Пожалуйста, не обращайтесь в полицию! Все это правда, правда!.. Только мне не принадлежит вся сеть заведений, я владею лишь тремя из них!
- Суперсутенер, ты меня разочаровываешь! - презрительно бросила Аманда лицемерно сочувственным тоном. - А я-то надеялась, что, если мне не удастся найти следующего мужа и дела сложатся трудно, я всегда смогу найти у тебя работу!
- Что ж, это будет означать возвращение на круги своя! - пробормотала Сорча.
Аманда сверкнула глазами в ее сторону, но затем взяла себя в руки и заставила улыбнуться.
- Так каким же образом в таком случае суперсутенер мог быть представлен таким людям, как Ван Халсдены, вот в чем вопрос?
Рейнер резко поднял голову и прямо взглянул ей в глаза:
- Я думал, ты знаешь. Нас познакомил твой второй муж - Лайсендер Пикок. Он был одним из моих постоянных клиентов, долгие годы нас связывала дружба, еще до того, как он женился на тебе.
- Вот тебе и третий муж, дорогая! - Сорча корчилась в припадке гомерического хохота. - Кроме того, если уж ты была замужем за лучшим клиентом, то почему бы тебе не выйти за суперсутенера?
Лицо блондинки покрылось пятнами, и из ее горла вырывались какие-то нечленораздельные хрюкающие звуки. Рейнер оттолкнул свой стул, встал и вежливо поклонился Дафне:
- Извини меня, пожалуйста, но я немедленно покидаю твой дом.
- Сядьте! - прикрикнул я на него. - Вы в том же положении, что и остальные, поэтому никуда не уйдете! Кроме того, хотелось бы знать, почему вы считаете, что Росс Шеппард зарабатывает на жизнь более респектабельным способом, чем вы?
- Полегче, Бойд! - попытался резко оборвать меня Росс.
- А кстати, что вы сделали с драгоценностью, которую получили по почте, Росс? - вежливо осведомился я.
Он смотрел на меня долгие пять секунд, затем медленно покачал головой:
- Понятия не имею, о чем вы толкуете, черт побери!
- А вы, Марвин?
- Я испугался. - Он вынул из кармана носовой платок и начал судорожно промокать свой взмокший лоб. - Во-первых, стал размышлять над тем, кому понадобилось сделать это. Я чуть с ума не сошел, пытаясь найти какое-то логическое объяснение этому поступку. И решил, что причина заключается в том, что настоящий вор хотел подставить меня и свалить на меня кражу.
- Ну, так что же вы сделали с этой вещью? - требовал я ответа.
- В ту же ночь выбросил ее в реку.
- Уоринг получил по почте ожерелье, Дафне - брошь, - подытожил я. - А что послали вам?
- Пару серег, - пробормотал Рейнер, - пару очень красивых серег. Мне очень жаль, Сорча, это моя вина, что вы их потеряли!
Она улыбнулась ему и слегка пожала плечами:
- Вы можете, Марвин, сравнять счет, если захотите, позволив мне провести бесплатную ночь в вашем клубе до того, как я вернусь в Нью-Йорк.
- Ну а теперь вы, Аманда. Что получили вы? - спросил я блондинку.
- Это были прекрасные изумрудные бусы. - Лицо ее снова покрылось пятнами. - Боюсь, что они все еще у меня, - прошептала она.
- Ну! - Сорча воздела глаза к потолку в молчаливом призыве к небу быть свидетелем происходящего. - Недаром говорится, что настоящего дельца не удержать!
- Вы ждете, чтобы я еще раз повторил свой вопрос, Шеппард? - устало промолвил я.
- Наверное, я отвечу теперь, после того как это сделали все остальные. - Он не спеша закурил сигарету. - Очаровательное украшение - веточку, усыпанную бриллиантами и рубинами… начало семнадцатого века, как мне сказал скупщик.
- Вы продали его? - ахнула Сорча.
- Глупо было бы мне иметь при себе или носить такую вещицу. - Он насмешливо улыбнулся. - Думаю, вы как-нибудь переживете это, Сорча!
- Надеюсь, вас хоть не обманули в цене? - насмешливо заметил я.
- Нет, тот парень, который купил, давно знает меня, мы имели с ним дела и раньше, да, кроме того, он не настолько глуп, чтобы злить клиента. Он ловкий парень, примерно ваших габаритов, Бойд. А вообще все это произошло так, что можно было снова поверить в Санта-Клауса. Я буквально был не в состоянии оторвать глаз от коробки, где хранилось украшение, в течение целой недели.
- Вор в духе Робин Гуда, - задумчиво вымолвил я. - Сначала крадет драгоценности, а затем спустя три месяца решает поделиться своей добычей с остальными, которые вместе с ним гостили в доме Ван Халсденов.
- Это просто какая-то нелепость! - позволил себе сделать замечание Рейнер.
- Но есть вещи и еще более нелепые, - сказал я. - Убив Уоринга, этот человек даже не позаботился о том, чтобы забрать из его дома изумрудное ожерелье, которое было доставлено тем же утром по почте. Он оставил его в одном из ящиков стола.
- Ну и что дальше, мистер Бойд? - явно нервничая, задал вопрос Рейнер. - Кстати, ведь это могла оказаться и женщина?
- Да, это могла быть и женщина. - Я пожал плечами. - Она могла так же, как любой из мужчин, украсть эти драгоценности, а то, каким способом был убит Уоринг, дает основание предполагать, что и с этим легко могла справиться дама.
- Извините меня. - Дафне решительно поднялась. - Сейчас уже поздно, и я очень устала.
После слов Дафне все поднялись из-за стола. Она быстро вышла из гостиной, и за ней медленно побрел Рейнер. Я наблюдал, как обе, Аманда и Сорча, проковыляли, морщась от боли и делая вид, что находятся друг от друга по крайней мере на расстоянии мили.
- Сегодня в старом доме ночь пройдет без секса! - добродушно рассмеялся Росс. - Как насчет стаканчика на ночь, Дэнни?
- С удовольствием. - Я подошел вместе с ним к бару. - Ну, как пальцы?
- Очень плохо! Надо было вбить ее проклятые зубы ей в глотку, но ты ведь уже знаешь меня… Я мягок в обращении с женщинами, хотя в социальном плане, может быть, стою даже ниже содержателя борделя. А тебя не беспокоит, что твое социальное положение тоже может пошатнуться?
- Вы живете за счет замужних женщин, а Рейнер - за счет женатых мужчин. - Я пожал плечами. - Полагаю, единственное различие между вами в том, что он не избивает чужих жен.
- Какой вы симпатичный негодяй! Я ведь уже, кажется, говорил вам это, Дэнни? - Он поднял свой стакан и одним судорожным глотком опрокинул его. - Это была интересная ночь. Вы, словно фокусник, вытащили очень много забавных вещей из шляпы, но все же большого жирного кролика вам достать оттуда не удалось, верно?
- Ну, впереди еще есть время, - спокойно заметил я.
- Не намерен оставаться здесь слишком долго. В моем почтовом ящике меня, может быть, снова ждет пакет с бриллиантами!
- Скажите мне кое-что, - попросил я. - Вы и Аманда… Какие у вас отношения?
- Ничего серьезного, - проворчал он.
- Но ведь в Мексике что-то было? - настаивал я.
- Что вы хотите этим сказать?
- Я просто намерен внести некоторую ясность в ситуацию, вот и все, - ответил я вполне искренне. - В Мексике она решила, что ваши отношения основаны на том, что вы считаете ее прекрасным чувственным существом, а вы думали, что она вполне понимает, будто должна выполнять некое финансовое соглашение?
- Да. Дело в том, - он подлил себе в стакан, - что она приняла наши отношения за любовь. Она меня просто обманывала!
- Но в какой-то момент ведь все должно было как-то проясниться?
- В день после смерти Чарли, я, как, если вы помните, уже рассказывал, провел большую часть вечера в ее комнате.
- Помню. Ну и как она приняла ваше признание?
Он энергично потер рукой свой лоб.
- По правде говоря, сейчас я уже не очень помню. В моем бизнесе «последнее прости» происходит по-разному и часто очень спокойно. В большинстве случаев не имеет значения, как я разыгрываю финал, потому что сделка так или иначе завершается. Или смываюсь я, или уходит она. Но финал всегда один и тот же.
- Но ведь здесь было иначе? - улыбнулся я. - Вы думали, что получите что-то, но не получили.
- Вероятно, вы считаете, что она пострадавшая сторона. - Вывод прозвучал обиженно. - Я был уверен, что изучил все трюки, которые выкидывают дамы в подобном бизнесе, но Аманда научила меня нескольким новым. Я был вне себя в тот вечер в Мексике и размахивал кулаками, нередко попадая совсем рядом с ее акульими зубами.
- И она, вероятно, пришла в ярость?
- Обычное царапанье когтями, кусание! Эта девка, знаете ли, как пантера. Она вся состоит из мускулов и сухожилий. Не удивлюсь, что старина Лайсендер Пикок предпочел быстрее избавиться от нее после того, как они поженились. Ведь она одним ударом могла забросить его в море! - Росс нахмурился. - Да! Вспомнил! В тот вечер случилось еще кое-что… Вертится что-то в голове, но никак не могу вспомнить, что именно.
- Эдуард Уоринг? - предположил я.
- Точно! - Он прищелкнул пальцами. - Вы умнее, чем хотите казаться, Дэнни. Это произошло в самом конце того печального вечера, когда я выходил из комнаты Аманды. Она провожала меня очередной тирадой о том, какой я негодяй и что я, должно быть, не в своем уме, думая, что она будет платить мужчине за внимание, которое он ей оказывает. Ну, я отбился от всех этих нападок, переадресовав их ей. Это ее окончательно вывело из себя. В этом доме, прокричала она, есть человек, который отдаст все за ее к нему доброе расположение, и она собирается немедленно к нему отправиться. Я спросил, кого она, черт побери, имеет в виду, и она назвала имя Уоринга. Я рассмеялся ей в лицо. Через минуту она сорвала с себя всю одежду, набросила тонкий халатик и отправилась прямо к нему в комнату. Но ведь это известный вам мистер Кнут. Вы и сами, Дэнни, испытали его гостеприимство в подвале, не так ли?
- Ведь у вас есть своя теория, Росс, согласно которой существуют два пути сделать так, чтобы части совпали и образовали единое целое, - напомнил я. - Подскажите, каким образом должны совпасть эти?
- О’кей, мне теперь нечего терять! - Он сгреб бутылку с буфета и наполнил свой стакан до краев чистым виски. - Я слушаю. Говорите!
- Эта женщина - борец. Кстати, мы с вами в качестве рефери судили сражение, в котором она участвовала, - сказал я. - Обе они - дикие кошки, но между ними существует серьезная разница. Когда я отпустил Сорчу, она на некоторое время потеряла сознание, но потом пришла в себя. Сражение для нее закончилось. Она вышла из игры. Аманда тоже потеряла сознание, но, придя в себя, готова была продолжать драку. Самым опасным врагом, с ее точки зрения, была в тот момент ваша рука, и поэтому она попыталась вырвать из нее кусок мяса.
- Что вы имеете в виду под словом «попыталась»? - прорычал Росс. - У меня до сих пор в ней дикая боль!
- Уоринг тоже был не из тех, кого можно так просто взять голыми руками, - заметил я. - Мне кажется, его можно было принимать как аспирин. Он так быстро нанес мне удар своим приемом дзюдо, что я сначала вообще ничего не понял. В тот вечер в Мексике он, полагаю, чувствовал себя достаточно раздраженным и одиноким? Надежда на то, чтобы провернуть сделку, вылетела в окно вместе с Чарли. Его ждало только одно - возвращение домой с пустыми руками. И тут к нему влетает Аманда, срывает с себя халат и говорит, что она - его и совершенно бесплатно!
- Драгоценности? - спросил Росс с сомнением.
- Ее шансы получить желаемого третьего мужа тоже, кстати, вылетели в окно вместе с Чарли, - напомнил я. - Она обвиняла Сорчу в том, что та не позволила мужу в свое время помочь ей. А драгоценности - это то, что замечают все женщины, особенно такие, как Аманда, которой пришлось тяжело пробивать себе путь в жизни. Уоринг соглашается, и они крадут их вместе, а сделать это тогда было легче, чем отобрать конфетку у ребенка. Они знают, что после того, как вернутся в Англию, им следует подождать, пока страсти вокруг этого поутихнут и улягутся. Уоринг был счастлив, потому что ему постоянно хотелось развлекаться в подвале. Однако Аманду, очевидно, слишком сильно били, и ей перестало это нравиться.
- Ну и что тогда?
- Внезапно грянул гром. Уоринг узнает, что Сорча Ван Халсден намерена разыскать свои драгоценности и для этой цели она нанимает лучшего - я говорю это без ложной скромности - в Нью-Йорке частного детектива, чтобы тот нашел вора. Драгоценности не представляли для Уоринга никогда никакой ценности. Он использовал их только в качестве бартера за услуги, предоставляемые Амандой. Полагаю, он ударился в панику, а затем пришел к логической мысли, что виновными или невинными могут оказаться все пятеро подозреваемых, причем каждый в равной мере. Вот почему он посылает всем, включая себя и Аманду, по одной вещи. Согласитесь, что это была удивительно неумная идея?
- Нужно было быть таким кретином, как Уоринг, чтобы придумать такое, - согласился Росс.
- В тот вечер, когда я посетил его и попытался на него нажать, он испугался, подумав, что я, может быть, навестил сначала Аманду. И он сунул меня в подвал, а затем вызвал ее. Можете себе представить ее реакцию, когда она узнала, как он поступил с драгоценностями? Все эти длительные и болезненные процедуры в подвале, как выяснилось, проводились задаром! Она была в шоке, но пребывала в нем не столь долго, чтобы не успеть вонзить ему в горло этот нож! Поняв, что он мертв, она, вероятно, бросилась вон из дома, но, после того как немного поостыла, вспомнила, что не взяла изумрудное ожерелье, и вернулась за ним.
- И постучала в дверь? - спросил пренебрежительно Росс. - Если вы возвращаетесь в дом, где, как вам известно, находится тело кого-то, кого вы убили час тому назад, разве вы станете стучать в дверь?!
- А если за это время там что-то произошло?
- Вы правы. - Он расплылся в улыбке. - И Аманда, должно быть, была совершенно ошеломлена, когда вы открыли ей дверь?
- Не больше, чем я, уяснив, что, пока она убивала Уоринга, я находился в подвале его дома. - Мои зубы невольно сжались. - Во всяком случае, Росс, как, по-вашему, все сходится?
- Неплохо придумано, - неохотно признал он, помолчав. - Но как вы все это докажете?
- Да, действительно трудная задача, - согласился я. - Думаю, нужно выждать несколько дней. Может быть, мы вдвоем могли бы на нее нажать?
- У тебя, Дэнни, такой же склад ума, как и у меня, - злой и хитрый. - Росс допил свой стакан. - Отложим пока это. Если мне придет в голову какая-то идея о том, как воздействовать на Аманду, я утром тебе сообщу. Спокойной ночи, Дэнни!
- Спокойной ночи, Росс. Я хочу еще выпить перед сном, чтобы догнать по этой части тебя.
Он пожал плечами:
- Так вот и становятся алкоголиками!
Я взглянул на него:
- Правда? А я считал, что они бывают всегда чьей-либо жертвой.