стался средний брат — Дмитрий Шемяка.

В толковом словаре великорусского языка Владимира Даля указывается: «Шемела» значит — бестолковый человек, «шеметун» значит — хлопотун, суета, «шеметкой» значит — торопливый, суетливый, «шеметнуться» значит — метнуться, кинуться. Отсюда и прозвище — «Шемяка».

Видно, заслужил его князь Дмитрий Юрьевич. Вырос, получил от отца вотчины, но помогать ему не стал, все увертывался от воли отцовской, а по его смерти то обещал в дружбе брату Василию Косому, то двоюродному брату Василию Васильевичу, а сам переметывался на ту сторону, какая верх брала.

Пока длилась усобица между двоюродными братьями и Василий Косой не был ослеплен, великий князь заключил с Дмитрием Шемякой договор, в котором тот обязался служить Василию Васильевичу «честно и грозно», признал себя «братом молодшим» и получил в удел город Дмитров. Никого он там не знал и остался тем недоволен. И дмитровцы его не знали, и глухой ропот поднимался меж ними…

За все эти годы, пользуясь непорядками усобиц, малые ордынские отряды неоднократно нападали на русские порубежные земли. Это не были набеги прежних лет, всеистребляющие и губительные. Ослабла Орда, раздираемая междоусобными распрями. Наскакивали на окраинные, то на восточные, то на южные русские волости царевичи и мурзы с небольшой конной ратью, грабили, жгли, забирали пленных и стремились поскорее убраться, пока русские полки не успели их нагнать.

Эти набеги, хоть и малыми силами, наносили значительный ущерб и торговле, и ремеслам, и хлебопашеству то по одним волостям, то по другим.

Изгнанный из Орды хан Улу-Магомет с верными своими воинами отправился вверх по Волге. Он обосновался в Казани и начал оттуда совершать набеги на Русь.

Он и к Москве было приступил с войском. Великий князь послал к Дмитрию Шемяке за подмогой, но тот медлил, не собирал полков. А хан и не пытался брать Кремль приступом. Сжег посады и отступил.

Пять лет двоюродные братья жили между собой будто мирно. Василий Васильевич и не подозревал, что в самой Москве угнездилась измена, что бояре братья Добрынские и коломенский наместник Иван Старков, считавшие себя обойденными в боярской думе, тайными грамотами переписывались с Дмитрием Шемякой. Он обещал им: коли верх возьмет, поставит их в Думе на первые места и даст им новые вотчины.

Заговорщики ждали удобного случая, все надеялись, что удача к ним повернется. И дождались.