— Пять минут назад он еще болтался у черного входа, — сказала старуха. — Бездельник, вот кто он такой. Такой некрасивый, громадный, изо рта торчит сигарета и одет в черную рубашку.

Джос Краффорд сунул руки в карманы брюк и пожал плечами.

— Чего он хотел?

Джос прекрасно понимал, о ком говорит старуха, и мысль об этом человеке заставляла его холодеть.

Старуха усмехнулась.

— Откуда мне знать? Говорил, что из страховой компании, но я, конечно, не поверила. Он спрашивал, кто живет в этом доме, но я не ответила и захлопнула дверь прямо у него под носом. Если бы вы слышали как он ругался! А потом он пошел туда, к лесу. Я уверена, что он там спрятался. Он все еще там.

— Хорошо, — кивнул Джос, сжимая в карманах кулаки. — Я разберусь с этим типом. Занимайтесь своим делом.

Он вышел из кухни, прошел через большую прихожую, мощеный двор и вышел в сад.

Стоял жаркий безветренный полдень. В такую погоду не хочется думать о плохом, но Джос чувствовал страх, холод проникал до самого его сердца. И все же он отправился в лес на поиски человека в черной рубашке.

Нужно вести себя нахально, не показывая страха, тогда может быть, они оставят мистера Вайдемана в покое? Во всяком случае, надо попытаться сделать хоть что-то, а не сидеть, сложа руки, когда хозяину угрожает опасность.

Джос, не вынимая рук из карманов, шел по дорожке, ведущей к лесу, и чувствовал на себе взгляд старухи, которая, конечно же, смотрела из окна кухни. А что если она следит за ним? Что если ей заплатили за это? Хорошо бы иметь сейчас ружье, нож или хотя бы трость! Он прекрасно знал, что если дело дойдет до рукопашной, ему несдобровать.

По мере того, как лес становился ближе, Джос все с большей печалью думал о своих слабых руках и узкой грудной клетке, хотя обычно он не обращал внимания на эти мелочи. А вот человек в черной рубашке сложен совсем иначе! Джос вспомнил его бычью шею, мощные руки, широкую спину и содрогнулся, но все же продолжал идти к лесу беззаботной походкой. Они должны знать, что их никто здесь не боится!

В лесу было сумрачно и тихо. Джос не оглядывался, но знал, что из дома его уже не видно. Предстоящая встреча совсем не вдохновляла его. Внутри зарождался вселенский холод, однако ноги упрямо продолжали нести его вперед. Теперь уже нельзя возвращаться, иначе тип в черной рубашке поймет, что у Кестера Вайдемана нет человека, который может его защитить.

Джос был уверен, что этот тип неожиданно выскочит из-за деревьев, и сразу же бросится на него, но все произошло иначе.

Он дошел до лужайки, где лежало поваленное дерево. Эта лужайка была просто очаровательна: настоящий оазис посреди молчаливого враждебного леса. Джос взглянул на поваленное дерево и замер. На стволе сидел тот самый тип в черной рубашке. Его шляпа была надвинута на лоб, в зубах дымилась сигарета. Джос, не отрываясь, смотрел на него.

— Привет! — окликнул Джоса его недавний преследователь, но не дождался ответа.

— Вы ведь меня знаете? — продолжал тот. — Меня зовут Батч.

Джос едва заметно кивнул, еще раз отметив про себя физическое преимущество соперника.

Батч вынул изо рта сигарету и стряхнул пепел в траву.

— Вас только двое, не так ли? — глядя из-под полей шляпы, насмешливо произнес он. — Вы и старуха.

— Этого вполне достаточно, — спокойно возразил Джос.

Батч недоверчиво посмотрел на худого юношу.

— Старуха ни на что не годится, — заметил он. — Что она может сделать?

Джос занервничал. Сквозь подошвы туфель он вдруг почувствовал, что земля на лужайке не просохла после недавнего дождя.

— На вашем месте я убрался бы отсюда подальше, — посоветовал Батч.

— Оставьте этот совет для себя, — пожал плечами Джос. — Если люди доставляют мне неприятности, я возвращаю им то же, но вдвойне.

Батч раздавил окурок о ствол и ухмыльнулся. Он, видимо, не ожидал такого ответа.

— Хорошо, — он сдвинул шляпу на затылок. — Тогда этот дом станет вашей могилой.

— Почему вы не оставите его в покое?! — крикнул Джос. — Что он вам сделал?!

— Не думайте больше об этом. — Батч поднялся с дерева. — И не надо лишних слов, от них все равно ничего не изменится. Советую вам подумать о себе. Выходите-ка из этой истории, пока не поздно.

Их разделяло около восьми метров. Они стояли неподвижно, и их черные тени четко вырисовывались на светлой траве.

— Я-то найду выход, — процедил Джос.

Батч сделал несколько быстрых шагов и оказался рядом.

Джос сжал кулаки, не вынимая руки из карманов, и пожал плечами. Его губы пересохли, сердце колотилось, но он не отступал и не сводил глаз со свирепого лица Батча.

— Если бы я думал, что вы можете нам помешать, давно бы убил вас, — спокойно заявил Батч.

Джос молчал и продолжал смотреть прямо в глаза противника. Тот не должен был заметить его страха.

— Вы, может быть, не знаете, что имеете дело с профессиональным убийцей, — проговорил Батч. — Но я уже очень давно никого не отправлял на тот свет. Думаю, вам неприятно слышать такие откровения, но страсть к убийству у меня в крови, и мне доставило бы удовольствие пришить вас, но я должен действовать благоразумно. Я не хочу убивать человека, который не причиняет мне хлопот. Если вы уйдете, я вас не трону.

— А я вас не боюсь, — бессовестно солгал Джос. — Понимаю, что придется нелегко, но я сделаю все, чтобы помешать вам.

— И что же вы можете сделать? — усмехнулся Батч. — Вы подставите плечо под каток, который мчится с горы? Попытаетесь его остановить?

— Его уже не раз останавливали и будут останавливать дальше.

Джос почувствовал вдруг, что этот убийца не слишком уверен в себе, и страх отпустил его. Видимо, выражение его лица изменилось, потому что Батч как-то сжался.

— Вы — псих! — сказал он, нахмурившись. — Что можете сделать против меня вы, мальчишка?

— Я предупредил, — тихо ответил Джос и, резко повернувшись, углубился в лес. Он не оглядывался, но чувствовал, что Батч провожает его взглядом, и на какое-то мгновение потерял уверенность в себе. Но это длилось лишь мгновение.

Вернувшись в дом, он почувствовал себя совершенно разбитым, но это не имело значения. Главное, поединок с Батчем был выигран, тот почувствовал, что без боя ему не сдадутся. Это было все, что можно было пока сделать.

Поднявшись по лестнице, Джос вошел в свою комнату. Он остановит эту страшную силу, он сделает все, что от него зависит. Но если эти люди нападут неожиданно? Такое вполне может произойти. Если его убьют, кто защитит Кестера Вайдемана?

Старуха, работавшая в доме, была совершенно беспомощна. Полиция? Она всегда появляется слишком поздно. А если начать надоедать копам, они помогут упрятать Вайдемана в сумасшедший дом. Этот бедняга чувствовал себя совершенно счастливым, находясь рядом с телом брата. Если засадить его в сумасшедший дом, он протянет недолго.

Джос сел и провел рукой по волосам. А Сьюзен Хеддер? Сможет она чем-нибудь помочь? Девушка нравилась Джосу, но что от нее толку, если его не будет? Он ударил кулаком по подлокотнику кресла. Фресби? Нет, ему нельзя доверять! Единственный человек среди всех, с которым стоит иметь дело — Сьюзен!

Джос резко поднялся, пересек комнату и открыл маленький шкаф. Вынув оттуда небольшой стальной ящичек, он поставил его на стол и открыл длинным ключом.

Ящичек был забит билетами достоинством в один фунт. Джос точно знал, сколько их тут. Корнелиус Вайдеман давал ему эти деньги под разными предлогами, а он откладывал их на черный день. Сейчас у него было триста фунтов, а это кое-что значило! Джос был уверен, что Сьюзен сделает все, зная, что ей заплатят.

Он уселся за стол, взял перо и стал нервно писать, потом перечитал написанное. Удовлетворенный результатом, Джос сложил листки, сунул их в конверт, написал на нем имя Сьюзен, запечатал, положил в ящичек и запер его.

Некоторое время он размышлял. Что можно сделать сейчас? Ничего! Если с ним что-нибудь случится, Сьюзен должна занять его место. Конечно, он хочет от девушки слишком много, но эти триста фунтов должны ее воодушевить. Нужно объяснить ей, что следует делать, но для этого необходимо узнать намеренья врагов.

Он взял еще один чистый лист и написал Сьюзен записку:

«Сохраните этот ключ до того момента, когда получите стальной ящичек. Может быть, вы его вообще не получите, но если вам его принесут, этот ключ пригодится».

Джос положил эту записку и ключ в другой конверт, запечатал его, взял ящичек и вышел из комнаты.

Было уже больше шести часов вечера, когда Джос подъехал к вокзалу Эл Курт. Он знал, что Фресби сидит сейчас в баре «Дей Худ». Фресби всегда сидел там после шести, прежде чем вернуться в свою грязную нору на Эрл-Курт-роуд.

Заметив входящего Джоса, Фресби вжал голову в плечи и механическим жестом придвинул к себе бутылку пива.

Джос уселся за столик Фресби и посмотрел на него с явным отвращением.

— Вы, конечно, здесь!

Фресби встрепенулся и нервно забарабанил пальцами по крышке столика.

— Здравствуйте, Джос, — слабо отозвался он. — Очень рад. Вы прекрасно выглядите.

Джос знал, что толстяк боится его. Это было забавно. Фресби боялся Джоса, потому что тот слишком хорошо был знаком с его сомнительной биографией и в любой момент мог бы отправить его в тюрьму. Джоса вполне устраивали такие отношения.

— Есть работа, — коротко сказал он и поставил на стол маленький металлический ящик. — Вы должны сохранить это у себя. Если потеряете, я пожалуюсь копам.

Фресби задрожал.

— Никогда не потеряю, — заверил он. — Положу его в несгораемый шкаф в конторе. Никто не сможет к нему прикоснуться.

Джос покачал головой.

— Там его и будут искать в первую очередь, — возразил он. — Вы должны найти лучшее место.

— Кто будет искать? — вздрогнул Фресби.

— Пусть это вас не волнует. Ваша задача — спрятать эту штуку в надежном месте, иначе придется переговорить насчет вас с копами.

Фресби схватил ящичек.

— А что там внутри? Это не опасно? Я больше не хочу попадать в истории.

Джос небрежно усмехнулся.

— Не перегружайте голову. Ничего опасного там нет, но многие люди хотели бы получить этот ящик.

Фресби подумал, что если он станет приставать с расспросами, Джос может рассердиться, а это ничего хорошего не сулило.

— Я сделаю как вы говорите.

Джос приблизил лицо к Фресби и сказал, почти касаясь губами его уха.

— Каждое утро в десять часов я буду звонить вам по телефону. Если однажды я вам не позвоню, вы должны тотчас же отправиться на Филам-роуд, 155 А и отдать это мисс Хеддер. Понятно?

Фресби отпил из стакана и вытер усы рукавом пиджака.

— Вы думаете, с вами может что-то случиться? — его полный надежды взгляд потряс Джоса.

— Может быть, все может быть, — по возможности спокойно ответил он. — Но не думайте, что вам удастся легко от меня отделаться. Этот ящик отправится к мисс Хеддер, если я не позвоню. Понятно?

Фресби выдавил улыбку.

— Я сделаю все, что вы хотите. Вам не стоит беспокоиться. А кто вас ищет?

Джос нахмурился.

— Это касается только меня. Итак, что вы сделаете, если я не позвоню вам завтра до десяти утра?

— Пойду на Филам-роуд, 155 А и отдам этот ящичек мисс Хеддер, — последовал быстрый ответ, и по лицу Фресби пробежала улыбка.

— А почему вы так сделаете?

Фресби принялся вертеть в руках стакан.

— Возможно, кто-то с вами разделается, и в этом случае девушка получит ящик.

Джос кивнул.

— Советую не слишком давать волю воображению. Имейте в виду, я могу просто проверить вас. Возможно, я буду звонить вам целый месяц, а потом решу больше этого не делать. Если вы не отнесете ящик мисс Хеддер, что, по-вашему, я сделаю?

Фресби был совершенно обескуражен. Он и не подумал о западне.

— О, конечно, я догадываюсь: вы прямиком отправитесь в полицию, — чирикнул он.

— Да, именно так я и сделаю. Теперь вы понимаете, что лучше не пробовать обмануть меня? — и Джос быстро вышел из бара.

Фресби смотрел ему вслед с лицом, искаженным яростью и страхом. Потом он взял стакан и сделал глоток. Ему показалось, что пиво сделалось совершенно безвкусным.

За небольшим столиком в вестибюле «Золотой Лилии» сидел Клем Марч. Его толстые пальцы пересчитывали пригласительные билеты, оставшиеся с прошлого вечера. Их было немного: Ролло доверял лишь старым, проверенным членам клуба, только им он разрешал приводить гостей, которые должны были платить за вход двадцать один шиллинг. Перед уходом приглашенные оставляли билеты на столике в вестибюле.

Марч, полный молодой человек с чувственным ртом и кудрями, шикарно одевался. Его сорочки были необыкновенной белизны, галстуки — последний писк моды, часы на платиновом браслете, а из жилетного кармана высовывался угол массивного золотого портсигара.

Конечно, Марч никогда не смог бы содержать себя в роскоши на собственный заработок. Его содержали две девицы легкого поведения, которые промышляли на панели. Как только Марч чувствовал, что его карман пустеет, он давал понять Маргарет или Мэй, что появилась одна куколка, которая строит ему глазки, и те разбивались в лепешку, чтобы достать для него денег.

В то время, как холеные пальцы Марча пересчитывали билеты, мысли его устремились к Фресби и его протеже. Кто такая эта Сьюзен Хеддер и почему она хочет работать именно в этом клубе? Придется платить ей из собственного кармана, черт побери! Ролло не нужен дополнительный персонал, в клубе и так не протолкнуться от обслуги. Какая же отрава этот Фресби!

Но отказать Фресби было нельзя, этот тип мог доставить кучу неприятностей. Возьмет, например, и скажет Маргарет или Мэй о Джоан, и эти шлюхи устроят страшный скандал! В плохие игры играет этот негодяй. И, главное, непонятно, как он узнал о Джоан? Марч недоумевал. Он встретился с этой малышкой, которая как раз начинала работать на Олд Бирлингтон-стрит, два месяца назад. Девочка была очень мила, но плохо знала свое дело. Марч устроил ей приличную квартиру в хорошем районе, и теперь она могла рассчитывать на богатую клиентуру. Джоан будет неплохо зарабатывать и сможет давать ему фунтов пятнадцать в неделю. Пока Фресби молчал, все было в порядке. Но вот если он заговорит…

Фресби прямым текстом сообщил Марчу, что Сьюзен нужно устроить в «Золотую Лилию», иначе он поговорит с Маргарет или Мэй, а может, с обеими сразу, и сутенер лишится постоянного источника дохода. Маргарет вообще может передать его в руки полиции! Лучше не злить эту маленькую фурию. Мэй, конечно, не была так вспыльчива, но тоже была способна на многое.

Марч вздохнул. В сущности, три фунта в неделю — не так уж много за спокойную и беззаботную жизнь. Он надел резиновое кольцо на пачку билетиков и спрятал ее в ящик стола. До открытия бара, который находился как раз напротив клуба, было еще двадцать минут, а Марч так нуждался сейчас в порции виски! Ультиматум Фресби совсем вывел его из равновесия, ночь прошла тревожно.

В эту минуту сторож сообщил Марчу, что его спрашивает какая-то молодая дама.

Марч хмыкнул.

— Пусть войдет.

Сторож посторонился, пропуская в вестибюль Сьюзен. Взглянув на Марча, сидевшего за небольшим столиком, Сьюзен почувствовала легкую тошноту. Этот тип с первого взгляда сделался ей отвратителен.

— Доброе утро, — тихо сказала она. — Я… я мисс Хеддер.

— О! В самом деле? Гм… да, я вас ждал. Мистер Фресби рекомендовал вас, не так ли?

— Да, мистер Фресби обещал, что вы найдете мне место.

— Знаете, — ободряюще улыбнулся Марч, — работа у нас нетрудная. Время удобное. Приходить будете в восемь вечером, а уходить — в полночь. Три фунта в неделю вас устроит?

— О, да, — быстро согласилась девушка, опасаясь, что он передумает. — Это меня вполне устроит. А что мне придется делать?

— Чем вы занимались раньше?

— Работала стенографисткой.

— В самом деле? Догадываюсь, что вы хотели бы занять более интересное место. Э… э, жизнь какой-нибудь ночной коробки, куда ходит многочисленная публика, конечно, веселей. Держу пари, что вы любите повеселиться, а?

— Да, но в разумных пределах, — остановила поток его красноречия Сьюзен. — Я пришла сюда работать, а не развлекаться.

— И что же, Джек Фресби посоветовал вам наш клуб? Он решил, что лучше вам работать здесь, да?

— Мистер Фресби мой старый друг, — отчеканила Сьюзен.

Марч, который уже собирался погладить девушку по коленке, отдернул руку.

— О, старый друг! Ну что ж, это замечательно. Отличный человек, этот старина Фресби! Он и я одно время были добрыми товарищами да и сейчас… э-э-э…

Сьюзен поняла, что Марч побаивается своего доброго товарища.

— Приятно иметь общих друзей, — заметила она. — Мы с мистером Фресби часто видимся.

После этих слов Марч немедленно перешел к делу.

— Хорошо, можете передать Джеку, что я постараюсь не перегружать вас работой. Вы будете чувствовать себя здесь счастливой. А теперь о деле. Вот телефон. Вы будете отвечать на звонки. Нужно говорить: Добрый вечер, это «Золотая Лилия», это гораздо лучше, чем просто кричать: Алло! Такой ответ не делает чести клубу, как вы считаете?

Сьюзен величественно кивнула.

— Ролло любит, чтобы персонал был любезным. Это приносит отличные плоды.

— А кто этот Ролло? — поинтересовалась Сьюзен, решив, что пора начать работать на Джоса.

Марч фыркнул.

— Владелец клуба! Правда, не думаю, что вы его когда-нибудь увидите. В вестибюль да и вообще в зал он не заходит.

Не успел Марч договорить, как в дверях появился доктор Мартин.

— Здравствуйте, — недовольным тоном приветствовал его Марч.

— Кого это мы здесь видим? — поинтересовался Мартин, удивленно разглядывая стоящую перед ним красивую блондинку.

— Мисс Хеддер. Наша новая телефонистка.

— Надо же, какими важными мы становимся. Нам уже необходима специальная телефонистка, — улыбнулся Сьюзен доктор. — Как поживаете? Мой совет: не слишком доверяйте этому молодому человеку.

Сьюзен покраснела и что-то неразборчиво пролепетала. Марч бросил на доктора злобный взгляд.

— Совсем ни к чему делать такие грубые замечания, — с упреком бросил он доктору. — Вам что-нибудь здесь нужно?

Доктор поднял большой палец и указал им на потолок.

— У Ролло сборище. Там будет только элита, — и, подмигнув Сьюзен, он, тихонько насвистывая, стал подниматься по лестнице.

Марч проводил его взглядом, полным ненависти.

— Итак, совет вы получили, — сказал он, поворачиваясь к Сьюзен, — не слишком мне доверяйте. Хотелось бы знать, что у них там за дела? Да, кстати, кормить вас здесь будут хорошо.

Сьюзен вежливо улыбнулась, но голова ее была занята другим. Ей страшно хотелось узнать, что за сборище устраивает Ролло? А вдруг это касается Вайдемана? Нельзя ли под каким-нибудь предлогом подняться на второй этаж?

— Ну, хорошо… Итак, мисс Хеддер, что же я могу поручить вам еще? — Марч огляделся. — По правде говоря, работа не пыльная, и вы получили ее лишь потому, что я хочу сделать приятное Джеку Фресби и… ну, еще потому, что вы очень красивая девушка. — Он бросил на Сьюзен откровенно похотливый взгляд. — Вы можете следить за тем, чтобы члены клуба аккуратно вносили плату за своих гостей. Надеюсь, у вас хорошая память?

— О, да, — уверенно ответила Сьюзен. — Я отлично запоминаю лица.

В ту же секунду у нее перехватило дыхание, потому что в вестибюле появился Батч и устремил на нее свой пустой взгляд.

Марч улыбнулся и быстро открыл регистрационную книгу.

— Вот в этой книге мы отмечаем…

Он замолчал, потому что Батч подошел к столу и облокотился на него, продолжая рассматривать дрожащую от страха Сьюзен. Собрав все мужество, она постаралась не выдать своего состояния.

— Это мисс Хеддер, наша телефонистка, — пояснил Марч, недоумевающе глядя на Батча.

Тот надвинул шляпу на нос.

— Я вас уже где-то видел.

— Да? — холодно произнесла Сьюзен и стала смотреть в другую сторону.

— А почему вы решили, что нам нужна телефонистка? — продолжал Батч, глядя на Марча.

Тот изо всех сил старался выглядеть непринужденно.

— Это личная рекомендация. Мисс Хеддер искала работу, а мне необходима большая свобода действий. Я собираюсь оплачивать ее работу из собственного кармана. Надеюсь, у меня есть такое право?

Батч снова взглянул на Сьюзен.

— Я вспомнил, где вас видел.

— Я тоже, — с живостью подхватила она. — Узнаю эту рубашку. Вы были в одном маленьком кафе на прошлой неделе, так?

Под его пронизывающим взглядом Сьюзен старалась выглядеть как можно естественней. Постепенно глаза Батча утратили подозрительность.

— Да… Это действительно так. Да…

Он проворчал что-то и отвернулся.

Сьюзен и Марч смотрели, как он поднимался по лестнице.

— Уф! — вздохнул наконец Марч. — Хотелось бы знать, зачем Ролло нужна эта горилла?

Сьюзен была очень довольна собой и осмелилась даже спросить о странном типе в черной рубашке.

— Его зовут Батч. Но его настоящее имя Майк Эган. Кажется, он гангстер из Чикаго.

Сьюзен чувствовала радостное возбуждение.

— Он действительно похож на гангстера.

— Не попадайтесь ему на пути, — посоветовал Марч. — Он никому не доверяет и очень опасен. Вы поймете… — Тут он неожиданно прервал свои откровения. — Я еще не знаю, что скажет Ролло, когда узнает о вас. Он вполне может отказаться от ваших услуг.

Сьюзен вздрогнула.

— В таком случае, — холодно заметила она, — мне будет лучше повидаться с мистером Фресби. Из его слов я поняла, что я здесь нужна.

— Ну, не расстраивайтесь раньше времени. Я уверен, что мне удастся уговорить Ролло. Думаю, последнее слово останется за мной.

— Очень надеюсь, — она поняла, что именем Фресби можно пользоваться как угрозой.

— Хорошо, мисс Хеддер. Сейчас можете идти домой, а работать будете с семи часов вечера до полуночи.

Открылась дверь, и в вестибюле появилась Селия. Она прошла по ковру и, не удостоив их взглядом, поднялась по лестнице.

— Кто это? — прошептала Сьюзен. Она была поражена красотой этой женщины.

— Мисс Селия. Настоящий шик. — Марч вздохнул. — Это девочка Ролло, — подмигнул он.

Прежде, чем Сьюзен успела ответить, вошел Гилрой. Он дошел до половины вестибюля, когда заметил девушку. Внимательно посмотрев на нее, негр продолжил путь и направился вверх по лестнице.

— Похоже, он положил на вас глаз, — улыбнулся Марч. — Вам повезло, за одно утро вы увидели всех. — Он задумчиво посмотрел на лестницу. — Страшно хочется узнать, о чем они там говорят!

— А кто это был? — поинтересовалась Сьюзен, которой тоже хотелось узнать, что происходит наверху.

— Это Гилрой, ударник из оркестра. Не люблю негров, но этот — ничего. Славный малый.

Было совершенно очевидно, что события наверху интересуют Марча гораздо больше, чем Сьюзен.

— Мне нужно привести себя в порядок, — сказала девушка. — Где это можно сделать?

— Ну, конечно. Туалетные комнаты находятся вон там, — Марч сделал указующий жест рукой. — Вы не ошибетесь, там написано.

Сьюзен улыбнулась.

— Спасибо. Я зайду туда, прежде чем надеть пальто и шляпку.

Зазвонил телефон, и Марч устремился к аппарату. Сьюзен же, воспользовавшись случаем, скользнула по лестнице. Пройдя по коридору, она увидела двери туалетных комнат, но не остановилась. В конце коридора была еще одна дверь. Толстый ковер заглушал шаги. На двери золотыми буквами значилось:

«ВХОД ВОСПРЕЩЕН!»

Сьюзен остановилась. За дверью отчетливо раздавались голоса.

В одной из комнат дома Библедан Комон раздался телефонный звонок.

Старуха Сара, мывшая пол, настороженно посмотрела на Джоса.

— Кто это может быть?

Джос был уже у телефона.

— Алло? — резко спросил он, предполагая, что это ошибка.

— Мистер Краффорд? — раздался в трубке дрожащий голос Сьюзен.

— Да. Это я. Да!

— Мне удалось устроиться на работу в «Золотую Лилию».

— Знаю. Я велел Фресби помочь вам в этом, а он всегда слушается меня. Ну, ладно. Что-нибудь произошло?

Сьюзен ожидала другой реакции на сообщение.

— Сегодня вечером они ждут мистера Вайдемана. У них было совещание в кабинете хозяина кафе. Они там все собрались, а мне удалось подслушать.

— Кто — все? Почему вы не рассказываете с самого начала?

— Я пытаюсь сказать самое главное… — Сьюзен была рассержена тем, что Джос так спокойно воспринимает ее слова. — Там был их доктор Мартин, он почти все время и говорил. Потом молодая женщина по имени Селия. Еще там были негр Гилрой и человек в черной рубашке. В клубе его зовут Батч.

Джос содрогнулся, человек в черной рубашке внушал ему настоящий ужас.

— Что все это может значить?

— Я так боялась! Они все очень страшные, особенно Батч, это за ним я следила в тот раз. Его зовут на самом деле Майк Эган.

— Берегите себя, — попросил Джос. — Вы мне просто необходимы. Я не ожидал, что вы окажетесь так сообразительны.

— Просто я не хотела терять времени. Они ожидают мистера Вайдемана сегодня ночью. Но больше я, к сожалению, ничего не поняла. Это касается какого-то вуду.

— Чего? — удивился Джос.

— Вуду! — повторила Сьюзен. — Это что-то вроде колдовства. Доктор Мартин что-то говорил Гилрою, негру, но я ничего не поняла. Они много раз повторяли слово «зомби». Что это может означать?

— Не представляю. Нужно выяснить.

— Доктор говорил что-то о миллионе фунтов, и они все спорили, как разделить деньги. К сожалению, мне пришлось возвращаться, а то бы этот тип из вестибюля, Марч, стал бы меня искать. Но я ведь не зря потратила время, правда?

— Нет, нет. Вы просто умница. Во всяком случае, теперь у нас появился след. Вы сказали — зомби? Нужно поскорей выяснить, что это такое. Вы пойдете туда сегодня вечером?

— Да, обязательно. Я буду работать с семи и до полуночи. Постараюсь еще что-нибудь выяснить. Они говорили, что мистер Вайдеман придет около одиннадцати часов.

— Нет, — возразил Джос. — Мистера Вайдемана они не дождутся. Я просто испорчу машину. Нужно любым способом отвлечь его от этой банды.

— Но имейте в виду, это действительно банда, и вы должны быть очень осторожны.

— Послушайте, Сьюзен. Я отослал вам один очень важный ключ. Сохраните его. Если со мной что-нибудь случится, вам передадут металлический ящик. Это ключ от него.

— А что с вами может случиться? — испугалась Сьюзен. — Что вы хотите этим сказать?

— Я должен быть готов ко всему. Они вполне могут попытаться убить меня. Все возможно. — Джос пытался не драматизировать, но не смог удержаться и сказал: — Батч понимает, что я мешаю их грязной затее.

— Может быть, расскажем обо всем полиции? — умоляющим тоном произнесла Сьюзен. — Ведь она для того и существует, чтобы защищать нас.

— Нет, — Джос был непреклонен. — Что бы ни произошло, с полицией связываться нельзя. Я уже говорил вам — почему. Они ничего не станут выяснять, а запрут моего хозяина в сумасшедший дом. Пусть уж лучше эти бандюги отберут все его деньги, но оставят его на свободе. — Он судорожно сжал телефонную трубку. — Вы должны мне обещать, что не пойдете в полицию. Что бы ни произошло!

— Я не могу обещать. Я…

— Нет, вы должны! — его голос сорвался на крик. — Они все равно не поверят вам и запрут мистера Вайдемана в клинику! Поклянитесь мне!

— Хорошо, я обещаю, только теперь я не уверена, что смогу продолжать… — слабо отозвалась Сьюзен.

— Наоборот. Вы умная девушка. Наблюдайте за ними, а я помешаю мистеру Вайдеману отправиться в клуб. Вы же все время держите меня в курсе дела.

— Хорошо. Я позвоню вам завтра. Мы пока не должны встречаться, они могут следить за мной.

— Вы правы. И запомните: если со мной что-нибудь случится, Фресби вам поможет. Этот человек у меня в руках. Я знаю о нем такое, что он предпочел бы держать в тайне. Я изложил эти сведения в письме, которое находится в металлическом ящичке. Если я исчезну, Фресби принесет вам этот ящичек, вы прочитаете письмо, тоже узнаете его тайну и сможете его шантажировать. Этот тип вам еще понадобится.

— Что вы такое говорите? — испуганно переспросила Сьюзен. — Что он мог сделать?

— Забудьте об этом пока, — осторожно сказал Джос. — Вы узнаете обо всем, если со мной что-то случится. А теперь мы оба должны действовать. Ваша задача — наблюдать за бандюгами. До свидания.

Сразу же после разговора со Сьюзен, Джос отправился в библиотеку и стал искать в словаре слово «зомби».

«Труп, оживший в результате проникновения в него могучей сверхъестественной силы», — значилось в словаре.

В течение нескольких минут Джос сидел неподвижно. Он понял, что собирается сделать банда. Потом он медленно встал, положил словарь на место и отправился домой. Нужно было поговорить с хозяином.

Поднявшись на второй этаж особняка, Джос остановился перед комнатой Кестера Вайдемана. Впервые он решил войти сюда без приглашения и не был уверен, что будет принят. Однако решение было принято, и Джос постучал.

— Кто там? — раздался удивленный голос хозяина.

Джос вошел. В комнате было темно. Небольшая лампа с коническим абажуром бросала круг света на стол, углы комнаты тонули во мраке. Несмотря на то, что за окном был день, шторы были задернуты. Неприятный запах наполнял комнату. Пытаясь рассмотреть хоть что-то в этом полумраке, Джос видел лишь Вайдемана, который, сидя за столом, рассматривал какие-то документы.

— Что вы хотите? — довольно сухо спросил Вайдеман. — Кажется, я вас не звал.

— Я пришел насчет машины, сэр. Что-то не ладится с мотором. Я подумал: вдруг она вам понадобится, и решил предупредить.

Кестер поджал губы и скрестил руки на столе.

— Вот как? И когда же вы ее почините?

— Это может занять около недели, — ответил Джос, глаза которого постепенно стали привыкать к темноте. — Там нужно поменять кое-какие детали.

И вдруг Джосу показалось, что кроме него и хозяина в комнате есть кто-то еще. Действительно, в большом кресле, спиной к Джосу неподвижно сидел человек. Шофер мог рассмотреть силуэт головы и контуры рук на подлокотниках, и почувствовал вдруг такой ужас, словно коснулся змеи.

— Неделю, — Кестер смотрел на него в упор. — Это очень неудобно. Вы слышали, Корнелиус? Джос говорит, что машина будет исправлена только через неделю.

Шофер отпрянул. Корнелиус?! Он посмотрел на фигуру, неподвижно сидящую в кресле. Но ведь Корнелиус мертв?!

— Машина нам понадобится сегодня вечером, — резко произнес Кестер. Глаза его медленно переходили с фигуры в кресле на Джоса и назад. — Сегодня вечером мы поедем оба.

— К сожалению, ничего не выйдет, — ощущая тихую жуть возразил шофер. И не в силах сдерживаться вдруг спросил: — Кто это?!

Кестер улыбнулся. Его безумные глазки замигали.

— Что это с вами, Джос? Вы забыли Корнелиуса? Джос вас не узнает, — обратился он к сидящей в кресле фигуре. — Подойдите, Джос, и посмотрите сами.

Джос замотал головой.

— Нет! Мистер Корнелиус умер. Я не понимаю, о ком вы говорите.

Кестер медленно встал.

— Скоро мы приведем себя в порядок, — сказал он, направляясь к Джосу с хитрой улыбкой на губах. — Совсем немного, и Корнелиус снова будет на ногах.

И прежде, чем Джос успел возразить, Кестер с невероятной силой вцепился в его кисть и толкнул к креслу.

— Идите, Джос. Это мой маленький секрет, но вам я его открою. Теперь вы — член нашей семьи. Мы с Корнелиусом не хотим, чтобы между нами была недоговоренность.

Словно загипнотизированный, Джос позволил подвести себя к креслу. На секунду выпустив руку шофера, Кестер развернул лампу в сторону кресла.

— Взгляните, разве он не выглядит совершенно здоровым?

Джос почувствовал, что волосы на его голове встают дыбом. Прямо на него смотрел мертвец. Рот его был наполовину открыт, и там виднелись белые зубы и странно розовый язык. Одет он был в серый костюм. Из жилетного кармана высовывался портсигар. Белый носовой платок торчал из кармана пиджака. Если бы не эта ужасная неподвижность, пустые глаза и отвисшая челюсть, никто не догадался бы, что Корнелиус умер шесть недель назад.

Ощутив внезапный приступ тошноты, Джос отступил и, стараясь не вдыхать сладковатый запах набальзамированного трупа, прижал к лицу платок.

— Скоро, — улыбнулся Кестер трупу, — скоро я снова увижу тебя на ногах. Я все сделаю для тебя, Корнелиус.

Неожиданно улыбка его сделалась жалкой.

— Тебя станут называть зомби, Корнелиус, но все же это лучше, чем быть зарытым в сырую землю вдалеке от меня, твоего брата.

Отвратительный запах, мрак, безумный лепет Кестера могли лишить рассудка кого угодно, и Джос, резко повернувшись, бросился бежать. Очнулся он лишь в своей комнате в тот момент, когда судорожно запирал дверь на ключ.

Прошло некоторое время, прежде чем Джос несколько успокоился и вновь смог трезво рассуждать. Ледяной ужас не оставлял его. Стараясь не шуметь, он осторожно лег на кровать и уставился в потолок.

Значит, эта банда все-таки добилась своего. Они убедили Кестера, что смогут оживить его брата и требуют за это миллион фунтов. Конечно, им никогда никого не удастся оживить, но Кестер сейчас невменяем и верит этим мерзавцам. Они же станут тянуть из него деньги, пока не разорят. Джос сжал кулаки. Он помешает им. И первое, что он сделает — не даст Кестеру поехать сегодня вечером в «Золотую Лилию». Начиная с сегодняшнего дня, он вообще не выпустит Кестера из дома. Нужно только, чтобы эти типы не явились сюда сами. Все это очень трудно, но отступать некуда.

Джос долго оставался в своей комнате, изо всех сил стараясь преодолеть страх. У него родился план, хотя большой надежды на его осуществление не было. Джос понимал, что люди, с которыми он попытается бороться, гораздо сильней, и они сделают все, чтобы заполучить деньги Кестера.

Наконец, Джос заставил себя подняться с постели, приготовил чай, бутерброд и поужинал. Было около семи часов вечера, Сьюзен, вероятно, уже пришла в клуб. Может быть, ей удастся еще что-нибудь узнать.

В начале одиннадцатого он решил пойти взглянуть, чем занят Кестер. Старуха Сара, вероятно, уже ушла. Она жила в Вейблдоне и каждый вечер уходила в половине десятого. Кестер должен был находиться в своей комнате. Может быть, попытаться убедить его, что Корнелиуса оживить невозможно? Если набраться терпения и делать это с большим тактом, Кестер должен в конце концов понять нелепость своей затеи.

Джос принялся убирать со стола и вдруг услышал, как под чьими-то грузными шагами скрипнули ступеньки лестницы. Джос замер. Шаги стали удаляться.

Охваченный паникой, он закричал:

— Кто там?

В доме было совершенно тихо, ни звука не донеслось в ответ. Джос стоял, прислушиваясь, несколько минут, и тут с улицы раздался шум отъезжающей машины.

Джос бросился к окну и успел заметить Кестера, который сидел за рулем «роллс-ройса».

Батч недоверчиво смотрел на Селию. Он знал, что Кестер Вайдеман уже в клубе, но Ролло, пригласив на встречу всех этих ненужных людишек, забыл о Батче.

Дождавшись, когда Селия покинет клуб, он отправился следом, решив расспросить ее обо всем. Теперь он стоял посреди ее комнаты и смотрел как мулатка, усевшись на кровать, нервно постукивает по полу точеной ножкой. Лицо ее было неприветливым.

— Давай-ка, внесем ясность, — потребовал он. — И не сиди как немая. Я ведь не уйду отсюда, пока ты не выложишь всего, так что начинай.

— Я в этом не участвую, — пожала плечами Селия, но что-то в ее тоне сказало Батчу, что женщина боится.

— Это дело доктора. Но если тебе так уж хочется знать, пожалуйста. У этого миллионера Вайдемана был брат, но шесть недель назад он умер, и теперь этот идиот желает его оживить. Он совершенно сумасшедший и верит, что доктор сможет ему помочь.

Батч нервно провел рукой по волосам.

— Валяй дальше! А как они решили с деньгами?

Селия быстро подняла голову, но промолчала.

— Черт побери! — взвыл Батч. — Не старайтесь меня обмануть! Деньги — главное, что нужно Ролло. Теперь я вижу, что вы хотите провернуть это дело без меня!

— Ты фантазируешь, — нетерпеливо проговорила мулатка. — Как мне вдолбить в твою пустую башку, что ни на тебя, ни на меня они не рассчитывают. Этим будут заниматься только Ролло и доктор Мартин.

— А при чем здесь этот мокко?

— Гилрой?

— Ты отлично знаешь, о ком я говорю! — глаза Батча метали молнии.

— Они собираются имитировать ритуал культа вуду.

Батч схватил сигарету.

— Как бы я хотел знать, что происходит на самом деле, — сказал он, глубоко затянувшись. — Этот Вайдеман сумасшедший, верно?

Селия постаралась выглядеть утомленной.

— Раз его можно убедить, что труп можно заставить танцевать при помощи колдовства и другой чертовщины, значит сумасшедший. Впрочем, какое это имеет значение! Главное, что из него можно вынуть кругленькую сумму!

Внезапно Селия забеспокоилась: если Батч узнает слишком много, он может заставить ее делиться. Он захочет получить свою долю пирога, а у Ролло совсем другие планы.

— Правда, я не знаю, сколько он заплатит, — поспешно продолжала она. — Думаю, тебе пока не стоит беспокоиться. Вопрос сейчас в том, чтобы оживить труп. Мы с тобой этим не занимаемся. Это дело Ролло, Мартина и Гилроя.

Батч ухмыльнулся.

— Я вмешаюсь в это, как только станет известна сумма. Вайдеман может заплатить два миллиона и не обеднеет.

— Лучше выбрось это из головы. Не стоит лезть в дела Ролло. Если он захочет дать тебе что-нибудь — даст! Если же нет — ты все равно ничего не получишь, даже вывернувшись наизнанку.

Батч снова ухмыльнулся.

— Ты водишь меня за нос, чертова шлюха?

Селия подняла голову и увидела глаза, похожие на маленькие кусочки льда. Лучше не противоречить этому типу.

— Послушай, дорогой. Ты же знаешь, что я хочу убежать с тобой отсюда, но сейчас еще не время. Нужно ждать, мы не можем идти на риск.

— Ты это прекрати! — злобно прикрикнул на нее Батч. — Ты собираешься меня бросить, это чувствуется за милю. Но только ничего не выйдет: я тебя раньше пристукну. Поняла?

Мулатка через силу улыбнулась.

— Не заставляй меня думать, что и ты тоже сумасшедший. Я совсем не собираюсь тебя бросать.

— Мне доставит большое удовольствие сделать из тебя труп, моя прелесть. Я сломаю тебе спину коленом, и ты будешь мучиться еще неделю, прежде чем отправишься на тот свет.

Ее улыбка погасла.

— Ну вот, мы и договорились. Не будем больше об этом. А сейчас уходи, я устала.

Батч притянул ее к себе и впился пальцами в груди через шелк пеньюара.

— Теперь ты всегда устаешь раньше времени. Ну ничего, я могу и подождать.

Отшвырнув мулатку на кровать, Батч вдруг спросил:

— Вайдеман держит тело брата у себя дома?

Селия напряглась.

— Не знаю. Почему ты спрашиваешь?

— Мне, кажется, пришла неплохая мысль. Представь себе, что я отправлюсь туда и украду труп. Тогда ни Ролло, ни остальные не смогут начать свою работу, а? Вайдеман заплатит сколько угодно, лишь бы только вернуть тело брата.

— Ты спятил, — простонала Селия. — Ты не должен этого делать.

— А почему бы и нет? Это очень просто. Я проберусь в дом ночью, выкраду труп и где-нибудь спрячу. И тогда мы сами, без всяких там Ролло, сможет взять с Вайдемана миллион.

Селия отвернулась, чтобы он не заметил ее беспокойства. Если этот придурок начнет действовать самостоятельно, все их планы пойдут прахом!

— Ты не смеешь становиться Ролло поперек дороги! Не будь же таким глупым, дорогой.

Но Батч не слушал.

— Это же настоящая находка! — хохотал он. — Тебя почему-то не устраивает такая игра? Ну что ж, дорогая, я справлюсь и один.

Селия резко обернулась.

— Только попробуй! — ее голос прозвучал угрожающе.

На Батча было страшно смотреть. Он поднял руку, чтобы ударить любовницу, но в этот момент у входной двери раздался звонок. Оба замерли на месте, их ярость мгновенно испарилась. Батч медленно опустил руку в карман.

— Ролло, — прошептал он.

— Нет. У него свой ключ, — также шепотом отозвалась Селия.

— Ты кого-нибудь ждешь?

Она покачала головой.

— Ладно. Тогда не будем открывать.

Снова раздался звонок. На этот раз он был длинным и нетерпеливым. Любовники переглянулись.

— Проклятие! — вырвалось у Батча. Он сел на кровать и закусил нижнюю губу.

— Они знают, что я дома, — прошептала Селия. — Наверное, шторы прикрыты неплотно.

У двери продолжали звонить.

— Я так больше не могу, — сказала Селия неожиданно. — Пойду, посмотрю кто это. Звонок просто сводит меня с ума.

Батч вытащил из кармана автоматический револьвер.

— Не впускай сюда никого, не надо, — его зубы обнажились в зловещей улыбке.

— Конечно. Я просто не буду открывать, только узнаю, кто это сюда рвется?

Батч взглянул на большой зеркальный шкаф в углу комнаты.

— В случае чего, я спрячусь там.

У дверей продолжали звонить, и Селия, запахнув пеньюар, побежала вниз. Прежде, чем открыть, она накинула цепочку и, посмотрев в узкую щель, увидела мужской силуэт.

— Кто там?

— Вы были в ванной, Селия, или в чьих-то объятиях? — раздался голос доктора Мартина.

— Это вы, док? — подозрительно спросила мулатка. Она ненавидела Мартина: этот тип знал об их с Батчем тайне. Зачем он пришел в такое время?

— Мне нужно поговорить с вами, красавица.

— А я не собираюсь разговаривать с вами по ночам, — неприязненно отозвалась она. — Я не одета и вообще собиралась ложиться.

— Я на многое могу закрыть глаза, — ехидно усмехнулся врач. — Но у вас вид нашкодившей кошки, Селия.

— Убирайтесь вон, старый негодяй! — взорвалась она. — Вы хоть понимаете, с кем говорите?!

— Я не собираюсь с вами ругаться, — вздохнул Мартин. — Но дайте же мне, наконец, войти.

— Нет, ты не войдешь! Пошел вон!

— Если я сейчас не войду, вы горько об этом пожалеете.

— Что? Да вы угрожаете? — она сняла цепочку и распахнула дверь. — Убирайтесь отсюда, или я пожалуюсь Ролло.

Доктор Мартин снял шляпу и отвесил галантный поклон.

— Люблю женщин с характером, даже если они кофейного цвета. Дайте же мне войти, или я сейчас вернусь к Ролло и расскажу ему, что вы с Батчем любовники. Выбирайте же, входить мне или возвращаться да поскорей: мне вреден влажный воздух.

Селия застыла. Откуда этот тип знает про них с Батчем? Или он блефует? Но как бы там ни было, если Ролло заподозрит ее, придется проститься со своей долей из того, что заплатит Вайдеман.

— Что вы такое говорите, доктор? — изобразив полную невинность, пролепетала она. — Мы с Батчем любовники? Похоже у вас с головой не все в порядке.

Доктор слегка толкнул ее в плечо, освобождая себе дорогу.

— Поднимемся наверх, моя канареечка, и дружески обо всем потолкуем.

Подстегиваемая страхом и любопытством, Селия стремительно взлетела на верхний этаж. Окинув комнату взглядом, она с удовлетворением отметила, что Батч успел спрятаться. Доктор тоже огляделся и кивнул.

— Очень красиво, дорогуша. Это напоминает комнату одной шлюхи, к которой я ходил в молодости. Я совершенно уверен, что вы искренне считаете все это прекрасным. — Он посмотрел на потолок. — Надо же такое изобразить! Звезды на потолке! Что за тон!

Селия сделала усилие, чтобы казаться спокойной.

— Ну, доктор, говорите же, что вам надо, и поскорей уходите отсюда.

Доктор сел в единственное кресло, повернутое спинкой к шкафу. Селия встала возле камина.

После того, как доктор уселся, Батч приник к неплотно прикрытой дверце шкафа, и стал жадно наблюдать за происходящим.

— У нас сегодня был интересный разговор, не правда ли? — улыбнулся доктор. — Дело отлично организовано и даст свои плоды.

Селия молчала. Ее взгляд был холоден, но сердце забилось сильней.

— К сожалению, несмотря на блестящую перспективу, меня все это не слишком устраивает, — продолжал гость. — Деньги мне нужны сейчас. Даже, если наше представление для сумасшедшего удастся, мы получим деньги через неделю или даже позже. Так вот, я не могу ждать. Думаю, вы достаточно умны, чтобы понять, к чему я клоню.

Селия глубоко вздохнула.

— Полагаю, что поняла. Вы всегда были шарлатаном, а теперь собираетесь сделаться доносчиком.

Лицо Мартина озарилось светлой улыбкой.

— Как приятно разговаривать с умным собеседником! Вы угадали. Если вы не хотите, чтобы Ролло узнал о своих рогах, дай мне немного денег. Ролло обещал тебе двадцать тысяч фунтов.

Селия едва сдерживалась, глаза ее полыхали яростным огнем. Сейчас этот старый павиан все выложит, и Батч поймет, что она лгала. Она не смела даже посмотреть в сторону шкафа, чувствуя, что Батч испепеляет ее взглядом.

— Думаю, — самым любезным тоном продолжал доктор, — думаю, если Ролло узнает, что вы его обманываете, он не даст вам и фунта.

— Кто такой этот Батч? — прерывающимся голосом сказала Селия. — Я его вообще не замечаю. У вас нет никаких доказательств, а на слово вам никто не поверит.

— Ну, ну, — доктор шутливо поднял руки над головой. — Так дела не делаются. Как же без доказательств? У меня есть доказательства. Ролло поверит мне.

Селия в бессильной ярости сжала кулаки. Бросив взгляд в сторону шкафа, она увидела, как из темной щели блеснули глаза ее любовника. Мгновение они смотрели друг на друга, потом Батч осторожно открыл дверцу и неслышными шагами подошел к креслу, где сидел доктор Мартин.

— Итак, док? — громовым голосом произнес он.

Доктор съежился как от удара. Глаза его вылезли из орбит, кожа сделалась пепельной. Батч невозмутимо обошел кресло и посмотрел на доктора, как удав на кролика.

— Итак, что же дальше, док? Теперь у вас море доказательств, не так ли?

— Я… я просто… немного пошутил, — задыхаясь пролепетал доктор.

— Конечно, конечно. Вы ведь не станете выдавать бедняжку Селию?

— Совершенно верно! — Мартин героическим усилием изобразил улыбку. — Я ничего такого и не собирался делать. Просто пошутил.

Батч кивнул.

— Вы юморной мужик, док! — И, повернувшись к Селии, он добавил: — Мы с доком поговорим наедине, а ты пока наполни ванну.

— Ванну? — с опаской покосилась на него мулатка.

Доктор попытался встать.

— Я ухожу… Мне пора… Больше я вас не побеспокою.

— Сидеть! — рявкнул Батч.

Ноги Мартина подогнулись, он бессильно рухнул в кресло, обхватил голову руками и застонал.

Батч подтолкнул Селию к ванной. Блеск его глаз заставил женщину задрожать.

— Отправляйся живо и последи, чтобы вода была не слишком горячей. Иди же, нам надо поговорить.

Селия вышла из комнаты, и через минуту в ванной зашумела вода.

— Ну что, докторишка, похоже, ты пришел сюда не в добрый час. Что это с тобой случилось? Устал от жизни, что ли?

Доктор задыхался, он не мог разговаривать.

— В следующий раз, когда захочешь проделать такую штуку, не связывайся с парнем сильней себя.

Очень медленно Мартин поднял голову.

— В следующий раз? — Надежда, мелькнувшая в этих словах, придала ему силы. — Вы хотите сказать, что я могу уйти?

Батч усмехнулся.

— Ты, конечно, не захочешь, чтобы меня повесили из-за твоих прекрасных глаз, паршивец! — он наклонился. — В этой стране убийц вешают. Убирайся отсюда! Но попробуй только разинуть свою грязную пасть. Я сразу же узнаю об этом, и уж тогда рискну своей жизнью ради того, чтобы отправить тебя на тот свет.

Доктор поднялся на слабых ногах.

— Я никому ничего не скажу, — бормотал он, готовый целовать Батчу руки. — Я просто немного пошутил, поверьте. Теперь я буду молчать как рыба. Действительно, это была очень глупая шутка.

— Проваливай да поживей, обезьянье отродье! Меня тошнит от одного твоего вида.

Доктор бросился к двери, стукнулся о косяк, потрусил по коридору и замер при виде Селии, которая стояла на пороге ванной комнаты, прижав руки к лицу и с глазами, расширенными от ужаса. Он оглянулся: Батч шел сзади, держа в руках покрывало. Вскрикнув, Мартин бросился к лестнице, но было поздно. Покрывало облепило его голову, не давало сделать ни одного движения.

— До свидания, доктор, — прошептал Батч, опускаясь на колени рядом с барахтающимся телом. Тебя найдут в реке, и никто ничего не заподозрит.

Он сильно стянул концы покрывала, взвалил ношу на плечо и, усмехаясь, отнес в ванную.

Селия наблюдала за происходящим с серым лицом и остановившимися глазами.

— Ты с ума сошел, Батч. Не надо!

— Убирайся прочь, негритянская шлюха.

Батч почти не прикоснулся к Селии, но ее словно взрывной волной швырнуло на плитки пола. Через несколько секунд он опустил замотанное в покрывало бьющееся тело на дно ванны. До Селии донеслись слова, сказанные тоном, каким ведут обычно дружескую беседу:

— Если будешь хорошо вести себя, док, мы быстро покончим с этим.

Селия выскочила из ванной и услышала сзади грохот захлопнувшейся двери.