6. Что Богочеловек дает человеку, чего никто другой не может дать? - Победу над смертью, грехом и диаволом, вечную жизнь, истину, правду, вечное добро, любовь, радость, - всю полноту Божества и Божественных совершенств. Благовествует Апостол: "Не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его" (1 Кор. 2,9).
Отсюда: воистину только Он, чудесный Богочеловек, есть "едино на потребу" человеку на земле и на небе (ср. Лк. 10,42). Отсюда: только Богочеловек и имеет право требовать от людей то, что никто до Него не мог требовать: чтобы каждый человек больше любил Его, чем родителей, братьев, сестер, детей, друзей, землю, Ангелов и что-либо еще на небе или на земле (Мф. 10, 37-39; Лк. 14, 26; Рим. 8,31-39).
7. Второй Ватиканский собор есть возрождение всех форм европейского гуманизма, эксгумация всех сгнивших трупов, ибо с тех пор, как Богочеловек в земном мире, любой гуманизм - это труп. А все это потому, что собор упорно стоял на догмате о непогрешимости папы-человека. С точки зрения Вечноживого Богочеловека Господа Иисуса Христа, все гуманизмы, по крайней мере, кажутся преступными утопиями, ибо во имя человека разными способами убивают человека в его психофизическом существе, отцеживают комара, а верблюда проглатывают; и догматом о непогрешимости это беззаконие догматизировано. Все это ужасно, ибо этот догмат есть жуткое отпевание всякого гуманизма, от ватиканского догматизированного до сартровского сатанизированного, В гуманистическом пантеоне Европы замерли все боги во главе с Зевсом; они мертвы, пока в их угасшем сердце не вспыхнет самоотверженное покаяние с муками, преображениями, вознесениями, - и тогда не было бы конца их славословиям всегда Животворящему и Чудотворящему Богочеловеку, воистину Единственному Человеколюбцу неба и земли.
8. В чем суть догмата о непогрешимости папы-человека? - В лишении человека Богочеловека. Над этим трудятся все формы гуманизма, в том числе и религиозный. Они возвращают человека к язычеству, к двойной смерти: духовной и физической. Удаляясь от Богочеловека, всякий гуманизм постепенно превращается в нигилизм. Об этом свидетельствует крах всех форм гуманизма во главе с папизмом, прямым или косвенным родителем всех форм европейского гуманизма. Катастрофический крах папизма заключается в догмате о непогрешимости папы, этот догмат есть вершина нигилизма, ибо им европейский человек окончательно объявил, что ему Богочеловек не нужен, и Богочеловеку нет места на земле, ибо Vicarius Christi Его полностью заменяет. И действительно, этим догматом живет, его исповедует, за него держится всякий европейский гуманизм, который есть восстание против Богочеловека Христа. Любыми способами ведется пагубный Umwertung aller Werte:
Богочеловек повсюду заменяется человеком, который возводится на все европейские престолы, а в результате существует уже не один Vicarius Chrisci, но их бесчисленное множество, только в разных одеяниях, ибо, в конце концов, догматом о непогрешимости папы провозглашен безгрешным человек вообще, и теперь Европу бороздят тысячи ватиканских и протестантских пап, между которыми нет существенного различия, ибо папизм - это первый протестантизм, по словам A.C-Хомякова,
9. Непогрешимость - это естественное, Богочеловеческое свойство и естественная Богочеловеческая функция Церкви, Богочеловеческого Тела Христа, которому Он - вечная Глава, будучи Богочеловеком; Второй Ипостасью Пресвятой Троицы. Догматом о непогрешимости папы последний, на самом деле, провозглашен Церковью и занял место Богочеловека. Это заключительный триумф гуманизма, и в то же время это и "вторая смерть"' (Откр. 20, 14; 21,8) папизма, а вместе с ним и всякого гуманизма. Но по отношению к Истинной Церкви Христовой догмат о непогрешимости папы есть не только ересь, но и ересь над ересями, ибо ни одна ересь так решительно и глубоко (интегрально - серб.) не восставала против Богочеловека и Его Церкви, Несомненно, это ересь над ересями, кошмар над кошмарами, злостное изгнание Господа Иисуса Христа с земли, новое Его предательство, новое распятие Христа, только не на деревянном кресте, а на золотом кресте папского гуманизма. А это то, что человек называет адом.
10. Есть ли выход из этого бездонного гуманистического ада? Существует ли воскресение из этих бесчисленных европейских гробов? Есть ли лекарство от этих бесчисленых смертоносных болезней?
Есть: покаяние. Таково бессмертное благовестие Вечного Еван-гелия Богочеловека: "покаяние - к познанию истины" (2 Тим. 2, 25). Иначе и невозможно уверовать во Всеспасительное Евангелие Богочеловека: ''Покайтесь и веруйте в Евангелие" (Мк. 1, 15). Покаяние перед Богочеловеком греха, даже и вселенского. Несомненно, покаяние - это лекарство и от этого великого греха папизма, который содержится в гордом догмате о непогрешимости папы, а потому это лекарство и от греха всякого гуманизма и всех его форм, вместе взятых. Да, да, от своего великого греха "непогрешимый" европейский человек может спастись только чистосердечным покаянием перед чудесным, Всемилостивым и Всеблагим Господом Иисусом Христом, Богочеловеком, воистину Единственным Спасителем рода человеческого от всякого греха, зла, ада, диавола, гуманистического рационализма и вообще от всех грехов, которые только человеческая фантазия и воображение могут придумать.
По этой причине св. богоносные отцы семи Вселенских Соборов все вопросы Церкви Христовой свели к вопросу Личности Богочеловека Христа и исповедали Его как единственную и самую большую драгоценность для каждого человека на земле и на небе. Да, для них Богочеловек Христос - это все и вся в человеческом мире, это единственная и высшая ценность Церкви Христоой на небе и на земле. Их бессмертное правило: все за (и для) Христа, Христа - ни за что (и ни для чего)! Это не человеческий гуманизм, но Богочеловеческое учение. Не человек, а Богочеловек! Христос прежде всего и выше всего!
Гуманистический экуменизм
Экуменизм - это общее название всех видов псевдохристианства и всех псевдоцерквей Западной Европы. В нем сущность всех родов гуманизма с папизмом во главе. А все этому есть общее евангельское название: ересь, ибо в течение всей истории разные ереси не считали важными или искажали отдельные особенности Христа, а эти новые европейские ереси отвергают, оттесняют, отстраняют Богочеловека и на Его место ставят человека, и здесь нет существенного различия между папизмом, протестантизмом и другими сектами, имя которым легион.
Православный догмат о Церкви отвергнут и заменен латинским еретическим догматом о первенстве и непогрешимости папы, а из этой ереси непрестанно вытекают и другие: отказ от "эпиклезы", введение тварной благодати, чистилище, касса излишков добрых дел, механизированное учение о спасении, и отсюда - механизированное учение о жизни, папоцезаризм. инквизиция, индульгенции, убийство грешника за грех, иезуитство, схоластика, казуистика, социальный гуманизм. Протестантизм есть законнорожденное и верное чадо папизма, своей рационалистической схоластикой веками впадающее в ереси и постоянно задыхающееся под действием различных ядов своих еретических заблуждений. При этом папистское гордоумие и "непогрешимое" безумие абсолютно опустошают души верующих. В принципе, всякий протестант - это тот же независимый папа, непогрешимый папа во всех вопросах веры, а это всегда ведет из одной духовной смерти в другую, и так без конца, ибо нет конца духовным смертям человека. Папистско-протестантский экуменизм не имеет выхода из своих мук и смертей без чистосердечного покаяния перед Богочеловеком Господом нашим Иисусом Христом и Его Православной Церковью. Без покаяния и вступления в Истинную Церковь Христову неестественно и бессмысленно говорить о некоем объединении "церквей", о диалоге любви, об intercommunio. Самое главное - это стать членом Богочеловечеcкого Тела Церкви Христовой и частью души Церкви - Духа Святого и наследником всех бессмертных Богочеловеческих благ.
1. Современный "диалог любви", ведущийся в форме голого сентиментализма, в действительности, есть маловерный отказ от спасительного "освящения Духа и веру истине" (2 Соя, 2, 13). Сущность любви есть Истина, и любовь живет, пребывая в Истине, являющейся сердцем всякой добродетели. А воплощение и олицетворение Божественной истины есть Богочеловек Господь Иисус Христос, и если бы истина заключалась в чем-либо ином, то она была бы относительной, преходящей, смертной, будь она понятием, идеей, теорией, схемой, разумом, наукой, философией, культурой, человеком, человечеством, всем миром, небом и землей, или всем этим вместе. Но Истина - это Личность Богочеловека Господа Иисуса Христа, Второго Лица Пресвятой Троицы, и потому она совершенна и вечна, ибо в Господе Иисусе Христе и истина, и жизнь обладают одним качеством; вечностью (ср. Ин. 14, 6; 1, 4, 17). Кто верует во Христа, тот постоянно Его истиной возрастает в Божественные бесконечности всем существом своим: умом, сердцем и душой. Во Христе живем "истинной любовью" (Еф. 4. 15), ибо только так можем возрасти во Христа, причем это происходит всегда вместе "со всеми святыми" (Еф. 3, 1б), всегда в Церкви и Церковью, ибо эти необходимые для возрастания вo Христа силы Церковь получает непосредственно от своей Главы - Иисуса Христа, ибо только Он, Бог и Господь, имеет эти бесконечные силы и богомудро распоряжается ими.
Но существует и "диалог" лжи, когда сознательно или не сознавая того клевещут друг на друга. Такой "диалог" свойствен "отцу лжи" - диаволу (Ин. 8, 44), а также его вольным или невольным сотрудникам, желающим с помощью зла осуществить свое благо и с помощью лжи придти к своей "истине", Нет общения в любви без общения в истине, иначе такое общение неестественно и лживо, - отсюда и заповедь св. Апостола: "Любовь да будет непритворна" (Рим. 12.9).
Еретическое гуманистическое разделение Любви и Истины - это только знак недостатка Богочеловеческой веры и потерянного духовного равновесия. Этот путь никогда не был путем св. отцов. Православные, только соединенные "со всеми святыми" в Истине и Любви, имеют и являют от апостольских времен до днесь Богочеловеческую спасительную любовь ко всему Божественному творению. Голый моральный минимализм и гуманистический пацифизм современного экуменизма обнаруживают болезненность и беспомощность своей философии и этики "по человеку" (ср. Кол. 2, 8), обнаруживают кризис своей гуманистической веры в Истину и забвение истории Церкви, се непрерывной соборной и апостольской жизни в Истине и Благодати. Св. Максим Исповедник так говорит об истине Богочеловеческой веры: "Вера есть основание надежны и любви. Ибо она есть верный хранитель и самой истины"
Несомненно, святоотеческий и апостольский принцип любви к людям и отношения к еретикам есть принцип Богочеловеческий. Это боговдохновенно выражено в следующих словах св. Максима Исповедника: "Я не желаю, чтобы еретики мучались и не радуюсь их злу, - Боже, сохрани! но сугубо радуюсь их обращению. Ибо что верным может быть милей, нежели видеть рассеянных чад Божиих, собранных воедино. Я не потерял рассудок, чтобы советовать ценить немилосердие выше человеколюбия. Напротив, я советую со вниманием и усердием творить добро всем людям и всем верным быть всем для нуждающихся. Но при этом я говорю: нельзя помогать еретикам в утверждении их безумных верований, здесь нужно быть резким и непримиримым. Ибо я не называю любовью, но человеконенавистничеством и отпадением от Божественной любви то, когда кто-либо утверждает еретиков в их заблуждении на неминуемую погибель этих людей".
2. Вот учение Православной Церкви о еретиках; ереси - не Церковь и не могут быть ею. Потому у них (еретиков) не может быть ев. Таинств, во всяком случае, св. Евхаристии - Таинства над Таинствами, ибо св. Евхаристия есть все и вся в Церкви: и Сам Богочеловек Иисус Христос, и сама Церковь как Его Тело, и вообще все Богочеловеческое.
Intercommunio - общение с еретиками в св. Таинствах, особенно в св. Евхаристии - это самое бессовестное предательство Господа Иисуса Христа, иудино предательство, а также предательство всецелой Богочеловеческой, Апостольской, святоотеческой, Единой Церкви Христовой.
Прежде всего нужно спросить: на какой экклезиологии основано так называемое "intercommunio"? Все Православное учение Церкви основано не на intercommunio, но на Богочеловеческой действительности communio, на Богочеловеческом общении (ср. 1 Кор. 1, 9 ; 10, 16-17; 2 Кор. 13, 13; Евр. 2, 14; 3, 14; 1 Ин, 1, 3), в то время как термин "межобщение" сам по себе противоречив и полностью бессмыслен для православной экклезиологии. Затем; в Православном учении о Церкви и св. Таинствах единственным Таинством является сама Церковь - Тело Христово; она есть единственный источник и содержание св. Божественных Таинств. Вне Церкви не может быть ни Таинств, ни тем более "межобщения" в Таинствах. Лишь Церковь есть источник св. Таинств, и никак не наоборот: не могут Таинства стоять над Церковью и рассматриваться вне ее. По православному учению о св. Таинствах, Церковь не признает вне себя никаких других "таинств" и не считает их таковыми для определенного лица, пока оно не перейдет из псевдоцеркви через покаяние в Православную Церковь. Остающийся вне Церкви и не соединяющийся с нею через покаяние есть еретик и неминуемо находится вне церковного спасительного общения, "ибо какое общение праведности с беззаконием? Что общего у света с тьмою?" (2 Кор. 6,14).
Первоверховный Апостол властью Богочеловека повелевает: "Еретика, после первого и второго вразумления, отвращайся" (Тит. 3,10). А кто еретика не только не отвращается, но и самого Господа Иисуса Христа преподает ему во св. Евхаристии, - тот разве находится в св. апостольской Богочеловеческой вере? Более того, любимый ученик Христов, Апостол любви, повелевает: человека, не верующего в воплощение Христа и не признающего евангельское учение о Нем как о Богочеловеке - "не принимайте в дом" (2 Ин. 1,10).