В приемной Эйсена уже ждали три человека. Секретарша казалась воплощением элегантности. Ее блестящие черные волосы, зачесанные с затылка наперед, башенкой венчали макушку. На ней было белое платье без рукавов, с «молнией» до самого подола, которая была приспущена, являя взгляду глубокую ложбинку между грудями.

— Вы хотели бы встретиться с мистером Эйсеном без предварительной договоренности? — Она отрицательно покачала головой. — Боюсь, это исключено.

Я вынул одну из моих визитных карточек и вручил ей. Секретарша взяла ее в руки с такой осторожностью, словно та могла укусить, и уставилась на нее. Я перегнулся через стол и тихим доверительным голосом попросил:

— Скажите мистеру Эйсену, что это очень спешно. Этим утром муж дамы уже приобрел револьвер.

— Я… — Она снова уставилась на карточку, словно в ней было какое-то тайное послание, упущенное ею в первый раз. — Прошу прощения, — вскочив из-за стола, исчезла за дверью кабинета.

Через минуту секретарша вернулась.

— Будьте любезны войти, мистер Бойд, — бесстрастно промолвила она. — Мистер Эйсен сказал, что может уделить вам ровно две минуты.

Стены кабинета были увешаны фотографиями звезд, которых мистер Эйсен продвигал. В углу размещался элегантный бар. Три кресла для гостей стояли у широкого стола черного дерева, а за письменным столом восседал сам мистер Иан Эйсен, высокий мужчина с длинными черными волосами, густыми темными усами и живыми голубыми глазами. На нем была белая шелковая рубашка с широким отложным воротником, запонками в манжетах и брюки небесно-голубого цвета. В мочке правого уха болталась золотая серьга. Я остановился перед письменным столом, и он широко улыбнулся.

— Садиться не стоит, Бойд. Я всего лишь хотел сказать вам, что это дешевый номер. Если бы вы сообщили, что сегодня утром приобрела револьвер жена данного джентльмена, я бы отнесся к вам куда серьезнее.

— Все мы не совершенны, — скромно признал я и сел в стоящее рядом кресло для посетителей. — Буду краток, мистер Эйсен. Жизни Каддлс угрожает опасность, и она наняла меня, чтобы остаться в живых. Сделать я это могу единственным способом — выяснить, кто ей угрожает.

— Если она погибнет до вечера пятницы, мне придется выложить кучу денег.

— Был убит Хэнк Барроу, — напомнил я. — Вы об этом знаете?

— Конечно. Как и все.

— Он был здесь примерно недель пять назад.

— И провел пару дней.

— Можете ли вы припомнить что-то странное в его поведении в то время? Или, может быть, случилось что-то необычное?

— А что сама Каддлс говорила вам о нем, мистер Бойд?

— Что он был хорошим специалистом и организатором, прекрасным парнем и что он кололся героином.

Эйсен кивнул:

— У меня было немало клиентов, которые увлекались теми или иными наркотиками. Для большинства из них марихуана была привычным делом, а кое-кто испытывал пристрастие и к тяжелым наркотикам. Так что, если вас интересует, заметил ли я что-то странное в поведении Хэнка Барроу при нашей встрече, скажу, что он был под воздействием героина.

— И что произошло?

— Я повез его посмотреть место будущего концерта. Мы обговорили кое-какие технические детали, после чего к ленчу вернулись в город. Затем он направился к себе в отель. Мы договорились о встрече на следующее утро, но он так и не появился. Днем от него раздался какой-то странный звонок. Выяснилось, что предыдущим вечером, около шести часов, к нему в номер ворвалась полиция, обыскала его и нашла унцию героина. Они забрали его в управление полиции, допрашивали пару часов, а затем, часов в одиннадцать, ничего не объясняя, выпустили. Он сказал, что напуган и собирается улетать первым же самолетом.

— Все?

— Почти. — Эйсен помолчал. — По словам Барроу, героин в номер ему подложили. Он заверял, что взял с собой лишь небольшую дозу, да и ту использовал сразу же по прибытии. Я усомнился, но мои мысли ничего не могли изменить.

— Благодарю.

— Это вам как-то поможет?

— Еще не знаю, — честно признался я.

— Могу еще быть вам чем-то полезен? Хочу повторить, если концерт сорвется, я потеряю кучу денег…

— Вы встречались с Каддлс?

— Пока еще не имел такого удовольствия. Она выдающаяся исполнительница, с нетерпением жду встречи с ней. Пару раз я видел ее менеджера.

— Дженни Копчек?

— Прекрасная девушка. Видно, что она знает свое дело и не упускает свои проценты.

— Она была здесь?

— За неделю до Хэнка Барроу, чтобы подписать контракт. Я было попытался поухаживать за ней, но она чуть не поломала мне запястье.

— Направляясь сюда, я вас таким и представлял.

Он ухмыльнулся:

— Предпочел бы не комментировать. Но девушек я люблю.

— Как все мы, — улыбнулся я.

Когда я направлялся к выходу, элегантная секретарша бросила на меня укоризненный взгляд. Мне потребовалось пять минут, чтобы найти ближайший ресторан и заказать ленч. Мысль о встрече с Шеллом на пустой желудок была слишком пугающей, и хотелось ее прогнать. Так что в полицейское управление я явился около трех дня и после получасового ожидания был препровожден к капитану. Вежливо постучав, я вошел в камеру, где был оборудован его кабинет. Он глянул на меня со своим привычным оскалом, который, казалось, был врезан в его физиономию.

— Я занят, Бойд. Какого черта тебе здесь надо?

— Примерно пять недель назад Хэнк Барроу провел в Санта-Байе пару дней.

— Расскажи мне что-нибудь новенькое!

— В первый же вечер он был задержан за хранение героина.

Шелл издал вежливый вздох:

— Я коп. А копы читают сводки.

— В его номере была найдена унция героина. Барроу утверждал, что наркотик ему подсунули, но ведь это ничего не меняет, не так ли?

— Так.

— Его допрашивали несколько часов, а потом, спустя еще пару часов, выпустили.

— Вот как?

— И я просто заинтересовался. Как в Санта-Байе работает отдел по борьбе с наркотиками?

Из-под нависших век на меня уставились холодные серые глаза.

— Я тоже этим интересовался. Обыск в номере проводил сержант, и я поговорил с ним. Информация была получена по анонимному телефонному звонку. Он собирался задержать Барроу, но поступило указание выпустить парня.

— От кого?

Шелл пожал плечами:

— В таких делах узнать ничего не удается. Откуда-то поступает указание. Мне это не нравится, как и любому честному копу, но когда это случается, ты бессилен. Должно быть, у Барроу в этом городе были весьма влиятельные друзья.

— Как кто, например?

— Откуда, черт возьми, мне знать? — раздраженно буркнул он.

— Барроу был наркоманом.

— Что вскрытие и показало.

— Он утверждал, что прихватил с собой только небольшую порцию героина, которую и ввел себе сразу же по прибытии. Так что, может быть, та унция, что нашел сержант, на самом деле была подложена. И тот тип, что подложил ее, мог капнуть в наркобюро.

— Ну и?.. — устало спросил Шелл.

— И может, он обладал достаточным влиянием на комиссара или на кого там еще, чтобы добиться освобождения Барроу без всякого обвинения. В таком случае Барроу оказывался перед ним в долгу, верно?

— Идешь по следу, Бойд.

— Мол, я избавил тебя от обвинения, приятель, но если ты не сделаешь того, что мне нужно, мигом верну тебя обратно. То есть Барроу не мог отказаться.

— Какого рода услугу ты имеешь в виду, Бойд?

— Я еще не уверен в своих предположениях.

— У тебя есть еще какие-то идиотские идеи, которые ты хочешь выложить за счет моего времени?

— Не в данный момент, капитан, — с сожалением произнес я.

— Тогда скажи: «Пока», Бойд.

— Пока, Бойд, — повторил я.

— До сего времени еще никто не пытался убить твою клиентку? — На этот раз вопрос был задан с неподдельной заинтересованностью.

— Нет еще.

— Любопытно, сделает ли кто-нибудь такую попытку?

— Капитан, — я постарался придать моему голосу максимум вежливости, — догадываюсь, что таким присущим вам гнусным способом вы хотите мне что-то сообщить.

Он ухмыльнулся. Выражение его физиономии было как у тигра за мгновение до того, как он запустит в вас клыки.

— Вот и подумай об этом, Бойд. И не забудь прикрыть за собой двери, когда будешь уходить.

Я вернулся к машине и поехал домой. Приди мне в голову какие-то более толковые мысли, я бы прислушался к ним. Дома меня дожидалась небольшая коллекция писем, все они оказались счетами. Я сварил кофе и сел, чтобы спокойно его выпить. Через пять минут затрезвонил телефон.

— Бойд, — поднял я трубку.

— Меня оттрахали, — раздался довольный голос Марго Торман. — А я уж думала, что он забыл, как это делается.

— Поздравляю.

— А потом Рик сказал мне, что это была ваша идея.

— В самом деле? — удивился я.

— Идея отличная. Я перед вами в долгу, Дэнни. Рик вернулся в офис кончать работу с сияющими глазами, хвост торчком. Не хотите ли нанести мне визит? — Она тихонько засмеялась. — Я имею в виду, только чтобы поболтать.

Это было куда лучше, чем сидеть в одиночестве, приканчивая вторую чашку кофе, которую мне совершенно не хотелось пить.

— Конечно, — отозвался я. — Еду.

Мне казалось, что машина сама нашла дорогу среди деревьев, которые окаймляли мостовую перед домом на Саблайм-Пойнт. Марго, открывшая мне дверь, была в темно-синем домашнем платье из мягкой ткани. При каждом движении выпуклости и впадины ее тела обрисовывались во всех интимных подробностях. Мы вошли в гостиную, и она сразу же направилась к бару, сообщив:

— Я пью шампанское. У меня что-то вроде праздника. Хотите?

— Черт возьми, почему бы и нет?

Налив бокал, она протянула его мне. Я устроился в ближайшем кресле, а она вернулась к бару.

— За секс, — подняла она бокал и, осушив его, тут же налила новую порцию.

Я заметил, что бутылка шампанского уже была пуста на треть.

— Он всего лишь поимел меня, — радостно сообщила Марго. — Но до чего это было великолепно! Может быть, это начало наших новых отношений.

Я сделал глоток шампанского, отметив его отличное качество. Пока ее разговоры навевали на меня тоску. Оставалось надеяться, что Марго не пустится в детальное описание, кто что и как делал.

— Что-то в тебе мало энтузиазма, Рик.

— Может, потому, что я Дэнни?

Она состроила гримаску:

— Прошу прощения! Наверно, это все фрейдистские штучки.

— Ничего такого я не подумал…

— Наш брак разваливается уже давно, — сообщила она. — И, несмотря на то, что ответ был под рукой, потребовался чужой человек, чтобы найти его. Может, в следующий раз, когда мы поцапаемся, вместо того чтобы ругаться, я ухвачу эту симпатичную маленькую штучку и потащу Рика в постель.

— Имея под боком такого психоаналитика, вы сэкономите кучу денег, — мрачно констатировал я.

Она помолчала, опустошила очередной бокал шампанского и тут же наполнила его снова.

— Что делать, если мне так хорошо?

— А что делать, если плохо?

Марго уставилась на меня блестящими голубыми глазами.

— Я хочу освободиться от всего этого, Дэнни. Хочу, чтобы мы оба, я и Рик, обрели свободу. Хочу, чтобы в пятницу вечером состоялся концерт Ширли и чтобы она к чертовой матери опять исчезла из нашей жизни. Но не хочу, чтобы ее убили и вся та грязь, что произошла шесть лет назад, выплеснулась на первые страницы газет. А если для этого вам надо найти истину относительно того, что случилось с Холли Райс, я готова помочь.

— Прекрасно.

— Но выглядеть все будет не лучшим образом.

— То есть?

— Правда будет омерзительна, просто ужасна!

— Почему вы не пьете шампанское?

— Хорошая мысль! — Она сделала глоток. — Холли все это не нравилось.

— Что именно?

— Лесбийские штучки. Ей не понравилось наше предложение провести тут целую неделю в отсутствие родителей Рика. Она явилась только потому, что надеялась на присутствие Бена Уошберна. Холли предполагала, что он собирается жениться на ней, — только поэтому и согласилась прийти.

— Но Бен не появился.

— Он уже устал от Холли. Липкое сладкое вино его больше не привлекало, хотя само сборище было его идеей. Бен сказал ей, что придет, но в последний момент исчез. А все мы уже были на месте.

— Почему Холли, поняв, что Бена не будет, все же осталась?

— Мы не пустили ее. — Марго помолчала, в очередной раз припав к бокалу; лицо ее раскраснелось. — Мы раздели Холли и почти все время держали связанной. В первую ночь ее поимели двое ребят. На вторую мы с Ширли познакомили Холли с лесбийскими шалостями, а ребята смотрели. Почти все время мы были крепко под наркотой и продолжали забавляться с ней. — Она сморщила нос. — Говорила же я вам, что это будет ужасно, Дэнни.

— Когда вы занимались с ней лесбийской любовью?

— Все кончилось около полуночи. К самому концу Холли словно рехнулась.

— Она не могла выносить физический контакт с другой женщиной?

Марго отрицательно покачала головой:

— Ей понравилось. И для нее это было самым ужасным. Она поняла, что является самой настоящей лесбиянкой, и не могла этого перенести. Френк увел ее в другую комнату, чтобы успокоить, но ничего не получилось. Наконец он сказал, что придется вызвать Бена. К тому времени мы все уже были в полном обалдении, и нам было плевать, что он делает, лишь бы Холли заткнулась. Появился Бен и надолго уединился с ней и Френком. Выйдя из комнаты, он сказал, что все без толку, Холли не собирается молчать о том, что мы с ней делали. Рик спросил: «Так как же нам, черт побери, теперь поступить?» Бен ответил, что Френк дал ей какое-то снотворное и присмотрит за ней. Так что нам остается лишь переспать это дело, а утром он заедет.

— И к утру она была уже мертва?

— Мертва, — ровным голосом подтвердила Марго. — Это было ужасно. Френк клялся, что дал ей лишь немного депрессантов, чтобы она уснула. Затем он позвонил Бену и рассказал, что случилось. Бен выдвинул идею, что мы должны позвонить в полицию и, рассказывая о несчастном случае, дать понять, что Холли с самого начала с удовольствием приняла участие в нашей вечеринке. И конечно, не упоминать ни о каком сексе.

— Вскрытие показало, что она умерла от передозировки героина.

Марго снова покачала головой:

— Так писали в газетах. А на самом деле вскрытие утверждало, что она умерла от передозировки наркотиков, в состав которых, не исключено, входил и героин.

— Вы хотите сказать, что она вообще не имела дела с героином?

— Я не знаю, что ей дал Френк. Он упоминал только успокаивающие, но на самом деле там могло быть что угодно.

— То есть вы утверждаете, что Френк убил ее.

— Думаю, что да, — произнесла Марго нерешительно. — Не берусь утверждать, что он сделал это сознательно. Тут мог быть просто несчастный случай.

— А потом приехала полиция?

— Нас отвезли в участок и допрашивали несколько часов. Все мы твердили одно и то же. Мол, когда родители Рика уехали, мы решили собраться в его доме и повеселиться. Что мы крепко напились в тот вечер, что Холли, отходя ко сну, прекрасно себя чувствовала, но когда на следующее утро мы проснулись, она была мертва. Конечно, они не поверили ни одному нашему слову, но доказать обратное не могли. Отцы Рика и Бена крепко надавили на них, заверяя, что от души накажут своих отпрысков, тем более что и публикации уже сделали свое дело.

Я допил остатки шампанского, и мне показалось, что он стало пресным.

— Вот вроде и все, Дэнни, — вздохнула Марго. — Вы испытываете ко мне отвращение? За то, что я принимала в этом участие?

— Если события разворачивались так, как вы рассказали, то все вы в это были замешаны, — заключил я. — Так какого черта кого-то взволновало возвращение Ширли в Санта-Байю?

Она яростно закивала, и я даже подумал, что шампанское стремительно ударило ей в голову.

— Вот это я и имела в виду, — серьезно и вполне трезво проговорила Марго. — Как и намекала вам раньше, Дэнни. Ни у кого, кроме как у Ширли, не было причин убивать Барроу, а у нее, должно быть, имелись очень веские основания, чтобы пойти на это.

Я поднялся:

— Спасибо за рассказ, Марго.

— Изложив вам все, я себя чувствую как-то лучше, — призналась она. — Если Рик узнает, он меня убьет!

— Пусть Рик вас не волнует, — сказал я. — Беспокойтесь, как бы Френк не узнал.

Ее лицо побледнело под загаром.

— Но вы же не скажете ему, Дэнни. Прошу вас!

— Думаю, что нет, — великодушно заверил я и направился к двери.

Она стремительно выскочила из-за бара, запнулась и лицом вниз рухнула на пол. Тонкая ткань платья обтянула аппетитные округлости ягодиц, и на мгновение я испытал искушение. Но тут же понял, что над нами витает тень Холли Райс.

Вернувшись домой, я налил себе выпить, чтобы избавиться от кислятины шампанского во рту. Затем позвонил капитану Шеллу. Он, как всегда, был мрачен и зол.

— Всего лишь один вопрос, — быстро сказал я. — О сержанте, который собирался посадить Барроу за наркотики, а потом получил указание сверху выпустить его. Не тот ли это самый сержант, который шесть лет назад явился в дом Торманов, когда там после вечеринки умерла девушка?

— Так уж получилось, что тот самый, — ответил Шелл. — А что?

— Вот и подумайте об этом, — с наслаждением произнес я и повесил трубку.