Двумя днями позже Дилан мерил шагами свой офис в Лос-Анджелесе, не находя себе места. С момента встречи с Дженной пять дней назад все мысли Дилана были заняты ею. Вот и сейчас: вместо того, чтобы сосредоточиться на делах и важных совещаниях, он обижается, что эти проблемы оторвали его от Шайенна, от Дженны.

Он позвонил ей прошлой ночью, но снова услышал сдержанность в ее голосе. Похоже, случайно подслушанные ею слова Сэйджа порвали только-только налаженную хрупкую связь между ним и этой женщиной.

Если бы тогда, в понедельник, Дилан мог продолжить тот их поцелуй! Вместо этого он отпустил ее, и Дженна убежала прочь. А он стоял и смотрел ей вслед, не замечая, что в кармане звонит мобильник.

«Кажется, она боится мне довериться, пустить в свою жизнь, – размышлял Дилан. – За этим кроется что-то большее. У Дженны Монтгомери столько тайн, которые хочется раскрыть. Но с этим придется подождать до подходящего случая».

Он остановился у окна и кинул взгляд вниз на огромный город. Последние пять лет Лос-Анджелес был для Дилана домом, местом, где ему нравилось жить. После обучения и стажировки в Европе он был готов, вернувшись в Штаты, начать новый этап своей карьеры. Но из-за смерти Джея Ди пришлось пересмотреть свою систему жизненных ценностей.

В эту минуту Дилан скучал по Шайенну. А если быть точным, он скучал по одной женщине, которая жила там. Идеальным выходом из положения было бы забрать ее оттуда и привезти сюда, в его мир, в его жизнь. Но он понимал, что это было бы несправедливо по отношению к ней. У нее в Шайенне был дом, а еще свое дело. Пока он не появился в ее магазине, у Дженны все было прекрасно – Дилан в этом не сомневался.

Сотовый телефон запищал в нагрудном кармане, прерывая невеселые размышления.

– Эй, Дилан! Это Шанс. Как поживаешь?

– Хорошо, спасибо. А ты? Как дела на ранчо?

Дилан улыбнулся. Звонок от кузена всегда был для него желанной возможностью отвлечься.

– Я тут подумываю устроить барбекю в субботу. Полагаю, ради разнообразия ты смиришься с тем, что готовить будет кто-то другой, а не ты?

Дилан громко рассмеялся:

– Конечно. Ради тебя – все что угодно.

– Отлично! И я еще тут подумал, может, ты захочешь еще кое-кого привезти с собой…

– Ты разговаривал с Сэйджем?

– Вроде того.

Дилан ни капли не сомневался, что на лице Шанса в этот момент сияет глупая ухмылка.

– Шанс… – начал он с суровой, предупреждающей нотой в голосе.

– Эй, я обещаю, что буду паинькой. Честно. Я просто хочу на нее посмотреть.

– А если она не захочет приехать?

– Ну, тогда я хотя бы тебя накормлю, – поддразнил Шанс, растягивая слова.

– Как благородно с твоей стороны!

– Уверен, с твоим обаянием и навыками ты сумеешь ее привезти.

– Я сообщу, получилось ли у меня. Во сколько нам приехать?

– Давай пораньше. Будет Ханна с ее дочуркой Касси, очень милой малышкой.

С того момента, когда Шанс обнаружил, что у него есть сводная сестра Ханна, побочная дочь его отца, существование которой тот скрывал, они уже неплохо сдружились. Сейчас Ханна была помолвлена с Логаном Уиттакером – адвокатом, которому было поручено ее отыскать, когда стало известно содержание завещания Джея Ди. Их семья продолжает расширяться. Это здорово, подумал Дилан.

– Уже готовишься и сам обзавестись детьми, кузен? – в свою очередь поддел он Шанса.

– Еще не хватало! Но Касси трудно не любить. Она – хорошая девочка. В общем, приезжайте около шести.

Дилан быстро подсчитал. Если он заберет Дженну после закрытия салона, то они почти успевают.

– Возможно, мы немного задержимся, но приедем.

– Отлично! Сообщу маме. Она любит собирать все семейство вместе. Чем больше народа – тем веселее, так?

«Так», – мрачно подумал Дилан, нажимая отбой. Теперь ему остается убедить Дженну встретиться с остальными его родственниками, когда, кажется, все они решительно настроены подвергнуть ее допросу с пристрастием. Черт бы побрал Сэйджа и его болтливый рот! Впрочем, в критические моменты жизни его близкие всегда были надежной опорой, и Дилан хотел, чтобы Дженна увидела это и стала частью его семьи, как и их ребенок.

Дилан никогда раньше не чувствовал себя счастливее, чем покидая в этот раз Лос-Анджелес и садясь на самолет до Шайенна. Прилетев, он отправился на своем внедорожнике к дому Дженны.

Когда он подъехал, Дженна тут же появилась на крыльце. Он вышел из машины и открыл перед ней дверцу, поедая девушку взглядом. Они не виделись четыре дня, а казалось – четыре недели. Ему показалось, или ее живот действительно еще чуть больше округлился, а грудь немного увеличилась?

– Привет! – сказала Дженна, чуть опустив голову, словно стесняясь.

– Привет! – отозвался он и, наклонившись, поцеловал ее в щеку. По лицу Дженны тут же разлился бледно-розовый румянец. – Я скучал по тебе.

Подняв взгляд, она закусила губу и призналась:

– Я тоже по тебе скучала.

Она произнесла эту фразу таким озадаченным тоном, что Дилан улыбнулся. Затем он усадил ее в автомобиль, закрыл за ней дверцу и еле сдержался, чтобы не вскинуть вверх кулак в победном жесте и не издать первобытный вопль радости, отмечая свой долгожданный успех.

Пока они добирались до ранчо «Биг Блю», лежащего в тридцати милях от Шайенна, Дилан развлекал спутницу рассказами о том, чем занимался в Лос-Анджелесе.

– Значит, твоя сестра тоже живет в вашем доме в Лос-Анджелесе?

– Да, отец купил его лет двадцать назад, а Анжелика переделала его на свой вкус. Я всегда рад ее видеть. Но после того как умер отец, отношения между нами натянутые – она сердится.

– Сердится?

– Да. – Дилан внезапно пожалел, что затронул эту тему, но, возможно, Дженне действительно следовало об этом знать. – Отец оставил контрольный пакет акций компании «Ласситер медиа» не Анжелике, а ее жениху. И это было для нее, словно пощечина. Она очень расстроилась. Ведь в основном она управляла этой компанией до смерти отца.

– Я ее понимаю. Именно поэтому расстроилась ее свадьба?

– «Ласситер медиа» была смыслом жизни для Анжелики. А теперь ей остается только гадать: не было ли желание заполучить контроль над компанией единственной причиной, побудившей Эвана сделать предложение. Не самые лучшие основания для заключения брака, не так ли?

После этого разговора Дженна надолго погрузилась в молчание, пока Дилан не взял ее за руку, сплетя их пальцы.

– Ты в порядке? – поинтересовался он, кидая на нее взгляд.

– Просто немного нервничаю.

– Не стоит. Шанс – замечательный парень.

– А кто еще там будет?

– Его мать, Марлен. Не беспокойся, ты ей очень понравишься. Еще приедет его сводная сестра Ханна с дочкой Касси. Смотри, мы уже почти на месте.

Он притормозил перед воротами ранчо, которое всегда считал своим домом. После смерти родителей Дилана Джей Ди и Элли привезли его и Сэйджа сюда. Тогда их жилой дом был куда более скромным. Но едва «Биг Блю» начало приносить хороший доход, на месте прежнего жилища выросло здание из дерева и металла, к которому они с Дженной сейчас и направлялись. Оба этажа его опоясывали крытые галереи, украшенные деревянными балюстрадами ручной работы.

– Ух ты! Какая красота! – восхитилась Дженна. – Вы с Сэйджем тут выросли?

– Повезло нам, да? Только представь: весь этот огромный участок – в полном распоряжении двух мальчишек, которым нужно выплеснуть свою энергию. У меня было замечательное детство.

Они вышли из машины и направились к дому. Дилан открыл парадную дверь, пригласил Дженну внутрь и крикнул: «Эй! Есть кто тут?» Послышались шаги, и в прихожую вошла пожилая женщина.

– Дилан! Как я рада тебя видеть! – воскликнула она и заключила его в объятия.

– Тетя Марлен, разреши представить тебе мисс Дженну Монтгомери. Дженна, это моя тетя, Марлен Ласситер.

– Миссис Ласситер, приятно с вами познакомиться.

– Ой, да ладно, мы здесь не любим церемоний. Зовите меня Марлен, а я буду звать вас Дженна. Проходите. А мне нужно кое-что доделать на кухне. Ханна с дочкой на террасе, а Шанс возится с грилем с таким видом, словно он в этом деле знаток.

– Логана сегодня не будет? – спросил Дилан.

Марлен покачала головой:

– Нет. Он позвонил и извинился. Сказал, что пришлось срочно отправиться в командировку для оказания юридической помощи какому-то важному корпоративному клиенту. Но, между нами говоря, думаю, он просто пытается увильнуть от обсуждения приготовлений к свадьбе.

Она подмигнула, глаза ее озорно блеснули, и стало понятно, что последняя фраза была лишь шуткой.

– Идите поздоровайтесь с Ханной и Шансом. Они вас ждут.

Дженна чуть сильнее сжала руку Дилана. Ему была понятна ее реакция: дом, в котором он вырос, при первом визите сюда ошеломлял. Окинув здание взглядом, Дилан решил, что, похоже, и второй визит вызывает те же чувства.

На террасе Дженна, кажется, немного расслабилась при виде простирающегося перед ними обширного парка.

– Это пруд? – удивилась она.

– Это бассейн с морской водой, оформленный в виде пруда. Когда мы с Сэйджем были маленькими, то раскачивались на веревке, привязанной к ветке вон того дерева, – он указал рукой, – и плюхались в воду.

– Вот это да! И у вас все это было?

И тут к ним навстречу вприпрыжку выбежала маленькая девочка. Ее симпатичное личико обрамляли растрепанные ярко-рыжие кудряшки, а зеленые глаза лучились озорством.

– Ты – мой дядя Дилан, да? Но мама говорит, что на самом деле ты навроде очень дальнего кузена. А что это такое?

– Касси! Пусть Дилан и его гостья сперва поздороваются с остальными, а потом уже будешь к ним приставать, – раздался женский голос сбоку.

Ханна, сводная сестра Шанса, встала со скамьи и подошла к ним.

– Привет! – сказала она Дилану и обернулась к Дженне. – Я – Ханна Армстронг.

– Дженна Монтгомери. Это ваша дочка? Она очаровательна!

Ханна с гордостью ответила ей:

– Да, это мое маленькое сокровище. Но характер у нее еще тот. – Она обратилась к Дилану: – Оставь пока Дженну со мной и пойди посмотри, как там Шанс.

Дилан взглянул на Дженну, чтобы убедиться, не возражает ли она, и та еле заметно кивнула.

– Да, конечно, иди. Со мной все будет в порядке.

Впрочем, по бледности ее щек было заметно, что она еще немного нервничает и, представься повод, тут же изо всех сил рванет бегом обратно в Шайенн.

– Я только поздороваюсь и вернусь.

– Все нормально, я не кусаюсь, – заверила Ханна.

Она предложила Дженне присесть на скамью, на которой до этого сидела, и обе женщины расслабились под лучами послеобеденного солнца.

– А я помогу бабуле с загуськами, – важно заявила Касси и вприпрыжку убежала в дом.

– Ух ты! Она такая бойкая, – заметила Дженна, улыбнувшись над тем, как девочка исковеркала слово «закуски».

– Да уж. Она настоящая непоседа с самого своего рождения. С ней не соскучишься. Но я не хотела бы, чтобы все было по-другому.

В голосе Ханны снова прозвучала материнская гордость, заставившая Дженну приложить руку к своему животу. Да, она тоже ощущала что-то подобное: каким бы неизвестным и пугающим ни было будущее, ей не хотелось бы, чтобы все в жизни сложилось по-другому.

– Здесь так красиво! – восхитилась Дженна, снова обводя окрестности взглядом.

– Когда я впервые увидела это место, оно привело меня в восторг.

– Вы выросли не здесь?

– Нет. Я из Боулдера, штат Колорадо. Но через несколько месяцев я выйду замуж, и тогда Шайенн станет нашим постоянным домом. А пока мы с дочкой здесь гостим. Касси очень нравится, что у нее есть дядюшка, которым она может вертеть, как ей хочется, а еще бабушка, которая ее обожает.

Дженна попыталась сложить всю информацию вместе, но что-то все равно не сходилось.

– Марлен не ваша мать?

– Все гораздо сложнее. У нас с Шансом был общий отец, – объяснила Ханна с грустной улыбкой. – Но с тех пор, как эта семья узнала о нашем существовании, они так тепло с нами обращаются. Особенно Марлен, на что я и надеяться не могла.

– Кажется, семейство Ласситеров очень сплоченное, – проронила Дженна, наблюдая за тем, как Дилан и Шанс хохочут над какой-то шуткой.

– Но в то же время они дружелюбно относятся к новым членам семьи, не волнуйтесь. – Ханна похлопала собеседницу по руке. – Я думала, придется трудно, но меня с самого начала хорошо приняли. И вы тоже прекрасно с ними поладите.

«Получится ли у меня?» – подумала Дженна. Она так жаждала обрести надежный, крепкий семейный очаг и, как могла, пыталась сама его создать, усердно трудясь и купив собственный дом. Судя по тому, что Дженна узнала сегодня о Ласситерах, для них точно так же было важно постоянство.

– Вот вы где, леди! – С этими словами на террасу вышла Марлен и поставила перед ними на стол поднос с парой кувшинов и несколькими чистыми стаканами.

– Немного холодного лимонада для вас, голубушка, – обратилась она к Дженне, – и по коктейлю «Маргарита» для нас.

Дженна почувствовала себя неловко. Выходит, им уже известно о ее беременности? Она пробормотала слова благодарности и посмотрела на Касси, которая направлялась к Дилану и Шансу, держа в руках поднос с высокими краями.

– А когда-то она угощала меня первую, – заметила Ханна с печальной улыбкой. – Но теперь все лучшее – ее дядюшке.

– Он перед ней на цыпочках ходит, – согласилась Мадлен. – Но это взаимно. Так хорошо, что в доме снова есть ребенок! Уж слишком много времени прошло с тех пор, как выросли наши дети.

Пожилая женщина повернулась к Дженне, и ее ореховые глаза засияли мягким светом.

– Как вы себя чувствуете в своем положении? Хорошо, я надеюсь?

«Значит, слухи о моей беременности действительно меня обогнали», – расстроилась Дженна, и огорчение отразилось на ее лице.

– Ой, извините, голубушка, – смутилась хозяйка. – Так это было секретом? Мне об этом рассказал Шанс, и я подумала, что вся семья уже в курсе.

Дженна поспешила заверить ее:

– Ничего страшного. Просто я еще не привыкла к тому, что людям эта новость известна. – Она улыбнулась, чтобы смягчить свои слова. – А что касается моего самочувствия, то оно неплохое. Сперва немного тошнило, но сейчас основная проблема – усталость.

– Вы ведь сейчас во втором триместре, так? – спросила Марлен, и Дженна кивнула. – Значит, скоро вы снова почувствуете себя лучше. Вот тогда-то вы и ощутите счастье беременности без тошноты и прочих недомоганий. А ваша семья с нетерпением ждет появления этого ребенка?

Дженна немного смутилась. Ей было совершенно непривычны такие настойчивые расспросы пусть и дружеским тоном.

– У меня нет родственников в этих краях. – Она решила остановиться на таком варианте ответа, не желая рассказывать, что ее отец находится в государственной тюрьме в Ролингсе.

– Ах, бедняжка, – сочувственно цокнула языком Марлен. – Ну ничего. Если вы нам позволите, мы с радостью будем вам помогать. И если возникнут какие-нибудь вопросы, любые, задавайте, не стесняйтесь.

– Спасибо. – Дженна сморгнула набежавшую слезу, вызванную добротой Марлен и ее неожиданным предложением.

Но слезы предательски текли по щекам, и Дженна подняла руку, чтобы их смахнуть.

– Не волнуйтесь, голубушка, – мягко произнесла Марлен и протянула носовой платок. – Мы как следует о вас позаботимся.

Дженна вытерла глаза и попыталась обуздать свои нелепые эмоции. Для этой семьи она, в сущности, чужая, но они готовы были открыть ей свои сердца. А она не заслуживает такого доброго отношения, как не заслуживает доверия и щедрости этих людей. Но, несмотря на все, так хотелось принять предложенную поддержку!